Так повелось на флоте...

В. А. Дыгало

ТАК ПОВЕЛОСЬ НА ФЛОТЕ

Очерки

ОТ АВТОРА

Наш отечественный военно-морской флот имеет славную историю, начало которой уходит в далекое прошлое. Еще задолго до образования Киевского государства между Днестром и Днепром жили славянские племена — анты, которые пользовались славой опытных мореходов. В VI–VII веках их дружины на ладьях совершали по Черному морю смелые плавания к берегам Византийской империи и даже предпринимали дальние морские походы в Средиземное море.

Морской опыт и навыки антов были унаследованы и развиты их отважными потомками — русами, создавшими мощное Киевское государство. В X веке их суда доходили до берегов Италии. Константинополь, столица Византии, не раз видел у своих стен флотилии этих смелых мореходов, в связи с которыми Черное море в те отдаленные времена называлось Русским. Вскоре русские ладьи показались на Балтийском и Белом морях. Отважные поморы, создавшие в XII–XIII веках первые суда ледового плавания, открыли остров Грумант (Шпицберген), прокладывали путь через Ледовитый океан в Тихий.

С самых отдаленных времен русский народ мечтал о выходе на широкие морские просторы, о разгадке тайн моря, об открытии новых земель. Но долго еще, вплоть до конца XVII века, обширное многонациональное русское государство оставалось отрезанным от Балтийского и Черного морей. И только при Петре I, когда появился регулярный военно-морской флот и совместно с армией был завоеван выход на моря, Россия стала сильной морской державой.

Русский военный флот показал свою несокрушимую силу в сражениях при Гангуте и Гренгаме, Чесме и у острова Фидониси, при Наварине и Синопе и во многих других морских баталиях, в ходе которых множились и совершенствовались его боевые традиции и обычаи.

Классики марксизма-ленинизма понимали под традициями все то, что постепенно создавалось творчеством народных масс, а затем передавалось из поколения в поколение. Традиции сохраняются в определенных обществах, классах и социальных группах в течение длительного времени. Они выступают в виде различных общественных установлений, норм поведения, духовных и нравственных ценностей, идей, обычаев, обрядов и т. д. Реакционные традиции служат сохранению отживших общественных и культурных форм, прогрессивные (революционные, трудовые, боевые и др.) способствуют развитию творческих начал в общественных отношениях и культуре.

Предметом нашей советской национальной гордости являются доблестные подвиги русских моряков, славные вековые традиции русского флота. Они передавались из поколения в поколение от древних мореходов к морякам петровской эпохи, от Петра I и его сподвижников к Ушакову и Сенявину, от Ушакова и Сенявина к Лазареву и Нахимову, затем к Бутакову и Макарову и от них — к морякам революционного флота России.

Пройдя суровую школу революционной закалки — от восстания на броненосце «Потемкин» до исторического залпа «Авроры», — военные моряки вместе с молодой Красной Армией героически отстаивали завоевания Великой Октябрьской социалистической революции.

В. И. Ленин и руководимая им большевистская партия придавали огромное значение закреплению революционных и боевых традиций в сознании народных масс, реализации их в новых воинских ритуалах с первых дней формирования армии нового типа.

Советские моряки, воспитанные Коммунистической партией и вдохновленные славным прошлым нашего народа, в ходе борьбы за установление и укрепление социалистического строя создали новые героические традиции.

Военно-морской флот принял активное участие в Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войне. В годы Великой Отечественной войны доблестные сыны советского народа — матросы и офицеры флота в одном строю с воинами победоносной Советской Армии наголову разгромили немецко-фашистских захватчиков, мужественно отстояли честь и независимость социалистической Родины.

Ныне Советский Союз располагает могучим ракетно-ядерным океанским флотом. Моряки подводных лодок, надводных кораблей, морские летчики, артиллеристы и пехотинцы — достойные преемники славы фронтовиков. Свою верность героическим традициям флота они доказывают ратной учебой и службой, дальнейшим повышением бдительности и боевой готовности.

