Ворчание из могилы

30 сентября 1962: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

…мне неинтересно его предложение. Не из-за величины гонорара – любая рукопись стоит столько, сколько Вы можете за неё получить… иногда ноль. И не из-за сокращений – я всегда против них, но не настолько. Я категорически против, потому что он хочет, чтобы я просто-напросто обрубил последнюю сотню страниц.

Если я сделаю это, от романа останется просто сдобренная сексом волшебная история, без смысла и оправдания. Я не хочу публиковать эту историю в такой ампутированной форме. Около тридцати страниц из той сотни действительно довольно нравоучительны, довольно медлительны, и (если бы мне пришлось сокращаться) я бы выжал всю воду из этого куска настолько, насколько это возможно – то есть от прибытия героя в Центр планеты до его решения уехать, – но я совершенно не желаю просто обрубить историю в точке, где они захватывают Яйцо Феникса. Это лишит историю всякого смысла.

7 декабря 1962: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

«Putnam» понравилась «Дорога славы». Её нужно немного ужать, и есть «несколько не очень серьёзных» предложений по исправлениям. Их отметят в рукописи и пошлют письмо с подробностями.

СВОБОДНОЕ ВЛАДЕНИЕ ФАРНХЭМА

9 марта 1963: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Новый роман (рабочее название: «Большой шлем»[151]) я сделал за 25 дней напряжённого труда, 503 страницы. Похоже, Джинни он нравится больше, чем «Дорога славы», она говорит, что вещь быстро читается и её не нужно сильно сокращать. Однако я намерен всё сильно сократить и передать моей машинистке в конце месяца. Я сам ещё не читал, что получилось, но, пока писал, мне всё нравилось.

21 марта 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Я не представляю, как Вам удаётся производить романы на 500 страниц за 25 дней, пусть даже первый черновик.

8 июля 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Хорошая история в «Свободном владении Фарнхэма», в ней достаточно авантюрных моментов для некоторых мужских журналов.

21 августа 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Питер [Исраэль] говорил, что он писал Вам об идеях по поводу сокращений и переделок, вероятно, сейчас Вы уже получили его письмо.

4 октября 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Питер Исраэль сказал: «Боб Хайнлайн – босс. Я выскажу своё мнение, но у меня достаточно уважения к его опыту и суждениям, так что если он скажет, что какие-то вещи делать нельзя, я соглашусь с тем, что Боб сделает всё так, как считает нужным. Если он скажет, что текст нельзя сокращать менее 100 000 слов, серьёзно не повредив историю, то я издам все 100 000».

12 октября 1963: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

По контракту с «Putnam» на «Свободное владение Фарнхэма»: на странице два я изменил количество слов на «100 000», вычеркнул срок поставки и сделал его «согласованным». Я должен знать [их] самый крайний предельный срок для публикации осенью ‘64. Я знаю, что к Новому году, как было указано, законченная рукопись им не нужна, и я это вычеркнул – к тому же я не мог бы предоставить чистовик к этому сроку. У меня слишком много с ним работы, и моей машинистке понадобится по меньшей мере два месяца после того, как я закончу его сокращать. Когда будете выяснять у него насчёт самого крайнего срока, пожалуйста, сообщите ему, что за двадцать пять лет я ни разу не опоздал к крайнему сроку, ни на один день. Я совершенно уверен, что большинство редакторов добавляет для страховки как минимум месяц к дате крайнего срока, потому что, как известно, большинство авторов не грешат пунктуальностью в таких делах. И я хочу услышать реальные сроки. Я их не нарушу.

ЛУНА – СУРОВАЯ ГОСПОЖА

21 июня 1965: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Оригинал этого письма пойдёт с оригиналом рукописи «Медного орудия» [ «Луна – суровая госпожа»], копия пойдёт со вторым экземпляром рукописи. Оба письма отправлю Вам завтра, оригинал авиапочтой рано утром, второй экземпляр – воздушным экспрессом во второй половине дня, попробую сделать так, чтобы они ушли различными самолётами. Как Вы, вероятно, знаете из новостей, мы отрезаны от всех путей, кроме воздушного – и последнее, что я слышал, это что они одолжили «Curtiss» 1916[152], чтобы перевозить всех пассажиров, грузы, почту и еду, которые поступают и отбывают из нашего маленького аэропорта. По поводу рукописи: пожалуйста, пошлите оригинал «Putnam», к нему приложена заявка на их конкурс с суперколоссальными призами. Но, пожалуйста, скажите ему, что на самом деле у меня нет никаких видов на победу в номинации научно-фантастических романов…

6 июля 1965: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

«Putnam» нравится новая книга, условия те же, что с последней книгой. Не нравится название. Вы можете предложить другое?

