Повелитель миров 4

Стремительно обернувшись, Краниос и в самом деле увидел, что брак тянет свои загребущие лапы к лежавшему на столе, недоеденному окороку.

— Убрал лапы от моего окорока!

Услышав грозный предупреждающий рык, брак, задрав голову, посмотрел невинными глазами, на нависшего над ним гиганта.

— Да это же я не для себя!

— Ещё скажи, что для меня. — Хищно улыбнулся Краниос, немного даже восхищённый наглостью Мишкена.

— Именно. — Тут же, с готовностью, подтвердил пройдоха. — Пока одни только и делают, что раздают моему другу Краниосу советы, я решил взять всё в свои лапы…

— Я видел, что ты хотел взять в свои лапы. — Перебил его гигант, сгребя со стола окорок.

Проводив печальным взглядом, покинувшего кухню Краниоса, а верней, так и не доставшийся ему окорок, Мишкен последовал за командующим войсками атлантов на Земле.

— Что так долго? — Недовольно заметила, уже сидевшая в санях Ананке, последним, вышедшим на улицу гиганту и браку. — Залезайте в сани и поехали.

Чтобы не сказать ничего грубого в ответ, подгонявшей его девушке, плюхнувшись на свободное сидение в санях, Краниос откусил большой кусок мяса от окорока и громко сопя, стал с остервенением живать.

— Что-то Ананке сегодня не в настроении. — Тихо заметил, сидевшему рядом с ним Юпериусу Гапериан. — Столько волнения и шума, из-за визита к её отцу. Можно подумать, что мы едем с визитом прямо к самому королю.

Сидевшая в начале саней, позади возничего Ананке, внимательно посмотрела на расположившихся в дальнем конце саней командира корпуса «Дракон» и наставника Боя, которым стало ясно, что девушка, расслышала всё только что сказанное.

— Снова подслушиваешь подруга. — Усмехнулась старшей дочери Хати, сидевшая недалеко от неё Ноуна. — А Гапериан ведь прав. Что-то ты сегодня не в настроении.

Последнее замечание рыжеволосая красотка, сделала не просто так. Ананке ведь так злобно на неё взглянула, вспыхнувшими ледяным блеском глазами, что любого можно было бы заморозить только одним этим взглядом.

Отвернувшись от заметно напрягшихся Вервольфов, хотя на самом деле она поспешила спрятать свой взгляд от, обратившего на неё внимание Юпериуса, Ананке, стала смотреть в сторону распахнутых городских ворот, к которым они уже подъезжали.

Удивительно, но отряд воинов, охранявших ворота, без всяких проверок и задержек, спокойно пропустил в Климену сани Ананке, с находившимися внутри тех чужаками. При этом доблестные вояки даже вытянулись по струнке смирно.

— А ты Ананке, я так посмотрю, не последний человек в этом городе. — Похвально качнул головой Краниос, бесцеремонно отбросив в проулок, мимо которого они сейчас проезжали, полностью теперь уже обглоданную кость бывшего окорока. Его даже не смутило, что до этого проулка было не меньшедесятка метров, ведь центральная улица, по которой вслед за собой тащили сани белые медведи, была настолько широкой, что одновременно, рядом друг с другом, по этой дороге могли проехать пять, а то и шесть таких огромных саней.

Недовольное, громкое ругательство, донёсшееся из проулка, свидетельствовало о том, что костяной снаряд гиганта в кого-то всё-таки попал. И этот кто-то, был этим вопиющим фактом внезапного насилия, не очень-то и доволен. Знай, конечно, этот бедняга, что ему ещё и повезло, остаться живым после этого попадания кости, которую, Краниос, не рассчитай он свои силы, мог запустить и так, что даже в стене дома, после попадания кости, могла остаться дыра, то сейчас бы не ругательства летели из подворотни, а слова искренней благодарности, за сохранённую жизнь дурака, по своей глупости и недосмотру, подставившегося под отброшенную благородным господином кость.

— Ты можешь вести себя немного культурней. — Тихо упрекнул Краниоса Ютиас.

— Да, я, же, только восхитился Ананке. — Гигант так и не понял, за что его ругают.

