Вор

— Ладно, — процедил я, поняв, что этого типа обычной руганью не проймешь. — Твой счет растет, умник. И раз уж я теперь знаю, что призывать тебя можно не только с помощью людей, но и убивая обычных клякс… ату, мои хорошие. Вычистите мне всю улицу и притащите сюда эту мерзопакостную гадость, чтобы я мог еще раз его увидеть!

— Урр-грхр! — слаженно отозвались получившие команду нурры.

Когда они умчались, я мстительно улыбнулся, уже представляя, сколько клякс понадобится, чтобы Шэд ответил на мои вопросы. И решил, что хотя бы полусотни для начала хватит. Ведь вопросов накопилось ну о-о-очень много, однако до следующей смены мне понадобится хотя бы несколько ринов, чтобы отдохнуть.

* * *

Вопреки ожиданиям Шэд больше не пришел, хотя мои звери к полудню притащили еще парочку клякс, а к обеду — и того больше. Я честно прождал этого гада в комнате, сколько смог. Даже подремать ни разу не решился. А когда окончательно рассвело, бессильно выругался и, уже слыша тяжелые шаги на лестнице, со стоном выполз из своей каморки.

Шэд Шэдом, но от работы меня никто не освобождал. И если я не явлюсь пред строгие дядюшкины очи вовремя, у него будет веский повод вспомнить про ремень.

— Я тебе это припомню, — прошептал я, кинув многообещающий взгляд на оставшиеся нетронутыми трупы, так и валяющиеся на изнанке. После чего захлопнул дверь и с такой скоростью сбежал вниз по лестнице, что едва не сшиб поднимающегося кузена.

— Эй! Смотри, куда прешь! — запоздало выкрикнул братец, когда я промчался мимо.

Я только ощерился и впервые за все время огрызнулся:

— Да пошел ты, урод…

Тарр этого, на свое счастье, не услышал. А меня на целый день закрутила обычная трактирная суета, из которой я смог выбраться только поздним вечером, да и то лишь потому, что после целой недели бешеной популярности поток посетителей в дядюшкино питейное заведение временно оскудел.

Само собой, у тех, кто остался, самой обсуждаемой новостью было мое вчерашнее представление. Но по большому счету все самые вероятные и невероятные предположения народ высказал еще вчера. Кем только мог, меня обозвал, начиная от дурака и заканчивая самодовольным шайеном. Кто-то мое решение даже осудил. Кто-то похвалил. А сегодня разговоры на эту тему велись довольно вяло. Небось через недельку-другую про меня и вовсе забудут, переключившись на что-то более интересное.

— Есть хочу, — пожаловался я в пустоту, вскоре после полуночи перешагнув порог своей комнатушки.

Терпеливо дожидавшиеся меня нурры с готовностью повскакивали со своих мест, благо было темно и они находились в реальном мире. Однако, судя по тухнувшим на изнанке тушкам, за их утренней добычей так никто и не пришел. Из чего я был вынужден заключить, что призыв для Шэда — это не более чем приглашение. На которое он, если не хотел, мог попросту не отвечать.

— Все равно есть хочу, — вздохнул я, рыская по сторонам в поисках съестного. — Вы чего-нибудь припасли для бедного голодного и уставшего хозяина? Хоть какую-нибудь вшивую монетку? Или кусочек очищенной от шлаков руды?

Нурры виновато опустили хвосты.

— Печально, — заключил я. — Похоже, скоро пойду на кухню сковородки обгладывать. Или же дядюшкины заначки уничтожать, раз у нас ничего лучшего на повестке дня… может, добежим еще разок до логова?

Нурры отчего-то замялись, а от Ули пришло на удивление тревожное сообщение.

— Что такое? — забеспокоился я, расшифровав череду картинок. — Как не смогли пробраться? Какие посторонние? Это кто еще посмел ограбить наш родной подвал?!

Ули расстроенно притих, а нурры переглянулись.

— Та-а-ак, — нахмурился я и, бросив быстрый взгляд за окно, за которым в сумеречном мире вовсю сияла изумрудная луна, встряхнулся. — Пошли-ка посмотрим, кто там нацеливает свои жадные грабки на нашу добычу. Первый, Второй, Третий… за мной. Четвертый, Пятый — на вас забота о кляксах. Шестой, Седьмой, вы следите за тылом. А ты, Восьмой, остаешься здесь. И если кто-то начнет меня искать, сообщишь Ули.

