Тень девятихвостой лисицы

Возница быстро выпряг лошадь, привязал ее к задней части повозки, затем уселся на козлы, но сразу трогать не стал. Опустив взгляд, он на мгновение о чем-то задумался, потом обернулся и, не глядя на нас, произнес:

— Господа, самураи… я не вправе советовать, но, думаю, что вам в таком виде в городе появляться не стоит. «Оранжевые плащи» и городская стража сейчас хватают всех подозрительных, не разбираясь, кто перед ними: простолюдин или кто-то из благородных… Я не хотел говорить…Думал, и сами все знаете, но вы мне помогли и вдруг…

— А что произошло? — тут же нахмурился князь. — Люди Саито Исаму опять устроили разборки в порту?

— Нет, — покачал головой возница. — Борёкудан[2] тут вроде бы не причем. Четыре дня назад какие-то твари убили даймё, и город до сих пор стоит на ушах…

— Что?! — осознав произнесенные слова, Нори смертельно побледнел и, вцепившись в борт телеги, резко подался вперед. — Как?!

— Не знаю, господин, — не на шутку испугавшись такой реакции, потряс головой возница. — По слухам, это случилось в летнем саду и не обошлось без участия заклинателей клана Хояси. Я не знаю, я же обыкновенный торговец…

— Ясно… — Нори покивал, затем с силой провел ладонями по лицу и, мазнув по мне невидящим взглядом, выбрался из телеги.

Пройдя пару нетвердых шагов, он снова протер лицо ладонями и замер глядя на солнце.

«Сука! Ну почему так?! — устало подумал я и следом за князем выпрыгнул из телеги. — Все же так хорошо шло… Какого хера надо всем этим уродам?! Сэту, Хояси и прочим Кимура! Суки! И даже представить не могу, каково сейчас Нори. Такое случается, и парня, конечно, жаль, но тут ему ничем не помочь. Никто в таком, увы, не поможет».

— Мне жаль, — вздохнул я, подойдя и встав справа от князя. — Думаю, нам стоит быстрее добраться до города. Тут ты ничего не узнаешь…

— Да, — с каменным выражением лица покивал князь. — Сейчас… И ты тоже поедешь со мной!

Обернувшись, Нори остановил взгляд на десятке конных солдат, ехавших в сторону города и, выйдя на середину дороги, встал у них на пути.

Обычные вояки в недорогих доспехах с красно-белыми знаками клана Ясудо на левой стороне груди. У командира — седого усатого самурая — за спиной флажок сасимоно. Лошади без доспехов, солдаты вооружены луками, у самурая на поясе стандартный набор — дайсё[3]. Бойцы, очевидно, возвращались в город из дальнего патруля, а тут мы со своими проблемами.

Дорога просматривалось хорошо, и нас, конечно, сразу заметили. Когда расстояние снизилось метров до пятидесяти, самурай что-то там прорычал и бойцы потянулись за стрелами.

Эти приготовления оптимизма, ясное дело, не внушали, но стрелять они просто так не начнут. Я бы на месте командира отряда поступил точно так же. Не, ну а что ещё делать, если дорогу отряду преградили два непонятных персонажа с мечами? Улыбаться и махать как пингвины? Ну да…

Нори, понятно, ни о чем подобном не думал — просто стоял, глядя на приближающийся отряд. Излишнее спокойствие в его взгляде сменяли всплески отчаяния, и было понятно, что его сейчас лучше не трогать.

Не доезжая до нас, солдаты разъехались полукругом, полностью перекрыв движение на дороге. Самурай недобро прищурил свои и без того узкие глаза и, переведя взгляд с меня на Нори, прорычал:

— Кто такие?!

— Нам нужно два коня и конвой до Ясудо, — не обратив внимания на вызов в словах самурая, спокойно приказал князь. — Мне и моему телохранителю! Быстро!

— А девок вам из Веселого квартала не привести? — ошалев от такой наглости, выдохнул самурай, но уже в следующий миг его загорелое лицо стало белее мела. Мужик резко подался вперед, смерил князя неверящим взглядом и севшим голосом приказал: — Опустить оружие! Кеничи, Хикэро — покинуть седла!

До солдат ещё только доходили слова приказа, когда самурай спрыгнул с коня и, подбежав к Нори, рухнул перед ним на колено.

— Асаши Рюу к вашим услугам, господин князь! Я и мой десяток следуем из Оши в Ки. Простите, не признал сразу, нам сообщили, что вы пропали и…

— У них не вышло меня убить, — бесцветным голосом произнёс князь и указал мне на одного из коней. — Бери этого и поехали. Десятник — в седло!

Сообразив, что от меня требуется, я натурально подвис. Ехать верхом?! Серьезно?! Нет, я не боюсь лошадей, но верхом ездил два раза в жизни! В парке, по пьяни… Там еще девчонка была симпатичная с лошадью… Впрочем, говорить об этом сейчас было бы форменным идиотизмом, поэтому я кивнул и быстро направился к указанной лошади.

Тут ведь херня-вопрос: ногу в стремя, вторую перекинуть через седло, ударить бока пятками и скачи! В фильмах такое часто показывали…

Успокаивающе потрепав коня по шее, я без труда забрался в седло и вдруг осознал, что это уже со мной было! И не один раз! В следующий миг десятник залез в седло, отряд тронулся, и я послал коня рысью. Чисто на автомате: чуть отклонив корпус назад и тронув шенкелями[4] бока! Сука! Это получилось само собой! Так, словно ездил на лошадях всю жизнь! Конь пошел вперед без вопросов, и я, заняв место в третьей линии около князя, попытался прислушаться к своим чувствам.

Словами не передать… Это как усесться за руль после долгой болезни! Почувствовать задницей мягкость сидения и, вдохнув аромат салона, провернуть ключ. И плевать, что машина чужая. Главное — ты опять сидишь за рулем!

Уж не знаю, откуда это у меня появилось, но подозреваю, что причина в видениях. С ними вернулись не только образы, но и навыки верховой езды. Ну да, других объяснений этому нет.

В момент, когда отряд отъезжал, Иоши прокричал, что подождет меня в «Сакуре», на что я кивнул и махнул еноту рукой. Не знаю, где это, но думаю, в городе есть постоялый двор с этим названием. Енот, скорее всего, узнал о нем у возницы, который все еще сидел на козлах и ошарашенно наблюдал за происходящим.

Нет, за Иоши я не переживал. Деньги у приятеля есть, и найти он меня сможет без каких-то проблем. В крайнем случае, позову…

До города мы доехали минут за пятнадцать, и все это время я пытался унять эмоции. Конь подо мной бежал ровно, не выбиваясь из строя, а мне хотелось ударить пятками по бокам и, сорвавшись в карьер[5], проскакать до ворот, чувствуя, как в лицо бьют порывы соленого ветра.

Не знаю, откуда это мальчишество. Возможно, оно пришло из воспоминаний о тех полетах? Только, к сожалению, дорога — это не небо, а конь никогда не сравнится в скорости с верной.

Берюта, да… А вдруг она все же жива?

— Дорогу князю Ясудо! — проревел командир отряда, как только мы проехали мост через ров.

У охранявших ворота солдат вытянулись от удивления лица, но замешательство длилось недолго. Высокий самурай в пластинчатом доспехе, разглядев князя, рявкнул приветствие. Асигару вытянулись по струнке, и мы въехали в город, провожаемые ошеломленно-восторженными взглядами стоящих в очереди возниц.

Обогнув статую Милосердной, отряд выехал на широкую улицу и рысью направился в сторону замка. Двое солдат скакали чуть впереди, распугивая криками зазевавшихся горожан. Князь был мрачно сосредоточен, а я просто смотрел прямо перед собой, удерживая коня в линии. Эйфория прошла, настроение снова испортилось, и смотреть по сторонам не хотелось. Возможно, когда-нибудь позже я прогуляюсь по Ки и постараюсь проникнуться его атмосферой, но сейчас ничего этого не хотелось.

Была бы моя воля, и я бы вообще никуда не поехал, но меня, увы, никто особо не спрашивал. Назвали телохранителем, и теперь уже не отвертишься. Впрочем сам же чего-то такого хотел, так хрена ли ныть? Да и надо поддержать Нори в этой его беде.

Телохранитель, м-да… Не, я тоже думал об этом, и какие-то знания у меня есть, но здесь же гребаное Средневековье! Тут нет снайперов и бронированных машин, спецщитов, оперативников, аналитиков… Блин, здесь даже очки темные забыли изобрести. Те самые, благодаря которым ни одна тварь не знает, куда смотрит телохранитель! Впрочем, общее понимание у меня есть, за снайперов сойдут самураи, заклинатели могут ставить щиты, а очки… С ними, конечно, проблема…

Усмехнувшись своим мыслям, я мазнул взглядом по фонтанной скульптуре на площади перед замком и следом за остальными направил коня к воротам.

Проход в резиденцию клана охранял десяток солдат, и экипированы они были куда как лучше тех, что нас провожали. В добротной пластинчатой броне, с бисямон-яри[6] в руках, они чем-то напоминали стрельцов Ивана Грозного, в японском, понятно, их варианте. Заметив приближающийся через площадь отряд, ребята оперативно перекрыли ворота, образовав линию и выставив перед собой алебарды.

— А ну, стоять! — рявкнул командир поста — высокий самурай в ярко начищенном шлеме — и, выйдя вперед, хмуро оглядел наш отряд. Заметив десятника, он недоуменно поморщился и выдохнул: — Асаши-доно? Какого сэта ты тут забыл?!

— Я попросил его меня проводить, — спешившись, спокойно произнес Нори и, кинув поводья одному из солдат, направился к старшему караула.

Понимая, что прогулка закончена, я тоже спрыгнул с коня, и пошел следом за князем.

Увидев перед собой одного из Ясудо, начкар[7] два раза хлопнул глазами, придержал предательски отвисшую челюсть и тут же склонился в глубоком поклоне. Физиономии солдат за его спиной вытянулись, бойцы мгновенно освободили проход и построились в две шеренги, образовав коридор.

— Это со мной, — кивнув на меня, произнес Нори и, подойдя к самураю, негромко поинтересовался: — Что, Акира-доно, не ждали?

— Господин! Мы верили, что вы живы… — не поднимая взгляда, прошептал самурай. — Такаши-сан с отрядом вернулись вчера. Они обыскали все, но не нашли вашего тела. В лесу следов тоже не обнаружили, и заклинатель предположил, что демоны вас похитили.

— Демоны сдохли, —хмуро констатировал князь и уточнил: — Когда будет проводиться обряд?

— Через три дня. Господин Керо объявил об этом вчера.

— А командующий?! Он же не успеет приехать за это время с границы

— Господин Хиро ранен и не сможет присутствовать, — со вздохом пояснил самурай.

— Ранен?! Как?! — побледнев, выдохнул Нори. — В сражении?!

— Нет, — покачал головой самурай. — Сеиджи оказался предателем. Ублюдок ударил командующего ножом в спину, но жизнь вашего брата уже вне опасности. Предатель убит в момент покушения, в его вещах нашли доказательства связи с Хояси. Это случилось в день гибели великого князя.

— Ясно, — Нори кивнул и, хлопнув самурая по плечу, направился на территорию замка. Я поправил ножны на поясе и пошёл следом за ним, на ходу обдумывая услышанное.

Интересные дела… Получается, в тот день произошло целых три покушения, но удачным оказалось только одно. Даймё убит какими-то заклинателями, командующего войсками пытался лишить жизни кто-то из своих, за Нори отправили демонов. Хм-м… Возможно, я чего-то не знаю, но вариантов вырисовывается не так-то и много. Кто-то из своих, соседи, или свои вместе с соседями. Наверное, сюда же можно приплюсовать императора, но в это верится слабо. Как бы то ни было, в местной политической жизни я полный профан и никакой информацией не владею. При таких раскладах глупо подозревать кого-то конкретного. Это пусть Нори думает, что к чему, ну а я постараюсь, чтобы его не убили.

Погруженный в свои мысли, я прошёл на территорию замка, огляделся и, что называется, выпал в осадок.

По ощущениям, словно попал в фильм или компьютерную игру! Просто не может человек создать такую красоту своими руками!

Идеально ровные, выложенные фигурной плиткой дорожки тянулись от ворот в пяти направлениях подобно лучам. Центральная — выводила на светлую площадь, к главному зданию замка. По центру этой площади, прямо напротив ступеней, струями воды искрился огромный белый фонтан. Главная его деталь — еще одна статуя Милосердной — стояла с раскинутыми руками, подставляя лицо и грудь падающей с неба воде.

Замок со всех сторон окружает растительность, и создается впечатление, что вокруг шумит сказочный лес. Фигурные клумбы с распустившимися цветами, аккуратно подстриженный кустарник, группы декоративных камней и какие-то ленты на стоящих вдоль дорожек деревьях… И вот хрен поймешь, что со мной происходит. То ли я наконец-то научился чувствовать красоту, или это тоже пришло из самурайского прошлого? Вместе с верховой ездой, запредельной реакцией и умением обращаться с мечом. Как бы то ни было, я ни о чем не жалею. Смотреть на эту красоту так же приятно, как и отрубить чью-нибудь поганую голову. Тут бы еще погулять под ручку с какой-нибудь…

— Таро, послушай! — голос князя выдернул меня с неба на землю. Нори остановился прямо посреди дороги и, обернувшись, с сомнением посмотрел мне в глаза. — Хотел тебя попросить…

— О чем? — поинтересовался я, слегка напрягшись из-за его взгляда. Было заметно, что князь чего-то там себе нарешал, и зная его склонность к суициду…

— Хочу попросить, чтобы ты никому не говорил о том, что происходило в лесу.

