Плоть и кости

А затем край расщелины прогнулся и обвалился под его тяжестью, и крутой Бенни Имура рухнул в темноту.

Из дневника Никс:

Прошел, месяц, и один день с пор, как погиб Том.

Позавчера вечером, когда, мы сидели у костра, Чонг рассказал анекдот, и Бенни рассмеялся. Мне кажется, Бенни засмеялся впервые после Геймленда.

Мне, было так приятно услышать его смех. Хотя его глаза по-прежнему печальны. Думаю, и мои тоже.

Я и представить не могла, что когда-нибудь нам снова захочется смеяться.

4

Из яркого солнечного света Бенни попал в кромешную тьму, так сильно ударившись о дно оврага, что его ноги подкосились, и он рухнул лицом вниз. На него дождем посыпались рыхлая земля, корни деревьев и мелкие камешки. В голове взрывались яркие фейерверки искр, и каждую клеточку тела сковала боль.

Он застонал, перекатившись на бок, выплюнул грязь, протирая глаза от паутины.

— Да уж, умный воин, — пробормотал он.

Дно оврага оказалось гораздо шире расщелины сверху и было покрыто густым слоем грязи. Бенни быстро сообразил, что это был не овраг, а желоб, который образовался от потоков воды, стекающих с гор. Во время сильного разлива вода истончила края склона, при этом создав иллюзию твердой почвы.

Если бы он продолжил бежать, перепрыгнув расщелину, то был бы в безопасности. Но вместо этого обернулся поглазеть на зомби и позлорадствовать. Поведение, недостойное истинного воина.

«Воин Тупая Задница», — мрачно подумал он.

Лежа на дне расщелины, он почувствовал, что сознание словно издевается над ним. Или же ему просто казалось, что происходит что-то очень странное. До него доносились звуки. Сначала это было его собственное тяжелое дыхание и стоны мертвых наверху, но вскоре он понял… здесь явно было что-то еще.

Это был отдаленный рев, который напоминал, хотя это казалось совершенно невозможным, шум генератора с ручным приводом, который снабжал электричеством больницу в его родном городке. Все еще лежа в грязи, он склонил голову набок и прислушался. Да, звук действительно был, но все-таки он отличался от шума больничного генератора. Этот звучал гораздо тоньше и то усиливался, то затихал.

А затем вообще смолк.

Бенни напряг слух, пытаясь понять, действительно ли это был звук мотора или что-то еще. Здесь повсюду обитало множество разных птиц и животных, разных странных существ, сбежавших из зоопарков и цирков, и Бенни доводилось читать о необычных звуках, издаваемых экзотическими животными. Возможно, именно это он и слышал?

«Нет, — возразил внутренний голос, — это был мотор».

Внезапно сверху до него донесся негромкий шум, и на Бенни обрушился поток засохшей грязи, засыпав его почти по шею. Он начал выкарабкиваться наверх, но, услышав еще один звук, поднял голову, ожидая увидеть обрушивающийся на него кусок стены, однако произошло нечто более ужасное. Первая группа преследовавших его зомби добралась до края расщелины, и земля начала осыпаться под их тяжестью. Четверо мертвецов провалились в темноту, с резким хрустом приземлившись на дно расщелины, один из них оказался всего в двух метрах от Бенни.

Затем другой зомби — девушка в лохмотьях формы команды чирлидинга приземлилась прямо перед Бенни, с громким стуком ударившись о дно расщелины, и громкий хруст ломающих костей нарушил тишину оврага. Ее серые и запыленные глаза были открыты, зубы клацали в воздухе.

Зомби не погибают от переломов. Бенни слишком хорошо это знал и принялся торопливо рыться в грязи, пытаясь отыскать рукоятку меча.

Девушка-зомби протянула к нему бледную руку. Ледяные пальцы коснулись его лица, но внезапно второе тело, крупный мужчина в комбинезоне, свалилось сверху прямо на нее. Удар был такой сильный, что воздух наполнился еще более громким хрустом костей.