Естественно, что нынешние условия вносят свои особенности в характер воинского труда. Овладение сложной современной техникой требует прочных знаний радиотехники, электроники, телемеханики, ядерной физики, математической статистики, инженерной психологии и многого другого. Однако эта масса новых знаний ни в коей мере не умаляет значения старых добрых традиций. Они, эти традиции, возникнув из героического прошлого, неотступно следуют рядом с военными моряками нынешнего поколения, вдохновляя их на самоотверженное служение Родине, своему народу.

В настоящее время в состав Военно-Морского Флота входят подводные лодки с ракетным и торпедным вооружением, в том числе и с атомными энергетическими установками, надводные корабли различных классов, морская ракетоносная и противолодочная авиация, высокомобильная морская пехота и береговые ракетные войска. Все эти рода сил имеют свою историю и некоторые специфические традиции.

Поскольку история Военно-Морского Флота связана прежде всего с надводными кораблями, на которых и зародились почти все его традиции и обычаи, автор счел возможным не касаться ее отдельно для этого рода сил, так как она прослеживается на страницах всей этой небольшой книжки. Об остальных родах сил флота и некоторых их традициях кратко рассказывается в отдельных главах.

Я не ставил своей целью описать все без исключения традиции и обычаи русских и советских моряков, дать объяснение всем воинским званиям и должностным категориям корабельных офицеров и старшин и другим специфическим понятиям, ибо для этого понадобилось бы написать слишком большую книгу. Причем, следует учесть и то, что многие из обычаев, можно сказать, не дожили до наших дней или утратили свое былое значение. Поэтому в своих очерках я ограничился в основном теми флотскими традициями и обычаями, которые и поныне подчеркивают особенности службы на флоте, ну и, конечно, теми, что отражены в Корабельном уставе Военно-Морского Флота.

Известно, что у людей, которые по долгу службы связаны с выполнением различных флотских ритуалов, обычаев и традиций, а также у любителей маринистской литературы нередко возникают различные «почему?», «в связи с чем?», «как объяснить?» и т. д. И это понятно: слишком уж необычна жизнь военных моряков, подолгу оторванных от привычных земных условий, как своеобразна и сама история флота… Хотелось бы надеяться, что своей книжкой «Так повелось на флоте…» мне хотя бы частично удалось ответить на некоторые из этих вопросов.

При подготовке материалов для книги автору оказали большую практическую помощь работники Центрального ордена Красной Звезды военно-морского музея Л. А. Шимкевич, В. В. Ильичев и А. Л. Ларионов, которым я выражаю свою искреннюю благодарность.

ЗАКЛАДКА КОРАБЛЯ

Митинг на судостроительном заводе подходит к концу. Слово предоставлено главнокомандующему Военно-Морским Флотом.

— Сегодня, — говорит он, — волею партии и народа закладывается ракетный крейсер «Адмирал Фокин». Это будет самый современный мощный боевой корабль, призванный защищать интересы нашей социалистической Родины на просторах Мирового океана…

Директор завода вручает главному строителю корабля бронзовую закладную доску. На ней выгравировано:

Ракетный крейсер

«Адмирал Фокин»

Затем следуют наименование завода, где заложен корабль, число, месяц, год.

Главный строитель надевает на доску чехол из красного бархата, направляется к стапелю и бережно вкладывает доску в специально заготовленную для нее нишу, называемую «карманом» и скрепленную с килем будущего корабля. Затем он накладывает на нишу пластину из нержавеющей стали, в которой заранее просверлены отверстия со вставленными в них крепежными винтами, и завинчивает первый из них. Отвертка передается из рук в руки поочередно директору завода, первому секретарю горкома партии, почетным гостям и, наконец, главнокомандующему Военно-Морским Флотом, который и завершает ритуал закладки корабля, о чем торжественно объявляет собравшимся. Звучит Государственный гимн СССР, гремит громкое «ура». Корабль заложен. Теперь дело за строителями…

Во все времена закладка корабля считалась большим событием в жизни не только флота, но и государства в целом. Своеобразный праздник моряков и корабелов сопровождался торжественным церемониалом в присутствии высокопоставленных лиц, во время которого в основной элемент корабельного корпуса — киль вкладывалась специальная закладная доска. Этот момент считался началом строительства.

