Помоги проекту - поделись книгой:
ДЫРА В ВОЗДУХЕ
Это был плохой день для Дирка Бериша. Сначала пришла записка от Кэннера, в которой подразумевалось, что Бериш что-то расслабился за последнее время, а сразу после этого начальник Производственного отдела Сунитаро отклонил проект авторучки Бериша на том основании, что она слишком громоздка, а потому будет плохо продаваться.
Бериш хмуро сутулился за своим потертым черным проектировочным столом и вяло перебрасывал две эти записки — снежно-белую от Кэннера и нежно-зеленую от Сунитаро. У Кэннера был четкий, каллиграфический почерк, записка была написана темно-синими чернилами с аккуратными полями в три сантиметра. Сунитаро же, как всегда, начеркал вкривь и вкось, ломаными строками, а о полях и вообще не позаботился. Но обе эти записки указывали на одно и то же: Бериш был в кризисе, и прежний авторитет ему могло вернуть лишь какое-нибудь новенькое изобретение, не то у «Смешанных Технологий» появится новый начальник проектного отдела, а Беришу придется таскаться на биржу труда.
Пристальный взгляд Бериша прошелся по небольшому, оживленному помещению. Три его проектировщика согнулись над проектировочными столами и отчаянно жевали карандаши, пытаясь сосредоточиться. Бериш подумал о том, кто же в итоге заменит его: вечно растрепанный Родригес, Кондон или Хейлман? Все трое были умными, нетерпеливыми, с горящими глазами, точно такими же, каким был и Бериш, когда начал работать на «Смешанные Технологии».
И тут он заметил, что Кондон встал из-за стола и направляется к нему.
— Мне кажется, вас это заинтересует, — сказал Кондон, кладя на стол перед ним большой мраморный шарик.
Даже несмотря на грустные размышления, Бериш не мог не восхититься его красотой. Он мерцал мягким, успокаивающим сиянием, словно у него в середине горел маленький, но яркий огонек. Он даже походил на какую-то драгоценность.
— Его нашел мой мальчишка, — сказал Кондон, улыбаясь улыбкой подчиненного, который хочет подняться вверх по карьерной лестнице. — Интересная штучка, сэр.
Бериш погладил шарик и пристально взглянул на Кондона. Он чувствовал себя страшно усталым, словно вся тяжесть мира легла этим холодным утром на его слабые плечи.
— Очень симпатичный шарик, мистер Кондон, — сказал Бериш. — Мне только остается восхищаться вашим вкусом. — Он зевнул. — Но зачем мне...
Бериш резко вскочил.
— Что вы сказали, мистер Кондон?
— Что, сэр? — переспросил Кондон, став вдруг белым, как снулая рыба.
— Повторите, что вы сказали мне, Кондон.
— Но я не сказал ничего, сэр. Этот мрамор...
Бериш опустился обратно в кресло.
— Продолжайте, — сказал Бериш вслух. — Что вы там говорили об этом мраморе?
— Вы сказали сейчас, что продолжили бы, если бы я вам позволил? — спросил Бериш.
— Нет, сэр, я только это подумал, — пролепетал Кондон. — Я хотел вам сказать об этом мраморном шарике. Он позволяет читать мысли.
Бериш мгновенно схватил шарик и отшвырнул его, словно кусок простого угля. Шарик покатился и остановился рядом с запиской от Сунитаро. Бериш уставился на него, зачарованный его сиянием.
— Откуда вы взяли эту штуку, мистер Кондон? — спросил Бериш, когда обрел дар речи.
— Вы не поверите, мистер Бериш, — ответил Кондон, — но мой сынишка утверждает, что нашел его в другом измерении.
Воистину это был плохой день для Бериша. Сначала Кэннер, затем Сунитаро, а теперь вот телепатический мрамор из другого измерения. Бериш тупо уставился на лысеющую голову Хейлмана, по-прежнему склонившегося над своим столом, затем перевел холодный взгляд на Кондона. Молодой проектировщик спокойно взглянул на него в ответ.
— Так вы говорите, что ваш мальчишка взял этот шарик из другого измерения, Кондон? Именно так? Он не слетал за ним на Марс?
— Пожалуйста, мистер Бериш, — немного устало сказал Кондон, — я понимаю, как фантастически это звучит. Но ведь неважно, откуда взялся этот шарик, не так ли? Факт, что он у нас, и он открывает определенные коммерческие возможности.