Бенни завопил от ужаса и отвращения и принялся рыть руками землю, словно обезумевший суслик, чтобы откопать ноги.

Еще один мертвец приземлился рядом, его ребра и другие кости сломались, издав сухой треск взрывающегося фейерверка. Звуки были ужасны, и Бенни боялся, что один из этих полуразложившихся, зловонных трупов свалится прямо на него до того, как ему удастся освободиться. А на краю расщелины столпилось еще больше живых мертвецов, которые снова стали падать. Справа от Бенни шумно приземлился солдат, а слева — школьник, их стоны потонули в громком скрежете костей, когда сверху посыпались новые зомби. Фермеры и туристы, мужчина в плавках с морскими звездами, пожилая женщина в розовом кардигане и бородатый мужчина в гавайской рубашке — все они нещадно сыпались вниз. Звуки ударяющихся друг о друга иссохших тел наполнили воздух отвратительной мелодией разрушения.

Еще один зомби свалился вниз. И следом еще один.

Девушка из группы поддержки, поломанная и скрюченная от множества ударов, все еще рычала на Бенни и наконец сумела вцепиться заскорузлыми пальцами в обе его лодыжки.

Бенни завопил, пытаясь отдернуть ноги, но она крепко держала его. Он тут же перестал извиваться и выпрямился.

— Отцепись от меня! — взвыл он, ударив зомби в лицо.

Удар проломил переносицу, и ее голова с силой дернулась назад, но она не сдавалась. Бенни снова и снова наносил удары. Куски разбитых зубов вываливались между ее бескровных губ, и все же девушка из группы поддержки по-прежнему не отпускала его ноги, подползая все ближе к парню. Все это время ее челюсти непрерывно сжимались и разжимались, словно репетируя предстоящее пиршество, до начала которого оставались считаные секунды. Исходившее от нее трупное зловоние стало невыносимым.

Мертвая девушка сделала рывок вперед и захватила обломками зубов штанину Бенни, прищемив кожу. Острая боль обожгла ногу. Бенни взвыл. Остальные покалеченные зомби тоже ползли по земле в его сторону, взбираясь друг на друга, словно личинки мух на куске гнилого мяса.

Пытаясь вырваться, он снова услышал шепот Тома.

«Будь настоящим воином».

— Убирайся! — завопил Бенни, наполовину обращаясь к зомби, наполовину — к призраку брата.

«Бенни… большинство людей не побеждены — они сами сдались!»

В свое время Том много раз повторял эту истину во время тренировок, но Бенни не обращал внимания на слова брата, которые ничем не отличались от его других раздражающих логических головоломок. Но теперь ему отчаянно хотелось узнать, что же Том имел в виду.

— Истинный воин, — громко проворчал Бенни, надеясь, что произнесенные вслух эти слова обретут смысл и вдохновят его на решительные действия. Но ничего не вышло. Он снова прокричал их, а затем добавил к ним все нецензурные слова, которые знал.

«Не ввязывайся в бессмысленное сражение. Сражайся только тогда, когда можешь победить».

Ах.

На этот раз ему удалось уловить смысл, и Бенни понял, что он лишь бурно реагирует на ситуацию, вместо того чтобы действовать. Молодо-зелено, как сказал бы Том.

Он терпеть не мог, когда брат оказывался прав. А теперь, когда Том был мертв, это раздражало еще сильнее.

Девушка-зомби продолжала подбираться к нему, но теперь Бенни перестал колотить ее по лицу и вместо этого одной рукой схватил ее за грязные пряди спутанных волос, а другой вцепился в высохший подбородок. А затем, издав гневный вопль, он резко повернул в сторону голову зомби на тонкой шее.

Хрясь!

Девушка-зом тут же замерла на месте, ее щелкающая челюсть отвисла, холодные пальцы обмякли, и еще недавно рвавшееся вперед существо осело, превратившись в настоящий одеревеневший труп.

Бенни знал, что так всегда происходило, когда зомби погибал. Стоило сломать мертвецу шею или же отрубить голову, и эффект был мгновенным. Движение, сопротивление, агрессия — все это исчезло в мгновение ока. Мертвец еще оставался живым долю секунды и окончательно умирал, когда эта доля пролетала.

В сложившихся обстоятельствах победа была крошечной, но придала Бенни столь необходимые ему силы. С громким кряхтением он наконец выбрался из кучи грязи и пополз прочь настолько быстро, насколько мог. Земля нескончаемыми потоками сыпалась сверху впереди него, предупреждая о том, что еще несколько мертвецов упали в расщелину неподалеку. Бенни вовремя успел отползти в сторону.

Он с диким видом обернулся назад и увидел, что по меньшей мере дюжина зомби поднимается с земли. Через несколько секунд они набросятся на него. Шатаясь, он тоже вскочил и обеими руками стиснул рукоятку меча.

— Ну, давайте, — зарычал он, яростно оскалившись.

Когда один зомби приблизился к нему, Бенни сделал стремительный выпад вперед и размахнулся. Остро заточенный клинок с легкостью распорол дряблые сухожилия, раздробив старые кости. Отрубленные ладони мертвеца полетели в сторону Бенни, и он пригнулся, затем резко выпрямился и обрушил свой меч на шею зомби из-за плеча мертвеца. Ему удалось правильно выбрать угол, и он почти не ощутил сопротивления, когда острое лезвие катаны раздробило кости шеи. Голова зомби отлетела на полтора метра в сторону, упала в грязь, и тело мертвеца тут же обмякло.

Но следом к Бенни ринулось еще двое живых мертвецов. Они шли плечом к плечу. Парень попытался срубить обоим головы одним резким боковым ударом, но клинок, вонзившись в плоть первого зомби, слегка отклонился в сторону. И хотя первая голова скатилась с плеч, меч отскочил от скулы второго зомби, не причинив ему большого вреда. Но Бенни исправил ситуацию и со второго удара обезглавил мертвеца.

Отступив назад, он с трудом перевел дух. После долгого бега, падения в расщелину и отчаянных попыток защитить себя он совсем выбился из сил. Бенни встряхнул головой, чтобы смахнуть пот, стекающий со лба, застилающий глаза.

— Ладно, тупица, — сказал он самому себе, — пришло время стать истинным воином.

Он произнес эти слова вслух, надеясь, что звук собственного голоса поможет обрести столь необходимые сейчас силу и уверенность. Конечно, этого не произошло, но ему очень этого хотелось.

Мертвые приближались, и Бенни крутился вокруг своей оси, размахивая мечом, чтобы прорубить себе крохотный проход в их замыкающемся кругу. Перепрыгнув через поверженные тела, Бенни помчался вперед по дну расщелины, на бегу возвращая меч в ножны. Его снаряжение осталось в рюкзаке в лагере, но все же он взял с собой несколько полезных вещей. Порывшись в глубоком кармане холщового жилета, он извлек моток шелковых ниток. Эти тонкие, но очень прочные нитки Том использовал, чтобы остановить зомби, прежде чем упокоить.

Стараясь действовать как можно быстрее, Бенни схватил толстую ветку, переломил ее о колено и воткнул в песчаную стену расщелины чуть выше пояса. Подскочив к противоположной стене, он сделал то же самое со второй половиной палки. Привязав нить к одному концу, он туго натянул ее между стенами и завязал второй конец как можно туже.

Добравшись до натянутой нити, зомби на какое-то время застопорились на месте. Они отшатнулись назад, сталкиваясь друг с другом. Некоторые продолжали тянуться к нему с долей осмысленности, стараясь ухватить за одежду.

Большая группа живых мертвецов все еще топталась в четырех метрах от него, продвижению зомби сильно мешала неровная поверхность и искореженные тела других мертвых, на которые им приходилось наступать.

Бенни приходилось отбиваться от протянувшихся к нему рук, но ему удалось не попасться в их лапы. Пошатываясь, он пробежал еще несколько метров по дну расщелины в поисках других веток. Но ему никак не удавалось найти подходящую. Тихо ругаясь, он озирался вокруг, пока наконец не заметил кусок скалы раза в два больше бейсбольного мяча. Зажав его в кулаке, Бенни обернулся к своим преследователям.

Резко бросившись вперед, он размахнулся и обрушил камень на ближайшего врага.

— Прости! — выкрикнул он, когда камень размозжил череп одного из мертвецов. Тот мгновенно отключился. Бенни резко повернулся, когда второй зомби рухнул на натянутую веревку, а за ним и третий. Он подскочил к ним, обрушив на их головы свое оружие.

— Прости! — кричал он каждый раз, когда окончательно добивал зомов.

Теперь проход кишел мертвецами. Еще двое перевалились через веревочное заграждение, и он убил их. Но раскалывать черепа оказалось непросто, и Бенни чувствовал, что силы покидают его.

Шелковая нить заскрипела, когда толпа живых мертвецов навалилась на нее.

Бенни понимал, что заграждение может не выдержать. Их было слишком много, а земляные стены были не столь прочны, чтобы плотно удерживать в себе ветки. Он выхватил меч и принялся кромсать мертвых за заграждением, отрубая ладони и руки полностью. Опускаясь на корточки, Бенни отсекал клинком их лодыжки, четкими взмахами сносил головы. Он пытался соорудить бастион из тел, который помог бы хоть на какое-то время замедлить движение мертвой орды.

А затем раздался протяжный треск разлетающихся щепок, нить обвисла, и мертвые тела своей огромной массой обрушились в проход, падая друг на друга. Зомби, которых Бенни покалечил и убил, распластались на земле, а остальные посыпались сверху. А он продолжал рубить их, стараясь похоронить самых активных преследователей под тяжестью тех, кто уже навсегда упокоен.

Меч был невероятно острым, и Бенни искусно владел им, но эта работа больше подходила для топорика мясника. То и дело клинок отскакивал от костей и застревал в лохмотьях, висящих на иссохших телах.

Руки Бенни ломило, а вскоре их сковала сильная боль. Дыхание стало прерывистым, но мертвые продолжали прибывать.

Их было слишком много. Так много, что Бенни не успевал перевести дух, чтобы продолжить извиняться перед ними. Ему был необходим каждый глоток воздуха, чтобы выжить. Он попятился назад, чувствуя собственное бессилие и абсолютную невозможность справиться с такой оравой зомби в этом замкнутом пространстве. Теперь, похоже, единственным вариантом для него становилось бегство. Если повезет, расщелина где-нибудь сузится достаточно для того, чтобы, цепляясь за стены, выбраться наверх.

Он попятился назад, а затем развернулся и побежал.

Но вдруг замер.

Расщелина впереди не была пустой. Из пыльного полумрака, покачиваясь, выходили стонущие толпы живых мертвецов.

Он оказался в ловушке.

5

— Ну, давайте же, — пробормотал Бенни, когда толпа зомби приблизилась, но даже сам не услышал в своем голосе оживления. В нем не было вызова. Не было жизни.

И выхода тоже не было.

Крутые стены расщелины были слишком высокими, а земля чересчур мягкой. Узкий и извилистый проход с обоих концов оказался заблокирован толпами живых мертвецов. Через несколько секунд они переберутся через завал из мертвых тел и грязи и схватят его.

Это конец.

Слова, словно фейерверки, взрывались в его голове, громкие, яркие и до ужаса реальные.

Мертвецов было слишком много, и ни единого шанса пробраться сквозь их толпы, а даже если бы у него и получилось, что потом? Он по-прежнему окажется запертым в этой ловушке, в полной темноте. Он уже убил десяток зомби и еще дюжину покалечил, и в ближнем бою он наверняка бы смог уложить еще пять или шесть этих существ до того момента, как его самого не станет. Возможно, даже десятерых, если продолжит двигаться.

Это звучало замечательно и очень героически, но Бенни слишком хорошо знал, что для того, чтобы размахивать мечом, требовалась выносливость, а каждый раз, совершая смертоносный удар, он расходовал оставшиеся силы.

Зомби никогда не уставали.