30 ноября 1965: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Вы видели копию письма *** ко мне; я позвонил ему сегодня. Он шокировал меня своим предложением редактировать рукопись, которую *** одобрила в целом, – но я отфутболил его предложение обратно, сказав «хорошо, и как быстро Вы можете переслать мне отредактированную рукопись для моего одобрения?» – и напомнил ему, что раньше я никогда не подписывал контракт с «Putnam» и не принимал никаких авансов, пока рукопись не была полностью и окончательно одобрена. Я думаю, это его озадачило, но он быстро согласился пробежаться по рукописи и посмотреть, что сделал редактор, а затем либо одобрить изначальный вариант, который я представил, удалив правки редактора, либо отослать их мне на утверждение.

THE PAST THROUGH TOMORROW (ПРОШЛОЕ ЧЕРЕЗ ЗАВТРА)

9 марта 1963: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Настоящим возвращаю письмо Питера Исраэля по поводу Истории Будущего. Я так и не понял, чего он хочет. Я имел в виду омнибус из первых трёх книг Истории Будущего. У нас есть на них все права, и мы владеем оригинальными оттисками.

Я предлагаю, чтобы мы сказали Исраэлю, что мы предлагаем для переиздания первые три тома, отдельно или как один гигантский том – с оттисков, которые мы предоставим, а если он не хочет, пусть сообщит нам, чтобы мы могли предложить то же самое в «Science Fiction Book Club» издательства «Doubleday». Я совершенно уверен, что они рискнули бы принять такое предложение, если им будут предложены оригинальные оттиски. Эти три книги широко известны в своей области, они раньше не издавались в твёрдом переплёте и никогда не предлагались в «SF Book Club».

НЕ УБОЮСЬ Я ЗЛА

21 августа 1969: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Роберт говорит, что новый роман будет такого же объёма, как Библия, но, учитывая количество авторов Библии, я в этом сомневаюсь. Он всё ещё в процессе завершения. Когда он закончит, мы запустим парочку ракет, и, возможно, Вы увидите одну из них!

28 августа 1969: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

[Роберт] оставил мне записку: «Пожалуйста, передай ему, что мне очень хочется узнать, как ему эта новая книга, особенно концовка.

«У меня такое ощущение, словно я перевожу «Giles Goat Boy»[153] на поздний марсианский».

2 сентября 1969: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Роберт полностью загружен работой. Он сказал, что это – последняя глава. Потом глубокомысленно добавил: «Я надеюсь, что это не похоже на рассказ». Ну, я думаю, что теперь-то он в этом уверен. Он потратил всю прошлую ночь на то, чтобы кого-то убить. Должно быть, это был кто-то вроде Распутина, судя по времени, которое на это ушло.

1 октября 1969: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Каких слов Вы хотите о романе? Он сейчас в стадии сокращения – я посчитала, что он местами затянут. Разве Вы не любите сюрпризы? Всё, что я могу сказать Вам – это то, что он весьма отличается от всего, что я когда-либо читала прежде, у Хайнлайна или у кого-либо ещё. И он будет у машинистки перед нашим отъездом на встречу выпускников…

7 октября 1969: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

По поводу новой книги, у Роберта есть свои сомнения насчёт того, что Маку[154] она понравится. Он напомнил, что Мак в своё время отклонил «Чужака», хотя позднее опубликовал несколько авангардных вещей. Я на это сказала, что он просто не мог больше продавать публике Элси Динсмор[155].