— Я тебе про кость. — Младшему волшебнику пришлось уточнить, что он имел в виду. — Ты, что совсем одичал на этой Земле. Ведёшь себя, как дикарь какой-то.

— Да ничего страшного. — Неожиданно вмешалась Ананке. — Всё равно уже через несколько секунд, от этой кости не останется и следа.

— Вот, видишь! Цивилизация! — Восхитился Ютиас. — Насколько в этом городе быстро и профессионально налажено дело с чистотой и уборкой мусора.

— Да нет. — Впервые за этот день усмехнулась беловолосая красавица. Хотя улыбка эта оказалась какой-то уж и кровожадной. — Просто эту кость съедят ещё до того, как она успеет полностью покрыться падающим с небес снегом.

Вспомнив размер кости, все, немного взволнованно и озадаченно посмотрели назад, в сторону оставшегося где-то там проулка. Сам собой у каждого возник вопрос — кто же был способен сожрать такую кость?

— Ты слышал. — Строго посмотрел на Краниоса Гапериан. — Хватить подкармливать местных питомцев.

— Да у меня уже и нечем. — Гигант, раскрыв свои огромные ладони, наглядно показал всем, что в них никакой еды больше нет. Но тут, он, задумчиво прищурившись, посмотрел на сидевшего рядом с ним Мишкена. — Хотя…

— Оставь Мишкена в покое. — Поспешил вмешаться Ютиас, ведь шутки шутками, а от Краниоса можно было ожидать чего угодно.

— А вы весёлые. — Без всяких эмоций, заметила Ананке. — Может быть, вы даже и понравитесь моему отцу и дяде.

— Что под весельем она подразумевала? — Гапериан немного взволновано посмотрел на Юпериуса. — То, что Краниос хотел Мишкена скормить какой-то обитавшей в проулках этого города твари, или ещё что-то?

— Какая разница. — Не стал ломать себе голову наставник Боя. — Встретимся с её отцом и дядей, а там уже и видно будет. Что, да к чему.

Как она не пыталась, после очередного, сделанного ей замечания Ноуной, теперь скрывать того, что прекрасно слышит все разговоры в санях, но услышав слова Юпериуса про встречу с её роднёй, Ананаке не удержалась от громкого выдоха. Причём, те, кто слышал этот выдох, решили, что юную красавицу, что-то сильно тяготит или беспокоит. Возможно, именно поэтому, у неё и было, сегодня такое прескверное настроение.

— Это, что, королевский дворец? — Высказал всеобщее удивление Краниос, когда сани, проехав через большую площадь, остановились перед высокими, коваными воротами, за которыми раскинулся великолепный по своей архитектуре и строению, без всяких сомнений, самый настоящий дворец.

Как это было и при въезде в город, дворцовая стража, молча, распахнула ворота и без всяких проверок и задержек пропустила сани с Ананке и сопровождавший её отряд на белых тиграх на территорию дворца.

— А вот теперь, становиться намного интересней. — Улыбнувшись, Гапериан стал внимательно рассматривать Ананке. — Вот так и Ананке!

— Принцесса, король уже ждёт вас и гостей в главном зале. — Поклонившись Ананке, сообщил, подскочивший к остановившимся саням старший офицер внутренней охраны дворца.

— Всё-таки приём будет у короля. — Краниос, вспомнив про манеры, и про наличие подобающего вида, на королевских приёмах, не нашёл ничего лучшего, для того чтобы немного привести себя в порядок, как быстро вытереть руки и рот от остатков жира, об прекрасное меховое покрывало, которым они укрывались в санях во время поездки. — Вот теперь, я готов и на встречу даже с королём.

Глава 11 Первородные

Краниос, впрочем, как и Гапериан, ну и естественно Ютиас (как ни как, Волшебники являлись на Атлантиде весьма и весьма значимыми, почитаемыми и уважаемыми особами, заслуженно державшими себя наравне с любым правителем мира сего), не в первый и даже не в десятый раз — одним словом, уже неизвестно в какой раз, оказывались на королевском приёме. Так что этот приём у короля Глейпнира, не был для них чем-то особенным.

