— Так все делают, — пояснила тогда подруга. — Он взял тебя только из благотворительности, а не из-за великого таланта. Поэтому тебе не рисовать нужно, а понравиться ему. Вот тогда твое будущее будет устроено!
Возможно, доля правды в словах Алины все же присутствовала, но Катя не смогла переступить через себя, чтобы попытаться проверить эту теорию. Даже мысль о том, чтобы сделать нечто подобное, казалась ей отвратительной.
Примерно в это же время с Беловой произошло еще одно чудо: на нее наконец обратил внимание парень, который ей нравился. Прежде она говорила подругам, что всех мальчишек в интернате воспринимает не иначе как идиотов. Однако здесь она несколько лукавила. Во-первых, она не хотела видеть сочувственные гримасы на личиках своих ровесниц, во-вторых, боялась, как бы слух не дошел до объекта ее симпатии, а в-третьих и, наверное, в главных, Катя не хотела ссориться с Королевой.
Милана терпеть не могла, когда кто-то пусть даже в тайне посягает на ее поклонников. Но в какой-то момент в жизни все так закрутилось, что Белова внезапно попала в компанию Виленского Олега, Койота, и привел ее туда никто иной как Лесков, тот самый парень, к которому она испытывала симпатию.
После истории с закрытием чердака, все разрушилось так же стремительно, как и началось. Катя часто думала о том, почему она захотела с Димой расстаться. Частично это произошло потому, что Белова не понимала его поведения по отношению к Артему, частично потому, что не хотела, чтобы он видел ее остриженной, а, может быть, потому, что она не могла игнорировать его влюбленность в Милану. Девушка решила уйти в другой интернат и больше не вспоминать о своей первой симпатии.
Вот только не вспоминать не получалось. В новом детском доме Кате так и не удалось завести друзей. Не везло и Артему. Почему-то этот парень вновь начал подвергаться издевательствам со стороны других подростков, и там ему приходилось не менее тяжело, чем раньше. Артем так и не научился защищаться, и единственным человеком, который приходил ему на выручку, была Катя. Она заступалась за него перед парнями, огрызалась, когда девочки высмеивали его. Постепенно два изгоя настолько сблизились, что начали доверять друг другу самое сокровенное.
Однажды Артем в пылу гнева воскликнул, что все их беды из-за Лескова, и, если бы не он, то не пришлось бы переходить в другой интернат. Для парня стало полной неожиданностью, когда Белова внезапно принялась отчаянно защищать Дмитрия.
— Ты что, влюбилась в него? — обиженно воскликнул Артем, желая немного осадить свою подругу.
— А что, если и так? — огрызнулась девушка, и ее ответ заставил парня окончательно растеряться.
В тот день Артем возненавидел Лескова еще больше, потому что в последнее время он все чаще ловил себя на мысли, что испытывает к Беловой далеко не дружескую симпатию.
Хорошие отношения с Артемом закончилась тогда, когда он сообщил Кате о своих чувствах. Парень планировал, что они вместе покинут детский дом, заселятся в предложенную государством малюсенькую квартирку и заживут, как полноценная семья. Вот только Белова не разделяла его стремлений.
Когда он узнал, что Белова собирается переезжать в Москву, парень сам пожелал прервать их общение.
— К нему бежишь, да? — язвительно поинтересовался тогда Артем. — Ни гордости нет, ни самоуважения? Ну беги-беги. Вот только вряд ли ты ему там нужна. Я — единственный человек, который любит тебя по-настоящему. Однажды ты это поймешь и сильно пожалеешь, что не захотела остаться со мной…
Катя уехала в Москву, но ее мечты быстро разбились о камни суровой реальности. Живопись не могла обеспечить ей стабильную зарплату, поэтому девушка продолжала одновременно работать в магазине «Прада». Из-за учебы, основной работы и преподавания у Кати почти не оставалось времени на личную жизнь. До нее доходили слухи о бывших подругах из интерната, которые выходили замуж, рожали детей. И, сравнивая себя с ними, девушка начинала чувствовать себя какой-то неправильной. Ее коллеги обожали интересоваться, когда она выйдет замуж, и Беловой постоянно приходилось оправдываться.
— А годики-то тикают, — с чувством собственного превосходства напоминали ей замужние подруги. В какой-то момент Екатерина встретила Машу, которая как раз рассказывала ей о первом годе своего замужества. И, конечно же, она задала встречный вопрос.
— Да так, живу с одним, — солгала Катя.
«Мольбертом зовут…»
Именно эта фраза «живу с одним» и дошла до Димы через Олега. На самом деле в отношениях у Кати были либо долгие пробелы, либо короткие разочарования. До тех пор, пока она не встретила Стаса. Доброго, понимающего, любящего. Он стал первым человеком, которого Белова по-настоящему впустила в свою жизнь. Из маленькой съемной комнатушки Волошин перевез девушку в свою двухкомнатную квартиру, познакомил с родителями и в последнее время даже начал заговаривать о свадьбе.
Коллеги Кати наконец перестали зубоскалить, когда Стас показался на одном из корпоративов. Высокий, темноволосый, с серыми глазами, он привлекал внимание других женщин, и Белова даже невольно почувствовала легкий укол ревности.
— Он у тебя на Лескова похож, — сказал ей в тот вечер директор отдела маркетинга, томный крашеный брюнет, явно нетрадиционной ориентации.
— На кого? — Кате показалось, что ей послышалось.
— На Лескова. Только… бюджетная версия.
— На писателя что ли?
— На писателя, писателя, — передразнил ее мужчина и, весело посмеиваясь, удалился восвояси.
Катя не поняла этой остроты, хотя слова о «бюджетной версии» сильно задели ее. Директор отдела маркетинга славился своими язвительными комментариями, но в этот миг Беловой чертовски захотелось приструнить его. К тому же на известного русского писателя Стас совершенно не был похож.
С тех пор прошел год. Этот дурацкий разговор забылся, и единственное, что сейчас волновало Катю, это продвижение по карьерной лестнице и предстоящая выставка картин. Именно в этот момент, когда жизнь, казалось бы, встала на рельсы и даже определила, куда ей направляться, появился Дмитрий. Раздраженный, мрачный, в костюме, облитом кофе. Вначале он даже не заметил Катю — настолько спешил, но Белова не могла не заметить его. Со времен детского дома Лесков стал еще более привлекательным, и девушка наконец поняла, кого имел ввиду ее коллега, сравнивая с ним Стаса. Действительно, Волошин был немного похож на Лескова, только одевался и вел себя куда проще. Дмитрий же, даже в залитом кофе костюме, выглядел так, словно он как минимум владеет половиной этого города. От него буквально исходила какая-то внутренняя сила. Это чувствовали и сотрудницы магазина, поэтому они вовсю старались ему понравиться. Катю откровенно возмутило то, как Оля в открытую начала с ним флиртовать. Позже девушка убеждала себя, что разозлил ее именно непрофессионализм подчиненной, а не непонятно откуда взявшаяся ревность. Девушка даже мысленно рассердилась на себя: ее реакция на свою прежнюю любовь уж больно напоминала дешевый роман, которыми сплошь забиты подземные киоски.
Лесков стал тем, кто в миг разрушил то, что Катя и Стас создавали долгие годы. Несколько встреч с ним, и все оказалось перечеркнуто. Белова ненавидела себя за свою слабость, но ничего не могла с собой поделать. Ее тянуло к Лескову с еще большей силой, но при этом девушка понимала, что она не может предать Стаса. Слишком многое связывало ее с этим парнем, чтобы взять и все разорвать. Стас был мягким светом, который освещал ее путь, когда все остальные огни гасли. Лесков, напротив, был яркой ослепительной вспышкой, который затмевал собой все вокруг.
Прекращение общения с Димой далось Кате неожиданно тяжело. Она не думала, что за каких-то пару месяцев настолько увязнет. И еще тяжелее было объяснять Стасу, почему у нее такое подавленное настроение. Приходилось лгать, что все дело в предстоящей выставке, и что она, Катя, сильно переживает. Но самое тяжелое во всем этом было слушать успокаивающие слова со стороны своего парня. Он настолько доверял ей, что больше не спрашивал о том, за что она просила у него прощения.
День открытия выставки начался для Кати в три часа ночи. От волнения она никак не могла заснуть и то и дело перепроверяла, все ли готово для завтрашнего дня. Открытие должно было состояться в семь часов вечера. Но уже в девять утра Беловой позвонил управляющий галереи и поинтересовался, можно ли расширить лист приглашенных гостей.
— Насколько сильно расширить? — встревожилась Катя.
— Человек на сто, может, больше…
— Но у нас банкет рассчитан только на тридцать.
— Да я поэтому и звоню, — согласился мужчина. — Тут передо мной сейчас стоит младший менеджер ресторана «Янтарная Комната», Лидия Викторовна. Несколько дней назад им поступил заказ, что они обслуживают наше мероприятие.
— «Янтарная Комната»? — не поверила Катя. — Нет, это какая-то ошибка.
— И я так говорю, но Лидия Викторовна настаивает на том, что счет уже оплачен. Вам остается только поставить свою подпись. И еще звонили флористы… Предлагают украсить выставку бежевыми розами.
Услышав про бежевые розы, Катя сразу поняла, с кем имеет дело. Какое-то время она колебалась, после чего сообщила, что немедленно приедет в галерею.
До сих пор Дмитрий не дарил Беловой подарков, но в этот день он подарил ей ее мечту. Катя даже представить себе не могла, что на ее скромную выставку пожалует столько людей. Банкет в честь открытия был проведен на высшем уровне, за что девушка и управляющий галереи получили отдельный комплимент. Сложнее всего Кате было объясняться со Стасом, который представлял это мероприятие совершенно иным. На фоне разнаряженных представителей высшего общества, он чувствовал себя не в своей тарелке. Катя успела взять для них напрокат одежду от «Версаче», однако Стас категорически отказался одеваться в эти «гламурные» тряпки, за что после постоянно ловил на себе пренебрежительные взгляды.
— Я не собираюсь меняться только для того, чтобы им понравиться, — сердился Волошин. — Неужели того, что я вытаскиваю людей из горящих домов, недостаточно?
Катя не стала ему говорить о том, что, к сожалению, фотография, сделанная на яхте, в глазах современного общества стоит больше, чем чья-то спасенная жизнь. Чтобы поддержать своего парня в этот вечер, Белова решила не отходить от него ни на шаг. Она представляла его гостям, которые желали познакомиться непосредственно с самой художницей, и в какой-то миг Стас даже мягко одернул ее, намекнув, что на данный момент Катя говорит о нем больше, чем о себе.
Сказать, что девушка волновалась — это ничего не сказать. Она старалась не суетиться и придать своему голосу спокойствие, однако в разговорах с критиками и другими художниками девушка заметно робела. Неуверенно она чувствовала себя и в беседе с журналистами, и с покупателями. Вся похвала, обрушившаяся на нее, казалась девушке странной и непривычной. Как можно хвалить ее, когда есть Айвазовский, Шишкин, Репин…
Но было еще кое-что, что не давало девушке покоя. То и дело она искала глазами того, кто организовал для нее такое мероприятие. Он тоже был приглашен, но после случившегося в его квартире, Катя понимала, что вряд ли он захочет ее видеть.
— Еще кого-то ждешь? — спросил Катю Стас, заметив, что она снова начала кого-то высматривать.
— Нет… То есть, да… Может, еще один критик пожалует.
— Тут их и так уже целая куча, — улыбнулся Волошин. — Вот только они не картины смотрят, а еду поглощают с бешеной скоростью. Кстати, ребята, которые организовали банкет, знают свое дело. Закуски отличные. Может, пригласим их устраивать нашу свадьбу?
«А потом полжизни будем выплачивать кредит», — подумала девушка, но в ответ лишь тепло улыбнулась своему парню.
— А где твои одноклассники? — снова поинтересовался Стас. — Я думал, они придут…
— Видимо, у них какие-то дела.
— Какие могут быть дела в пятницу вечером? — Волошин пожал плечами. — Если бы моей одноклассницей была такая очаровательная художница, я бы все бросил, угнал бы пожарную машину и прямо в костюме и каске прибыл бы на ее выставку.
Катя рассмеялась в ответ, представив себе такую картину, и именно в этот момент к ней приблизился управляющий галереи с огромной корзиной белых роз.
— Вот, только что курьер доставил, — с этими словами мужчина протянул Кате голубой конверт квадратной формы.
— От кого? — Катя заметила, что Стас немного занервничал, и сама почувствовала, как ее охватывает волнение. А вдруг эти цветы от Димы? И каково это будет прочесть в записке что-то, напоминающее о том, что случилось в их последнюю встречу. Но сказать «давай потом посмотрим!» означало вызвать еще большие подозрения.
Катя заставила себя улыбнуться управляющему, после чего открыла конверт и рассмеялась. Не потому, что открытка была уж очень смешной, а скорее от облегчения. Открытка оказалась самодельной, и ее автором явно был ребенок. На открытке карандашами был нарисован синий дракон на фоне замка.
— Твои ученики? — полюбопытствовал Стас, тоже почувствовав облегчение.
— Вряд ли. Но мне кажется, я догадываюсь, кто мог нарисовать дракона.
— Мальчишка какой-то?
— "Дорогая Катя! Поздровляем тебя с твоей выстовкой!" — Катя решила прочесть написанное вслух, с улыбкой подмечая ошибки. — "Желаем тебе успехов! От Виктории, папы, Ромы, Игоря, Димы и дракона Габриеля".
— Это лучшее, что тебе сегодня прислали, — рассмеялся Волошин.
— Если не считать твоих цветов, то да, — улыбнулась Катя. Ее настроение заметно улучшилось. Теперь она уже сомневалась, что Лесков придет, но, быть может, это и к лучшему. Она не представляла, как будет знакомить его со своим парнем…
На следующий день Белова проснулась знаменитой. Ее имя мелькало в средствах массовой информации, половину ее картин выкупили еще в день открытия, телефон разрывался от звонков. Тихий субботний день, который Катя планировала посвятить Стасу, превратился в ад.
— Теперь я понимаю, почему люди заводят себе ассистентов, — воскликнула Катя. — Представляешь, мне предложили повторить мою первую выставку. И, наверное, мне стоит поднять цены на мои картины. Стас, мою самую дорогую работу хочет купить аукцион! Скажи мне, что я сплю?
— Видимо, твой ангел удачи наконец проснулся и занялся делом, — улыбнулся Стас.
Однако радость за свою девушку он испытывал недолго. Мероприятия, на которые он первое время ходил с Катей, начали утомлять его. К тому же парню совершенно не нравились люди, кочующие с вечеринки на вечеринку. Он не понимал этого праздного образа жизни и считал, что все это напоминает конфетти: пестрое, яркое, но совершенно бесполезное. В свою очередь Катя стремилась принимать все приглашения, которые приносили ей курьеры. Новая жизнь накрыла ее с головой, и она никак не могла поверить, что все происходит по-настоящему. Кроме внимания и высокой посещаемости галереи, Катя получила хвалебные отзывы от критика, который разгромил ее прошлую выставку, а также комплименты от своих «коллег по цеху». К тому же у девушки наконец появилась первая крупная сумма денег.
Первая серьезная ссора со Стасом произошла тогда, когда Екатерина согласилась выступить на благотворительном показе московских дизайнеров, которые вместо обычных моделей пожелали пригласить деятелей культуры. Вечеринка в честь этого события должна была проходить на яхте, и на нее были приглашены самые известные и богатые люди столицы.
Загвоздка заключалась в том, что именно в этот день у Кати и Стаса была годовщина их знакомства. Ради этого Стас обещал отпроситься с дежурства, чтобы этот вечер провести где-нибудь вдвоем.
Девушка была счастлива оттого, что наконец-то может позволить себе подарить любимому достойный подарок. Она купила для него черный смокинг от «Версаче» и к нему белую рубашку того же бренда.
Когда Стас вернулся домой, он вручил своей девушке семь красных роз и золотую подвеску с некрупным рубином. И все было хорошо ровно до тех пор, пока Белова не сообщила ему об очередной вечеринке и не протянула ему пакет с ответным подарком.
— «Версаче»? — усмехнулся Стас, взглянув на бирку рубашки. — А обычные рубашки уже не котируются? И костюм еще? Катя, это же бешеные деньги! Мы могли на них месяц жить и ни в чем себе не отказывать.
— У нас годовщина, один раз можно! — улыбнулась Катя. — К тому же, я хочу, чтобы ты выглядел неотразимым на сегодняшнем вечере.
— С каких пор неотразимость начала измеряться костюмами? — Стас улыбнулся в ответ. — Катя, лучше давай вернем его в магазин и купим тебе что-то симпатичное. Это же твои деньги.
— Постой-ка, с каких пор мы начали делить наш бюджет? Если я что-то зарабатываю, это тоже идет в общую казну!
— Тогда я тем более не хочу выбрасывать деньги вот на это, — ответил Стас. — Я прекрасно могу одеть себя сам, и для этого мне не нужно отдавать несколько своих зарплат. По-моему, мы немножко заигрались в эту роскошную жизнь. Если ты все будешь тратить только на тряпки…
— Я не собираюсь тратить все на тряпки, — Катя никак не ожидала такой реакции. — Деньги с продажи картин я перевела на наш счет. А костюм я купила на свои сбережения. Стас, ты обижаешь меня своими словами.
— А, думаешь, меня не обижает то, как ты себя ведешь?
— Как я себя веду? — растерялась девушка.
— Все эти твои постоянные тусовки, звонки… Строишь из себя светскую львицу.
— Нет, Стас, я никого из себя не строю. Просто сейчас мне нужно появляться в обществе, чтобы меня запомнили…
— Ты должна запомниться своими картинами, а не тусовками, — перебил ее парень. — Думаешь, мне приятно слышать от парней с работы, что ты меня скоро бросишь?
— Почему я должна тебя бросать?
— А разве нет? Ты почти не бываешь дома, вся квартира завалена непонятно откуда взявшимися букетами. На фотографиях в журналах с тобой постоянно какие-то мужики…
— Если ты про того мужчину в сером костюме, то это критик! И он же… Он же старый, Стас!
— И богатый. Тебе не придется покупать ему тряпки, чтобы он соответствовал твоему новому уровню.
— Какому уровню??? Если ты не хочешь этот костюм, то я завтра же верну его.
— А еще лучше — вернись сама, — ответил Стас. — Я полюбил своего Котенка, а не светскую львицу. Не знаю, почему эта дурацкая выставка так тебя изменила…
Белова непонимающе смотрела на своего парня.
— Что ты такое говоришь? — произнесла она, коснувшись руки Стаса. — Ты должен радоваться, что у меня наконец начало что-то получаться. Почему ты злишься на меня?
— Я не злюсь, — в голосе Стаса тем не менее послышалось раздражение. Он отстранился от девушки, после чего добавил.
— Тебя, как подменили. То ты постоянно плачешь, то теперь не можешь навеселиться! Очнись, Катя. Реальная жизнь — вот она! Завтра о твоей выставке забудут, а ты так и будешь тусоваться вместо того, чтобы рисовать новые картины.
— Прошла всего пара недель! И, если ты не заметил, я начала делать наброски! Но из-за основной работы ничего не успеваю.
— А ты еще чаще на вечеринки катайся, — огрызнулся Стас.
— Эти люди — мои покупатели. Они приглашают меня, и я не могу отказывать им. Во всяком случае, пока! Я хочу быть известной. Я шла к этому многие годы. Я хочу заниматься любимым делом, жить в нормальной квартире, ездить на хорошей машине.
— То есть, мои квартира и машина тебя больше не устраивают? — теперь парень говорил уже с сарказмом.
— Я не это имела ввиду. Я хочу чего-то добиться. Чтобы ты мной гордился!
— Я горжусь. Но ты отдаляешься от меня, и я не знаю, как тебя удержать. Опустись наконец на землю.
С этими словами парень вышел в прихожую и начал одеваться.
— Ты куда? — Катя бросилась за ним.
— Я возвращаюсь на дежурство. Не жди меня сегодня. Надеюсь, ты подумаешь над моими словами, — с этими словами он покинул квартиру.
Белова уже была полностью готова к вечеринке, но, взглянув на себя в зеркало, она увидела в отражении девушку, которая с трудом сдерживала слезы. Ей было чертовски обидно услышать подобные слова от Стаса. Что она такого сделала? Всего лишь купила ему подарок. Всего лишь пытается исполнить свою мечту…
Катя несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Таксист должен был приехать через пятнадцать минут, и девушке нужно было решить для себя, остаться ли ей в этот вечер дома одной или взять себя в руки и отправиться на злосчастный показ.
Дрожащими руками девушка поправила прическу и начала приводить в порядок макияж. Впрочем, по этому поводу Белова беспокоилась зря. Для показа ей полностью поменяли образ, а дизайнер переодела девушку в довольно открытое темно-бордовое платье в пол. К своему удивлению, на подиуме Катя практически не нервничала. Все ее эмоции остались в квартире Стаса, а мысли были посвящены только их дурацкой ссоре.
Уже на яхте девушка несколько раз пыталась до него дозвониться, но каждый раз парень сбрасывал. Где-то через полчаса от него наконец пришло смс-сообщение: