Дети красной руки

— Доктор Дэниелс… Давай приятель помогай, — прошептал он.

Потом доплелся до дивана и рухнул на него, пачкая кровью и осклизлой жидкостью поврежденных имплантатов обивку. Открыл бутылку и влил в себя почти половину.

— Ну, вот порядок. Лучшее лекарство от всего!

Он поставил бутылку на пол рядом с диваном.

— Щенок! Давай сюда медицинский коммутатор надо починить старину Мэта, пока он не отдал концы!

Дрон дистанционно управляя, подкатил большой белый ящик к дивану, на котором лежал, истекая кровью Матиас. Откинулись две крышки и над ящиком появились гибкие руки манипуляторы. С боку появилось отверстие, из которого веером скользнул сканирующий луч, по телу лежащего человека, просвечивая его почти насквозь. После сканирования появилось голографическое изображение тела с отмеченными местами повреждений.

— Этот жирный слизняк едва меня не прикончил! Стареешь, стареешь старина Мэт.

Матиас внимательно рассмотрел повреждения на голограмме.

— Вот что пацан пока меня подлатают, я буду в отключке, а ты займись работой. Подготовь этот паленый товар к очистке и трансформации. Надо быстро его переработать и скинуть со своих рук. Пока нас не вычислили. Асгардия просто так не оставит пропажу своего транспорта.

Он снова взял бутылку и почти допил виски, оставив пару хороших глотков.

— Давай доктор Железяка принимай пациента, — сказал он, расслабив волю и медленно теряя сознание, провалился в темноту.

* * *

— Ну что грязные мерзавцы, вы готовы сдохнуть за меня?! — громко закричал лейтенант Диас.

— Да! Да сэр!

Закричали ему в ответ сотни десантников сидящих в рейдере.

— Да сэр! — заорал вместе со всеми Матиас, чувствуя, как адреналин попадает в кровь и нарастает возбуждение.

— Хорошо парни, я не сомневался в вас! Поэтому если будет нужно я с радостью сдохну за вас! Никто не живет вечно! Но я вам вот что скажу… Наше время еще не пришло! Пусть сдохнут те, кто против нас! Это их час!

— Да! Да сэр!

Снова ответили ему сотни глоток веселым смехом и одобрительным гоготом. В общем шуме и гвалте раздался тихий и приятный женский голос из бортовых громкоговорителей. Смех сразу стих.

— Выход на траекторию. Экспонента 44… 43… 41… Радиальный крен 91–64. Нас прикрывает группа корветов из русского корпуса, так что все должно пройти благостно, как под мамкиной титькой. Ребята будьте паиньками, займите места в школьном автобусе, скоро будет ваша остановка. Те, кто забыл свой мамочкин завтрак, я скину на следующем витке. Траектория по координатам 123 и 15 градусов. Экспонента 38… 37… 36…

Раздался оглушительный хохот.

— Парни вы слышали, что сказал ангел Джокер. По местам!

Ангелами десантники называли пилотов космических десантных рейдеров. От них зависит, как пройдет высадка и сколько десантников может погибнуть. Каждый бесстрашный сорвиголова молился про себя, чтобы ангел его рейдера был умелым профессионалом и везучим мерзавцем у которого в руке всегда полный флэш рояль.

— Ангел, если я останусь жив, то перекинусь с тобой в покер! И клянусь, устрою всем ребятам незабываемый праздник, когда они, наконец-то увидят все твои прелести! Ребята делайте ставки!

Десантники одобрительно зашумели.

— Заметано красавчик, — ласково ответила пилот по громкоговорящей связи, — я буду, рада еще одному отпечатку симпатичной жопы на своем корпусе, а то старые уже основательно поистерлись от метеоритов. Так что береги свою задницу на поле битвы.

Раздался хохот и улюлюканье. Матиас смеялся со всеми.

«Да вот хер говнюк! Ничего тебе не обломится!», — не без самодовольства подумал он про себя.