Подумаешь, очередной приём у очередного короля. Что ещё могло быть особенного и занимательного на этом приёме.

Ничего.

Так во всяком случаи думала троица, частых посетителей всевозможных дворцовых приёмов. Ведь, как ни как, ни один уважающий себя король, не упускал случая и возможности, чтобы на устраиваемом им приёме, каком-нибудь празднике или очередном балу, присутствовал один из легендарных героев Атлантиды. А, если этих героев удавалось заполучить на устраиваемое светское мероприятие сразу несколько, то популярность устроившей сей праздник коронованной особы, возрастала в разы.

Так что не удивительно было, что Краниос до последнего, пока они не приблизились к погружённому в полумрак трону, был совершенно спокоен и полностью безучастен к происходящему. Но это до того момента, пока не подал голос, восседавший на троне король.

— Добро пожаловать в Глейпнир, чужаки. — В темноте угрожающе вспыхнули ледяной синевой глаза. Но пугающим было даже не это. А сам голос, больше похожий на ужасающе громкое рычание голодного хищника. Голос, громоподобно разнёсшийся по всему залу.

Возможно, что в зале приёмов была прекрасная акустика, позволившая настолько громко усилить голос короля. Но, что-то всем подсказывало, что никакая акустика сейчас была здесь не причём.

Не в силах унять предательскую дрожь в ногах, Мишкен, как и всегда в случаи опасности, переместился за спину Ареса. Из всего отряда только брак потерял над собой контроль и поддался испугу и панике. Все же остальные, хоть и были немного застигнуты врасплох, таким «тёплым», рассчитанным, явно на запугивание, приёмом, сохранили хладнокровие и спокойствие. Во всяком случае, внешне остались спокойными. Хотя, на самом деле, Краниос еле сдержался от того, чтобы в тот момент, как в темноте вспыхнули ледяной синевой глаза, не запустить туда свой молот. Но разум возобладал над рефлексами, и никакой спонтанной атаки на королевскую особу не произошло. Хотя, скорее всё же, этой атаки не произошло только лишь по тому, что следуя установленному этикету, ни у кого из присутствующих на королевском приёме, в руках не было оружия.

Было вообще даже странным и удивительным, а со стороны королевской гвардии, так вообще непростительной ошибкой и нарушением всех правил безопасности королевской особы, что им — чужакам и незнакомцам, возможно даже врагам и убийцам (ну, а что, всё ведь могло быть), разрешили оставить при себе всё их оружие.

Но и на этом странность происходящего приёма не заканчивалась. А если быть точным, то не заканчивались ошибки и недосмотры со стороны королевских гвардейцев. Ведь ни одного из них не было видно в зале, где совершался приём. Так что получалось, что отряд чужаков, от которых неизвестно, что можно было ожидать, находился наедине с королевской особой. Ну, или почти наедине, ведь отряд младшего волшебника сопровождала Ананке.

— Хорошо! — Поднявшись с трона и выдвинувшись при этом из прятавшего его всё это время полумрака, довольно, но как-то при этом кровожадно, улыбнулся Хати. — Рад видеть, что вы не из пугливых.

Все сохраняли молчание, не зная, что сказать. Такого ведь королевского приёма, ни у кого ещё не было. И почему-то у всех сложилось такое впечатление, что возвышавшийся перед ними гигант-король, специально устроил всё так, чтобы остаться с ними наедине. Да и судя по внешнему виду и физическим данным Хати, по буквально рвавшейся наружу из его могучего тела силе и энергии, никакие гвардейцы для охраны его коронованной особы, ему были и не нужны.

Краниос, считавшийся, до этого момента настоящим гигантом, немного завистливо, но больше, конечно, изучая и прикидывая все сильные и слабые (если, конечно, таковые имелись) стороны, рассматривал, всем свои видом, явно бросавшего им вызов короля-гиганта. Самого, что ни на есть, настоящего гиганта! Гиганта-великана, бывшего где-то на голову выше от командующего войсками атлантов на Земле, и наполовину, это уж точно, шире его в плечах.