Звери ощетинились и один за другим повыскакивали на улицу, прямо на ходу пробив телами барьер между мирами и ничуть не смутившись высотой чердака. Я молча последовал за ними, только рубашку сменил на старую на случай, если запачкаюсь. Спускался, правда, не в пример осторожнее, чем делал это в теле нурра. На изнанку перешел тоже не сразу. Но выбравшийся на свободу хвост избавил меня от лишних затруднений. Поэтому в скором времени по крышам тесно стоящих домов мы понеслись сплоченной, прекрасно понимающей друг друга стаей, на пути которой было лучше не вставать.

Наверное, это даже хорошо, что местные жители не владели сумеречным зрением и не могли по достоинству оценить мчащегося меня в окружении семерых подросших змеекотов и с нетерпеливо хлещущим воздух хвостом за плечами. Зрелище, надо сказать, не из приятных. Тем более Изя еще и пасть разинул в ожидании славной драки и даже пару раз смачно чихнул, словно готовя плевательный аппарат для встречи с потенциальным врагом.

Правда, завидев остов своей башни, я притормозил и, перейдя на шаг, велел нуррятам следить в оба. И как оказалось, не зря. Потому что когда мы прибыли на место и по-пластунски подобрались к краю последней крыши, то от открывшегося вида меня самым натуральным образом приморозило.

Причем причиной несвойственного мне оцепенения стал не сам факт того, что на развалинах кто-то увлеченно копался. И вовсе не вид толпы невесть откуда взявшихся рабочих, целеустремленно, по команде, вытаскивающих из руин тяжелые камни и сноровисто раскапывающих мой старый лаз.

Нет.

Меня заставило замереть на месте зрелище стоящих полукругом двенадцати молчаливых фигур в длинных кожаных пальто. И уверенно лежащие в их руках, нацеленные прямо на башню «бластеры», при виде которых даже воинственно настроенный Изя предпочел юркнуть мне за спину и затихнуть.

Глава 13

Первым же делом я выбрался с изнанки, мысленно велел это сделать улишшам и с облегчением выдохнул, когда мои звери материализовались рядом. Как минимум поисковые заклинания нам теперь не страшны. Хотя осторожничать придется больше обычного.

Но где я налажал? Какого черта каратели приперлись именно сюда и именно сегодня? Может, я где-то оставил улики? Или у Ордена есть заклинания, способные отслеживать мои перемещения по изнанке? Но если так, то почему меня не накрыли раньше?!

«Надо убираться отсюда», — решил я, с сожалением кинув на суетящихся рабочих последний взгляд. Башня и, следовательно, хранящиеся в ней запасы серебра были безвозвратно потеряны.

Эх…

Пока я торопливо отползал, костеря про себя татуированных придурков, над городом пронесся легкий ветерок.

— Обрати внимание, — ничуть не стесняясь присутствия карателей, заметил появившийся рядом Шэд. — Обычно они охотятся небольшими командами. Но ради тебя уже во второй раз созывают целый отряд. Это признание, не находишь?

Я торопливо обернулся и чуть не выругался, обнаружив, что собиратель стоит у самого края крыши и с интересом изучает открывшуюся внизу картину. Причем стоял он в полный рост, демонстративно поигрывая тростью. А говорил так громко, что я поневоле втянул голову в плечи, ожидая, когда же со стороны башни раздастся торжествующий вопль.

Однако время шло, никто из карателей или рабочих даже не подумал закричать или обличающе тыкнуть в нас пальцем.

— Меня они не видят, — все-таки соизволил пояснить ситуацию Шэд. — И не увидят, пока я этого не пожелаю.

— Ах, вот оно что! Неужто и мне на глаза ты показываешься, лишь когда тебе что-нибудь нужно? Значит, те кляксы, за которыми ты якобы не пришел, на самом деле разлагались у меня под кроватью совершенно бессмысленно?

— Конечно, — даже не подумал скрывать правду сборщик душ.

Ну вот и как его после этого можно назвать?

— Где я облажался? — тихо-тихо, чтобы не нарушить сгустившуюся вокруг башни тишину, поинтересовался я.

— Нигде.

— Тогда как они меня нашли?

— Оглянись вокруг, — вместо ответа предложил Шэд. — Не видишь ничего необычного?

