Вспомнить все

– Не утопил. В услужение отдал. Ты слушай, слушай, да врать не мешай. А что правда, а что нет, потом сами разберетесь – на то вам и дали задание. Жена у него умерла пару зим назад, так и остался бобылем пока новую не привел. Откуда она. Кто она… Неясно. Но полюбил страстно, еще сильнее чем первую свою. Жили душа в душу с Дареной и Верку не обижал. Никому не рассказывал откуда невеста взялась. Да и она на разговоры не горазда была. Жили себе да жили, пока малую обижать не начали. Не взлюбила мачеха её. Тяжелую работу давала, кормила плохо. А потом видели, как отец Верку на снег зимой выкинул. Швырнул через забор, как котенка. Наказывал дюже. Тогда я и поняла, что неладно все. Но кто в чужую семью полезет? Это никому не дозволено в отношения чужие лезть. А потом пропала Верка и с концами. Мужики собрались на поиски, ходили днями и ночами да так и не нашли никого. Молчан с ними ходил (так отца зовут), страдал дюже, да не верил ему народ. Не пропадают дети у нас, розумеете? Умереть при родах могут, умереть от голода могут, кабан задерет на охоте – всяко бывает. Но чтобы пропало дитя без вести, просто так. Точно вам говорю, отец сам ее и отдал. Чтобы развлекаться с молодой женушкой не мешала.

Влад меня опередил и первый спросил.

– А ты это точно знаешь?

– Так я свечку им не держала. Но изменился он. Нелюдимый стал, только к ней добр был, к женке новой. Отдал он Верку, отдал мавкам. Видели девочку люди по ночам здесь у реки.

– А что они у реки по ночам делают?

– А я почем знаю? Ты тоже спрашиваешь. Спроси лучше как девочку спасти.

– И как же ее спасти?

– Убивцу уничтожить нужно, – стукнула бабулька кулаком по камню. – До Троицких свят Молчан должен умереть. Всё.

Меня аж холодом обдало. Не разбираясь, да так сразу убить. Что мы тати что ли? Но вот Влад думал иначе.

– Когда Троицкие? Я знаю, конечно. Но может у вас по-другому традиции или отсчет идет не так.

– Завтра. Три дня девки гуляют. Русалки и мавки на землю выходят. Осторожно, защекочут, если попадешься! Три дня будут праздники, а русалки неделю гулять будут. Вот тогда и Верку в Мавки окончательно примут. Не вернется она домой.

– А если отца убить, вернется что ли? – продолжил я сомневаться. – Она же утопленница. И куда она вернется? К мачехе? Что-то я логики не вижу.

– А ты не думай много, – рявкнул Влад. – А то опять будет перед глазами летать всякое. Предателя убьем – связь разорвем. И не утопленница она еще. Пошли, брат.

– Погоди, – сомневался я. – Девочка сказала разобраться, а не наотмашь бить. Давай разберемся, с семьей поговорим. Может ещё узнаем чего.

– И правда убивать днем как то плохо, – поддержала меня бабка, – Ночи дождитесь. Выманите Молчана к берегу и там того. Признание получите для надежности и решите вопрос.

– До какой ночи, – нервничал Влад. – А если не успеем? Троицкие свята завтра. В полночь срок выйдет, наверное. Не спасем девочку.

– Ну это я не знаю, – задумалась бабка, – Наверное ее не сразу посвящать будут. Может завтра, может послезавтра. Время есть. Празднуют русалки неделю, говорю же.

Влад засомневался, я видел это. Нужно было пользоваться моментом.

– Ты только представь брат. Врываешься в дом чужой. Бросаешься на хозяина с мечом. Он, конечно, сопротивляться будет и за топор схватится. Но ты его порубишь на куски. Прямо посреди белого дня. Посреди деревни. На глазах у жены молодой в куски изрубишь. Представил? Все палати в крови и воздух в женских криках. Ты басурманин что ли? Да тебя мужики на вилы подымут и забудут, о чем говорили.

– Да, – пробубнила Марфа, – тебе бы былины складать.

Я смутился.

– Играю на гуслях немного.

Друг стоял набыченный и мозгами шевелил. Забыл, что мозги в команде это я.

– И чего делать будем?

– На разведку идем. Далеко еще до рассвета.

* * *

– Не нравится мне это, – говорил Влад, пока мы подымались наверх. Бабулька осталась с коровой позади, про свое обещание помочь с жеванной одеждой забыла.

