Спасти сказочного короля

Дежуривший у входа парень дёрнулся было, чтобы перегородить дорогу, но узнав героиню ночного происшествия, отступил с поклоном:

– Ваша милость.

Пока он не передумал, Лялька поспешила заскочить внутрь и остолбенела. Вокруг стола довольно тесно, из-за нехватки места, сидели восемь мужчин. Кроме Геры, советника, постельничего и его сыновей, которых Валя видела накануне, были ещё трое незнакомцев. Все повернулись к вошедшей. Та неловко присела и поздоровалась.

– Уже отправляешься? – спросил лже-король.

– И тебе советую, – заявила девушка, здесь становится слишком опасно.

– Чужестранка права, – поддержал постельничий, – вашему величеству стоит скрыться за границей.

Лялька сообразила, что не все из присутствующих в курсе того, что король не настоящий и прикусила губу. Надо было поговорить наедине, а не врываться на совет. Эту здравую мысль подтверждал гневный взгляд советника. Будь у него хоть капля огненной магии, от Вали уже кучка пепла осталась бы, такие молнии метали тёмные глаза из-под кустистых бровей.

– Присаживайтесь, ваша милость, – один из сыновей постельничего поднялся и предложил свой стул девушке. Она покрутила головой, чувствовать себя стиснутой широкими плечами не очень-то хотелось. Шагнула к замеченной чуть в стороне табуретке, опустилась на неё, устроив рюкзак на коленях, как будто так и нужно было. Мужчины продолжили прерванное обсуждение.

– Надеюсь, все согласны с тем, что ночные гости явились сюда не просто так, а по чьему-то указанию, – сказал советник.

– Колдовству, Пол, – поправил его один из незнакомцев.

– Именно колдовству, барон, – согласился советник.

Вот, как его зовут, оказывается. Полморковки – мысленно окрестила неприятного мужчину Лялька.

– И если бы не эта чудесная барышня и её собака, – указал на Ляльку тот, – мы бы сейчас были кормом для муравьёв. Подозреваю, что наши недруги не ограничатся неудавшейся попыткой уничтожить сторонников истинного короля!

– Выследили в этот раз, выследят и в другой, – сокрушённо покачал головой постельничий, – если на их стороне Лунная принцесса, мы обречены.

Дальше разговор пошёл о том, точно ли загадочная принцесса помогает Карломану, или это был единовременный шаг в оплату старого долга, например, или случайность, возможно, Лунную принцессу обманули... Лялька наблюдала за Герой. Тот не участвовал в обсуждениях, рисовал на столешнице невидимые линии кончиком ножа. Девушка в мыслях подбирала слова, чтобы убедить друга отправиться домой вместе с ней. Ведь оба они могли погибнуть сегодня. Он должен подумать о своей матери. Каково бедной женщине потерять сына после стольких лет борьбы за его здоровье? Только-только парень поднялся с инвалидного кресла, только-только она смогла оставлять его без присмотра и опеки, а тут такое! Лялька чувствовала долю своей вины в том, что Гера оказался в сказочном мире, ведь именно его она позвала, когда надеялась попасть домой. Хотя, могла ли она знать, что Гера ринется ей на помощь? И о том, что помощь эта ей понадобится, тоже не догадывалась. Под равномерный гул голосов думалось хорошо. Мужчины, даже говоря об опасностях, старались демонстрировать выдержку и достоинство. Валя прониклась невольным уважением ко всем, включая Полморковки – советник умело руководил процессом. Можно было сравнить его с дирижёром. Исполнялось что-то типа мужского хорала. Басил, безусловно солируя, барон. Аккомпанементом ему звучали два его вассала. Баритон советника и тенор постельничего украшали бархат основного звучания строгим орнаментом – золотым и серебристым. Казалось, ещё чуть-чуть и исполнение прервётся аплодисментами. Вместо этого раздался звонкий, не вписывающийся в общий хор голос Геры:

– Получается, эти твари живут одну ночь?

– Совершенно верно, ваше величество, – подтвердил советник, – Лунных призраков сотворяют для конкретного задания, с рассветом они упокаиваются.

– Тот, кто дал задание, как узнаёт о выполнении?