Пока не удалось точно установить, когда и кем в русском флоте положено начало подобному церемониалу. Самой древней в коллекции Центрального военно-морского музея является доска брига «Феникс», на которой выгравирован 1809 год. Иногда вместо доски в киль корабля закладывались монеты, отчеканенные в год начала постройки корабля. Когда в прошлом веке строили Ревельский порт, на дне гавани обнаружили остатки затонувшего судна. Из его киля была извлечена золотая монета времен Екатерины II. Случай этот не единственный. В октябре 1877 года при разборке парохода «Курьер», заложенного в Санкт-Петербурге на заводе Берда в 1856 году, закладной доски в киле тоже не оказалось. Вместо нее была найдена медная монета.

Большая часть закладных досок, хранящихся в Центральном военно-морском музее, — это повторные экземпляры, т. е. копии с тех досок, которые фактически помещались в киль корабля. Они вручались в качестве сувенира высокопоставленным лицам, присутствовавшим на церемонии закладки корабля.

Историческая значимость закладных досок не вызывает сомнений. По существу, они являются своеобразными памятниками кораблям отечественного флота. В то же время это — важный исторический документ, свидетельствующий о времени и месте закладки корабля или судна, о его строителях.

После сдачи корабля заказчику в музее или на почетном месте завода-строителя устанавливается фирменная (заводская) доска, которая не является закладной доской.

Вначале закладные доски делались из меди, латуни или железа. Потом появились позолоченные, посеребренные и даже серебряные доски. Из благородных металлов, как правило, делались повторные экземпляры, вручавшиеся особам императорской фамилии. Формы досок, представленных в коллекции Центрального военно-морского музея, самые различные: овальные, круглые, прямоугольные, фигурные и т. д. Есть доски литые, кованые, вырезанные, а надписи и различные изображения на них сделаны способом гравировки, штамповки, травления и литья.

Хотя упомянутая музейная коллекция далеко не полная, но и она дает возможность в какой-то мере проследить историю отечественного флота. Большой интерес вызывают закладные доски кораблей, непосредственно участвовавших в Октябрьской революции: легендарной «Авроры», линейного корабля «Заря свободы», эскадренного миноносца «Забияка», минного заградителя «Амур», учебного судна «Верный», яхты «Полярная Звезда».

Особую группу в экспонатах музея составляют закладные доски кораблей — участников Великой Отечественной войны. В нее входят доски гвардейского минного заградителя «Марти» («Ока»), крейсеров «Красный Кавказ» («Адмирал Лазарев»), «Красный Крым» («Светлана»), Краснознаменного эскадренного миноносца «Незаможник» («Занте») и другие.

Как бы открывая новую страницу в истории отечественного судостроения, музей демонстрирует копию закладной доски первого в мире атомного ледокола «Ленин».

Почему же эти реликвии носят такое, казалось бы, прозаичное название — «доска»? Ведь доска — понятие, связанное, главным образом, с деревом. Объяснить это, видимо, можно тем, что в XII–XIII веках некоторые официальные записи делались на деревянных досках. В музеях сохранились дубовые доски с надписями, сделанными и в более поздние времена, — в XVII веке. Досками в древней Руси заменяли переплет рукописей («книги в досках»). В «Памятниках отреченной русской литературы» Н. С. Тихонравова упоминаются «доски опочаные», т. е. каменные, положенные на алтарь при закладке храмов. Не исключено, что в давние времена какие-то отметки (записи) о строительстве судна делались и на деревянных досках. Они закреплялись (закладывались) в каком-то определенном месте, наиболее вероятно — в районе среднего шпангоута, ближе к центру судна. В дальнейшем, чтобы продлить жизнь этим своеобразным документам, их начали изготовлять из более прочного и долговечного материала — металла, сохранив прежнее название «доска».

СПУСК И ОБРЯД «КРЕЩЕНИЯ» КОРАБЛЯ

После закладки корабля проходят месяцы, и затем наступает день, когда стальную махину, вроде бы и незаметно сложившуюся из отдельных частей, больше нельзя держать на суше — ее надо спускать на воду. Да и на стапеле пора освобождать место для закладки следующего корабля. А спущенный будет достраиваться на плаву в достроечном бассейне завода.

Спуск судна — одно из самых замечательных и радостных событий на верфи, когда труд многих людей — конструкторов и проектировщиков, сварщиков и судосборщиков, механиков и монтажников, маляров и отделочников, других специалистов, — материализуясь, воплощается в плавучее инженерное сооружение — корабль. Вместе с тем, спуск судна — один из самых ответственных моментов: ведь строителям предстоит спустить на воду сооружение весом иногда в несколько десятков тысяч тонн и высотой с многоэтажный дом и сделать это нужно быстро и в то же время осторожно, чтобы не нанести кораблю повреждений, обеспечить безопасность окружающих людей.

Практикуется несколько способов спуска судна: при помощи всплытия, когда судно строится на стапеле в наливном доке; при помощи механизмов, спускающих суда на слипе, или мощных кранов, которыми переносятся небольшие суда со стапеля на воду; при помощи специального устройства, на котором судно под воздействием собственной тяжести сдвигается с наклонного стапеля на воду.

Слип — это механическое устройство, состоящее из нескольких параллельных, близко друг от друга расположенных рельсов, наклонно идущих от стапеля к воде. По рельсам движутся тележки, поднимаемые и спускаемые цепями или стальными тросами. Подъем и спуск судна осуществляется носом или кормой вперед (продольный слип), или бортом (поперечный слип).

Стапель — прибрежное сооружение на верфи в виде площадки, на которой строятся суда. Его конструкция и размеры, а также величина наклона площадки к воде зависят от размера строящихся на нем судов. Стапель для больших судов и кораблей представляет собой железобетонную площадку, оборудованную на бетонных, глубоко зарытых в землю, сваях. Это сооружение постоянное, на нем после спуска одного судна закладывается другое. Продольный стапель, на котором обычно строятся суда большого размера, имеет два так называемых спусковых фундамента. Между ними, на равном расстоянии, устанавливаются стапель-блоки, на которые опирается киль строящегося судна. Стапель-блоки — это уложенные друг на друга короткие дубовые брусья, соединенные между собой деревянными раскосинами и болтами. Для удобства работы под днищем стапель-блоки делаются высотой около полутора метров. Затем начинают сооружать спусковое устройство с таким расчетом, чтобы оно было готово одновременно с судном. На параллельно расположенные спусковые фундаменты настилаются две деревянные спусковые дорожки на удалении друг от друга около трети ширины судна. Как и спусковой фундамент, они продолжаются и под водой на такое расстояние, чтобы судно всплыло прежде, чем пройдет всю их длину.

На спусковые дорожки укладывают скрепленные между собой деревянные полозья, образующие спусковые салазки, а по бокам от них — спусковые рыбины, не дающие салазкам съехать в сторону. Перед самым спуском на салазки опускается судно. Делается это при помощи деревянных брусьев — подбрюшников, которые посредством дубовых клиньев, забиваемых между ними и салазками, плотно прижимаются к днищу судна. В более узкой носовой и кормовой оконечностях судна, где подбрюшник нельзя подогнать к корпусу, его укрепляют наклонными бревнами-копыльями, верхний конец которых упирается в судно, а нижний — в спусковой полоз. Копылья между собой скреплены так называемыми оглоблями. После этого стапель-блоки, на которые до этого опирался киль судна, разбирают, и вся тяжесть судна оказывается на салазках.

Перед спуском судна все лишнее со стапеля убирается. Корабль держится только на кормовых, носовых упорах и на задержнике. Если их убрать, то судно начнет движение по стапелю. Чем меньше трение, тем легче «столкнуть» судно с наклонной плоскости стапеля в воду, тем проще осуществить спуск.

Чтобы уменьшить трение, деревянные спусковые дорожки смазывают специальными составами. В былые времена для этого на стапеля к моменту спуска корабля с жироварень поставлялось специальное перетопленное баранье сало (его считали наиболее подходящим для этой цели). На насаливание спусковых деревянных дорожек уходило по нескольку тонн этого жира. Так, для спуска на воду броненосца «Александр III» пришлось убить 5000 баранов. Затем от подобного «жертвоприношения» отказались: жир заменили минеральными насадками, смесями нефтепродуктов — парафина, вазелина, петролатума, церезина.

В последнее время спусковые дорожки стали выстилать щитами, изготовленными из специальной пластмассовой композиции, основой которой служит синтетический пластик — полиэтилен. Скольжение и сход судна по ним происходит спокойнее и безопаснее, а трудоемкость и стоимость их изготовления стали намного ниже.

Продольный спуск осуществляется обычно кормой вперед, так как эта оконечность судна имеет более полные обводы и, следовательно, большую плавучесть, чем нос, что предупреждает судно от зарывания в воду.

И вот наступает момент, которого с нетерпением ждут все создатели судна. Директор верфи приказывает: «Отдать кормовые упоры!», «Отдать носовые упоры!». И наконец: «Руби задержник!» (правда, его не рубят, а режут автогеном). Спусковые салазки освобождаются, и судно очень медленно начинает движение. В этот момент одна из гостей — «крестная мать» новорожденного корабля — разбивает о форштевень бутылку шампанского. Звучат аплодисменты и крики «ура». Исполняется Государственный гимн СССР.

Мы оказываемся очевидцами впечатляющего зрелища: стальная громада, все набирая скорость, плавно скользит по спусковой дорожке, и вот уже она врезается в водную гладь «ковша» (так корабелы называют акваторию у верфи).

Едва судно успевает спуститься на воду и пройти небольшое расстояние, как с него отдают большие адмиралтейские якоря, перерубая тросы, на которых они были подвешены за бортом. Удерживаемое якорными цепями, судно останавливается и затем отбуксировывается к заводскому причалу для окончательной достройки.

Этот день строители считают своим праздником и днем «крещения» спущенного судна.

Обряд «крещения» — одна из древнейших морских традиций. Первое его описание было обнаружено в египетских папирусах. Оно относится к 2100 году до н. э. Это был, если можно так выразиться, отчет о спуске на Ниле корабля фараона.

На протяжении тысячелетий обряд «крещения» носил религиозный характер. Он имел своей целью заслужить покровительство богов. Считалось, что наиболее эффективно можно задобрить богов, принося им в жертву человека. Викинги при спуске своих кораблей в качестве жертвоприношения использовали невольников, которых укладывали под килем. Чем крепче здоровьем и сильнее были рабы, тем на большее расположение богов можно было рассчитывать.

На островах Западного и Восточного Самоа после спуска пироги на воду несколько человек бросали за борт на съедение акулам. Считалось, что задобренные таким образом хищники в дальнейшем не тронут тех, кто будет на ней плавать. Финикийцы и народы Востока кропили борта судна кровью только что заколотых красивых девушек-рабынь.

Римляне при спуске своих судов приносили в жертву взятых ими в плен пиратов. Более гуманными были греки. Правда, они тоже использовали для обряда «крещения» кровь, но не человеческую, а от молодого барашка.

По мере изменения нравов менялся и характер «крещения». Но еще долго преследовалась все та же цель — снискать расположение богов, властвующих над стихией.

В средневековье неизменным атрибутом «крещения» сделалось вино. Им щедро кропилась палуба судна перед выходом в первый рейс.

В церемониях «крещения» зачастую участвовали высокопоставленные государственные и церковные деятели. Хроники сообщают, например, что в 1418 году в Саутгемптоне (Англия) королевский корабль «крестил» епископ, за что получил 5 фунтов стерлингов. При установлении в Англии абсолютизма Тюдоров (1485–1603 гг.) обряд «крещения» судна обставлялся весьма пышно. Королевский сановник произносил тост за благополучие корабля. Ему преподносили вино в золотом кубке. Затем этот кубок выбрасывали за борт.