Я осторожно покосился по сторонам, но в городе все было тихо. Поблизости не лаяли собаки, не шумели люди и даже на близлежащих улицах не раздавались звуки шагов. Район будто вымер, когда сюда заявились каратели. Однако, помимо этого, я ничего подозрительного не заметил.

— Изнанка, — снова подсказал Шэд, после чего мне пришлось осмотреться более внимательно. Сперва обычным зрением, затем уже сумеречным. Но и на другом слое реальности все было спокойно, если не считать того, что в подвалах близлежащих домов нашлось несколько старательно прячущихся по углам, совсем маленьких и неопасных для меня клякс. Хотя…

Я призадумался, но вскоре был вынужден признать, что буквально на днях никаких клякс поблизости от башни не было. Около трактира — да. Мои улишши их уже которую ночь приносят, как кошки — мышей. Но тогда что же получается?..

В ответ на мой обеспокоенный взгляд Шэд кивнул:

— Темные души всегда голодны. Но, кроме других темных душ, на изнанке есть нечего. А ты для них намного более ценная добыча. Ведь твоя душа жива, относительно светла и представляет собой редкий деликатес. Само собой, везде, где ты появляешься, темные души будут следовать за тобой.

Я поневоле припомнил, как оживились кляксы, когда я впервые наткнулся на них в канализации, и то, в каком количестве они до сих пор обитали в подвале. Получается, чем дольше я там находился, тем активнее их приманивал? А когда перебрался в трактир, то эта гадость поползла следом за мной? Правда, не вся. Лишь самые шустрые и голодные. И те, кто не побоялся вылезти из канализации на поверхность, тем самым привлекая внимание карателей.

Если я правильно рассмотрел, кляксы расползлись примерно на одинаковое расстояние от башни. В той стороне, откуда я чаще всего приходил, их было чуть больше, со стороны порта, соответственно, чуть меньше. Но даже в этом случае было несложно прочертить окружность и с достаточно высокой степенью вероятности предположить, где находится эпицентр, из которого они выбрались.

— Вот гадство, — яростно прошептал я, осознав масштаб проблемы. — Это что же, они теперь по всему городу будут за мной таскаться?!

Твою ж дивизию… выходит, если бы мои кошаки не подчистили дома вокруг трактира, каратели могли прийти не к башне, а сразу туда?!

— Погоди, не шуми, — заговорщицки шепнул Шэд и наклонился так далеко вперед, что это уже стало опасным. — Сейчас начнется самое интересное.

Вернувшись к краю крыши, я осторожно глянул вниз и увидел, как откопавшие мой лаз рабочие торжествующе указали на зияющую среди камней дыру. Затем один из них туда спрыгнул. Вскоре из лаза донесся приглушенный крик. Потом мужик вернулся, держа в ладони пригоршню серебра. Один из карателей — судя по всему, главный в команде — удовлетворенно кивнул. После чего «гангстеры» разошлись кольцом, окружив башню со всех сторон. Тот же главарь, лица которого я не рассмотрел, поднял правую руку, и всего через миг сумеречное зрение подсказало мне, что вниз ушло поисковое заклинание.

Как и говорил Шэд, на этот раз его развернули параллельно земле, видимо, желая выяснить, кто обитает под башней. Я еще успел подумать, что это следовало сделать заранее, до того, как вниз полез человек. Но потом решил, что каратели наверняка об этом подумали и сделали все как надо, просто я этого не застал.

И тогда возникал вопрос: если они ничего не нашли, зачем было утюжить подвал повторно?

Что меня удивило больше всего, это то, что следом за первым заклинанием главарь почти сразу отправил вниз второе, третье, четвертое… Следом за ним поисковые сети выпустили и остальные каратели, и у меня аж в глазах зарябило от вспышек, когда заклинания, уйдя в землю едва ли на метр, вдруг наткнулись на что-то непонятное и с ослепительно яркими искрами принялись исчезать одно за другим.

— Защита, — удовлетворенно промурлыкал Шэд, когда я проморгался. — Сколько лет стоит, а до сих пор сопротивляется.

— Какая еще защита? — беспокойно поерзал я, прикрыв слезящиеся глаза.

— Та, что не давала душам до тебя добраться.

— Имеешь в виду ту красную решетку?

— Не только. Но если бы не она, тебя бы давно сожрали. Да и поисковые заклинания обнаружили скопление под башней потусторонних жителей намного раньше.

