Танец чайки

Монтальбано вздохнул с облегчением:

– Да. Как вы поняли?

– Не думаю, что комиссар будет заниматься подобными мелочами.

Монтальбано улыбнулся и ничего не сказал.

– Что случилось с Филиппо? – спросила Эрнестина.

Обыденно спросила, спокойно.

– Мы этого не знаем.

– Тогда почему вы им интересуетесь?

– Он пропал.

Эрнестина засмеялась:

– Пропал! Он частенько пропадает! На неделю, на две, на месяц! Вскоре после нашей свадьбы он сказал, что должен уехать. Уехал – и как сквозь землю провалился, даже ни разу не позвонил.

– А вы не спрашивали у него, куда он едет, зачем?

– Разумеется, спрашивала! И не раз! Он неизменно отвечал, что по делу. Но я ему не верю. Хотите совет? Прекратите его искать. Рано или поздно он вернется.

– Боюсь, все гораздо сложнее.

– То есть?

– Пока ничего не могу вам сказать. Можно я задам вам несколько вопросов?

– Задавайте.

– Когда вы поженились?

– Восемнадцать лет назад.

– Это был брак по любви?

– Тогда мне так казалось.

– Если я правильно помню, у вас есть сын.

– Да, Микеле, ему шестнадцать лет, он учится в лицее.

– Скажите, Микеле продолжал встречаться с отцом после вашего развода? Я имею в виду, встречаться просто так, помимо встреч, установленных по обоюдному согласию.

– Да, до того, как Микеле пошел в лицей, то есть год назад, они виделись достаточно часто. Иногда Филиппо встречал его после школы. Но потом Микеле не захотел его больше видеть.

– Почему?

– Он не говорит. Сказал только, что они поссорились. И я внутренне даже обрадовалась.

– Почему?

– Я всегда боялась, что Филиппо может плохо на него повлиять.

– В каком смысле?

– Филиппо в молодости был танцором. Вы знаете, что у нас танцор – синоним…

– Да, непостоянный, склонный к переменам настроения, капризный человек…

– Вот именно: непостоянный. Это проявлялось во всем: в дружбе, в любви, даже в мелочах… У него вкусы меняются в одночасье. Еще накануне обожал, к примеру, мороженое, а на следующий день утверждал, что оно ему никогда не нравилось. Жить с ним было нелегко.

– Когда вы поженились, чем он занимался?

– Работал в мэрии. Это длилось пять лет, и он неплохо зарабатывал. Нам хватало. Мне казалось, что его все устраивало.

– А потом?

– Потом умер его дядя Карло, брат отца, и Филиппо получил огромное наследство. Он никогда не рассказывал об этом дяде, я даже не знала, что он существует, его не было на нашей свадьбе.

– Сколько у вашего бывшего мужа братьев и сестер?

– Две сестры. Но наследство почему-то целиком досталось Филиппо. Я никогда не задавала ему лишних вопросов. Одна из сестер, Лучана, поддерживала с ним связь из-за денег. Про другую, Эльвиру, я ничего не знаю.

– Что он получил в наследство?

– Недвижимость: доходные дома, склады, магазины и маленькая ферма.

– Возможно, он уезжал по делам, связанным с бизнесом?

Эрнестина снова засмеялась:

– Что вы! Филиппо не занимался бизнесом! Ему не нужны были проблемы. Он все продал и положил деньги в банк.

– В какой?

– В разные. У нас был общий счет в Кооперативном банке, и он переводил туда сумму, которой хватало на год. Где он держал остальные деньги, я не интересовалась.

– Почему вы расстались?

– Я перестала его интересовать. Полностью, вы понимаете, о чем я? Он смотрел на меня как на пустое место. Я была матерью его сына, и все. Думаю, он изменял мне, у него появились любовницы.

– Как вы узнали об этом?

– Я ничего не узнала. Я сказала: думаю. Все началось, как обычно начинается, да вы и без меня знаете…

– Я не женат.

– А! Таинственные телефонные звонки, встречи где-то с кем-то, ложь, оправдания. Все как обычно. Пока я не потеряла терпение и не выгнала его из дома. Вот и все.

– Я обнаружил в его квартире в Вигате телескоп.

Эрнестина совсем не удивилась:

– Да, это одно из двух его увлечений.

– Он смотрел на звезды?

Эрнестина снова рассмеялась:

– Идемте со мной!

Она встала, и комиссар последовал за ней в спальню. Окно выходило во двор, напротив стоял большой дом с балконами и многочисленными окнами.

– Помните фильм Хичкока, где мужчина со сломанной ногой целыми днями наблюдает за соседями?

– Да, «Окно во двор».

– Вот и мой муж. Я смотрела телевизор, а он смотрел в чужие окна.

– И рассказывал вам?

– О чем?

– О том, что происходит там, за чужими окнами.

– Ах да! Он все время хотел мне что-то рассказать. Вот там живет женщина, к которой приходит любовник. А там – старик, который совращает свою собственную внучку. Но, знаете, мне все это было совершенно не интересно.

– Синьора, извините, а ваш муж только наблюдал?

Эрнестина как будто не поняла вопроса:

– А что еще он мог делать?

– В таких случаях слишком велико искушение вмешаться в чужую жизнь.

Наконец до нее дошло.

– Вы думаете, он их шантажировал?

– В том числе. Возможно, ему доставляла удовольствие власть над людьми.

– Как это?

– Думаю, та женщина не хотела, чтобы муж узнал о ее шалостях. Послать мужу анонимное письмо и наслаждаться тем, что произойдет дальше. Забавы ради.

– Вы называете это забавой?

– Я – нет, синьора, но есть люди, которые так считают.

Эрнестина ненадолго задумалась:

– Нет, вряд ли Филиппо на такое способен. Для забавы, как вы говорите… Он развратник, да. Но коварства я в нем не замечала. Не думайте, что он плохой человек. Вы его не знаете, он…

– Не знаю, и как раз потому задаю вам вопросы. Вы говорили, что он…

– Иногда был совершенно непредсказуем, вот что я хотела сказать.

Они вернулись в гостиную.

– Простите, что спрашиваю, бывший муж вас содержит?

– Я работаю продавщицей в магазине одежды. К тому же сейчас у меня другой мужчина. Мы поженимся, как только я получу развод.

Она ответила очень спокойно, и Монтальбано оценил ее искренность.

– Спасибо. Не буду вам надоедать. Если вдруг ваш бывший муж объявится, позвоните мне в комиссариат. Вы мне очень помогли.

– Я провожу вас.

Уже в дверях Монтальбано вдруг что-то вспомнил и обернулся:

– Простите, вы сказали, у вашего мужа было две страсти. Телескоп. А вторая?

– Его ноги. Он постоянно за ними ухаживал.

Молния сверкнула в коридоре. Комиссар замер, нога повисла в воздухе, не смея опуститься на ступеньку лестницы, а рука судорожно искала перила. Дыхание перехватило, он застыл на месте.

– Комиссар, с вами все в порядке? – Эрнестина обеспокоенно выглянула на лестничную площадку.

– По… почему ваш муж перестал танцевать? – спросил он, немного придя в себя.

– Травма. Он порвал связки.

Монтальбано едва не свалился с лестницы.

– Если труп Манзеллы пролежал в колодце пять дней, выходит, звонок Фацио был ловушкой.

– Черт возьми, Мими, какой ты умный!

– Фацио не верил Манзелле, а все оказалось правдой.

– Оригинальный вывод, Мими.