Маг

– Да кто мне разрешит? – задал я риторический вопрос, не продолжая его замечанием, что и желания, собственно, такого не имею.

Баркот ничего не ответил, и повел меня дальше. От пирсов по широкой песчаной тропе мы поднялись чуть выше по берегу – к воротам без створок, расположенным в той крепостной стене, что я видел с моря. Возле них под тентом сидела тройка орков, вскочивших на ноги при виде нашей небольшой процессии.

– Отдых? – рыкнул Баркот на них, от чего незадачливые вояки попытались сжаться.

– Не!

– В штаны вам червей, пока тут сидите, магик в Кай-нор-каш поубивал наших! Где Задролл?

– В Главном доме!

– Третьим вёслам скажи, чтоб вокруг острова проплыли, – распорядился шаман, хватая одного из орков за загривок, – И быстро давай!

Отпустив несчастного, Баркот подтолкнул меня к проходу, и мы оказались внутри крепости. Точнее – того, что могло бы называться крепостью. От кого тут можно было защищаться (да еще и так безалаберно) – я не представлял. Да и никакой серьезный штурм все эти конструкции не выдержат. Видимо, орки просто выбрали единственное удобное и незагаженное место на архипелаге, и основали тут поселение.

Мы оказались на плато, с севера и запада укрытого скалами. На юге ничего такого не было, и я предположил, что там либо спуск к воде, либо обрыв. Пространство между скалами (довольно большое) было плотно застроено. Здесь практически не было каменных строений – не считая большого и уродливого дома прямо по центру плато. К нему меня и вели – мимо деревянных сараев, в дверных проемах которых я видел домашнюю утварь и лица жильцов.

Конечно, возможно я утрировал – были среди зданий и вполне сносные срубы (даже несколько двухэтажных домов), и добротные ангары (или склады), и заборы и даже ставни (на толстенных кожаных ремнях) на некоторых окнах. Очевидно, что орки использовали гвозди, скобы и молотки – но что-то я не увидел ни одной кузницы. Скорее всего – пользуются тем, что находят после кораблекрушений. Моряки же здесь бывают, а значит, и пару-тройку ящиков с инструментами аборигены могли выловить где-нибудь на отмели. Запросто!

На меня с интересом пялились все встреченные нами орки. Они тыкали в мою сторону пальцами и негромко переговаривались. У большинства вид был достаточно довольный – видимо, прибытие гостя-человека частенько значит неожиданно приятный ужин. Стараясь не думать о том, что меня скоро могут сожрать (подобная мысль граничила с паникой, допустить которой было нельзя ни в коем случае), я глазел в ответ, пытаясь прикинуть – что я смогу наколдовать?

По всему выходило, что почти ничего. При желании, смогу на небольшом расстоянии порезать паре-тройке орков горло. Или поджечь что-нибудь небольшое, ускорить рефлексы и обострить реакцию на короткое время – но не более того. И всё то, что я мог сделать, на текущий момент было абсолютно бесполезным.

По пыльным и не слишком чистым улицам (хотя по сути это было просто пространство между домами) мы добрались до «Большого дома». Здесь, как и в большинстве домов, двери не было – входной проём закрывала шкура неизвестного мне животного. Откинув полог, Баркот смело вошёл внутрь, Чемак толкнул меня в спину, и я устремился следом за шаманом. Внутри царил полумрак – немногочисленные оконные проемы были завешаны. Дом был одним большим помещением, с большой жаровней по центру, над которой виднелся люк-вытяжка. Рядом стоял грубо сколоченный длинный стол с нехитрой утварью на нем – большая глиняная кружка, бурдюк для воды, нож, несколько кривых блюд. Вокруг кто-то заботливый расставил более-менее квадратные валуны (неплохо так отполированные), видимо, игравшие роль стульев.

Чуть поодаль виднелось множество расстеленных шкур, и еще одно каменное ложе, но на этот раз с претензией на изящность. Под прямым углом в гигантской каменной глыбе было вырезано что-то вроде седалища. Все это дело было покрыто шкурами (в том числе – похожими на тигриные), и по сравнению с остальной обстановкой подобный «трон» действительно контрастировал.

На нём, кстати говоря, почивал местный лидер – это было понятно сразу по внешнему виду. Орк был выше меня и Баркота почти на голову. При его мускулатуре и свирепой роже он выглядел настоящим монстром. Предплечья вождя украшали широкие кожаные браслеты (с нашитыми стальными лезвиями) выкрашенные в красный цвет. На нем тоже были короткие штаны и жилетка, как и на шамане, но во-первых: они тоже были красными; а во-вторых – у вождя было что-то вроде нагрудника, закрывающего, почему-то, только одну грудь.

Клыки, в отличие от Баркота, у вождя были целыми – и куда как длиннее, меду прочим. Лицо уродовал старый шрам, протянувшийся наискосок через всё лицо – от правой брови к левой скуле. Видимо, в тот раз по орку серьезно попали – один глаз был открыт лишь наполовину, а вместо носа зияли две, неровно заросшие кожей, дырки. Под рукой у хозяина дома лежал массивный двусторонний топор.

– Живи, Задролл, – приветствовал вождя шаман.

– Живи, Баркот. Кто с тобой? – не стал расшаркиваться тот. Голос у него был словно рык.

– Магик. Вёсла грят, с Басога.

– От старого, а?

Шаман пожал плечами, и повернулся ко мне:

– Откуда магик?

– С последнего острова на востоке, – я махнул рукой в нужную сторону.

– Басог, – кивнул вождь, – А старый магик?

– Там, – подтвердил я, не уточняя о его частых отлучках.

– А ты?

– Ученик.

– А?

– Молодой магик. Эээ… Помощник!

Вождь кивнул, и вновь обратился к Баркоту:

– Где нашёл?

– В Кай-нор-каш. Плыл к празднику, опоздал. Подхожу с востока к острову – а там магик всех поубивал.

– Всех?! – в тёмно-коричневых глазах Задролла блеснул интерес, смешанный с яростью, когда они вновь впились в меня.

– Не, брешу, – сознался шаман, – три десятка, четыре. Вёсла считают, я скажу потом. Заплавил в прозрачный камень столько наших, ууу! Красиво. Остальных порубил. Мясо.

– А праздник?

– Будет еще один, – пожал плечами шаман, – А это день грусти теперь.

Слушая их, я потихоньку начал понимать, о чем они говорят такими рублеными фразами. Смысл слов был ясен, но без контекста сообразить о чем речь бывает тяжело. И вот теперь я допёр до того, что случилось. А когда понял – окончательно осознал, что спастись не удастся.

Баркот не искал меня специально – он плыл на тот остров, где я столкнулся с орками, на праздник! Просто немного опаздывал. Видимо, то жертвоприношение моряков было в честь торжества! А я его сорвал – и поубивал кучу жителей деревни. Вот ведь… Гадство. Сомневаюсь, что такого урода (а в глазах орков я был именно им) отпустят под какой угодно залог. Чёрт! А я уже было придумал, на чём можно сыграть. Может быть, ещё не поздно?

Пока я думал о сложившихся обстоятельствах, Баркот закончил рассказывать вождю, что случилось в деревушке Кай-нор-каш.

– Магик твой, – махнул рукой Задролл, – Что сделаешь?

– Съедим, – решительно заявил шаман. Вот ведь заладил! Слышать подобное, да ещё и с таким спокойствием произнесенное – всё равно, что уже лежать на разделочной доске! – Но сначала говорим.

– С ним? – удивился вождь, – он же головастик, ёшак! Что хочешь он скажет тебе?

– Про Басог говорим, – Баркот был невозмутим, – Девять раз поле убирали, после быть там. Много времени.

– Много времени «прошло», – встрял я. Судя по всем, я чем-то понравился шаману, и он не стремился заткнуть меня, если я открывал рот. И если я его добыча – наверняка именно он решит мою судьбу (это следовало из слов вождя). Так не стоит ли попытаться… отсрочить момент смерти хотя бы чуть-чуть? Пока мозг не придумает, как мне спастись.

Орки одновременно повернулись ко мне.

– А?

– Много времени прошло. Пройти, назад, не вернуть, – пояснил я невозмутимо, – Правильно сказать – «много времени прошло».

– Много времени прошло, – повторил вождь, словно пробуя фразу на вкус, и повторил её ещё пару раз, – Хорош, магик, красиво говорить! Хорош! Откуда базлать по-нашему успел?

– Не «успел», а «научился», – Баркот, не утерпев, решил блеснуть эрудицией. Вождь, недовольный тем, что его поправляют, угрюмо посмотрел на шамана, и тот пожал плечами, – Магик сказал. Красиво говорить, да. Магик, где язык узнать?

– Книги читать. Про старых орков, – пояснил я.

– Каких старых? Бахшазан, Маркул?

– Таких не знаю. Знаю историю. О Шарахе «Молоте Севера». Слыхали о таком?

– Не. Кто Шарах?

– Воин-орк. Тысячи людей убил. Давно. Далеко на севере.

– Врёшь? Не слышал, – подозрительно сощурился вождь.

– Не вру. Был такой!

– Расскажи! – потребовал Задролл. И я заговорил.

Этот случай был одним из немногих, детально задокументированных в архивах истории после Перелома. С ним я ознакомился уже здесь, пока изучал оставленную мне Учителем библиотеку. Орк по имени Шарах был одним из немногих, кто выжил в череде катаклизмов, потрясших континент. Вместе с парой сотен своих соотечественников после Перелома он поселился в южной части тех мест, что сейчас называют Аластонским королевством. Несколько лет орки обживались, но неплодородные земли и отсутствие живности не позволили им остаться. И орки направились на север.

Там они столкнулись с выжившими людьми, обосновавшимися в уцелевшем городе Зайхрост (его руины, где и нашли подтверждающие правдивость этой истории доказательства, уцелели). Орки, желающие лишь выжить, не стали по своему обыкновению бросаться в атаку, и попробовали договориться. Люди, разумеется, отказали оркам в крове. Тогда те попросили еды и припасов, но люди отказали и в этом, и поняв, что орки слабы – напали на них.

Отчаянно сражаясь, Шарах увел своих людей, и вскоре обнаружил тайное убежище – сеть пещер, – где и остановился со своими сородичами. Орки обосновались там, и долгое время совершали налеты на окрестности Зайхроста, похищая урожаи и его жителей. Так продолжалось, пока не ударили страшные морозы. Орки были вынуждены чаще оказываться на поверхности – есть было практически нечего, и в один из зимних дней их выследила дружина Зайхроста.

Большая часть орков во главе с Шарахом прикрывали отступление женщин и детей, которые уходили в неизвестность. Думаю, никто из воинов не надеялся выжить в той схватке. Но судя по записям, прежде чем Шараха убили, он успел отправить на тот свет аж пятьдесят четыре человека. А всего сотня с лишним орков умудрилась убить почти тысячу своих преследователей.

Вождь и шаман слушали, не перебивая. Я постарался донести историю простым языком, и суд по всему, преуспел. Когда закончил, они в задумчивости переглянулись.

– Орк чести, Шарах, – вынес вердикт Задролл, – Баркот! Бери магика, веди в темницу. Завтра утром будем говорить про Басог. Он умный, знает, видел. Съедим позже, – и он махнул рукой, словно говоря: «Решение окончательное».

– Понял, – кивнул шаман, хватая меня за плечо, – Пошли, магик.

Мы, безо всяких расшаркиваний покинули вождя, и Баркот повел меня в другое здание. Оно расположилось в самой дальней, западной части плато. Невысокое, сложенное из больших каменных блоков без единого проема или зазора – это был настоящий бункер. На его входе стояли двое орков, а вместо двери стоял массивный каменный блок. Едва завидев нас, охранники с натугой отодвинули импровизированную дверь на небольшое расстояние – едва хватило бы, чтобы протиснуться туда бочком.

Баркот проверил мои путы и, велев не развязывать их, указал на проем, за которым не было видно ни черта.

– Иди. Завтра будем говорить.

– Я есть хочу.

– Можно, – кивнул шаман.

– Только НЕ мясо! – попросил я, и Баркот ухмыльнулся.

– Человек не есть человек? Ха-ха! Не бояться, мяса мало, тебе нельзя. Рыба есть.

– Рыбу люблю, – согласился я, облегченно переводя дух. Жрать хотелось нестерпимо.

– Принесут, – решил шаман, и повторил, – Иди. Завтра будем говорить. Я ночь в Доме Духов – и рано прийти за тобой, понял?

– Понял.

Я послушно пролез через узкое и низкое отверстие, и несколько раз моргнул глазами, привыкая к темноте. Камень за моей спиной почти сразу встал на место, и теперь между ним и крышей темницы осталась лишь узенькая полоска света. Всё остальное пожрала темнота. Эх, жаль что мой сонар привязан к персоналии… Сейчас на такое заклинание без неё у меня сил не хватит.

Стараясь успокоить набравшее ход сердце, я несколько раз глубоко вдохнул. Воняло тут не то чтобы сильно, но я бы предпочел обойтись без запаха затхлости и сырости.

– Есть кто живой? – на всякий случай уточнил я на общеимперском.

Тишина была мне ответом. Что ж, может, оно и к лучшему. Кто знает, какой сокамерник мог мне попасться? Свихнувшийся от голода и страха? Такой, который может перегрызть горло собственными зубами? Воображение, невесть откуда взявшее силы, принялось с запредельной скоростью рисовать возможные варианты, и я усилием мысли остановил его. Сейчас надо подумать о том, как выбраться.

Сила в источнике копилась, но копилась медленно. Я чувствовал, что что-то не так, и дело не только в том, что на моем острове это происходит быстрее, чем здесь. Мои каналы связи с энергоструктурой словно пережали, и это чувство ощущалось тем яснее, чем больше Силы я накапливал. Не сомневаюсь – это дело рук Баркота. И самое плохое – из-за этой помехи я не мог нормально сконцентрироваться. Она словно фонила в разуме, сбивая с нужного настроя, и не давая даже теоретически конструировать серьезные каркасы. Чёрт, а ведь полезное заклинание! Вот бы еще разобрать его на составные части…

Собственно, этим я и пытался заняться, пока не принесли еду. Рыба оказалась подгорелой, но большой, и я в мгновение ока умял её, лишь чудом не подавившись костьми. Теперь хотелось пить, но принести воду орки не догадались, а тратить магию, чтобы выжать её из окружающего мира, я пока не решался. Воспользуюсь этим в самом крайнем случае.

В темнице царила (как иронично) темнота, и лишь по узкой полоске исчезающего света над каменным блоком на входе я определил, что солнце клонится к закату. И несмотря на усталость, сна не было ни в одном глазу.

Я слышал, как снаружи сменились охранники. Перекинувшись парой грубых фраз со своими товарищами, они принялись обсуждать произошедшие со мной события. Я старался не вслушиваться в их бормотание, и постарался вздремнуть хоть немного на неровном каменном полу. И мне это почти удалось – вот только едва я уснул, услышал снаружи негромкий звук – будто чьё-то тело хорошенько приложили к стене. Звук почти сразу повторился, и я весь превратился во внимание.

Прошло несколько секунд, и каменный блок будто плавно вынули из проёма. В нем показалась ладная фигурка.

– Дангар, – послышался мелодичный голос, – Ты тут? Я друг.

Услышав эти слова, меня прошиб холодный пот – уже доводилось слышать этот голос. Собрав мысли в кучу, я приблизился ко входу. Увидев меня, фигура отошла, и я выбрался наружу. На улице стояла ночь. И вновь прекрасное небо над головой, светом миллиардов звёзд и сотен туманностей освещало плато (и двух лежащих перед темницей орков). В этом свете стояла та, кто вытащил меня из недолгого заточения, и та, которую я уже видел ранее. Рыжеволосая магесса из моего последнего видения.

– Привет, Эрин, – поздоровался я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Рада видеть тебя целым, – улыбнулась она, разрезая своим кинжалом путы у меня на руках, – И наконец-то – вживую. Но болтать будем позже. Надо убираться отсюда как можно скорее. Идём, нам нужно на южную окраину поселения. Держись за мной, я накину маскировку.

– Погоди, – она уже приготовила заклинание, но я взял её за руку. Она была сухой и горячей. Девушка слегка вздрогнула, но остановилась, – Шаман забрал мою персоналию. Я должен её вернуть.

– Дангар, у нас нет времени и возможости. Этот шаман наверняка опасен, и пытаться отобрать у него твой артефакт – самоубийство. Мне жаль, что у тебя отобрали персоналию, но если выбирать между ней и жизнью – лучше выбрать жизнь.

– Без обид, Эрин, но я попробую даже в одиночку. Эта вещь очень важна для меня. Если, как ты выразилась, выбирать между ней и жизнью – я выберу первое. Как минимум, парой-тройкой раз я обязан своим существованием именно ей.

И хотя сказанное мной было чистой правдой, я не упомянул еще одну причину. Всё то время, с тех пор, как я был пленником Баркота, я чувствовал отсутствие наплечника всем нутром. И словно слышал, как персоналия просит её вернуть. Знаю, звучит максимально странно, но если моя аура и энергокаркас артефакта оказались связаны – могло ли это связать нас сильнее, чем просто «вещь\владелец»? Судя по моим ощущениям, что-то подобное и произошло. Мне казалось, что если я оставлю бесполезную для Басога вещь в его руках – предам доверие друга, который не раз спасал мою жизнь.

Не знаю, может стоило упомянуть и об этом, но Эрин, как ни странно, спорить не стала. Внмательно посмотрев на меня, она медленно кивнула.

– Ладно, попробуем пробраться незамеченными. На крайний случай у меня есть пара козырей в рукаве. Знаешь, где искать?

– В южной части поселения. Там есть Дом Духов, и скорее всего – шаман там.

– Примерно представляю, о чём речь, – девушка наклонила голову, – Но если его там нет, рыскать по округе мы не станем. И это не вопрос, Дангар.

– Хорошо, – легко согласился я, осознавая её правоту. Всё-таки, девушка жизнью рискует, доставая меня отсюда.

– Как ты здесь оказалась? – шёпотом спросил я, когда она накинула на нас легкую вуаль невидимости. Раньше я только читал о таких заклинаниях, и никогда не мог понять физики процесса. Надо будет обязательно уточнить детали у Эрин, как подвернётся возможность.

– После твоего видения здесь, Учитель связался со мной и попросил прибыть на остров. Он хотел что-то обсудить, а я была в плавании, так что… Пришлось «слегка» поменять курс, чтобы оказаться тут. Пришлось долго добираться, но теперь, как вижу, всё сошлось идеально. День назад я подходила к архипелагу, и Лайен сообщил, что ты попал в переделку. Он попросил проверить несколько островов. Я видела, как тебя спеленали. А потом просто проследила за вами с помощью Ракель.

– Кого?

– Потом, Дангар, – одёрнула она меня, и поманила за собой.