— Да без проблем, — мысленно выдохнув, покивал я. — Не думаю, что мне вообще нужно перед кем-то тут отчитываться.

— Нет, — покачал головой князь. — Если кто-то спросит — рассказывай. Все, что было в Сато, и то, как Кимура превратился в чудовище… Только скажешь, что Сасаки-сан освободил тебя по дороге, избавив от подозрений, и ты просто спал в момент нападения демонов. Никакой лисицы и астрала — просто проснулся, убил они, закинул меня в лодку и уплыл в лес. После нападения рыбы выбрался на берег и тащил меня на себе, пока случайно не наткнулся на источник Каннон. Разговора с богиней, Хозяйки леса и храма не было, и уж тем более ты не слышал ни о каком самурае Луны. Это очень важно до тех пор, пока я не разберусь в том, что здесь происходит. Просто не хочу, чтобы насторожились те, кого еще придется убить…

— Да, — кивнул я. — Согласен. Лишнее внимание нам сейчас ни к чему.

Нори пару секунд смотрел мне в глаза, затем резко обернулся и пошёл в сторону замковой площади. Я смотрел ему в спину и думал о том, что князь за эти дни заметно прибавил. Нет, понятно, что после той череды встрясок изменится кто угодно, но ещё утром это было не так сильно заметно.

Известие о смерти старшего брата стало последней каплей, и он, взвесив произошедшее на незримых весах, решил не раскрывать свою козырную карту. Да, я понимаю, что мне отведена роль джокера в рукаве. Солдат из другого мира, до которого снизошла Прародительница. Личный враг Сэта, способный поспорить с лучшими мечниками этих земель. Да, конечно, умение драться не поможет мне против моих врагов, но здесь, в Ки, мы обязательно разберёмся со всем дерьмом. Князь оказался отличным парнем и надежным товарищем, и пусть все его враги обделаются от страха. Главное, чтобы сам Нори сгоряча не натворил каких-нибудь глупостей.

[1] Японские часы использовали двенадцатичасовую систему, сутки были поделены на две части, соответственно части поделены на 6 дневных и 6 ночных промежутков — «часов». Отсчет дневных часов начинался с рассвета, ночных— с заката.

В отличие от традиционной европейской системы измерения времени с постоянной величиной часа, в японской системе дневные часы были длиннее в летнее время и короче в зимнее, и наоборот.

[2] Борёкудан — термин (как и Якудза) обозначающий в японском языке организованную преступность. Некоторые криминологи оперируют словом «борёкудан» в значении «банда» («группировка»), а под «якудза» понимают членов борёкудана, то есть гангстеров, состоящих в организованной группе. Другие специалисты употребляют термины «борёкудан» и «якудза» синонимически, в значении «банда».

[3] Часто мечи вакидзаси и катану делал один мастер, мечи имели качественное оформление и один стиль. Эту пару мечей называли дайсё.

[4] Шенкель — обращённая к лошади часть ноги всадника от колена до щиколотки, помогающая управлять лошадью.

[5] Карьер — самый быстрый аллюр. Тело животного ритмично сгибается в пояснице, а задние ноги выбрасываются перед передними. Последовательность движений почти как при галопе, и карьер может рассматриваться как его быстрый вариант.

[6] Бисямон-яри — копье с комбинированным наконечником, состоящим из игольчатого (круглого или гранёного) копейного острия и клинка боевого с острым обухом, проще говоря — алебарда.

[7] Начкар — начальник караула.

Глава 13

Резиденция Ясудо внутри напоминала музей: настолько каждая деталь интерьера вписывалась в окружающую обстановку. Вазы, картины, статуэтки органично дополняли друг друга и тот, кто все это расставлял и развешивал, был натуральным мастером, остро чувствующим окружающую красоту.

Пройдя мимо охреневших от нашего вида охранников, Нори зашёл внутрь и, кивнув какому-то седому дядьке в расшитом золотом кимоно, направился в сторону мраморной лестницы. Просто пошёл, не глядя по сторонам! Ну да, он-то здесь живет, а я… Я вдруг почувствовал жгучий стыд. В грязной рваной одежде, босиком, не мывшись несколько дней! Это как бомжу заглянуть в Эрмитаж!

Холл утопал в сдержанной роскоши — одних только зеркал на стенах висело пара десятков. Какие-то пейзажи на стенах, вазоны с цветами и мягкий тростниковый ковёр… Нет, я понимаю, что князю горит, и переодеваться нет времени, но… Сука! Мне и по ковру-то ходить стремно. Особенно учитывая то, что местные повёрнуты на чистоте.