– Почему?

– Не знаю. Плохое предчувствие. Нужно выполнять задание Василия, да на Киев идти. Богатырями становиться. А эти с нежитью хитрости – не моё это. Давай сдадим труханы его, да следующее задание возьмем. Не хочу я никого убивать, прав ты. Нехорошо это.

Так ничего и не порешили нормально. Чуть не с кулаками разошлись. Влад забрал одежду, да к Василию повалил. А у меня были другие планы. Не могу я от принятого задания отступиться, почему-то. Жжет.

* * *

Посоветовала мне Марфа к волхву обратиться. Живет он на краю села, в грязной, на вид заброшенной, хижине. Как и все отшельники плюет на роскошь, да с богами разговаривает. Вон и статуя Перуна во дворе, сам сделал или наколдовал?

Старик во дворе сидел, костер палил. Костер небольшой, да плямя жаркое, ветки так и трещали. Волхв грибы и ягоды на палочку деревянную нанизал да над костром сушил. Тут вообще по всему двору всякого развешано. Грибы, коренья, прутики всякие, травы и даже бабочки с жуками.

– Чего хочешь? – грубо спросил он, когда мне опять в голову прилетело видением.

Задание выполнено! Получен опыт!

Не знаю, что это означает, но волхв посмотрел с неодобрением.

– Говорить будем или нет?

– Я к тебе пришел, – говорю, – и вот по какому делу…

– Говори.

Ну я ему и рассказал. Про девочку маленькую. Про задание полученное. Про Марфу. О портках умолчал, ибо к делу не относится. Рассказал про версию старухи и о том, что Отец девушку сдал мавкам. чтобы не мешала плотским утехам. Такая вот история.

– Брехня, – отмахнулся волхв и понюхал палочку с грибами, – Молодуха извела ребенка.

Тут я так и сел. Бабка-то говорила не так.

– Пришла эта Дарена. Ниоткуда появилась да в дверь к одинокому мужику постучалась. Не ко мне пришла, не к попу на той стороне деревни. Даже не к Марфе одинокой – пришла к мужику, вдовцу. Прижилась, постель сгорела, да так и осталась. Но не понравилась ей дочка охотника. Не сошлись они характерами, да и от конкурентки нужно было избавиться. Пошла Дарена в лес, набрала нужных трав речных и болотных – сделала микстуру. Напоила мужа на ночь, а утром дочки уже дома не было. А он сам и не помнит, что наделал.

– Ух ты! – говорю я. – Как же он не помнит, если сам её отвел?

– А кто сказал, что охотник это сделал? Это не он, ведьма ночью девочку взяла, да в воде утопила. Её убить нужно. В полночь девка ходит на реку встречаться с подружками, там и возьмешь её с другом богатырем. Только при лунном свете можно нечисть извести. Но может быть защитник у нечисти – осторожнее. Да и сами по себе мёртвые девицы опасные очень.

Разошелся колдун, руками жестикулировал. Убедить хотел. Долго говорили.

…

Убедил меня старик, да и согласен я – скорее пришедшая из ниоткуда девица изничтожит девочку, чем родной батько. Но нужно ещё что-то. Хоть мало мальское доказательство. Нужно с Владом поговорить. Подумал я так, да и отправился в дом к Василию. Попрощался с ведуном как положено, поклонился, за помощь поблагодарил и пошёл своей дорогой. Село пустовало. Не сидят мужики, не работают бабы во дворах, дети пробегают иногда, расшвыривая пыль, да и все.

Василий сидел во дворе и скучал в одиночестве.

– Друга ищешь?

– Да.

– Хорошо задание выполнили, молодцы. Только вижу характерами не сошлись. Своенравный он, гордый. Ты подумай, может в одного лучше будет.

– Разберемся, а где он?

Василий как будто обиделся на мой не самый вежливый ответ, но ничего не сказал. Помолчал немного, рисуя носком на земле круги, но не выдержал. В деревнях вообще сплетничать любят, когда не работают.

– К священнику побёг.

– Зачем?

– Я его послал. Федор знает, что с той девочкой случилось. Влад побежал поговорить.

– И что же там случилось?

– Жена его вернулась и дочь в болото забрала.

– Чего? – я чуть не сел – Его жена умерла, не?

– Умерла, да не совсем. В русалку она превратилась, да с мавками живёт. Вот только не понравилось ей, что муженек другую нашёл. Забрала девочку к себе.

– И как же спасти семью? – немного осипшим голосом спросил я.

– Да никак. Прокляты они. Девочка уже нежитью стала и к жизни не вернётся. За Молчаном и его женой тоже придут скоро. Не спасти их уже. Богатырей работа дальше, нежить уничтожать. Жалко нет ни одного рядом.

Я промолчал тактично, но был обижен. Как это нет богатырей? А Влад? Он мечом крутит над головой, как я пращей. Да мы таких монстров уничтожали, самого Турчиллу напугали. И оказывается ни одного богатыря рядом.

– Не обижайся, – юноша, – сказал старик, как будто мысли прочитал – не готовы вы ещё.

* * *

Я не помню как попрощался со стариком и как оказался на улице. Не готовы, как же. Да мы вдвоём таких тварей валили, которых изнеженные киевские богатыри и не видели никогда. Да нам бы «хила», то есть лекаря, и мага в команду мы бы всю армию Турчилы зачистили.

Прервал думы никто иной, как Влад. Он быстрым шагом чуть не бегом шёл навстречу и обрадовался, увидев меня, забыв про разногласия.

Обменялись крепким рукопожатием.

– Ну что церковник сказал?

Влад посмотрел на меня из под лоба и сообщил тихо-тихо:

– Сказал, что всю деревню нужно вырезать. Они ребёнка похитили.

Такого даже я не ожидал. Третья версия? Или какая?

– С чего он так решил? Всю деревню это чересчур уже.

Влад пожал плечами.

– Запуган поп сильно. Дрожит, из дома не выходит. Говорит, что нечисть это, она девочку загубила. Вся деревня тут из преисподней вылезла и назад не возвращается. Говорит, если ты богатырь, убей их и дома сожги.

– Всю деревню вырезать… Мы же не басурмане. Совсем с ума выжил церковник.

– Ага, – соглашается Влад. – Молчана нужно убить. Он девочку утопил.

– Да нет же. Дарена, ведьма, девочку русалкам отдала.

– Молчан..

– Василий мне сказал, что жинка Молчана вернулась и дочку с собой забрала.

Влад убрал руку с пояса, подальше от рукоятки меча к которой тянулся и почесал репу.

– Что-то я совсем запутался, брат.

– И я тоже.

– Мы парни простые, такие узелки нам не развязать.

– Это точно, – говорю, – пошли прямо к Молчану.

– Убить? – оживился и даже посветлел друг. Пришлось его немного приструнить.

– Нет. Пока поговорим только. Оценим ситуацию.

На том и порешили.

* * *

Хотели в таверну зайти по дороге. Изловили мальца за шиворот, но ничего похожего на питейное заведение в деревне не оказалось. Предпочитали местные напиваться по хатам, или на охоте – рыбалке.

– А где Молчан живет? – не отпускал Влад рыжего как солнце мальца. Тот отбивался и булькал что-то недружелюбное, но сообщил, что через три хаты охотник живет. А таверны нет, «пияки» “здеся” не приветствуются. Малец пнул Влада под колено и наконец убежал. А мы отправились в гости.

* * *

Изба у Молчана была ладная, красивая. Уже не полуземлянка, как в моей деревне, а нормальный такой деревянный сруб. Есть даже сени около метра шириной. Пристройку сделал охотник – не бедовал, жил ладно. Если бы ведьма не сгубила мужика.

– Благодать, – сказал с восхищением Влад, когда мы остановились у забора и потянул калитку. – Жить бы еще и жить мужику, зачем дочку загубил?

– Это кто кого загубил? – прогремел бас и из дверного проема вылез мужик. Ну не знаю какой из него охотник, но вот я Илью Муромца таким и представлял. Большой, широкоплечий, борода густая, косы черные, волнистые.

– Да вот слухи ходят, – громогласно объявил Влад и грудь колесом вошел во двор. – Плохие про тебя истории в деревне рассказывают.

– Эти наговорят, – мужик внимательно посмотрел на нас и решив что-то полез назад в сени. – Ну заходите, раз пришли.

Влад посмотрел на меня вопросительно, а я пожал плечами. Меня больше жена здоровяка интересовала, а её пока видно не было.

Молчан уже протиснулся внутрь и смотрел на нас вопросительно.