Я еще раз присмотрелся к мелькающим внизу вспышкам, но вскоре был вынужден отвернуться снова — конфликт заклинаний режущей болью отзывался в моих чувствительных глазах. Смотреть на них сумеречным зрением я мог с трудом. Тогда как в реальном мире все выглядело чинно, благородно, никакого света, искр и прочей иллюминации, как если бы ничего не происходило.

— Что они делают? — снова спросил я, когда сумеречный мир снова осветился до самого горизонта.

Шэд хмыкнул:

— Хотят посмотреть, что находится ниже. Но поскольку решетка не просто закрывает дыру в полу, но еще и вплавлена в камень под всей площадью вокруг башни, то карателям не удается этого сделать. И теперь они надеются истощить заряд заклинания, наивно полагая, что им это удастся.

Я настороженно повертел головой:

— Но я не вижу других решеток под площадью.

— Это потому, что тут поработали мастера старой школы. В те времена умели прятать даже очень агрессивно настроенную защиту так, что она никакой магией не определялась. Если бы не конфликт энергий, каратели и сейчас бы ее не разглядели. Тебе в этом плане доступно несколько больше, но даже ты видишь не все.

— А ты, получается, все…

— Мне по должности положено, — невозмутимо отозвался сборщик душ.

Каратели тем временем прекратили бесполезную иллюминацию. Затем посовещались, снова разошлись, вооружились «бластерами», и вот после этого и реальный мир, и сумеречный осветились множеством белоснежных лучей.

— Молодцы, сообразили, — прокомментировал их действия Шэд. — Только с мощностью перестарались, поэтому зарядные пластины теперь придется менять.

Я же предпочел смолчать, хотя мне было любопытно, зачем каратели перекрестили лучи над башней. И почему главарь не направил свой луч к остальным, а вместо этого подкрутил на оружии какой-то винтик, после чего луч из него ударил не по прямой, а вильнул в сторону. Затем пересекся с другими, извернулся, как паучья нить, и принялся по спирали оплетать остальные одиннадцать лучей, скрепляя их в единую сеть.

Зачем это понадобилось, я не мог понять ровно до того момента, пока каратели не опустили «бластеры» и созданная ими сеть не накрыла разрушенную башню целиком. После чего без малейших препятствий ушла вниз, прямо сквозь камень, слегка застопорилась на том уровне, который не смогли преодолеть поисковые заклинания. Затем, поднатужившись, дерганым движением все-таки прошла магическую защиту, ознаменовав это на удивление яркой вспышкой. После чего провалилась вниз и с такой силой жахнула в подземелье, что меня едва не ослепило.

Сумеречным зрением я видел, как после первой, самой мощной и яркой вспышки эта странная сеть распалась на отдельные потоки и разлилась по подземельям могучей белой рекой. Глубоко, до самого дна, достала и разошлась настолько далеко в стороны, словно в канализацию отвели горную реку. Я на несколько мгновений совершенно четко увидел разветвленный лабиринт городских подземелий, в котором словно включили мощные светильники. Но потом свет угас. Изнанка успокоилась. А после того как главарь отправил вниз поисковое заклинание, которое никого живого там не нашло, я сообразил, что именно должно было произойти в ту ночь, когда я обрел новое тело, и чем именно она могла закончиться лично для меня.

Исходя из того, что я увидел, та белая хрень не только с одинаковой эффективностью работала на изнанке и в реальном мире, но делала это избирательно — убивая тех, у кого есть душа, но не задевая неживые объекты. Более того, от этой штуки нельзя было спрятаться ни в подвале, ни за магической защитой, ни за стенами домов. Особенно если ее использовали прицельно и в такой концентрации, как сейчас.

Всеми фибрами души прочувствовав таящуюся в ней угрозу, я также понял и причину, по которой облаву внезапно прекратили — если бы сеть тогда сконцентрировали и направили точно на мое беспамятное тельце, от меня бы даже костей не осталось.

Но тогда, получается, меня прикрыла канализационная решетка? И та алая сеть, которую я сослепу не сразу заметил? Хотя, может, ей кто-то помог выдержать одновременный удар множества карателей?

Интересно, кто бы это мог быть, а?

Я повернулся, чтобы спросить об этом у Шэда, и чуть не сплюнул, обнаружив, что на крыше опять никого не было. Да ешкин кот! Чертов собиратель, как всегда, свалил по-английски, предварительно считав мои мысли и наверняка решив на неудобные вопросы не отвечать!

— Урр-ф? — проурчали улишши, когда я бесшумно оскалился. — Урр? Урф-с-с!

Я в последний раз оглядел площадь и неохотно бросил:

— Уходим. Похоже, нам придется менять стратегию выживания.

* * *

Пожалуй, именно в эту ночь в мою голову впервые закралась мысль, что пора задуматься о смене личины. Все, что можно было узнать в облике Рани, я по большому счету узнал. Человеком побыл вполне достаточно. Убийц Лурра, правда, не нашел, но после недолгого раздумья пришел к выводу, что в трактире они скорее всего не появятся.

С чего я так решил?

Да просто, потолкавшись среди мастеров, я понял, что в местной гильдии отношение к профессии вора было несколько романтизировано, поэтому ни один уважающий себя мастер не стал бы связываться с мокрухой. Хасаи тем более не заинтересовались бы такой сомнительной подработкой. Нищий старик с одним-единственным молгом в кармане — это добыча не наемных убийц, а бродяг, отмороженных на всю голову бандюганов и подонков, которые не имели к уважаемым мастерам никакого отношения. А раз так, то бороться за карьеру официанта не было смысла.

В воровскую гильдию я вступать не собирался — мои дела требовали тишины, были нацелены не на обогащение, а на выживание, да и отдавать процент с добычи в общий котел я совершенно не хотел. Примыкать к хасаи тем более мне не улыбалось. Но даже если я однажды передумаю, то делать это в личине Рани точно не стану.

Недалекий вороватый пацан и вдруг — великий мастер-вор? Трусливый сопляк, которого шпыняли все, кому не лень, и вдруг замахнулся на славу первоклассного киллера?

Да ладно. Никто и ни за что не поверит, что с глуповатым племянником трактирщика могла произойти такая метаморфоза. К тому же не мое это — выслеживать людей и резать их по подворотням. А раз так, то нет и смысла здесь задерживаться.

Поторопиться с принятием решения заставлял еще тот факт, что отношения с Тарром в последние дни резко ухудшились, а «добрый» дядюшка все чаще посматривал в сторону ремня. Само собой, бить себя я бы не позволил, да и с кузеном давно мечтал поквитаться, но первый же поступок, который не впишется в рамки матрицы, сделает меня объектом для подозрений. К тому же был еще Ошши с его сомнениями. По-прежнему остро стоял вопрос с пропитанием. Проблем добавлял не вовремя случившийся шааз, загадка которого наверняка тревожила умы нииса и его приближенных. А вот теперь и каратели объявились…

Сложив эти факты воедино, я рассудил, что нет смысла дожидаться появления новой матрицы — ради собственного спокойствия следовало в первую очередь сменить место жительства. Личину Рани я еще какое-то время потерплю, а вот нынешнее окружение — нет.

Правда, уходить из трактира следовало грамотно. Не просто удирать в надежде, что искать не будут, а сделать так, чтобы ни у кого даже мысли об этом не возникло.

Откладывать дело в долгий ящик я не стал и еще по пути домой продиктовал Ули целый список распоряжений. Отныне мои звери должны будут регулярно патрулировать окрестности на предмет обнаружения темных душ. Отслеживать перемещения карателей, если те снова объявятся. На их же чешуйчатые плечи ложился поиск нового жилья с учетом наших интересов и требований безопасности. Ну а мне следовало разработать план по скорейшему расставанию с трактиром и его обитателями.

Всю последующую неделю я напряженно думал, анализировал полученные от Ули сведения, старался поменьше попадаться на глаза дядюшке и всеми силами избегал конфликтов с кузеном. Ошши за это время посетил трактир всего дважды: один раз с наставником, второй — без. Ко мне, правда, цепляться не стал, однако Тарр возле его столика крутился весь вечер. И, получив щедрые чаевые, сиял потом как отдраенный унитаз.

От улишшей тем временем ценной информации не поступало — бесхозные дома в Гоаре водились исключительно в трущобах, жить в них было можно, но по санитарно-эпидемиологическому состоянию строго не рекомендовалось. В домах поприличнее, где имелся чердак, было или стремно, или опасно. А в совсем уж богатых особняках я бы и сам не поселился — там на всех входах-выходах стояла магическая защита, тревожить которую я бы не рискнул. Конечно, еще оставались подвалы и кишащие крысами городские подземелья, но в человеческом облике я не смог бы там нормально передвигаться, а в подвал даже при нынешних скромных габаритах было не так-то просто залезть.