Ангел Джокер самый лихой и отвязанный пилот во всем космофлоте. Крутая девка, которая могла запустить рейдер по такой экспоненте, что кишки поднимались к горлу и глаза вылезали из глазниц, но высаживая ребят, она за все время войны не потеряла ни одного десантника. За это её любили, ценили и боготворили. На своем рейдере, на удачу, она нарисовала смеющегося Джокера, за что ее и прозвали ангел Джокер. А еще она очень любила покер, и никто во всем космофлоте не мог выиграть у нее. Каждую игру она обставила особым условием — проигравший игрок лезет голым на нос ее рейдера и сидя на самом краю, исполняет песню валькирий под общий смех и аплодисменты. После веселого концерта на корпусе рейдера появлялось еще одно маленькое изображение стилизованной задницы. И не единожды находились смельчаки сыграть с ней, но каждый же раз, все они голые оказывались на носу десантного транспорта. И все без исключения вояки, кто ее знал, лелеяли несбыточную мечту, увидеть ее хотя бы один раз на носу ее рейдера в обнаженном виде. Так что Матиас был спокоен.

— Экспонента 21… 19… Парни по местам стоять, готовиться, — уже серьезно сказала она.

Лейтенант отдал команду всем занять места у десантных капсул. Их за свою форму, прозвали в войсках «ракушками».

— По местам! — скомандовали командиры отделений.

Матиас втиснулся в узкое пространство капсулы, проверил боезапас, защелкнул фиксаторы и опустил забрало гермошлема. ИИ боевого скафандра Гермезис-14 тут же покрыл всю поверхность костюма квантовыми защитными бронепластинами. Створки захлопнулись. Когда выровнялось давление, включилась красная лампа предстартового освещения.

— Это вам ребята чтобы не скучно было, — сказала ангел Джокер, — и пусть вас минует смерть, потому что вы будете вечно со мной.

Заиграла музыка. Все до единого, зная эту песню, сотней голосов, привычно, как гимн запели хором.

Когда ты увидишь в небе огненный дождь, Знай это я иду к тебе каплями пламени, Я иду к тебе сквозь облака сгорая, Возьми мое горящее сердце и сбереги, Я буду вечно с тобой…

Ее подхватили десятки тысяч десантников по всем рейдерам, идущим на десантирование. Казалось, она звучала из уст всех самых бесстрашных парней во всей Солнечной системе. Хор из тысяч и тысяч голосов разносился на всю Галактику.

Пусть мое сердце горит в твоих руках, Это все что осталось от меня, Это все что осталось от меня, Я буду вечно с тобой, Я буду вечно с тобой.

— Экспонента 10… 5…0… парни держите шляпы!

Рейдер резко пошел, вниз закручиваясь по большой спирали. Матиас почувствовал, как сильно прилила кровь к голове. NMWD накачивал его мозг необходимыми нейромедиаторами и в кровь поступала кислородно-азотная смесь.

Дум! Дум! Дум! Дум!

Пошла выброска капсул с обоих бортов. Они летели в стороны, словно отстрелянные гильзы автомата. По бокам струи от двигателей коррекции выравнивали капсулу и после вспышки импульсного маршевого двигателя «ракушка» устремлялась к поверхности Марса.

Дум! Дум! Дум!

Звук приближался. Красная лампочка часто заморгала.

Дум! Дум! Дум!

Все громче и ближе.

Перед глазами возникла надпись.

«Принять позицию № 1».

Матиас сгруппировался.

ДУМ!

«Все пошел, твою мать!», — подумал он в резко наступившей тишине.

Через секунду раздалось шипение коррекции и ровный гул — заработали импульсные маршевые двигатели. Капсула с предельным ускорением медленно, словно ввинчиваясь в атмосферу Марса, пошла вниз. Матиас собрал все свои силы, борясь с перегрузкой. «Ракушка» неслась к поверхности, разогреваясь и раскаляясь, как огненная капля, готовая убить всех и разрушить любое препятствие на своем пути.

По бортам рейдера вращались четыре автоматических лазерных турели готовые обрушить всю свою огневую мощь на противника, чтобы обеспечить поддержку своему десанту. Два истребителя противника подошли слишком близко и, попав в перекрестье лучей лазерных турелей и плазмоидов с русских корветов тут же сгорели, выбросив тысячи искр которые, двигаясь по инерции, прочертили яркую линию в атмосфере планеты.

«Сколько парней доберется до поверхности? И доберусь ли я».

Матиас старался не думать об этом. Он знал лишь одно — ангел Джокер высадит их по такой траектории, что ПВО противника не сможет воспрепятствовать им и он будет потом стоять со всеми в огромном ангаре и, хохоча смотреть, как смельчак бросившей ей вызов кряхтя и краснея от натуги, полезет на нос рейдера чтобы спеть свою песню валькирий.

Через некоторое время капсула начала трястись, ее бросало из стороны в сторону — это заработали двигатели торможения. Перед глазами возникла надпись.

«Готовность 10…9…8…7…6…5…4…3…2…1…0. Линия горизонта 15».

Корпус капсулы затрещал. Тряска усилилась. Внезапно створки резко распахнулись и отлетели в стороны, отброшенные небольшими взрывами пиропатронов. Матиас, как уже сотни раз до этого, действуя на автомате, выпрямил ноги. На ботинках сработали одноразовые ракетные двигатели, и он плавно встал на поверхность. Чуть присел, как учили на подготовке, выпрямился, тут же взяв наизготовку автомат. Огляделся. В голове все еще звучали отголоски песни.

Я буду вечно с тобой…

Вокруг, на высоте нескольких метров, одна за другой раскрывались створки капсул, и его товарищи с помощью ракетных двигателей на ботинках опускались на поверхность. Сизое небо озаряли режущие лучи вражеской ПВО, которая сжигала десантные капсулы и иногда высаживающие их рейдеры. Каждый раз погибали десятки хороших ребят. Над его головой оставляя белые полосы, прошли три штурмовика в сторону станций ПВО противника.

«Вовремя парни!», — проводил их взглядом через экран забрала Матиас.

Через несколько мгновений горизонт, куда они ушли, озарился серией из зарева плазменных взрывов. Больше вражеское ПВО себя не проявляла. На большой скорости, похожий на огромный автобус без боковых стен, появился наземный рейдер с откинутой рампой. В нем стоял сержант, держась за поручень.

— Парни быстрее на борт. Нам к подножию Хазбедунского холма, захватить и удержать стратегическую высоту.

Все быстро и организованно погрузились в рейдер. Он, набирая скорость, выдвинулся в квадрат ответственности взвода, в котором находился Матиас. Держась за поручень, он обернулся и посмотрел, как после них, один за другим, появлялись такие же наземные рейдеры, собирая в себя десантников из других взводов.

«Как же я все это люблю! Черт возьми!», — подумал он, пребывая в сильном возбуждении.

В своей зоне ответственности они рассредоточились. Лейтенант Диас уже был на месте, не используя радиосвязь, рукой закованной в перчатку из композитной стали показал каждому отделению направление и сектор обстрела.

Матиас и еще трое десантников поднялись на небольшой холм, на котором словно палец дьявола торчала одинокая скала. Пыльный угол скалы — это все что он запомнил перед, тем как столкнулся с автономной лазерной турелью. Ее там не должно было быть. Так все глупо вышло. Его силовой щит разлетелся в стороны от ее натиска. Уже через секунду она несколькими выстрелами буквально искромсала его на куски. Он даже видел, как его кровь летела в стороны заливая забрало и замерзая в полете, стучала по стальным частям скафандра красными льдинками. Жгучая боль по всему телу перешла в полное онемение. Его от полного уничтожения спасли его товарищи, вовремя уничтожившие турель и погрузившие его в медицинский транспорт.

Матиас пришел в себя на госпитальном космическом корабле и понял, он наполовину уже не человек…

* * *

«Проклятый сон», — подумал он, открывая глаза стараясь избавиться от его последних образов.

Матиас привычно пошарил рукой у дивана и, взяв бутылку Джек Дэниелса, одним большим глотком допил остатки виски.

«Сон… я не видел его уже несколько лет. Парни я по вам всем скучаю…» — он сел на диване, — «что, черт побери, происходит?»