Барон развёл руками, в знак очевидности ответа на вопрос короля:

– Истекающие кровью люди – всё подтверждение.

– Карломан, наверняка, послал кого-нибудь, убедиться, что мы погибли. Его ждёт разочарование.

– И новые коварные планы на наш счёт, – добавил постельничий.

– Значит, надо сделать так, чтобы посланцы Карломана нашли то, чего ожидают.

Сидящие за столом мужчины воззрились на лже-величество с одинаковым выражением изумления на лицах. Лялька не сомневалась, что у каждого мелькнула мысль о том, что король сошёл-таки с ума. Она первой оценила замысел друга.

– Класс! – роняя рюкзак на пол, вскочила с табуретки и вскинула вверх сжатые кулаки. – Инсценировка!

Барон и советник посмотрели друг на друга, оценивая реакцию на услышанное, вассалы и постельничий переглядывались украдкой. Тот парень, что предлагал Ляльке стул, воскликнул воодушевлённо:

– Претвориться мёртвыми? Пусть думают, что получилось? Так?

Ну хоть один сообразительный попался. Все зашумели. Гера спрятал нож и встал.

– Надо сделать всё быстро. Караульных разложим по границе лагеря, зальём их одежду искусственной кровью. Часть людей спрячем в палатках. Остальных переоденем в крестьян, чтобы спугнуть разведчиков в случае необходимости. Приступайте!

Он кивнул Вале и вышел на воздух. Девушка выскочила следом:

– Здорово придумал, как в кино про покушения, когда хотят обмануть заказчика…

– Валюша, – перебил её Гера, – тебе надо уехать. Здесь, действительно, становится опасно.

– А ты?

– Я обещал помочь. Да и потом… Представляешь, сколько лет я сидел в четырёх стенах? Эти приключения – компенсация.

– А если что-то случится с тобой? – все придуманные аргументы вылетели из Лялькиной головы, – представь, мама вернётся, а тебя нет. Она получала сообщения, а тебя уже месяц не было. Представь!

– Всё будет о`кей, не накручивай.

«Тогда и я останусь!» – чуть не крикнула девушка, но только сжала кулаки и отвернулась, закусив губу. Нужна она ему, как же! Вот, если бы тут была Жанка! Гера привлёк Валю к себе и так бережно обнял, что у неё дыхание перехватило, а по спине разлилось мягкое тепло. Совершенно не могла на него обижаться, ну нисколечки!

– Что ты переживаешь, глупенькая. Здесь события стремительнее происходят. Не успеешь оглянуться, а я уже там. Буду скучать.

– По Джолею?

– По Джолею особенно. Сама знаешь, прошлой ночью без него нам бы каюк.

– Тогда оставь его себе. Мне будет спокойнее. – Лялька отстранилась. – Пойду собираться. Жалко, что в представлении не поучаствую. Было бы интересно посмотреть.

– Вообще-то твоя помощь пригодилась бы, – улыбнулся Гера, – свита моя туго соображает.

– Да? – обрадовалась девушка, – я, к твоему сведению, в театральной студии занималась!

– Знаю-знаю, Жанна рассказывала.

Лялька не обратила внимания на упоминание имени подруги, загорелась предстоящим делом. Уж в этом-то она может поучаствовать – интересно и не опасно… наверное. Приготовления начали, не откладывая. Разведчики Карломана могли заявиться в любую минуту – день разгорался. Гера руководил «трупами»: мазал их лица белой глиной, раскрашивал одежду «кровавыми» пятнами. Лялька возглавила женскую бригаду. Им предстояло изображать отправившихся по грибы крестьянок, чтобы в нужный момент выскочить из лесу и помешать лазутчикам как следует осмотреть место преступления. Советник и барон руководили основными силами, обеспечивая запасной вариант. В случае непредвиденного развития событий, они нападут на пришлых и возьмут их в плен.

Представление прошло превосходно, особенно если учесть, что не репетировали. Жаль, зрителей было маловато. Четверо Карломановских посланцев, оставили пятого на дороге присматривать за лошадьми и подкрались к лагерю. Дальше амфитеатра их не подпустили. Один, правда, влез на балкон, воспользовавшись сучковатой сосной. Лазутчики действовали осмотрительно, подбирались к лагерю скрытно, и притаились в кустах, когда поблизости послышались голоса:

– Ау! Бабоньки, где вы? Ау-у-у!

Тут же со всех сторон на поляну высыпали артистки с корзинами. Кинулись кто к лежащим на траве караульным, кто в палатки.

– Уби-и-ит! – кричала Лялька, ворочая парня, тот едва сдерживался, чтобы не захохотать, но "крестьянка" сделала квадратные глаза и закричала ещё громче: – Зарезали!

– Мёртвый! Да что же это? Все мёртвые! – слышалось со всех сторон.

Марго, которая нелепо смотрелась в простоватом прикиде, с достоинством выплыла из королевской палатке и объявила:

– Умер!

Вообще-то договаривались, что она скажет: "Король умер", но у старухи не хватило решимости. Что делать дальше, женщины не знали, метались от одного "убитого" к другому с нечленораздельными воплями, выглядело всё правдоподобно. Лялька оставила в покое хихикающего статиста и обернулась к разинувшей рот и совершенно растерявшейся Гретти:

– Сестрёнка! Беги в деревню, позови мужиков! – Девочка удивлённо вылупилась на неё. – Что встала? Дуй! Хоронить надо!

Служанка задала стрекача, бросив корзинку, не дне которой сиротливо перекатывались хрупкие сыроежки. Артистки вошли в раж – голосили, заламывали руки. Кое-кто переигрывал, но большинство вели себя вполне органично, и Лялька оценила их старания. Разведчиков тоже удовлетворило шоу. Они отползли и ретировались. Наблюдатели из приверженцев Георга, убедившись, что неприятель покинул "театр", вернулись в лагерь. Все приступили к уборке подмостков. Люди оживленно переговаривались, хвастая тем, как они дурили незваных гостей. Ощущался эмоциональный подъём, будто в бою победу одержали. Гретти не возвращалась, что беспокоило Ляльку, девчушка реально убежала за помощью?

– Даже если и так, – успокаивал Гера, – к лучшему. Шпионы вполне могли в деревню пробраться, пусть увидят, как народ реагирует на смерть истинного короля.

Как ни хотелось оттянуть минуту расставания, она приближалась. Пообедали большой компанией, Валя выслушала очередную порцию благодарностей и благих пожеланий, чуть не прослезилась от умиления. Марго, которая успела переодеться в обычный наряд, сбросила на миг привычную маску холодности и порывисто обняла девушку:

– Прости, за то что втянула тебя, но сама видишь, мы бы не справились.

– Геру берегите, – шепнула ей на ухо Лялька.

– Обещаю. Как собственного племянника, – ответила старушка.

Облачившись в привычное платье, Валя собралась в дорогу. Пожалела, что Гретти так и не вернулась из деревни, оставила для неё самаркандскую халву, подаренную Жанной, так и не пришлось попить чаю с любимым лакомством, слишком насыщенные событиями оказались часы, проведённые в лагере сторонников свергнутого короля. Хотела вернуть Марго волшебные очки, но та разрешила оставить их себе.

– Можно Тирлю подарить? – спросила девушка, не представляя, где сможет носить столь оригинальный аксессуар.

Старушка пожала плечами и кивнула:

– Дай, запрет сниму. – Она провела рукой, будто собрала что-то в горсть и отбросила в сторону. – Дари, кому хочешь.

Тирль с двумя лошадьми в поводу ждал на дороге. Гера проводил Ляльку, обнял на прощание:

– Спасибо, что оставила Жульку. Верну в целости.

– Сам тоже возвращайся, пожалуйста.

Двое плечистых молодцов помогли взобраться на лошадь. Подол, хоть и был широким, всё же задрался и оголил ноги до колен. Парни смущённо отвели взгляды. Лялька ударила лошадиные бока пятками и поскакала вслед за Тирлем, не видя, как машет ей Гера. До поворота оказалось не далеко, верхами добрались быстро. Вот и двугорбый бугор, здесь придётся расстаться. Херувимчик помог Ляльке соскочить с лошади и, краснея от волнения начал заготовленную речь. Мол, знакомство с такой необыкновенной барышней большая честь для него, её милость самая замечательная из всех особ, которых он встречал и когда-либо встретит. Валя расхохоталась и чмокнула парня в щёку. Тот засиял, как будто его в рыцари посвятили.

– Погоди-ка, у меня для тебя подарок, – сказала девушка, полезла в рюкзачок и выудила оттуда очки. – Держи!

– Не-е-ет! – замотал головой Тирль, отступая, – не могу принять.

– Почему? Они мне больше не нужны.

– Не могу, простите, ваша милость. – Он вскочил на коня и пустил его прочь, ведя за собой вторую лошадь. Лялька услышала удаляющийся крик: – Прощайте, ваша милость! Я вас никогда не забуду!

Наверное, не хочет смотреть, как уйду из этого мира, – подумалось Вале. Ей и самой было грустно прощаться со сказкой. Пожалела, что не поговорила в последний раз с Георгом. Не догадалась попросить у советника зеркальце. Гретти не повидала. Улыбнулась, вспоминая, как девчушка смотрела не неё, когда Лялька отправляла её в деревню. Милая девочка – хотелось бы иметь такую младшую сестричку. С Жулькой не попрощалась по-человечески. Его заперли в королевской палатке, чтобы не увязался за хозяйкой. Уже скучала по щенку, что же будет дома? Но так ей было спокойнее за Геру. Если Лунная принцесса снова нашлёт своих призраков, Джолей сумеет распознать их и разбудить весь лагерь. Так хотелось думать.

Встала спиной к далёкому замку. Кого позвать? Понятно, что не родителей и не бабулю. Жанку тоже не хотелось. Геры там нет. Может быть, Фелицию? Пожалуй, кроме неё некого.

– Фелиция! – закричала девушка, – хочешь волшебные очки?

Воздух в шаге от Ляльки заволновался, пошёл рябью и расступился, открывая вид на большую залу, убранную в белых и серебристых тонах. Чуть поодаль на троне восседала женщина, похожая на Фелицию.

– Странно, – изумилась Лялька, – я вроде домой должна была попасть.

Дама медленно, словно преодолевая вязкое сопротивление, наклонила голову, приветствуя гостью.

Валя подалась вперёд, интуитивно чувствуя, что портал за её спиной захлопнулся.

– Добро пожаловать! – Вкрадчивый мягкий голос, усиленный хорошей акустикой, заставил Ляльку вздрогнуть.

– Кто вы? Почему я здесь? – спросила она, облизав губы. Ответная ухмылка неизвестной натолкнула на догадку, которую девушка пробормотала себе под нос: – похоже, вместо того чтобы вывалиться, я перешла на новый уровень.

– Приглашаю тебя погостить, моя сладкая, – сказала женщина, поднимаясь и делая шаг навстречу.

Лялька огляделась, отступая, и бросила с вызовом:

– Приглашение подразумевает возможность отказа.

– Не в этом случае, – ядовито улыбнулась незнакомка.

Валя всё-таки сделала попытку, повернулась туда, где по её мнению находился портал. Мысли лихорадочно неслись в голове: нужно драпать отсюда. Кого позвать? Да хоть Жанку!

– Жанна! – закричала она срывающимся голосом.

– Не трать силы, сладкая, здесь мой мир, чужая магия не действует.

Тётка оказалась рядом, непостижимо преодолев два десятка метров одним шагом.

– Отпустите меня, – Валя старалась сохранить уважительный тон, хотя её жутко раздражал приторный голос и обращение, которое использовала хозяйка серебристого мира. – Родные будут тревожиться, они ждут моего возвращения. Пожалуйста.

– Одна ночь, ягодка, – незнакомка взяла Валю под руку и потянула за собой. – Там пройдёт лишь ночь, у нас же с тобой будет столько ночей, сколько захотим.

Девушка силилась вывернуться из хватки холодных пальцев.

– Погодите, вы меня не за ту приняли. Я не...

– Всё знаю про тебя, сладкая. Идём.

Лялька вырвалась и отскочила в сторону, только что ногой не топнула, закричала с вызовом:

– А если знаете, не называйте такими противными словами! У меня имя есть!

Женщина обернулась, приподняв бровь и смерив девушку надменным взглядом:

– Валя? Ты считаешь это именем?

– Валентина!

По лицу незнакомки пробежала тень, но она справилась и продолжила прежним спокойным тоном: