Я попал в ЛитРПГ-4. Рейд мертвецов

— Знаешь, брат, — наконец изрек похожий на гнома бородач, — я сказал, что за тебя горой. И от слов не отказываюсь. Надо — поеду с тобой хоть к черту на кулички.

— Исключено, — покачал головой. — Слишком низкий ранг. Лучше останься в Хаб-Харборе, покачайся и присмотри за девчатами. Понимаю их сомнения и зла не держу.

— Так ты уже все решил?

— Нет, — побарабанил пальцами и сжал губы, неотрывно глядя на текущую по глиняному боку струйку. — Не знаю.

— Ну, до рассвета есть время подумать. А пока давай хряпнем!

Улыбнулся и жестом подозвал разносчицу.

— А, давай.

Несмотря на солидную разницу в габаритах и опыте, Ермак захмелел после третьей пинты, а я сидел как на иголках и не мог перестать обдумывать видение. Пока товарищ делился забавными побасенками из сельской жизни и гоготал со своих же шуток, я прокручивал, процеживал и пропускал через кристально чистые мысли описанные картины грядущего. И что-то в них не давало покоя. Что-то, чего на них не изобразили, но имеющее непосредственное отношение к ним. Некая компиляция косвенных факторов, логическое умозаключение, истекающее из озвученных данных и зашифрованное в последовательности сменяющихся кадров.

— И Машка такая говорит: не починишь трактор — уйду к соседу! — гаркнул товарищ, багром вытащив из омута рассуждений. — И что бы ты думал? Ушла! Ха-ха-ха!

— Повтори, — попросил с чрезмерной жесткостью, и хвала всем богам, что воин не посчитал сказанное пьяным «наездом».

— Ну, Машка — соседка моя. Постоянно собачилась с мужем и...

— Не починишь трактор — уйду к соседу... — сказал я, нахмурившись до боли в переносице. — Котята-чертенята...

— Артур, ты куда?!

— На север.

Приятель не стал ничего уточнять и расспрашивать. Просто бросил вдогонку:

— Удачи.

Прохлада улицы сдула остатки хмеля. Я бежал со всех ног, не замечая ничего вокруг. Хира видела разрушенную Столицу как бы своими глазами. И видела глазами человека с фиолетовым фиалом. Можно предположить, что это — лишь совпадение. Но какова вероятность, что неведомая высшая сила, ниспославшая предупреждение об Апокалипсисе, случайно выбрала именно летающего демона из всего нечистого сонма? И так же случайно подселила «камеру наблюдателя» в демониста, а не в любой другой класс? И именно у этого поборника оказался разбит красный сосуд. Сосуд, отвечающий в том числе и за отношение с прислужником.

Не придешь — прощай. Если мы не отправимся в Анвиль вместе, то вскоре сойдемся — но уже по разные стороны баррикад. Возможно, все это — бред сумасшедшего. Возможно, Хире просто приснился дурной сон. Возможно, ничего такого в Железной крепости нет. Кто прав, кто виноват — неизвестно, но если отпущу Хиру одну, Апокалипсис уже не остановить.

Глава 2. Приплыли

Добежал до причала, когда небольшая каботажная шхуна уже подняла якорь и отдала швартовы. Прохладный вечерний ветер ударил в косые паруса, и ветхого вида посудина скользнул вдоль свай. А вместе с ним ускользали чисто гипотетическое спасение мира и вполне себе реальное будущее наших с Хирой отношений. Вот и пришлось пойти на отчаянные и небезопасные меры, но лучше немного пострадать, чем потерять самое дорогое.

На полном ходу разложил посох, вонзил острие в угол пирса и скакнул в сторону кораблика не хуже опытного прыгуна с шестом. Но даже этого маневра не хватило, чтобы добраться до цели — шлепнулся бы в воду и никто не стал бы подбирать, подумаешь — беда, сам до берега доплывет. Поэтому в верхней точке влил в колдовское оружие пару делений моджо и на импровизированном рокет-джампе приземлился на палубу.

Сказать, что матросы ошалели от такой наглости, значит промолчать. Все до единого выхватили кривые ножи, абордажные сабли, гарпуны и обступили «зайца» полукругом, недвусмысленно намекая, что лучше бы безбилетнику самому прыгнуть за борт, пока не помогли.

Поднял руки и с улыбкой постучал по браслету — золото есть, договоримся. И предложение сработало — впрочем, как и всегда, когда речь идет о больших деньгах и возможности стрясти еще больше за форс-мажорные, так сказать, обстоятельства.

— Кто таков? — прохрипел капитан с квартердека — пузатый, косматый, в потертом камзоле и с трубкой в гнилых зубах. Сущий пират, не хватает лишь деревянной ноги и попугая-матершинника. — Зачем пожаловал?

— Меня зовут Артур, — слегка поклонился, не опуская рук. — Я — поборник Света. Срочно надо в Анвиль по делам государственной важности.

— Хм... — старик облизнул потрескавшиеся губы. — В Анвиле нынче неспокойно.

— Нынче везде неспокойно, — произнес с уверенной вежливостью. — Но мы над этим работаем.

— Да-да... — мореход выдохнул колечко дыма и посмотрел сквозь него, как в глазок. — Ходят байки, кто-то из вашей братии пустил демонов в Эльфер. Тоже хотел порядок навести, но в чем-то напутал. Не слышал о таком?

— Слышал, — улыбка превратилась в кривую ухмылку. — Негодяй жестоко наказан.

— Это хорошо... А что за класс?

— Демонист, — отпираться бессмысленно — поймают на лжи и все пропало. Байки — они далеко, а вранье — рядом.

Моряки насторожились пуще прежнего — буквально слышал, как хрустят пальцы и скрипит кожа на рукоятках. Седые брови толстяка сошлись на переносице, орлиный взгляд пронзил насквозь. Если дело дойдет до драки — раскидаю всех как детей. Но мне не нужна драка, мне нужен корабль, а следующего ждать целые сутки.

— Тот парень вроде бы... а, плевать, — в подтверждение слов морской волк харкнул за борт и затянулся крепким табаком, от которого у меня свербело в носу, несмотря на расстояние и крепчающий бриз. — Поборник в пути пригодится. Особенно демонист. А то Зиз вон клялся и божился, что видел в трюме рогатую бабу с копытами и хвостом.

Команда заржала, а щуплый парнишка — судя по возрасту, юнга — стал таким же красным, как бандана на кучерявой голове.

— Это правда, клянусь! — рассерженный крик утонул в хохоте. — Стояла у пассажирской каюты и пыталась открыть когтем дверь. Я чуть ведро не выронил! Хотел уже на помощь звать, а бестия эта глянула алыми глазищами, улыбнулась — у меня аж дыхание сперло и ноги окаменели!

— Сдается, не только ноги, — хмыкнул капитан, и палуба затряслась от дружного гогота.

— Послушайте! — повысил голос, переключая внимание с парнишки на себя. — Что бы это ни было — бестия, привидение или просто морок — со всем разберусь. И щедро заплачу за самую лучшую каюту.

— А она у нас одна, — старик достал из кармана ключик. — Как раз там, по словам юнги, суккуба и спряталась. Ежели поймаете — велите Зиза на прощанье поцеловать, а то извелся совсем, только о ней и говорит.

— Но...

— Как прикажете, — посмотрел на стушевавшегося паренька и тряхнул головой — иди и не отсвечивай.

За все про все с меня содрали сотню золотых. Грабеж чистой воды, и капитан это знал. Но знал он и о моем безвыходном положении — если колдун прилетает на корабль верхом на посохе, вестимо, нужда действительно большая. А большая нужда и стоит соответственно. Торговаться и спорить не стал — не солидно, да и оплаты за заказ из Парамора хватало с избытком. Припечатав браслетом сургуч на векселе (наличку при себе не носил, пришлось по-быстрому оформить расписку в каюте капитана), получил заветный ключ и спустился на нижнюю палубу.

От забитого бочками и ящиками трюма ее отличали только развешанные в свободных местах гамаки и круглый стол перед кухонькой кока. Пушечного вооружения шхуна не имела, вот поборника и взяли почти без лишних слов — в случае чего боты могли рассчитывать исключительно на вмешательство игрока. «Номер-люкс» же располагался под лестницей, размерами и удобством соперничая с каморкой Поттера в доме Дурслей.

Нет, честно, у меня ванная комната больше. Приколоченная к стене и полу двухъярусная кровать занимала половину объема — хрен где развернешься. И все же Хире удалось каким-то чудом возникнуть аккурат за моей спиной, когда наклонился, проверяя матрас и одеяло на вшивость.

— Ну надо же, — демоница скрестила руки и привалилась спиной к двери, всем своим видом выражая крайнюю степень презрения. — Можно вопрос?

— Конечно, — встал в ту же позу, с вызовом уставившись на подругу.

— Ты пришел за моей идеей... или моей юбкой?

— У тебя нет юбки...

Щелчок пальцев — и коротенькие шорты «перетекли» в еще более короткую кожаную мини, в каких обычно выплясывают бразильские стриптизерши.

— Теперь есть. И в зависимости от твоих слов она или останется на мне, или улетит в угол, а следом — трусики и все остальное.

— Послушай, я...

— Юбка, — девушка протянула левую ладонь. — Идея, — протянула правую и покачала, как весы, изогнув бровь. — Мир или вражда. Страсть или целибат. Правда или корыстный умысел.

— Хира... — сглотнул и попытался поднять взгляд, но глаза будто притянули тросами к полуобнаженным бедрам прислужницы — крепким, округлым и слепленным по идеальному лекалу недосягаемой для живой женщины красоты. — У нас говорят: доверяй, но проверяй. В Ириноре нет никого, кому бы я верил больше, чем тебе. Но и во внезапные пророчества и предсказания верить не привык. Пусть этот мир — не совсем реальность, пусть здесь всюду магия и прочая мистика, но... Я допускаю вероятность, понимаешь? Поэтому и еду с тобой в Анвиль. Чтобы узнать все наверняка. Доверяю, чтобы проверить.

Суккуба долго смотрела исподлобья, не шевеля ни одним мускулом. На побледневшем лице не проступило ни единой эмоции — покер-фейс чемпиона, нечитабельная маска для самого опытного психолога. Возможно, прямо сейчас этим психологом была Хира, наблюдая за пульсом на яремной вене (стучит, как отбойник), капельками пота (весь взмок), дыханием (как после забега) и мимикой (о спокойствии собеседницы не мог и мечтать). И пусть все факторы играли на руку рогатому детектору лжи, смиренно ждал приговора, понимая, что любое слово прозвучит как оправдание, либо попытка замаскировать вранье. Словно оказался на экзамене, когда паршиво выучил билет и сыплешь на преподавателя все, что вспомнил, вместо прямого и четкого ответа. Ведь правда не требует долгих и расплывчатых обоснований — так значит так.

— Что же... — демоница расслабилась. — Похоже, не увиливаешь. Но я все равно зла на тебя, Артур. И хочу сделать с тобой очень многое, но определенно не то, чему ты обрадуешься. Быть может, после крепкого и здорового сна все изменится. Может, отдохнув и успокоившись, захочу чего-нибудь еще... Поэтому в твоих же интересах не приставать раньше времени. Договорились?

— Да, — сказал, чувствуя небывало облегчение, словно прошел мимо шайки пьяной гопоты и никто не окликнул.

— Славно, — она прошла мимо и как бы невзначай скользнула хвостом по ноге. — Вторая койка — моя. Предпочитаю сверху.

С ловкостью кошки подруга взобралась на ярус и натянула куцее одеяльце до подбородка. Но прежде чем легла, заметил, как на теле сама собой исчезает одежда.

— Спокойной ночи, — проворчала бестия. — Сладких снов.

— Ты при...

— Нет.

— Ясно. Спокойной.

Устроился снизу, не раздеваясь, сцепил пальцы на затылке и уставился в дощатый «потолок». Несмотря на качку, кровать не скрипнула, не шелохнулась — оно и понятно, на всех кораблях мебель намертво приколачивают. Лишь колдовской свет в стеклянном шаре на цепи покачивался над головой, наполняя комнату пляской теней. Несмотря на гипнотический эффект, усиленный мерным стуком волн в борта и скрипом мачт, сон вообще не шел.

И причина тому — одинокий маяк среди холщового, поеденного молью моря. Долгожданная мечта снова выпорхнула из рук, хотя казалось бы — ну сколько еще ждать? Столько пережито, вытерплено, свершено — неужели не заслужил хотя бы дня отдыха вместе с любимой девушкой? И вот те раз. Новая причуда, новое странствие, новая ссора (пусть и небольшая) — и вожделенное соитие перенеслось на неопределенный срок. Прокляли меня, что ли?

— А-а-х... — тихонько раздалось над головой. — М-м-м...

Вскочил, чуть не ударившись лбом, сжал посох (тот, что стоял в углу) и огляделся в поисках неведомой угрозы. Но никакое чудище не просочилось сквозь доски, никакой дух не тревожил покой спутницы, а сама она мирно спала, свесив с койки хвост. Но как показало дальнейшее наблюдение, странные (и все всякого сомнения томные) стоны — не кошмар, не болезнь, а всего-навсего... храп. Именно такие звуки издавала суккуба вместо привычных всем обычным людям. Потрогал ее за плечо — Хира поморщилась и рывком перевернулась на бок, сорвав одеяло со спины и всего, что ниже.

Оставалось только поджать губу, вскинуть брови и с удивлением смотреть на задницу, ради которой любая фитоняшка удавилась бы скакалкой. И хотя чуть выше колен начинались похожие на гольфы темные пластины, плавно переходящие в копыта, обнаженное тело манило с такой силой, что браслет завибрировал, аки ведьмачий медальон у пещеры с тварями.

Но чего зря пялиться, если скоро удастся досыта отведать дьявольских прелестей. Зажмурился, досчитал до десяти и вернулся в постель. Несмотря на распирающее до треска напряжение, дрема мало-помалу туманила разум. Глубоко вдохнув, приготовился утонуть в кромешной тьме, как вдруг кровать отчаянно скрипнула — демоница спрыгнула на пол, а миг спустя заползла под одеяло — мое.

— Холодно... — виновато шепнула, не размыкая век. — Погреюсь... немного.

Это — не вопрос и не просьба. Это — постановка перед фактом. Суккуба не собиралась уточнять, удобно ли мне, ничего ли не мешает, не давит, а просто взяла и забралась туда, где потеплее. А если учесть, что койка чуть более широкая, чем гроб, то давило и мешало очень и очень многое. Например то, что Хира навалилась всем телом и по привычке закинула на меня ногу, превратив маяк в Пизанскую башню. Но это — полбеды. Это еще потерпим. Но когда засранка принялась «храпеть» прямо в ухо — тут бы и камень не выдержал.

От греха подальше выбрался из-под пресса, накрыл двумя одеялами и перебрался наверх. Ну и пусть от озноба зубы стучат — зато нигде ничего не торчит и не отвлекает от сна. Сердце сбавило темп, дыхание замедлилось (в измотанном мозгу мелькнула мысль — не анабиоз ли часом?), а долгожданное забытье потянуло сознание на непроглядное дно.

Не знаю, сколько удалось поспать, пока мощная волна не долбанула в борт и не устроила на шхуне небольшое «землетрясение». Хира с испугу подскочила, раздался подозрительный треск, а в спину вонзилось что-то острое. От неожиданности дернулся, не удержался и плашмя грохнулся с яруса. Жуткая боль обожгла легкие и вынудила согнуться калачиком, но стоило скосить глаза, как на смену мукам пришел гомерический хохот. То еще удовольствие, когда от души долбанулся хребтом и ребрами.

И все равно смеялся сквозь адскую пытку, глядя на прислужницу, чьи рога насквозь пробили доски в палец толщиной и намертво застряли. Теперь обнаженная демоница силилась вытащить их из западни, но как ни хваталась, как ни напрягалась, так и не сумела освободиться — кровать, как уже говорил, сколотили на совесть.

— Хватит ржать! — прорычала подруга. — Помоги!

— Ты же сильная, — кое-как встал и сел рядышком. — Проломи настил и все.

— Я тебе лучше башку проломлю! — при каждом движении крепкая спортивная грудь с пятачками темных ареол соблазнительно колыхалась из стороны в сторону. — Только вчера рога отполировала! Хочешь, чтобы все облезло? Вытаскивай, давай!

Встал и осмотрел пробой. Из древесины торчали самые кончики — не длиннее фаланги мизинца, но выглядели так, словно не вонзились, а вросли в доски.

— Можно взять молоток и выстучать...

— Дурь из тыквы себе выстучи! — огрызнулись снизу.

— Ладно, — вздохнул, судорожно прокручивая варианты, — попробую иначе.

Пристроился со спины, чтобы не действовать и без того взбешенной леди на нервы, положил ладони на макушку промеж рогов и надавил.

— Ай! — вместо благодарности Хира врезала локтем в саднящий бок. — Осторожнее, дурак!

— Какие мы нежные...

— Все из-за тебя!

— А я тут при чем?

— А надо было сразу одеяло отдать! И не пришлось бы лезть в твою конуру.

— Я уже говорил, что ты очень добрая, чуткая и ни разу не эгоистка?

— Я уже говорила, что тебе лучше не пытаться шутить?

Пересел спереди, взялся за рога и аккуратно потянул всем весом. Доски едва слышно скрипнули, голова страдалицы качнулось, и когда до успеха оставались считанные мгновенья, неблагодарная свинота врезала кулаком в живот и злобно оттолкнула.

— Да что опять не так?!

— Не тыкай в меня своим стручком!

Как оказалось, из-за близости, обнаженности и постанывая пизанская башня вопреки воле хозяина вновь превратилась в маяк. И просить бестию одеться даже в шубу бессмысленно — впечатлений слишком много и все чересчур яркие. Зато можно приказать ей кое-что иное...

— Млять! — со всей силы хлопнул себя по лбу. — Какой же я идиот.

— Дошло как до жирафа, — фыркнула спутница. — Впрочем, чего еще ждать от такого придур...

— Изыди!

Суккуба исчезла, разметав постельное белье по каюте.

— Арграхира!

Девушка возникла предо мной в том же виде, в каком испарилась, и первым делом принялась ощупывать и оглаживать рога. А я просто сидел и любовался зрелищем — как ни крути, заслужил. Во всей суматохе совсем позабыл про заклинание отзыва-призыва, и хвала всем богам, что обошлось без столярных работ и прочих извращений. И как оказалось, к награде за смекалистость полагался увесистый бонус — убедившись, что с драгоценными отростками все в порядке, Хира схватила за руку, обняла и одарила столь долгим жарким поцелуем, что маяк едва не превратился в вулкан. От неизбежного извержения уберег бешеный стук в дверь и знакомый голос:

— Мастер Артур! Мастер Артур!! Пираты!!

— Возвращайся скорее, — демоница села на кровать и широко расставила копыта, прикрыв промежность скрещенными запястьями.

— Иду! — крикнул юнге. — Бегом на палубу!