В конце XVII века установился обычай разбивать о форштевень спускаемого на воду судна бутылки с вином с добавлением фразы: «Крещу тебя». Одновременно с этим кораблю давалось и имя. Такая церемония «крещения» в ряде стран сохранилась до наших дней — с той лишь разницей, что, по примеру Франции, для этого стали использовать благородный напиток — шампанское.

В русском Императорском флоте при спуске корабля служили торжественный молебен в присутствии высокопоставленных лиц, государственных сановников, иногда в присутствии царя или членов императорской семьи. Во время молебна судно и поднятые на нем флаги — Императорский штандарт, кормовой Андреевский флаг и гюйс окроплялись «святой водой» и под звуки национального гимна и салюта с судов рубили последний задержник. Торжество заканчивалось парадным завтраком. Акта «крещения» не было. Имя кораблю давалось раньше.

В арабских странах для этой цели применяют «священную воду» из Мекки, в Турции — дождевую воду, в Вест-Индии — сок ананасов.

Бывало и так. Датский транспорт, предназначенный для плавания в арктических водах, был «окрещен» глыбой льда, а одно из американских судов… мороженым. Для этих целей использовалась даже бутылка молока…

А вот как это в наши дни происходит в Индии. Новое судно через считанные минуты сойдет со стапеля. По традиции «крестная мать» разбивает о борт судна… кокосовый орех. Впрочем, такой обычай издавна бытует у индийских корабелов. Это и понятно. Пальму на берегах теплых морей называют деревом исполнения желаний. Ее орехи, сок, побеги, кора кормят, поят, одевают и даже лечат от многих заболеваний. Живет пальма до ста лет и все время плодоносит. Через каждые сорок дней на ней вызревает новая гроздь орехов. Не удивительно, что кокосовым орехом — этим символом благополучия, долголетия и процветания — в знак удачи провожают в дальний путь каждый новый корабль индийских моряков.

В некоторых странах танкеры «крестят» нефтью, рыболовные суда — рыбьим жиром.

В Японии судно украшают множеством цветных лент и воздушными шарами, а в момент спуска корабля на воду освобождают из неволи птиц.

…Идут голубыми дорогами корабли, рожденные трудом конструкторов, ученых, рабочих. Океанские волны давно смыли с форштевней следы их «крещения». Но в памяти строителей и присутствовавших на торжестве людей навсегда останется день спуска судна на воду, или, как принято говорить у корабелов, его «крещения».

ИМЯ КОРАБЛЯ

Раннее утро. Небо покрыто сплошными облаками. Время от времени налетают мощные снеговые заряды. Порывистый ветер воет в снастях, полощет Военно-морской флаг на гафеле, срывает с гребней волн пену и бросает ее высоко на иллюминаторы мостика. Форштевень крейсера то проваливается, принимая на себя тонны свинцовой балтийской воды, то высоко вздымается вверх, и тогда на борту видно бронзовое литье названия корабля: «Октябрьская революция». Эти слова ко многому обязывают экипаж: ведь в результате Великого Октября родилось наше первое в мире социалистическое государство, открылась новая эра в истории человечества.

О непреходящем значении имен, начертанных на бортах кораблей нашего флота, как о мобилизующих символах, можно говорить много. Среди них нет и не может быть имен случайных, надуманных.

…В недавнем прошлом все обстояло иначе. Большинство судовладельцев для имен судов использовали слова, какие первыми приходили им в голову. Это особенно ярко видно из истории волжского пароходства. С какими только именами не встречались суда на Волге: «Ямщик», «Слуга покорный», «Червячок», «Ай-люли», «Котенок»…

В некоторых названиях отразились амбиции судовладельцев. Например, купец Бугров все реки Нижегородского края считал своей личной собственностью, что и было засвидетельствовано в названиях двух его пароходов — «Сейма Бугрова» и «Линда Бугрова»[1]. Ра — бог солнца у древних египтян, но Ра — это и название Волги у древнейших народов, которое и вздумал перенести на свое судно один нижегородский судовладелец…

Правления крупных обществ при выборе имен для своих судов поступали более солидно: большим по размерам пароходам они давали имена выдающихся государственных деятелей и полководцев, а также мифологических героев. Ряд судов был удостоен имен по названиям драгоценных камней: «Алмаз», «Изумруд», «Жемчуг», «Бриллиант»…

В России имена боевым кораблям давались в честь святых (например, «Св. Петр», «Св. Иоанн Богослов»). Так, эскадра контр-адмирала Ф. Ф. Ушакова при бое с турецкой эскадрой у мыса Калиакрия почти сплошь (15 из 17) состояла из кораблей, названных именами святых, а два из них — в честь особо почитаемых христианских праздников: «Рождество Христово» и «Преображение господне», что также было модно для России XVII–XVIII веков. Позже более популярными стали имена из мифологии («Чародейка», «Русалка», «Аврора»), а также в честь удельных князей («Аскольд», «Дмитрий Донской», «Владимир Мономах»). С конца прошлого столетия кораблям начали даваться имена, связанные с различными военными победами, и в честь императоров и выдающихся морских начальников. Особенно проявила себя эта традиция в начале XX века. Наметилась даже определенная тенденция в наименованиях кораблей. Большие линейные назывались в честь побед («Полтава», «Гангут», «Кинбурн») и именами императоров («Император Александр III», «Императрица Мария»), легкие крейсеры — в честь адмиралов («Ушаков», «Нахимов», «Макаров»), эскадренные миноносцы — в честь малых морских побед («Керчь», «Калиакрия», «Гаджибей») или в честь отличившихся в боях офицеров. Имена кораблей «Азов» и «Меркурий» за особо боевые заслуги указом императора сохранялись на флоте постоянно. Было предписано иметь во флоте всегда два судна с названиями «Память Азова» и «Память Меркурия» с присвоением им Георгиевского Андреевского флага и вымпела. И ныне боевой ракетный корабль с именем «Азов» под Военно-морским флагом СССР несет нелегкую службу на просторах морей и океанов.

После Великой Октябрьской социалистической революции часть кораблей Военно-Морского Флота была переименована. Им были присвоены имена в духе времени: «Красный Кавказ», «Красный Крым», «Свободная Россия», «Коминтерн», «Профинтерн». Позже корабли получали названия по именам советских деятелей: «Яков Свердлов», «Дзержинский», «Железняков» и другие.

Но ни одному из кораблей дореволюционного военно-морского флота не выпала такая великая честь, как крейсеру Балтийского флота «Аврора». Он находится в строю с 1903 года, участвовал в Цусимском сражении 1905 года. Вечером 25 октября (7 ноября) 1917 года «Аврора» холостым выстрелом из своего орудия дала сигнал к штурму Зимнего дворца. В 1927 году крейсер награжден орденом Красного Знамени.

Революционные заслуги крейсера «Аврора» широко известны. Но немногие знают об участии авроровцев в боях Великой Отечественной войны. Война застала крейсер в порту Ораниенбаум (ныне Ломоносов). К тому времени он уже не имел своего хода: ведь ему исполнилось 38 лет — для корабля это почтенный возраст. Однако орудия «Авроры» были так же мощны, как и прежде. И в июле 1941 года, когда враг стал угрожать Ленинграду, с крейсера были сняты девять из десяти стотридцатимиллиметровых орудий. Их установили на Вороньей горе в районе Дудергофа (ныне пос. Можайский). Здесь появилась отдельная артиллерийская батарея «А», и в числе батарейцев были три представителя крейсера «Аврора» — А. А. Антонов, Е. Н. Дементьев, Н. П. Кузнецов. Свой первый бой батарея «А» приняла 6 сентября 1941 года. В ходе его она разгромила колонну вражеских автомашин и бронетранспортеров на Гатчинском шоссе. За короткий срок батарея отразила более десяти танковых атак. Она сражалась до последней возможности. Позицию последнего взорванного бойцами орудия гитлеровцы заняли лишь 14 сентября…

9 мая 1974 года на Вороньей горе установлен памятник славным героям батареи «А».

Сам крейсер «Аврора» находился в Ораниенбауме вплоть до 1944 года. В дни блокады Ленинграда на его долю выпали суровые испытания. Корабль не раз подвергался массированным авиационным и артиллерийским налетам. В корпусе «Авроры» ко времени снятия блокады насчитали более 1500 пробоин. Искусные руки ленинградских судостроителей вернули крейсеру прежний вид, и с ноября 1948 года он установлен на вечную стоянку на Неве как один из памятников Великой Октябрьской социалистической революции. Одновременно корабль является филиалом Центрального военно-морского музея.

Традиционным в русском и советском флоте является имя Москвы на бортах кораблей. И это понятно. Москва — столица нашей Родины. За свою более чем восьмивековую историю она не раз вставала неприступным бастионом на пути многих завоевателей. В октябре 1941 — апреле 1942 года на подступах к Москве произошло одно из крупнейших в Великой Отечественной войне сражений, в ходе которого немецко-фашистской армии было нанесено первое во второй мировой войне крупное поражение, развеявшее миф о ее непобедимости.

Со времени создания регулярного флота в России имя Москвы носило более 20 кораблей и судов различного класса. Впервые название «Москва» было присвоено 64-пушечному линейному кораблю, спущенному на воду в Санкт-Петербурге в 1715 году. Следующие три корабля, построенные в Архангельске, служили русскому флоту с 1750 по 1758, с 1758 по 1771 и с 1799 по 1809 год. Всего же до 1860 года было 9 кораблей с именем древней столицы.

В июле 1878 года в состав русского военного флота вошел крейсер 1 ранга «Москва», переоборудованный из парохода, купленного на пожертвования населения. Вскоре он был передан Добровольному флоту. Впоследствии там же находилось еще два корабля с этим именем.

Первым советским кораблем, удостоенным 18 апреля 1919 года имени «Москва», стала плавбатарея ПБ-1 Северо-Двинской военной флотилии. Кроме нее, в гражданской войне участвовали и другие корабли с тем же или родственным именем. Например, эсминец «Москвитянин» был участником Ледового похода 1918 года, а позже в составе Астраханско-Каспийской флотилии успешно громил на Каспии белогвардейцев.

Название «Москва» с честью носил лидер эсминцев Черноморского флота, построенный в 1937 году. 26 июня 1941 года отряд легких сил флота в составе лидеров «Москва» и «Харьков» под прикрытием крейсера «Ворошилов» и двух эсминцев обстрелял Констанцу. Выполнив боевую задачу, лидер «Москва» при отходе подорвался на мине. Даже в эти трагические минуты его экипаж самоотверженно сражался с врагом: артиллеристы-зенитчики вели огонь по фашистским самолетам до тех пор, пока волны не сомкнулись над кораблем-героем…

Соблюдая преемственность, принял на Черноморском флоте эстафету славных дел противолодочный крейсер «Москва». Этот современный корабль, оснащенный новейшей техникой, побывал на многих морях и океанах. Его экипаж бережно хранит память о лидере «Москва», чье имя он унаследовал.

Ежегодно со стапелей судостроительных заводов нашей Родины сходят корабли и суда. Они получают имя, которое, как правило, остается неизменным на всю долгую жизнь корабля.

Как дается имя судну? Какие названия наиболее популярны?

Преемственность имен, переходящих от поколения к поколению кораблей и судов, история их наиболее известных названий — это и многое другое, связанное с рассмотренным нами в этой главе вопросом, изучает молодая наука каронимика. Она — хороший советчик при выборе имени для корабля или судна. Ведь для этого надо глубоко знать историю нашей Родины и Военно-Морского Флота, его традиции, его славных флотоводцев и героев.