Поднявшись на пятый этаж, мы прошли по широкому коридору вдоль резных дверей, кивая по дороге каким-то непонятным персонажам, у которых при виде нас на лицах читалась целая гамма чувств. Кто-то искренне радовался, кто-то удивленно хлопал глазами, кто-то наоборот — хмурился, наблюдая наш внешний вид. Мужчины, женщины в дорогих одеждах, слуги, часовые в пластинчатых доспехах — все смешалось у меня в голове, и никого из них я даже не пытался запомнить.

Коридор привел нас в просторное помещение с красно-белым гербом Ясудо на дверях и двумя самураями, дежурившими у дальней стены. Зайдя внутрь, Нори положил на стойку свой тати и поинтересовался у одного из часовых:

— Керо-сан у себя?

— Да, — кивнул самурай, — вместе с госпожой Аякой. Ожидаем господина Огаву…

— Ясно, — Нори перевел взгляд на меня и кивнул на гостевую циновку. — Таро-доно, подожди меня здесь. Мне нужно переговорить с братом.

Произнеся это, князь зашел в кабинет. Я проводил его взглядом, тоже положил меч на стойку и, усевшись на ковер, стал ждать.

Вот не знаю, зачем Нори меня сюда притащил, да еще и в таком затрапезном виде, но, наверное, какой-то смысл в этом есть. Ладно, скоро мы это узнаем.

Минуты текли за минутами, я разглядывал рисунки и узоры на стенах, часовые изображали из себя статуи и разглядывали меня, когда дверь в коридор распахнулась и в приемную зашел высокий широкоплечий мужик в лакированном ламеллярном доспехе.

Судя по внешнему виду — кто-то из большого начальства. Расшитый золотом пояс, резные рукояти мечей, оранжевый плащ с красноватым шитьем, броня — ценой в небольшую деревню… Высокие скулы, перебитый нос, кривой шрам на лбу и высокомерный взгляд человека, привыкшего повелевать многими жизнями. Неприятный тип, и такого командира я себе точно бы не хотел. Слишком уж самовлюбленным он выглядит. Впрочем, первое впечатление часто бывает обманчивым…

Зайдя в приемную, мужчина стащил с головы шлем и уже хотел что-то спросить у часовых, когда заметил меня. Прищурившись и, видимо осознав, что я не мираж, мужчина побагровел и на его физиономии появилась целая палитра эмоций: от досады до глубокой брезгливости. В первые мгновения мне даже показалось, что этого дядьку сейчас натурально хватит удар.

— А ты ещё кто такой?! — шагнув ко мне, прорычал он. — Кто позволил появиться здесь в таком виде?

Нормальная такая беседа… Сразу с наездов. Этот хрен настолько тупой и не догадывается, что кто-то меня сюда все же привёл, или просто мудак, которому обязательно нужно докопаться до первого встречного? И самое главное, что мне положить и на него, и на все правила местного этикета. Да, сам я себя в таком виде чувствую хреново, но чтобы мне тыкал на это какой-то петух…

— Ну, кто-то, наверное, позволил? — поднявшись на ноги, спокойно произнёс я. — Вы куда-то шли? Так идите…

Нет, я, конечно же, мог сказать, что сюда меня привёл один из Ясудо, но с хрена ли мне перед кем-то отчитываться? Кто он такой?! Комендант крепости? Командир местного войска? Мне положить и туда, и туда с огромным прицепом! И нет, никаких звёзд я не поймал, просто не нравятся такие уроды.

— Имя! Назови своё имя, собака! — приблизившись вплотную, прорычал самурай и положил ладонь на рукоять вакидзаси. — Говори, или сейчас же подохнешь!

Вот зря он так… Не в смысле угроз, а в смысле приблизился. Никто тут никому клинок достать не позволит, я гораздо быстрее, хотя мужик об этом, конечно, не знает.

— Меня зовут Таро, — глядя в глаза самураю, глумливо оскалился я. — А ты, дядя, мне никак угрожаешь?

— Безродный щенок, да как ты смеешь…

— Господин Огава! Этого человека привел сюда князь Ясудо, — видя, что у мужика упало забрало, холодно произнес один из охранников. — Не думаю, что вам стоит доставать меч.

— Князь Ясудо?! — поморщился самурай и, отшагнув, смерил меня недоверчивым взглядом. — Но…

— Господин Ясудо Нори, прибыл в крепость меньше часа назад, — так же холодно произнес охранник. — Он и привел сюда этого воина.

— Нори-сан? Выходит, князь жив? — недоверчиво нахмурился самурай. — Ну, если сам князь привел сюда этого оборванца…