13 октября 1969: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Сокращение продвигается медленно…

12 ноября 1969: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

За то время, пока я писал «Не убоюсь я зла», а Вы, Джинни и Марго занимались всем остальным, в папке с Вашим именем на моем столе скопилось множество несрочных вещей. Из папки явствует, что я с 22 июня письменно не подтверждал получения чеков. Я собираюсь подтвердить и чеки, и книги, чтобы у Вас был письменный отчёт.

4 декабря 1969: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Я только боюсь, что мне придётся теперь печатать «Не убоюсь я зла», и это испортит мне всю зиму! Думаю, в первом варианте было 689 страниц.

19 января 1970: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Я потратил на чтение «Не убоюсь я зла» больше времени, чем когда-либо раньше тратил на рукописи. И это только отчасти из-за длины книги – я быстрее проходил и более длинные, – но в романе так много хороших мест, что я отвёл себе времени достаточно, чтобы успеть получить удовольствие и похихикать над ними.

31 января 1970: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Сегодня Боб, вероятно, поставит своё «Х» на двух доверенностях. Одна для Вас, другая для меня. Ваша понадобится, чтобы вести коммерческие дела, моя общая… и я полагаю, что мы оба должны хранить их неопределённо долгое время, для того чтобы использовать в экстренной ситуации.

Роберт находится в хорошем настроении, но весьма слаб, медсёстры при нём круглосуточно. Разрез выглядит огромным, на мой неопытный глаз. До вчерашнего дня в нём был дренаж…

12 февраля 1970: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Этот новый роман, вероятно, ближе к мэйнстриму, чем к научной фантастике, ближе чем всё, что Роберт сделал… он хочет, чтобы эта вещь по выходу получила массовое распространение, или первый тираж в мягкой обложке, или журнальную публикацию, или, возможно, и то, и другое. Выпуск в мягкой обложке, похоже, не слишком сильно отражается на продажах коммерческого издания, если принять во внимание практику «Клуба книголюбов» при «Doubleday». Если у нас не получится журнальная или предварительная публикация книги в мягкой обложке, мы вынужденно позволим выпустить роман в клубном издании. Объёмы продаж «Луны – суровой госпожи» мою правоту в этом вопросе подтверждают.

26 февраля 1970: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Только что вернулись из больницы. Боб пытался съесть завтрак… он съел на завтрак целое яйцо, и я не знаю, сколько ещё, но он всё ещё получает питание внутривенно, и очень неуверенно стоит на ногах. Но, во всяком случае, мы уже обходимся без инвалидной коляски, и он выходит гулять в коридор. После того как он месяц отказывался покидать свою комнату, это – значительный прорыв. Кроме того, я дала ему «Словарь оскорблений»[156], и он начал его читать, что куда лучше, чем мыльные оперы, викторины и т. п., которые он смотрел по телевизору.

Кроме того, посылаю письмо от Леди Голланц. Роберт прочитал это письмо и твёрдо сказал: «Никакой бодлеризации». Поэтому не могли бы Вы вежливо послать её ко всем чертям? Пассаж, на который она ссылается, тот, в котором герой чувствует жалость к жертве, а не к преступнику. Она хотела его выкинуть.

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА: К этому времени издатели во многих странах печатали работы Роберта, особенно его подростковые романы.

Несколько британских издателей имели контракты на его книги, среди них «Gollancz». Главой этой фирмы был посвящённый в рыцари короны сэр Виктор Голланц. Когда сэр Виктор умер, его жена приняла фирму.

Когда они собирались издавать один из подростковых романов (теперь уже не вспомнить, что за книга это была), леди Голланц спросила, может ли она опустить несколько предложений, в которых речь шла о наказании персонажа за преступление, которое он совершил. Закон по этому вопросу твёрд, как здесь, так и в Великобритании: никакой издатель перепечатки не может вносить изменения в текст без письменного согласия автора.

Поэтому Роберт отклонил её просьбу об исправлениях.

Вчера, в Санта-Круз, я наткнулась на заметку, которую Роберт сделал о новой книге. Жаль, я не могу привести её полностью, но он сказал: «Возможно, это мой последний роман. Я не собираюсь позволять какому-то редактору сокращать его, если он не понимает его полностью». Он всегда говорил, что эта история не могла быть сокращена из-за её сложности… хотя я думала, что это нужно было сделать. Возможно, он был прав. В любом случае такие вещи следует делать с осторожностью, а не пытаться впихнуть их в прокрустово ложе. Он действительно делал некоторые сокращения перед заключительной печатью и копированием. Я вычитывала это и проверяла, и внесла исправления там, где машинистка сделала ошибки. И сокращённая версия была намного живее, чем исходный вариант!