После слов Кондона взгляд Бериша метнулся к мерцающему мраморному шарику.
— Подумайте что-нибудь, мистер Кондон.
— Быстрая рыжая лиса перепрыгивает через ленивого пса? — повторил Бериш.
Кондон кивнул.
Бериш взвесил шарик на ладони.
— Это может быть очень интересно, — сказал он, думая о Кэннере, о Сунитаро и о безликом правлении «Смешанных Технологий» в целом, о тех, для кого он был не более чем машиной для производства различных приспособлений, машиной, которую можно выкинуть и заменить на другую, когда она станет изношенной. Ну, так вот вам настоящее открытие! А так же изобретение. И, возможно, там, откуда взялся этот шарик, есть еще много всяческих штучек. Немножко хитрости, и...
— Я просто не знал, с чего начать, — сказал Кондон. — Девятилетний мальчишка ухитрился исчезнуть во время ужина, когда я буквально на минутку вышел, и я не мог его найти. Это было вчера около 18:00 часов. Моя жена не любит, когда мы начинаем поздно обедать. Но я искал Ронни везде и нигде не мог его найти. Он всегда спрашивал разрешения, когда выходит из дому. Когда я все же вышел на улицу, то вдруг увидел, как он появился из... из... Ну, я могу описать это как дыру в воздухе...
— И в грязной руке он держал этот шарик. Я так и увидел эту картинку, мистер Кондон, — перебил его Бериш, уставился на шарик, затем снова на Кондона. — Придумайте что-нибудь еще, мистер Кондон.
— Это все правда и только правда.
— Это, Кондон?
— Ну, я рассказал вам свою историю. Остальное могу дополнить лишь со слов Ронни, — ответил Кондон. — Сынишка сказал мне, что нашел дыру в воздухе и встретился там с какими-то монстрами, играющими в мраморные шарики. Он сел играть с ними и выиграл этот шарик.
— И вы верите этому? — усмехнулся Бериш. — Тому, что маленький мальчик стал бы так бесстрашно играть мраморными шариками с какими-то чужими монстрами? Если бы там оказался я — или вы, или любой другой — то убежал бы сломя голову.
— Только не Ронни, — покачал головой Кондон. — Он помешан на фантастических телефильмах, я просто не могу оторвать его от телевизора. Ему более привычен космос и чужие измерения, чем собственный дом.
— Ну-у... ладно. Значит мы имеем лишь плод развитого воображения маленького мальчика.
— Может быть, — сказал Кондон. — Но еще и этот мрамор. — Он протянул руку и коснулся мраморного шарика.
— Нет, этого мало, — покачал головой Бериш. — Вы не будете возражать, если сегодня вечером я приду с вами к вам домой. Я хотел бы поговорить с вашим сынишкой. Это может быть очень, очень прибыльным делом для всех нас, Кондон.
Спустя четыре часа Бериш уютно устроился в огромном кресле в маленьком домике Кондона в пригороде и смотрел на стоявшего перед ним мальчишку с торчащими каштановыми волосами и усыпанным веснушками личиком.
— Давай еще раз, только помедленнее, Ронни, — сказал Бериш, изо всех сил пытаясь успокоить свои бедные нервы. — Ты сказал, что увидел в воздухе дыру.
— Ну да, — сказал Ронни. — Я повернулся, хрустнул и прошел через нее.
— Понятно, — сказал Бериш. — Ты хрустнул. Я понял. Ты имеешь в виду, раскусил вот такую конфету?
— Ну, уж не до ужина, — заявил Кондон, когда Ронни нетерпеливо потянулся к протянутой конфете. Бериш согласно кивнул и отложил ее.
— Тогда расскажи, что ты там видел, Ронни.
Глаза мальчишки стали совсем круглыми.
— Пройдя через дыру, я очутился возле большого дерева, и там было пять чужаков, стоявших кружком, они были высокими, со множеством рук и с фиолетово-зеленой чешуей, и жили они в большом мире, где не было ничего кроме деревьев и белого бетона: ни домов, ни машин, ни взрослых, вообще ничего, пока я не прошел к ним через дыру в воздухе и не оказался рядом. Они играли в мраморные шарики, точно так же, как мы, но только им не с кем было играть, пока я не попал к ним... — Ронни замолчал, чтобы набрать побольше воздуха.
Бериш на секунду закрыл глаза и попытался собраться с мыслями. Что бы там ни навыдумывал Ронни, но мраморный шарик откуда-то должен был появиться. И
А этим ключиком был любопытный маленький мальчик. Девятилетним мальчишкам интересно все на свете — от лягушек и угрей до мраморных шариков и ракет и конечно же им вдвойне интересен странный мир по другую сторону дыры в воздухе. Если бы Ронни можно было уговорить пройти через эту дыру снова, снова и снова...
— Там ты и получил мраморный шарик? — спросил Бериш.
— Да, сэр. Я установил с ними контакт так же, как капитан Спэйс, и они разрешили мне присоединиться к их игре, когда увидели, что я мирный... э-э... объект, и я выиграл шарик, вернулся домой и отдал его папе, потому что уже опаздывал на ужин.
Бериш взглянул на Кондона, который спокойно стоял рядом.
— Ронни, а ты мог бы провести меня и показать, где там эта дыра в воздухе? — спросил Бериш.
— Почему бы не сделать это после ужина? — вмешался Кондон. — Жена вот-вот позовет нас к столу.
— Вы можете попросить ее немного подождать, Кондон? Это очень важно. Пойдем, Ронни.
Потом Бериш одним жестом отмел возражения Кондона и вышел с Ронни из дома на дорожку, отделяющую дом от соседского. Там Бериш остановился и с тревогой смотрел, как Ронни бродит туда-сюда по дорожке в сгущающихся сумерках. Затем он резко остановился.
— Вот она, мистер Бериш! — крикнул Ронни и махнул рукой куда-то вперед. — Вон там!
Бериш прищурился.
— Ничего не вижу, — сказал он, и его кольнула иголочка подозрения, что он оказался жертвой какого-то дикого, никому не нужного розыгрыша. — Покажи мне.
Ронни обвел руками круг примерно в метр высотой.
— Она чуть мерцает. В темноте трудно заметить, но это она.
Бериш уставился на мальчишку.
— Ронни?
— Да, сэр?
— Сейчас твой отец не видит. Вот конфетка.
— Но папа сказал...
— Да это неважно. Ты можешь показать мне, как проходишь через эту дыру в воздухе?
— Вы хотите, чтобы я прошел через нее? Прямо сейчас?
— Да, — сказал Бериш, всеми силами стараясь быть похожим на добродушного дядюшку. — А когда ты пройдешь туда, я бы хотел, чтобы ты попытался найти этих существ и попросить у них еще одну игрушку.
— Вы имеете в виду — еще один мраморный шарик, мистер Бериш?
— Да нет, — терпеливо сказал Бериш. — Не мраморный шарик. Какую-нибудь другую игрушку. Все понятно?
И он дал Ронни то, что, как он надеялся, выглядело игривым толчком. Мальчишка мгновение вглядывался в полумрак, затем как-то странно пригнулся —
— Где Ронни? — спросил Кондон, выскакивая из дома.
— Так это правда, — не обращая на него внимания, пробормотал Бериш.
— Что правда? Вы хотите сказать, что снова послали его туда? Но мы же не знаем, вернется ли он. Там какие-то свирепые неземные монстры, и вы отправили мальчишку к ним?
Бериш не обращал внимания на крики Кондона. Он задумчиво рассматривал дыру в воздухе, задаваясь вопросом, какие чудеса можно добыть оттуда и представить их изумленным взорам Кэннера, Сунитаро и правления «Смешанных Технологий».
— Бериш! — закричал во всю мочь Кондон.
Этот крик напомнил Беришу о существовании Кондона и о том, что Кондон — подчиненный, поэтому не должен кричать на босса. Бериш повернулся к нему.
— Пожалуйста, Кондон, угомонитесь. Там нет никакой опасности для вашего сына, он скоро вернется. Но это открывает для нас широкие перспективы, Кондон!
— Широкие перспективы? А как насчет моего сына?
— Да вот и он, — сказал Бериш.
Ронни вышел из дыры и упал к ногам Бериша. Бериш поднял его.
Мальчишка принес с собой нечто напоминающее волчок, детский волчок, зеленый с темно-синими точками. У Бериша возникла дикая мысль, уж не использовали ли инопланетяне краску в горошек, чтобы разрисовать его. Он выхватил волчок из рук Ронни и с безумным любопытством осмотрел его.
Затем поставил волчок на землю и осторожно повернул. Волчок зашатался и упал на бок.
Поделиться книгой: