Помоги проекту - поделись книгой:
Я «написал» уже для них две песни и даже записал их на плёнку на репетиционной базе ДК завода ЗИЛ, где репетируют ребята из ВИА с которыми познакомился в этом времени. Одна песня, «Старшая сестра» Татьяны Булановой, которую собирались отдать неизвестной мне Роксане, а другая песня Михаила Боярского «Зеленоглазое такси», её по моему совету собирался спеть Фрунзик Мкртчян.
Ну а вскоре, мне предстояло «написать» ещё три шедевра и надо было бы подумать какие именно песни я «сочиню».
Нужно сказать, что такой бартер, я им песни они мне всевозможные «услуги», меня полностью устраивал, так как проблем с деньгами я не испытывал от слова «совсем».
Во-первых, благодаря ноутбуку и интернету, которые в этом времени на моё удивление работали посмотрел тираж в спортлото «5 из 36» и выиграл пять тысяч рублей.
Во-вторых, продал двум другим исполнителям две песни по пять тысяч рублей каждая. Узбекскому певцу Мансуру Ташкенбаеву ушла песня «Украдёт и позовёт», которую в «прошлом-будущем» пел Мурат Тхагалегов, а песня Айдара Мугу «Чёрные глаза» была без зазрения совести и даже без капли сожаления продана с «потрохами» Азербайджанскому исполнителю Амирхану Ибрагимову.
Ни и в-третьих, я ограбил грабителя, ограбившего банк Армении и забрал у него более миллиона рублей. Тут нужно сказать, что часть из них оказалась «палёная» потому как сто рублёвые купюры серии АИ были поданы в розыск, но и тех средств которые были «чистыми» мне хватило бы с лихвой на долгие годы. К тому же, ближе к ноябрю я собирался посетить Узбекскую ССР и поменять там часть «палёных» денег на трёхпроцентные облигации государственного займа. Почему именно там? Да потому, что у грабителей из предыдущей истории, это получилось сделать именно там, а посему я надеялся, что получиться и у меня.
Позавтракал, одел школьную форму, собрал кассеты в сумку и портфель и пошёл «окучивать» город.
Так как в школу мне ходить уже было не нужно, ввиду того, что по официальной версии я готовился к экзаменам, то поехал в Тимирязевский район Москвы в другие школы, где собирался приступить делать своё «чёрное дело» — распространять плёнки с записями «моих» песен.
1) Группа «Саша-Александр».
Композиции: «Белые розы», «Седая ночь», «Ну вот и всё», (их я позаимствовал у Ю. Шатунова и группы «Ласковый май»), «Москва» (О. Газманов)
Исполнитель: я.
2) Певица «Юля»
Композиции: «Юлия» (Ю. Савичева), «Старшая сестра» (Т. Буланова).
Исполнитель: ансамбль из ДК «ЗИЛ», поёт Юля.
3) ВИА «Импульс»
Композиции: «Белый пепел» (группа «Маршал»), «Третье сентября» (М. Шуфутинский)
Исполнитель: ансамбль из ДК «ЗИЛ», поёт Антон.
Все эти песни были в хаотичном порядке записаны по четыре-пять штук на кассету или катушку, а на лицевых сторонах носителей были отпечатаны наборной печатью трек листы с названиями песен.
Записи мне копировал на десяти магнитофонах один мой приятель в деревне, которая находилась недалеко от моей «фазенды», а помогал ему в этом нелёгком деле его мелкий племянник.
Вот эти плёнки я со вчерашнего утра и принялся распространять среди москвичей и гостей столицы. А плёнок тех было много…
Идя по безлюдным улицам города, я ощущал себя «белой вороной». Улицы же были пусты по вполне понятной причине — граждане в этом времени привыкли днём работать.
Дети в садике и школе, студенты в ПТУ и институтах, а взрослые на боевом посту в булочной, на автобазе или министерстве, поэтому во дворах встречаются, только спешащие по своим делам женщины в декретном отпуске и пенсионеры.
Конечно, где ни будь скрываются и «лодыри-лоботрясы», но государство в этом времени с такими ведёт беспощадную борьбу, которая в конечном итоге для неработающего «мыслителя» может обернуться судом по статье — тунеядство.
Тунеядство, если кто не вкурсе — длительное проживание совершеннолетнего трудоспособного лица на нетрудовые доходы с уклонением от общественно полезного труда. С ним боролись и за тунеядство государство наказывало оступившегося по статье 209 УК РСФСР исправительными работами или даже заключением.
По всей видимости логика властей была такова: раз ты не хочешь работать за среднюю или высокую зарплату на воле, то будешь работать за мизерную в тюрьме, ибо нарушать конституционное право каждого гражданина на труд запрещено законом и строго карается.