7 марта 1970: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Я знаю, что у [Роберта] были конкретные мысли по поводу того, что он хочет от контракта на новую книгу, но он только твердит, «Вы с Лертоном справитесь с этим», так что нам придётся потянуть ещё немного.

31 марта 1970: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Роберт доволен, что продажа в журнал состоялась [ «Не убоюсь я зла» в «If»]. У него было твёрдое намерение добиться журнальной публикации этой вещи, если это возможно.

Врачи очень довольны прогрессом Боба, но он всё ещё проводит большую часть времени в постели, и на самом деле ему не до выполнения любой работы вообще. Кроме того, иногда его ум не столь остёр, как обычно, и мы надеемся, что к тому времени, когда техническое редактирование будет закончено, он сможет на неё взглянуть… И после встречи с вечностью, которую он недавно имел, он намеревается внести некоторые изменения в свой образ жизни. Только что это будут за изменения, пока неизвестно. Вероятно, они будут включать такие вещи, как отказ от выступлений перед публикой (он нашёл их весьма тревожащими), никаких интервью и т. д.

8 апреля 1970: Лертон Блассингэйм – Вирджинии Хайнлайн

Срочно отправьте мне ксерокс Вашей доверенности. Мы должны приложить его к новому контракту с «Putnam».

20 ноября 1970: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Рецензенты, кажется, жалуются на нехватку откровенного секса в «Не убоюсь я зла». Один из них сказал: «м-р Хайнлайн – викторианец…» Была ли на свете когда-либо хоть одна книга, которая понравилась бы рецензентам?

14 января 1971: Вирджиния Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Большое спасибо за статью из «Нью-Йорк таймс». Отныне я буду кланяться Хозяину каждое утро. Как один человек исхитрился стать героем Новых Правых, Женского движения[157] и культуры хиппи – и всё это на одном дыхании? Мы все должны быть шизофрениками!

Глава XII

Путешествия

6 августа 1952: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Назад домой к бушелю почты и постоянным звонкам телефона. Я недоумеваю, зачем мы вернулись?! Но это была прекрасная поездка – Джексон-Хоул, Гранд-Титон, Йеллоустонский парк, Национальный монумент Лунные Кратеры, Сан-Вэлли, «День ‘47»[158] в Солт-Лейк-Сити, Парк Зайон, Северная стена Великого Каньона – откуда мы поехали на мулах вниз, на дно Каньона, затем Брайс-Каньон, оттуда через основной ассортимент в Аспен и, наконец, домой.

ВОКРУГ СВЕТА

17 августа 1953: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

…очень рад услышать планы относительно кругосветной поездки.

25 сентября 1953: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Мы приплываем из Нового Орлеана 12 ноября и уезжаем отсюда около 7 ноября. Очень жаль, но я не смогу побывать на Восточном побережье с визитом или проездом, поскольку мы уезжаем из Залива и возвращаемся через Сан-Франциско…

С нашей поездкой почти всё утряслось, мы получили разрешение от Министерства ВМФ, получили паспорта, приобрели билеты на два основных этапа поездки. Нам поставили прививки от холеры, тифа и паратифа, столбняка. Жёлтая лихорадка ждёт в среду. Джинни прямо сейчас занимается визами, но все главные препятствия пройдены. Я проставлю точное место и время позже, но вот, как это представляется сейчас: пароходом «Gulf Shipper»[159] (регистр США) из Нового Орлеана, через Панамский канал, полдюжины западных южноамериканских портов, в Вальпараисо, перелёт над Андами в Буэнос-Айрес, загружаемся в грузовой лайнер (плавательный бассейн и всё такое) «M. S. Ruys» (Голландия), потом Монтевидео, Сантос и Рио-де-Жанейро, через Южную Атлантику в Кейптаун, после которого судно заходит в полдюжины восточноафриканских портов и в Занзибар, конечная остановка в Кении. Затем – через Индийский океан до Маврикия и Сингапура. В Кейптауне я хочу на неделю оставить судно, чтобы посетить Национальный парк Крюгера. Правда, Джинни всё время твердит, что львы могут открыть автомобильные дверцы. Тем не менее я хочу осуществить эту поездку и увидеть львов, слонов и т. д. в их исконной среде обитания.

Мы покидаем судно в Сингапуре, дальше мест не бронировали, я планирую посетить Яву и Бали как минимум и завершить в Дарвине, Австралия – сейчас мы пытаемся организовать заказ билетов до острова; если это не сработает, то мы полетим на острова самолётом и окажемся в Дарвине, так или иначе. Оттуда мы летим в Сидней, остаёмся, пока нам не надоест Австралия, потом в Новую Зеландию, где мы намереваемся посетить и Северный, и Южный острова (есть авиалиния «N. Z.», которая обслуживает круговой маршрут), и в конечном счете домой через Фиджи, Гавайские острова и Сан-Франциско.

24 октября 1953: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Как видите, это письмо у меня всё почёркано – хотя я могу написать снова. Кроме того, Вы увидите, что я (с фантастической изобретательностью и элегантной предусмотрительностью) поместил все ценные сведения на вторую страницу, так что Вы можете теперь вывесить её на Вашей доске объявлений или где-то ещё. Мы вышлем Вам открытки с calabozos и hippos[160] и тому подобного. Если я не вернусь вовремя, вышлите мои личные вещи по адресу: Таити, четвёртому бродяге слева.

Ой! Я забыл кое-что – деньги. Не посылайте мне никаких чеков после 7 ноября; просто придержите для меня всё, что придёт. Вполне возможно, что, после того как меня обчистит банда международных аферистов, возглавляемых красивой блондинкой в соболях, я попрошу Вас телеграфировать мне немного бабла – но это кажется маловероятным, поскольку я захватил с собой изрядно.

3 апреля 1954: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Мы возвратились домой поздно вечером в среду и потратили четверг и пятницу на распаковку и чтение писем. Я не ответил ни на одно из них.

Я всё ещё не смог разгрести свой письменный стол, вдобавок по итогам поездки у меня скопилось около двух дюжин дневниковых записей, которые тоже требуют внимания. У нас всё хорошо за исключением простуды, подцепленной в Новой Зеландии, и она по-прежнему с нами. Обратная дорога прошла хорошо, не считая того, что за десять минут до Колорадо-Спрингс в долбаном самолёте что-то загорелось в системе обогрева, каюта заполнилась дымом, и капитану пришлось возвращаться и делать вынужденную посадку. Как раз перед этим мне наконец-то удалось склонить Джинни к тому, что в будущем мы будем путешествовать воздушным транспортом…

КНИГА О ПУТЕШЕСТВИЯХ[161]

ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА: В 1953-м и 1954-м мы с Робертом предприняли шестимесячное путешествие вокруг света. Когда мы вернулись, я предложила, чтобы Роберт написал книгу о поездке. Он написал половину книги и отослал её Лертону, чтобы посмотреть, есть ли спрос на такую вещь.

Оказалось, что на неё не было никакого спроса.

Каждому, кто читал эту книгу, она нравилась, но никто не хотел её издавать. Роберт потратил несколько месяцев, работая над этой книгой. Слишком поздно издавать её сейчас – она значительно устарела.

30 августа 1954: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Я думаю, Вам лучше вернуть рукопись книги о путешествиях обратно, чтобы я её закончил. Я провёл целое лето, ожидая её возвращения следующей почтой, угнетённый её незавершённым состоянием и неспособный приступить к работе над чем-то другим. Никогда больше не буду посылать незаконченную рукопись – для меня это всё равно что кто-то читает у меня через плечо. Это мешает мне сосредоточиться на работе у станка.

Длинная вереница гостей тоже способствовала тому, что лето было растрачено. Последний из них теперь покинул дом, и я смогу быстро закончить книгу о путешествиях. Через пару недель я хотел бы начать мой следующий роман. Я планирую сначала сделать очередную книгу для мальчиков, а затем взрослый роман для публикации в журнале.

ЕВРОПА

24 января 1955: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму