Низший-9

– Система есть везде – качнул я головой – Я никогда не поверю, что настолько огромный кусок земли находится в полном системном сумраке. Бред.

– Но где тогда ее глаза?

Я молча ткнул пальцем в небо.

– Никогда о таком не слышала – возразила подошедшая Джоранн – А как же тогда погруженные в сумрак дороги, где убийцы творят что хотят? Вспомни тот гребаный зоопарк.

– Система есть везде – повторил я – Но она обязана подчиняться каким-то правилам. Запутанным и слишком сложным правилам, которые больше мешают, чем помогают.

– Да с чего ты взял?

– Логика – пожал я плечами – Сраная гоблинская параноидальная логика, которая гласит – за тобой всегда наблюдают! Система видит… но не видит.

– Я не въехала – призналась Котлета.

– Я поняла – кивнула Джоранн – Система может и видит… но вынуждена игнорировать увиденное из-за какого-то ограничения. Чтобы у гоблинов оставалась иллюзия свободы…

– Да.

– На небе есть системные глаза… она видит все… но как бы и не видит… а черт… сама путаться начала! Думаешь, сработает?

– Такое послание трудно проигнорировать – широко-широко улыбнулся я, с высоты крыши глядя на площадь – К тому же какая дама устоит перед красными цветами пахнущими жопой и кровью?

– Ну да… я бы не устояла… и сколько ждать? Долго?

– Не думаю. Машины всегда реагируют быстро. И у системы есть четкие стремления, Джоранн, раз она так старательно пытается везде восстановить свои законные глаза.

– Какие?

– Быть везде – ответил я и улыбнулся еще шире, почувствовав мощный толчок земли.

Рукотворное землетрясение…

Еще один толчок. На этот раз сильнее. И еще один, после чего земля просто медленно затряслась, аккуратно уложенная многовековая брусчатка начала расползаться, пропуская в щели темную плотную землю.

Лежащие аммнушиты перепугано взвыли, начали сползаться в молящиеся в голос кучки. Я им не мешал – дело сделано и их позиции уже не важны. Но перед тем, как шедевр был окончательно испорчен, я успел глянуть на него еще разок.

На площади из мертвых и живых тел мы выложили надпись обрамленную не пригодившимися придурками. Что-то вроде уродливого цветка с надписью посередине «БЕДА! ВЫЗОВ СИСТЕМЫ! СРОЧНО! ОДИ!». Надпись была выложена неподвижными телами, залитыми ярко-красной свежей кровью. Дополнительно по площади были максимально растащены выпотрошенные растерзанные тела животных и людей. Добавили мы и несколько отрубленных голов – ну чтобы никто не подумал, что это просто шуточная вечеринка в старом добром мирном духе Рая Обетованного.

Подобное сообщение мало кто проигнорирует.

Был такой шанс, конечно, что система не отзовется. Но учитывая ее машинную целеустремленность везде установить свое явное – ключевое слово «явное» – присутствие хотя бы временно… Попытаться стоило. И вот он итог…

С глухим шумом из брусчатки, прямо рядом с той хреновиной «контрольным камнем» из земли вылезла такая знакомая стальная колонна, поднявшаяся метров на двадцать. Над поселением пронесся долгий протяжный рев сирены. И тишина… повисшую пыль рвут десятки лазерные лучей ползающих по визжащим аммнушитам и крышам домов, по растерзанным трупам животных и людей.

И знакомые буквы перед глазами:

Герой Эрыкван!

Внимание! Немедленный полный вербальный доклад в свободной форме!

– Готовьтесь к возвращению в казармы, гоблин – ухмыльнулся я, шагая навстречу полусфере.

– Их надо было убить! – прошипела тихо-тихо Джоранн.

– Их ждет куда более страшное – ответил я, останавливаясь и задирая лицо – Система умеет карать почище нас. И главное – Раю конец. Такого им не простят…

– И будет кого допросить – проревел Рэк, ненароком наступая и ломая чей-то хлипкий локоть – Система получше любой прожженной шлюхи умеет выведывать секреты. Командир прав. Этому сраному раю пришел конец. Черт! Надо было из нескольких ушлепков написать вдоль улочки «Здесь был Рэк!».

– Нахрена? – удивился я.

– А хрен его знает – пожал плечищами орк и утопал.

А я принялся говорить, сжато и четко перечисляя причины побудившие меня нарушить покой безмятежного Рая Обетованного. И каждое мое слово было как гвоздь в крышку гроба этого сраного места. Чем я был только рад.

Глава 5

Странно видеть улыбающийся кусок дерьма.

Я даже моргнул, надеясь развидеть. Но когда вновь приоткрыл веки, улыбка на его бугристой уродливой харе стала только шире.

Червеус улыбался. Червеус лыбился. Червеус скалился. Да чего он только не делал со своими тонкими губами, пытаясь выразить весь спектр охвативших его радостных эмоций.

Вдоволь наглядевшись, я смел со стола осколки, убрал самый большой из тарелки с наваристым супом и снова взялся за ложку. Хозяин Веселой Халупы скромно проблеял из дальнего угла:

– Я все уберу.

Никто не обратил на него внимания, и он обрадованно заткнулся, поспешив вернуться на кухню, откуда продолжали появляться тарелка за тарелкой.

– Шумный – неодобрительно заметил Каппа, играющий роль статуи за моим плечом уже второй час.

– Ты понимаешь, чего натворил, гоблин ты безумный? – затряс головой Червеус.

Никто из нас не обращал внимания на вынесенное нахрен окно трактира, через которое уродливый герой и пожаловал на наш отрядный ужин. За окном стоял выкрашенный в кричащие красно-золотые цвета экзоскелет с откинутым прозрачным бронеколпаком, открывающим удобное изогнутое ложе. Высотой три метра с небольшим, чересчур большой, с большой буквой М на брюшной части. Две ноги, четыре руки, огромная масса и нехилая такая скорость – учитывая с какой быстротой этот стальной монстр преодолел немаленький двор, попутно перепрыгнув средневековую повозку запряженную четырьмя обалдевшими конягами. Ну и надо учесть, несомненно, имеющуюся систему наведения и опознания – раз уж он четко вычислил место, где я находился, причем я сидел не напротив окна и сквозь стекло меня увидеть было нельзя. Но Червеус точно знал мое местонахождение, впрыгнув в окно и рухнув на единственное свободное место напротив меня.

– Тоже хочешь такой? – прекратив лыбиться, поинтересовался Червеус, поймав мой короткий оценивающий взгляд брошенный на эзкоскелет.

– Не мое – поморщился я.

– Цвет не нравится?

– И размер. Слишком большой.

– О как… а какой бы тебе в самый раз?

– Это уже не экзоскелет, а… шагающая машина – пожал я плечами.

– Так а ты бы что хотел? Там твой механик неумело ковыряется в рваной жопе Белого Гиппо.

– Тоже не мое.

– Ну а ты?

– Ночная Гадюка – вырвалось у меня, и я удивленно замер, прислушиваясь к себе и пытаясь понять, что означают сказанные мной слова.

– Не слышал – пожал плечами Червеус и вернулся к теме – Ты в курсе каких дел наворотил?! Охренеть!

– Мне система не докладывает – с намеком произнес я – Но кое-что и так понятно.

– Их независимости больше нет! – рявкнул червь – Конец вольнице аммнушитов! Ты видел, что там творится?

– Причем из поднебесья – кивнул я.

Сюда нас вернули за рекордно короткое время. Когда система предложила, я даже сначала не поверил, но отказываться и не подумал. Так что на базу мы вернулись, болтаясь в сетке под брюхом здоровенного грузового дрона, что утаскивал в основном контейнере трупы аммнушитов. У трупешников бизнес класс, а мы в багаже, но не в претензии.

Как я и сказал рыжей кобылке – система умела и любила действовать быстро или даже молниеносно. Лежащие в дерьме и крови аммушиты и проблеять протестующе не успели, как в Рай приперлось под три десятка летающих машин. Причем первые дроны появились еще до того, как я успел закончить на этот раз длинный доклад – многое надо было пересказать детально и четко, чтобы потом никто из детоубийц не вздумал вертеть хитрой жопой и пытаться выкрутиться. Такого шанса я им не дал. Я перечислил все чему мы стали свидетелями, назвал имена спасенных нами подростков, а сметливый Рэк их тут же отыскал и доставил, попутно выбив пару дверей. Перепуганные до жопы лазерным шоу подростки покорно выложили все пережитое, заодно указав на пару живых ушлепков, что в прошлом творили такое же дерьмо с собственным потомством. Я продолжил говорить, дроны прибывали и прибывали, мои бойцы принялись собирать трупы и зашвыривать в контейнеры, а система вторым эшелоном доставила медблоки совмещенные с допросными и понеслось. Третьим эшелоном прибыл эшафот. И вот тогда аммнушиты поняли – пришел Армагеддон. На их глазах проводился полевой суд, а следом выносился и тут же исполнялся приговор за приговором. Причем каждый приговор дублировался вербально, то бишь вслух – чтобы все прониклись до мозга костей.

В этот промежуток мы и свалили. Но сначала я получил от системы подтверждение выполнения задания – пусть мы так и не удосужились проставить везде галочки и полапать все контрольные камушки. Это уже никому не надо. Больше никаких галочек, никакого опроса уважаемых старейшин. Это кануло в жопу.

Возвращаясь, мы подобрали всех из не понадобившегося прикрытия. А вернувшись, застали основной отряд подыхающим от незабвенно огромного количества устроенных им учений. Каппа скучал, Каппа злился и вымещал свою злобу на подчиненных, выковывая из визгливого говна стальные конфетки.

В честь успешного завершения миссии я велел трактирщику метать все на стол и объявил пиршество. Этим мы и занимались… пока с начинающимся закатом не появился Червеус на своем экзоскелете.

– Счет изнасилованных и убитых подростков идет на сотни и сотни! – фырчал Червеус, впихивая в рот огромный лист салата – А сколько прочего дерьма повылазило! А к этому еще незаконное пленение досмотровых отрядов, уродование их, принуждение к работам и потрясающие по фантазии и воображению садовые эксперименты с этими бедолагами! Одному из тех, кто сильно бунтарил и качал пальму протеста, веселые дедушка сука друиды пробили дырку в черепушке и посадили туда цветок с медленно растущими нижними и быстрорастущими воздушными корнями – чтобы эта хрень не значила. Парня намертво примотали сидячим к какой-то статуе, регулярно кормили, поили и каждый день водили ползающих рабов мимо него – чтобы смотрели, как он медленно подыхал. При этом приговаривали, что каждый грешник должен трудиться на благо святости – либо трудом в саду, либо в качестве плодородного грунта… Так эта травка, цветущая из генномодифицированных вроде как – антибиотики выделяет и вообще целебная. Так что парень не загнил… просто медленно сходил с ума, любуясь свисающими со лба голубенькими цветочками. Ах да – старички цветочки с его башки себе в чаек еще заваривали… Ну круто, круто. Парень, кстати, жив. Вытащили его оттуда и в медблок сунули. Но он уже растение… умеющее улыбаться и задумчиво теребить вечно стоящий воспаленный хер… Я вам аппетит не порчу?

– Продолжай.

– Понятно, что там порядок наведут. Те земли останутся закрытыми, но уже в качестве малого заповедника. И аммнушиты там остаются – те, кто не причастен к преступлениям. Но никакого сумрака! Копайте грядки и нагибайтесь пониже – чтобы бдительный лазерный луч мог заглянуть даже в самые темные пахучие места! Но это все ерунда! Главное – моя весомость подросла! И знаешь, что первым делом я заявил системе, замаскировав все под невинный вопрос?

– М? – на миг оторвался я от смакования супа.

– Я спросил – а какого хера прочие Семерки Контролеров нихрена не заметили и вернулись с докладом, что у аммнушитов все чинно, благочинно и сверх сука милочинно? Я крут?

– Мне похер.

– Тебе похер, а я по жирному минусу записал в кармы тех высших героев, кто давно мне дыхание перекрыть пытались в здешней политической движухе. Система может напрямую им и не предъявит, но все равно, все равно… О! забыл сказать – их всех чипируют. Пособников преступлений и так далее – принудительно. Всех, кто в стороне – добровольно и с бонусами хорошими, включая ежедневное начисление пары крон на личный счет. На отшибе поставят торгматы с большими заманушными витринами. Помада там, бельишко, различный инструмент. Народишко не устоит. Потянется. Мелочь ведь – в башку винтик вкрутят. Зато потом сколько шикарных штук себе купишь!

– Бусы для аборигенов?

– Ну да.

– Ты откуда все это знаешь? Не поверю, что система тебе докладывает.

– Мне нет. А Высшим – да.

– А тебе Высшие по секрету в розовое пухлое ушко шепнули?

– А я знаю того, кому в ушко шепнули. Говорю же – ты шумиху поднял. Все болото забурлило и запахло. И пахнет не вечнозеленой свежестью. Рай Обетованный считался крупным доказательством успеха! А тут такое дерьмо!

– Доказательством какого успеха?

– Вот этого – Червеус обвел вокруг себя лапищей – Всего этого мира. Рай Обетованный был доказательством того, что пусть и чуток ущербно – они же прогресс отвергали – но все же в этом мире можно было жить мирно, спокойно рожая детей и правильно их воспитывая. Идиллия! А что на самом деле? Идиллия – туфта! Рай оказался страшным сумрачным лесом, заваленным детскими костьми! Полный провал! Одна мечта осталась – Заповедные Земли, где гарантировано уж живут счастливо и богато.

– Уверен?

– Ну… вот после того, что ты вскрыл в Раю… даже и не знаю. Знаешь… вообще я тот еще мудак… но то, что они творили с детьми… меня зацепило. Ублюдки! Им дали то, что отняли у нас – возможность делать детей! Отняли чудо! Отняли продолжение! А им – даровали! Нате, сука, берите! А они? Что они сотворили? Я не понимаю… в этом мире дети – великий дар! Когда в поселении добросов появляется ребенок… обычно дают минимум двух или даже трех – чтобы общение у них было свое детское… так вот… когда это происходит и досюда доходит весть, многие из героев во время своих отпусков инкогнито пробираются в эти поселения и проводят все дни напролет в тех сраных деревнях, просто издалека любуясь как детишки играют в песочке, как детишки кушают кашку, капризничают и дуют губки… а потом, под конец отпуска, они обходят деревню по кругу, прочесывая леса и долины. И уничтожают под корень все то, что может угрожать жизни детей. И заодно объявляют на всеуслышание – не дай сука Мать кто вздумает напасть на деревню одаренную юными милыми жизнями… потом эти бесплодные бабы возвращаются сюда и бухают по-черному, заливаясь пьяными слезами в темных углах. А потом трахаются до безумия в попытке все же зачать! Вот что такое дети в этом мире! А эти твари…

Хмыкнув, я промолчал и пододвинул к себе миску с горой жареного мяса – с полосками и окраинами из подрумяненного жира. Подтащил и миску с мелконарезанным и смешанным с рубленым укропом луком. Тиснул краюху черного хлеба. Гоблин счастлив…

– Тебя вижу это не трогает? – правильно понял меня Червеус.

– Ваще никак – подтвердил я – Но ты продолжай.

– Зачем? Если тебе насрать на пьяные слезы стерильных баб…

– Чем больше ты болтаешь – тем больше интересной информации проскальзывает – не стал я скрывать своего интереса.

Смысл таиться? Червеус не дебил и не может не понимать моей заинтересованности в знании здешних реалий. И даже пьяные слезы стерильных героических баб – часть этой безумной блевотной мозаики мира.

– А сегодня я рад болтать! – дернул плечом Червеус и покосился на жрущего орка – Вкусное мясо?

Закрыв свою тарелку локтями, Рэк почти невнятно пробубнил:

– Сойдет.

– Ты в мою сторону чавкай – попросил червь – Ну чтобы смачный аромат кариеса и мяса доносился до моих ноздрей.

– А мясной слюной в харю не плюнуть?

– А по хлебалу геройским кулаком не хочешь?

– Ты отвлекся от радостной болтовни – заметил я и глянул на неподвижную статую раскосого – Каппа. Сядь и ешь.

– Да, лид.

Бесшумно втиснувшись между мной и Тигром – беззастенчиво потеснив мохнатого – Каппа вытащил откуда-то палочки для еды и взялся за мясо. На прочие блюда – а их все прибавлялось – мы внимания не обращали.

– Наберешь себе еще пять рыл в десяток – добавил я, прежде чем впихнуть в рот очередной кусок говядины.

Каппа равнодушно кивнул, принимая приказ. Рэк огорченно заерзал, что-то рыкнул, но промолчал. Повернувшись, я оглядел зал трактира, встретился взглядом с глазами неспешно трапезничающего Рокса и, убедившись, что нажирание бойцов идет в штатном режиме, опять повернулся к Червеусу и выжидательно на него уставился. Тот только и ждал намека, с готовностью продолжив изливать душу:

– Там – он опять ткнул ручищей в окно, за которым начинался сбегающий в огромную воронку Кронтауна склон, а на другой стороне высились «приближенные» к Заповедным Землям и самые «благородные» территории зоны – Там сейчас вовсю бормочут, шушукаются, шепчутся, лаются. Гонцов подсылают и сами в гости напрашиваются. Это одна из причин почему я здесь – пусть помаринуются в ожидании моего возвращения. Как все разом изменилось! Был я нахрен особо никому не нужен и даже мешал… а тут прямо жаждут все пожать мою крепкую лапу, а то и облобызать ее. А почему? Потому что благодаря тебе я поднялся на ступеньку выше в этой полной амбициозного гноя клоаки. Ты учти, гоблин. Скоро и к тебе может кто-то льстивый в гости пожаловать.

– Это и есть главная причина твоего сюда прибытия галопом – кивнул я – Хрен бы ты иначе дернулся из своего косого домишки. Ты переживаешь, что за меня может взяться кто-то еще из героев.

– Косого домишки? У меня шикарная берлога! И бойцы мои нехило обитают! Но да… ты ведь понимаешь чье внимание привлек своей громкой выходкой?

– Любой кретин поймет. Высшие.