И даже если бы ему удалось прикончить тридцать штук, тридцать первый или тридцать второй мертвец непременно добрался бы до него. Они обладали терпением вечности, а он был всего лишь живым человеком из плоти и крови. Усталость и мышечное напряжение были для него столь же губительны, как укусы мертвецов.

Это чудовищное осознание не вдохнуло в него искру, подвигнув на решительные действия. Все произошло как раз наоборот. Оно лишило его решимости, и тело тут же утратило всю свою силу. Бенни безвольно прислонился к грязной стене. Его колени подгибались.

Бенни вглядывался в лица зомби, приближавшихся к нему шаркающей походкой. В последние моменты своей жизни он словно смотрел сквозь их мертвенно-бледную кожу и высохшую плоть, сквозь разложение и белесую муть глаз. На какое-то краткое мгновение он увидел в них людей, которыми они когда-то были. Не монстров. А настоящих, живых людей. Потерянных людей. Тех, кто заболел, или тех, кто подвергся нападению, тех, кто умер, чтобы возродиться в своеобразном аду, где царили невиданные доселе, ужасные мучения.

«Но ведь они пожирают людей!» — как-то сказал Бенни брату, прокричав эти слова, когда они поспорили во время своего первого путешествия в «Руины».

И Том ответил ему, сказав самые страшные слова, которые Бенни когда-либо слышал.

«Когда-то они были людьми».

Боже.

— Никс! — воскликнул он, ощутив подступающее чувство вины, зная, какую сильную боль причинит ей его смерть. И как разочарует, но он уже ничего не мог с этим поделать.

Зомби были совсем близко. Одна сплошная мешанина из мертвенно-бледных лиц в пяти метрах от него. Монстры приближались во тьме, и на их лицах не было злобы. Один лишь голод. Челюсти щелкали, а глаза были пусты, как окна заброшенных зданий.

— Никс, — снова произнес он, а мертвые подходили все ближе и ближе.

Каждое лицо, которое Бенни видел перед собой, выглядело… потерянным. Безучастным, лишенным всякой цели или надежды. Фермеры и солдаты, простые граждане, среди них даже затесался один юноша в смокинге. За спиной у него пошатывалась девушка в лохмотьях, оставшихся от платья, которое когда-то, судя по всему, было очень красивым. Из персикового шелка с кружевной окантовкой. Она и зомби в смокинге, похоже, были одного возраста с Бенни. Возможно, на год или на два старше. Подростки шли на школьный бал, когда миру пришел конец.

Бенни перевел взгляд на меч, который все еще сжимал в руке, и подумал о том, каково это — быть мертвым. Когда эти зомби убьют его, а потом сожрут, останется от него хоть что-то, чтобы восстать из мертвых? Присоединится ли он к их компании бродячих мертвецов? Он оглядел расщелину. Из этой ловушки не было выхода. Неужели он и все эти мертвецы навсегда останутся здесь, безмолвно стоя во мраке, пока годы не высушат их дотла?

Да.

Все произошло бы именно так, и Бенни ощутил, как сжалось его сердце. Беспомощность переполняла его душу, и на какое-то ужасающее мгновение он ощутил, как его руки разжались, отпуская меч, словно признавая свое поражение в схватке, которая так и не началась.

— Никс, — произнес он в последний раз.

А затем в его душе вспыхнула единственная крохотная искорка ярости. Она не развеяла сожаление и боль Бенни, она словно мгновенно поглотила их.

— Том! — завопил он. — Ты бросил меня! Ты должен был быть здесь. И прогнать этих монстров.

Но, несмотря на гнев, его голос прозвучал слабо. Словно он был гораздо моложе своих лет.

— Ты не должен был оставлять меня вот так. Слезы, словно шарики горячей ртути, катились по его щекам.

Мертвые добрались до него.

6

Внезапно тишину прорезал пронзительный тонкий вопль, полный ужаса.

Бенни резко поднял голову.

Зомби, чьи пальцы уже почти коснулись лица Бенни, тоже привлек этот крик.