После того, как младший волшебник сумел разыскать в библиотеке загородного дома Ананке, кое-какие сведения из истории седьмого королевства, или как теперь оно называлось — Глейпнира, все в отряде прекрасно понимали, кто правит этим королевством.

А править здесь могли только сильнейшие. Те, кто находился на вершине пищевой цепочки. Род Первородных чистокровных оборотней. Род Фенрира.

Размеры Хати произвели впечатление на всех. И даже на Краниоса. Да и как было тому остаться равнодушным, если до этого момента, единственным, кто мог с ним сравниться по физическим параметрам, был отец Ареса, король-оборотень. Само собой, естественно, когда король-оборотень Джорук находился в человеческой форме. Животная же форма любого чистокровного оборотня, а особенно глав родов, значительно превышала размеры даже гиганта Краниоса.

Здесь же, на лицо было явное превосходство в физических размерах Хати над командующим войсками атлантов на Земле. И было даже страшно представить, каких же неимоверных размеров была животная форма этого короля Глейпнира.

— О! Я вижу среди вас младших родственников! — Немного потягивая носом воздух, Хати, внимательно рассматривал Норуна и Ноуну.

Услышав, что их назвали младшими родственниками, что для чистокровных оборотней было немалым оскорблением, Вервольфы недовольно зарычали. Но стоило только Хати издать тихий, но от этого не терявший своей угрозы, предупредительный рык, как брат и сестра, признав превосходство и силу старшего сына Фенрира, замолчав, смиренно опустили вниз головы.

— Так-то лучше. — Король-гигант снисходительно немного кивнул головой, отчего его длинные, белые, неподдающиеся никаким гребешкам и укладкам волосы, рассыпались по его могучим плечам и лицу, наподобие львиной гривы. Дав понять, этим своим жестом, что он принял покорность и повиновение, признавших его силу и власть чистокровных оборотней из младшего рода, Хати прошёлся внимательным и изучающим взглядом по остальным чужакам. Ну, или почти по всем. Так как гордый и могучий глава рода первородных оборотней, даже и секунды не потратил на изучение Мишкена. По-видимому, посчитав изучение того особы, ниже своего достоинства и бесполезной тратой времени.

Кроме зрительного осмотра, король Глейпнира, то и дело втягивал носом исходившие от чужаков запахи. И, похоже, обоняние раскрывало ему больше информации, нежели зрение.

— Странно? — Было заметно, что Хати никак не мог чего-то понять. — Что в вас такого особенного, что вы смогли пройти через ворота Ананке? То, что вы не из Глейпнира, я вижу и чувствую. Так что сомнений нет в том, что вы здесь чужаки. Чужаки, сумевшие каким-то образом пройти через ворота Ананке.

Безошибочно определив лидера отряда, хотя, возможно, что Ананке просто успела поделиться с отцом всей имеющейся у неё информацией, касательно отряда чужаков, король Глейпнира вопрошающе посмотрел на Ютиаса.

— Как вы смогли пройти через ворота Ананке?

— Если честно, то нам и самим это интересно. — Даже, и, не подумав, краснеть от откровенно вранья, пожал плечами младший волшебник. — Мы просто спасались от преследовавших нас арахнидов и наткнулись на портал, в который и заскочили.

— Не спасались, а тактически отступали. — Тихо поправил Краниос, скорее для самоуспокоения, чем для кого-то конкретно.

— Арахнидов? — Было, похоже, что о детях Арахны Хати ничего не слышал до этого момента.

— Дети Арахны. — Попытался разъяснить Гапериан. — Наполовину люди, наполовину пауки.

— Интересно. Что-то новое. — Хищно, с охотничьим азартом, блеснул глазами Хати. — И много там, откуда вы пришли, таких интересных тварей как эти арахниды?

— Предостаточно! — Краниос сразу почувствовал, что нашёл буквально родственную душу, по добыче прекрасных охотничьих трофеев. — Да у вас и самих, как мы успели уже увидеть, предостаточно и своих опасных, диковинных созданий.

— Кстати об этом. — Похоже, что Хати, только теперь вспомнил об оказанной ему лично и его роду, услуге отрядом чужаков. — Хочу поблагодарить вас за спасение жизни моей младшей дочери Селены. — С какой-то задумчивостью, он посмотрел на Ареса. — Мне рассказали о твоих подвигах юный воин. И для тебя особая моя благодарность, а так же подарок. Но этот подарок, ты немного позже, выберешь сам себе, в моей сокровищнице.

Услышав про подарок, брак с алчно загоревшимися глазами, выглянул из-за мальчишки и поборов свой страх, несмело напомнил:

— Ну, вообще-то, если что, мы все принимали участие в спасении вашей дочери.

Только теперь Хати, был вынужден обратить своё внимание на Мишкена. И, то, что он удивлённо сказал, заставило улыбнуться всех. А Краниос, так вообще, еле сдержался, чтобы не заржать от смеха, как конь.

— Оно, что разговаривает?! Я думал это питомец мальчишки!

Брак, словно выброшенная на берег рыба, беззвучно открывал и закрывал рот, не зная, что сказать. Нет, он, конечно, знал, что казать, а верней, какими словами выразить своё возмущение и негодование. Но, жизнь ему была дороже, чем отстаивание собственной чести. Он-то ведь прекрасно знал, кем является король Глейпнира, и что он может с ним сделать, если ему что-то не понравиться. И никто, из их отряда, даже если они и захотят встать на его защиту, скорей всего, не смогут помешать главе первородных чистокровных оборотней, свершить над ним расправу. Так что лучше было в этой ситуации, возмущаться и негодовать молча.

— Это не питомец, а брак. — Неожиданно вступился за Мишкена Арес. — Он, хоть и та ещё зараза, но всё-таки, наш боевой товарищ.

Хати снова, внимательно посмотрел на Ареса, без страха и сомнений, показавшего своё недовольство таким отношением к браку. К тому самому браку, который, не оценив заступничества сына короля-оборотня, медленно, убираясь подальше от глаз короля Глейпнира, испугано задвинулся за спину (делавшего, по его мнению, только хуже) заступника.

— Ваш боевой товарищ? Всё интересней и интересней. Кто бы мог подумать. Ну, раз его не сожрали снежные барсы, значит, он что-то, да может. — Неожиданно, Хати посмотрел на дочь и недовольно заметил. — А ты почему ещё здесь? Разве ты не должна готовиться к проверке кандидатов. У нас же был с тобой утром разговор. Или ты настолько в себе стала уверенна, что не желаешь теперь подготовиться должным образом к встрече с приехавшими в Климену кандидатами в твои женихи?

При сделанном отцом, упоминании о женихах, Ананке, почему-то, незаметно скосила виноватый взгляд на Юпериуса. Но тот никак не отреагировал на услышанное.

— Я всегда готова доказать делом отец, что я достойна того, чтобы быть вашей дочерью. — Гордо произнесла девушка, отметив лёгким поклоном головы уважение не просто к отцу, а к главе их рода. — С вашего позволения, я удаляюсь готовиться.

— Вы даже не представляете, как вам повезло мои дорогие гости. — Сопроводив, покидавшую зал Ананке довольным и гордым взглядом, Хати, радостно хлопнул ладонями, отчего всё вокруг, даже немного задрожало. Во всяком случаи, воздух уж точно заметно завибрировал, как при прохождении энергетической волны. Уж в этом Мастера боевых искусств, владеющие энергиями стихий, разбирались лучше, чем кто-либо. — Возможно, вам посчастливится сегодня стать свидетелями того, как у моей дочери появиться муж, а у меня зять. Ну, или во всяком случаи, увидите то, что долго не сможете забыть.

Почему-то, в последних словах короля Глейпнира, всем послышалась какое-то предупреждение. Если, даже, не скрытая угроза.

— Прошу прощения, Ваше Величество. — Решил, кое-что прояснить Ютиас. — Но, разве то, что к вашей дочери будут свататься соискатели её руки и сердца, не лично ваше семейное дело? Возможно, мы будем лишними на этом значимом для вас мероприятии.

Выслушав младшего волшебника, Хати успокаивающе махнул рукой. Причём, махнул, вроде и несильно, да и не быстро, но вот длинные, ниспадающие на плечи волосы Ютиаса, стоявшего в пяти метрах от него, заметно всколыхнулись, под налетевшим на них порывам ветра.

— Уверяю вас, что наблюдать, как ты выразился, за сватовством к моей дочери, желающих будет столько… что невозможно будет найти на трибунах хоть одно свободное зрительское место. Но вы, по этому поводу можете не беспокоиться. Ведь ваше место на сегодняшнем торжестве будет рядом со мной. И, кстати, в моей королевской ложе, куда вас, сейчас, и проводят, уже накрыт стол. Так что можете не дожидаться моего прихода и начинать пить и есть всё, что только захотите.

— Вот это уже радует. — Шёпотом заметил, стоявшему рядом Гапериану Краниос. Но судя из того, как при этом, скосив на него глаза, буквально краем губ улыбнулся Хати, было ясно, что можно было и не шептаться, а говорить громко и, ничего не скрывая. Ведь скрыть произносимые, даже тихим шёпотом слова, когда поблизости находился чистокровный оборотень, было просто нереально. — Хороший перекус никогда не бывает лишним.

Решив в присутствии короля, не напоминать Краниосу, про съеденный тем по пути сюда, немалых размеров окорок, Гапериан, в очередной раз про себя удивился невероятному аппетиту, а скорее даже прожорливости друга.

— Прошу вас следовать за мной. — Раздался от оставшейся открытой, после ухода Ананке двери приглашающий голос, старшего офицера внутренней охраны дворца. Того самого офицера, который встречал Ананке и сопровождаемых той гостей возле входа во дворец.

Вервольфы немного нервно и недовольно посмотрели на старшего офицера, сумевшего появиться у входа в зал приёмов настолько тихо и незаметно, что это совсем не понравилось брату с сестрой. Такого ведь у них ещё не было, чтобы кто-то, будь это даже, такой же чистокровный оборотень, как и они, а ведь старший офицер таким чистокровным оборотнем и являлся, смог приблизиться к ним настолько близко, оставшись при этом ими незамеченным.

Когда все покинули зал приёмов и Хати остался в нём один, ни к кому конкретно не обращаясь, неожиданно он задал вопрос:

— Что скажешь, брат?

— Пока, ничего не понятно. — Из-за трона, медленно разрывая царивший там мрак, вышел гигант, ничем не уступавший в размерах стоявшему к нему спиной королю. — Я так и не почувствовал в них никаких энергий и сил. Они слабые и жалкие. Мне даже не верится, что они смогли пройти в Глейпнир через ворота Ананке.

— Но и не местные они, я это вижу и чувствую. — Хати медленно повернулся к брату. — Ты ведь тоже это увидел и почувствовал Сколль.

— Пускай во всём разбирается колдун. — Сколль сразу показал брату-королю, что не собирается ломать себе голову над догадками и предположениями, пытаясь докопаться до истины. — Он ведь у нас любит всякие головоломки и загадки.

— А толку? — Недовольно скривился Хати, чуть ли не презрительно при этом фыркнув. — За столько времени он так и не смог разобраться со всем тем, что связанно с воротами Ананке.

— Возможно при помощи этих чужаков, колдун всё-таки сможет в чём-то да разобраться. — С надеждой заметил Сколль. — Что-то ведь должно быть особенного, в ком-то из них, или во всех сразу, благодаря чему они смогли пройти в Глейпнир. Они явно скрывают что-то.

— Ты, главное до того времени, как в Климену прибудет колдун, не вздумай никого из них убить. — Строго предупредил Хати. Он ведь прекрасно знал взрывной характер своего брата, только и искавшего повода, да подходящего кандидата, для демонстрации своей силы и могущества.

— Убить!? — Удивлённо усмехнулся Сколль. — Попортить, кое-кого из них — это, да. А опускаться до убийства таких жалких и слабых созданий…

— Я так понимаю, ты про рыжую волчицу. — Довольно оскалился Хати, как и его брат обративший внимание на новую, самку в их королевстве.