Матиас встал, тяжело проковылял к большому заваленному разными вещами письменному столу. Потянулся рукой и достал из выдвижного ящика символ космических десантников — оловянного сокола в окружении созвездий, который держал в когтистых лапах горящее сердце. Этот знак стал для него настоящим талисманом, но он забыл про него и не доставал уже несколько лет. Старый космодесантник подержал его в руке. Остатки плоти нагрели значок, передав ему телесное тепло человека. Все что осталось у него на память о его ребятах. Сколько их? Безумных и молодых, мужчин и женщин, что сложили головы в разных уголках Солнечной системы за интересы жирных котов из корпораций.

«Будь все проклято…»

Он убрал оловянного сокола обратно в стол. Потом посмотрел на голограмму своего тела. Медицинский робот хорошо его подлатал, но полностью он придет в норму через неделю.

Матиас тряхнул головой.

— Ты где щенок?

Дрон молчал. Он попытался связаться с ним по защищенному протоколу, но робот упорно «молчал».

— Я не понял маленький говнюк?! — удивленно закричал он.

В голове снова возник странный розовый туман и, как далекое эхо, отголоски песни.

Беги, беги, беги, оставляй всю жизнь за спиной У тебя ещё все впереди, ещё все впереди Все хорошо, ведь ты теперь со мной…

«Да что за чертовщина происходит?!» — подумал Матиас, он впервые запаниковал из-за того что не может жестко контролировать свое состояние.

Он снова потряс головой. Оглядевшись, увидел его.

Дрон завис и слегка покачивался над открытым ящиком с товаром. Следов подготовки трансформации не видно. То есть пока он, хозяин, пребывал в отключке щенок вместо того чтобы заняться делом просто бездельничал!

— Ты чего щенок хочешь, чтобы я тебя отправил в рудники на какой-нибудь занюханный астероид?! Там из тебя быстро выбьют всю дурь!

Матиас, топая ногами, бросился к нему. Дрон мгновенно отлетел в сторону. Это что-то новенькое. Старый космодесантник удивленно застыл на месте.

«Черт с тобой!», — подумал он, — «разберусь для начала с мозгами, а потом уже решу, что делать со щенком. Сейчас это важнее, пока нас не засекли».

Он подошел к лабораторному столу и приготовил коммутатор для нейро очистки и трансформации мозгов под системы обеспечения дронов.

— Первым делом надо разобраться с этим странным мозгом, который сначала показался дохлым, а потом вдруг стал проявлять себя как маленькая сверхновая…, — сказал он вслух сам себе.

Но не успел договорить, как получил сильнейший удар по спине. Матиас полетел кубарем через стол, сметая телом с него все оборудование. Он, матерясь и не понимая, что происходит быстро встал. В паре метров от него завис дрон. Похоже, что это он его ударил в спину, да так что едва дух из него не вышиб. Удивительно, дрон восстал против него и не подчинялся его командам совсем!

— Ты что творишь маленький ублюдок, — угрожающе прошипел он.

Дрон угрожающе вильнул из стороны, в сторону делая обманный маневр, и словно пуля метнулся к нему. Матиас был начеку, он увернулся и вдогонку со всей силы, ударил дрон искусственной рукой.

— Получи маленький гаденыш! — злорадно заорал он.

Сбитый дрон каким-то вихляющим штопором закрутился и врезался в стену.

Матиас схватил со стола бинган и, не целясь, выстрелил. Но шарообразный робот, словно мяч, отпрыгнул в сторону и спрятался за машиной — стрелять в нее хозяин не станет. На стене в месте попадания луча появилась глубокая яма с обожженными краями. Если бы он попал в дрон то неминуемо прикончил бы его.

— Хитрый маленький ублюдок, — процедил Матиас, — тебе чертовски повезло.

Он осторожно переместился к ящику с товаром. Так как справедливо предположил, что именно он стал источником всех его сегодняшних бед. Наблюдая за машиной, он скосил глаза и заглянул в ящик. Все на месте. Мозги, как серые медузы плавали в специальном геле опутанные электродами и нанотрубками. Но вот второй мозг в первом ряду какой-то странный. Он присмотрелся.

«Что с тобой не так кусок жира?!», — в недоумении глядя на него подумал Матиас.

Он не сводя глаз с машины, за которой прятался дрон, достал нейро сканер из кармана и, увеличив количество сканирующих опций, навел на мозг.

— Твою мать! — он едва не выронил бинган из рук.