В 1982 году, когда страной будет рулить бывший председатель КГБ Ю.В. Андропов, борьба с тунеядством усилиться настолько, что милиция регулярно будет устраивать рейды по магазинам и кинотеатрам в рабочее время, где на всех застигнутых врасплох тружеников будут оформляться протоколы и будет сообщаться о прогуле по место работы.
Тем же кто не работал более четырёх месяцев будет присваиваться статус «БОРЗ» (без определённого рода занятий) и таким гражданам будут грозить исправительные работы на срок до четырёх лет или тюрьма.
Как правило стоя у учебного заведения, я ждал перемены. Услышав школьный звонок, быстро пробегался по школе, даря кассеты «на право и на лево», а затем быстро мчался в соседнюю школу, чтобы за эту же перемену успеть распространить плёнки и там.
После такого марафона у меня было около сорока минут, дабы найти очередную школу-жертву, ещё не подвергшуюся моей рекламной компании.
Естественно были и накладки. В основном они были связанны с тем, что ко мне пыталось приставать местное хулиганьё. Иногда случались накладки, и я попадал в школу «до» или «после» звонка и учителя, поймав меня за руку пытались узнать из какого я класса и почему не на уроке.
Как в первом, так и во-втором случае я просто вырывался и убегал, взяв на вооружение крылатую фразу: «Беги Форест, беги», а если учесть-то, что бегал я быстро, а бежать мог сколь угодно долго практически не уставая, то у преследователей шансов меня поймать практически не было.
Где-то после часа дня, на улицах стали появляться школьники младших классов в сопровождении бабушек и дедушек.
В районе четырёх вечера я набрёл на школу, которая таковой не являлась… На вид школа, но не школа — это точно.
«Конечно. Как я мог забыть! Во голова «садовая»,» — подумал я, хлопнув себя мысленно по лбу. А ведь это отличный объект для распространения, ибо в «Доме пионеров», а стоящее передо мной здание имело именно такую вывеску, очень много разных спортивных и творческих кружков, в которых занимается большое количество школьников. При чём как правило школьники эти очень любознательные, а это значит, что?.. Это значит, что сюда нужно непременно зайти дабы «зомбировать» молодое поколение музыкой из уже маловероятного будущего…
В шесть часов выдвинулся на место встречи, которое как известно отменить нельзя — в центр города к ресторану «Арбат».
Несколько дней назад я, в сопровождении Армена уже встречался в нём с Алексеем Владимировичем Баталовым, где мы предложили актёру главную роль в небольшом «студенческом» фильме.
Так, как и сценарий, и вознаграждение за съёмки ему понравились, то он практически сразу же согласился.
Сегодня же нам предстояло завербовать ещё одного великолепного актёра в актёрскую труппу, который должен будет сыграть доктора-психолога по имени, а точнее сказать по «ФИО» — Тихон Тихонович Тихий.
Пока шёл к «заведению» вспоминал, что несколько недель назад, когда я только планировал проведение операцию «Кассета» — распространение плёнок, то хотел подарить некоторое количество записей всевозможным поэтам, музыкантам, актёрам и т. д. которые постоянно «обитают» на Арбате. Почему именно этой публики? Ну, как мне думалось, эта так называемая «интеллигентная» тусовка с некоторыми элементами диссидентства, люди в которой часто контактируют между собой и распространив там даже малую толику кассет со шлягерами, можно было бы быть уверенным, что об этом в скором времени узнает достаточно большое количество человек.
С другой стороны, как раз в этой тусовке имеется не менее огромное количество осведомителей КГБ, а нужна ли мне «такая» известность стоило сотню раз подумать прежде чем делать шаг в том направлении. Однако дело даже не в этом…
Проблема заключалась в том, что я по привычке в это время постоянно «тащил» стереотипы из «прошлого-будущего» — того времени из которого сюда попал, и постоянно забывал о том, что, если «там» «что-то было», то «тут» этого возможно ещё нет и в помине, или оно находится в зачаточном состоянии и только-только начинает строиться.
Короче говоря, Арбата не было!
Нет. Точнее сказать он был, но был он в «первородном» состоянии и на тот Старый Арбат, который мы знаем в 2019, ничем не походил.
Соответственно не было здесь ни сидящих с мольбертами художников, ни танцующих цыган, ни фокусников, ни музыкантов, ни «стены Цоя», ни Макдональдса. И если отсутствие последнего ещё можно было понять, то вот отсутствие пред идущих говорило не только о том, что в УК есть статья за тунеядство, но и о том, что Старый Арбат в нашем понимании ещё не построен, ибо практические работы начнутся лишь через пять лет — в 1982 году. Именно тогда на Арбат будет запрещён въезд автотранспорта, именно тогда будет изменён маршрут троллейбуса № 39, о котором пел Булат Окуджава в песне «Последний троллейбус».
Естественно о всех этих событиях пока можно говорить лишь, добавляя вводное слово «наверное», то есть:
Хотя нет. Окуджава это некаснётся. Он песню свою уже написал в 1957 году, так что его творения пресловутое слово «наверное» уже не затронет, а вот что касается остального…
Как знать, как знать…
Ровно в семь вечера я был у входа в ресторан, где меня уже поджидал Армен.
Поздоровались и прошли внутрь ресторана.
— Как у тебя дела? — дружелюбно поинтересовался он пока шли к столику.
— Спасибо, всё хорошо. Ещё раз спасибо за экстернат.
— Да не за что. Сочтёмся, — весело хохотнул сопровождающий и добавил: — Ты сдай его теперь.
— Не волнуйтесь, сдам, — уверенно сказал я и поинтересовался результатами дневных переговоров с кандидатками из МХАТа.
— Всё нормально. Согласились обе.
— Это хорошо. А «претендент», что говорит?..
— Заинтересовался. Был удивлён. Ждёт тебя.
Пройдя почти через весь зал, я увидел за одним из столиков большого человека, отличного актёра и замечательного космического пирата в одном лице.
— Здравствуйте Вячеслав Михайлович, — сказал я протягивая руку для приветствия.
— Ну здравствуй, Саша, — с лёгкой улыбкой сказал «Весельчак У» и пожал мою ладонь своей огромной пятернёй.
— «Миелофон» у меня и готов его сдать по первому требованию, без пыток, — быстро протараторил проснувшийся во мне не с того не с сего благоразумный Коля Герасимов.
— Чего у тебя? — не понял Невинный и посмотрел на Армена, который тоже ничего не понимал.
— Сценарий у меня, — сказал я доставая из портфеля папку с текстом, рисунками и раскадровкой…
— Ааа, — облегчённо выдохнули они, хлопнули по пятьдесят «за сбитый» и сели рядом со мной с двух сторон.
Конечно же они ничего не поняли из фразы про «миелафон», потому как прекрасный фильм «Гостья из будущего» начнут сниматься лишь лет через пять-шесть. Некоторые могли бы возразить и сказать, что «быть может и не начнут», но тут я вынужден этих товарищей заверить, что начнут обязательно, ибо такой замечательный фильм очень нужен нашему народу… Зачем? Не знаю. Но если мне фильм нравится, то нужен однозначно, и я всё сделаю для того, чтобы он был снят.
Кстати говоря. В фильме звучит замечательная композиция по поводу которой шумят страсти-мордасти в интернете. А именно из-за одной строчки в тексте песни, которая там или была, или не была.
Люди, разделились на две группы.
Некоторые, те кто уверен, что «эффект Манделы» существует (эффект заключается в совпадении у нескольких людей воспоминаний, противоречащих реальным фактам. Таким образом, это феномен, связанный с ложной коллективной памятью.), убеждены, что часть слов в тексте были «кем-то» изменены, вместе с памятью всего человечества.
Другие настаивают, что первая группа — сумасшедшие и в композиции всегда пелась именно так как поётся сейчас…
А дальше идёт спор, что там пелось и почему изменили…
Слова в последнем варианте звучат несколько странно и если подумать, то получается «треш», ибо о каком-таком рае может идти речь в 1985 году, а именно тогда эта песня прозвучала на «Песне» года?.. К тому же, при условии, что есть Рай и Ад, а голос зовёт «не в райские края», возникает вопрос для младшей группы детского сада: тогда в какие края зовёт голос?.. В адские?..
Нет спасибо… Не надо.
В общем весёлый спор и прекрасная песня.
А тем временем за столиком ресторана «Арбат» начинался очередной сеанс «чёрной магии».
— Ваш герой — доктор-психолог…
Я начал рассказ и видел, как мои слушатели проникаются историей. Если Вячеслав Михайловича ещё можно было понять, ведь историю он слушал в первый раз, то Армена я понять никак не мог, ведь он это сценарий слышал раз и не два, а, наверное, уже раз десять точно, однако всё равно слушал, затаив дыхание.
… — И тут Ваш герой — Тихон Тихий, достаёт из кармана дореволюционный наган и направив его на главного героя (Ивана Старостина) спрашивает: — Сейчас у многих людей есть оружие. Если я тебе выстрелю в руку, рана быстро заживёт? А если в голову? Что произойдёт? Ты умрёшь или нет? И почему ты должен жить, а мы умрём наверняка? Разве это справедливо?…
Поделиться книгой: