Между прочим, это характерно для всех без исключения строительных объектов – и для ТЭЦ № 2, и для магниевого завода, и для калийного комбината. Везде и всюду наблюдается одна и та же картина:
1. Распыление сил и средств.
2. Масса незавершенных работ – тут копнут, там копнут, тут бросят, там бросят.
3. Создание многочисленных неурядиц и диспропорций, создающих неразбериху.
4. Лишение людей возможности работать в полную меру сил – низкие заработки, недовольства, чудовищная текучесть рабочей силы.
Мне помнится, что в первую пятилетку такое называли вредительством, которое организовала Промпартия1). Почему же сейчас, когда у нас имеются богатый опыт, масса механизмов, достаточное количество кадров, стахановское движение, сие называется очень деликатно – срыв сроков, недостатки и т. д. Вряд ли эта мягкосердечность нужна, когда речь идет о строительстве объектов военно-стратегического значения, о выполнении прямых указаний товарища Сталина. Или мы думаем обуздать англо-американских поджигателей войны газетной шумихой?
Но самое страшное состоит в том, что в тресте «Севуралтяжстрой» существовало и существует варварское, антисоветское отношение к людям. Им не дают работу, а потом пачками, особенно молодежь, отдают под суд. Предлагаю маленький, но весьма характерный документ – заявление заместителя секретаря комитета ВЛКСМ т. Кудрявцевой о судьбе комсомолки Тихоновой, которая попробовала восстать против безобразий, потребовала работы. Кстати, с комсомолкой расправился Синельников, по вине которого много раз сорвана постройка цеха родоминов.
Не менее характерна и судьба рабкора Григория Рудницкого – слесаря с 3-го участка (Калийный комбинат). Рудницкий – слесарь 6-го разряда. Он полтора года работал чинно и спокойно – был профсоюзным организатором, уполномоченным постройкома по охране труда.
И стоило ему несколько раз выступить с критическими замечаниями в газете, как отношение к нему резко изменилось – ему начали угрожать, его начали необоснованно наказывать, лишать законных премиальных надбавок. В защиту Рудницкого три раза выступала газета «Березниковский рабочий», даже «Звезда», и ничего не помогло, дело дошло до явных издевательств. Уже после всех выступлений в газетах Рудницкому вечером поручили одному собрать скреперную лебедку. Требовалось поднять одному груз в 300 кг на высоту одного метра. Ясно, что Рудницкий при всем желании не мог выполнить такую работу. Ему объявили строгий выговор. Человек, видя, что его никто не поддерживает, вынужден был подать заявление об уходе с работы. И никого этот факт не заинтересовал, не возмутил.
В механическом цехе этого участка, где работал Рудницкий, невыносимая обстановка. Некто Титков, возглавлявший цех, а сейчас, как говорится, в снятом виде, фактически руководит им, неоднократно говорил рабочим: «Я посажу вас всех». Как показывают факты, эти угрозы претворяются в жизнь.
Мотористку т. Шелуденко – вдову погибшего воина, мать троих детей – Титков не раз обругал матом. Женщина горючими слезами ревет: за что же с нею так обращаются?
Люди бегут из цеха – нечем работать. Слесари Заржевский и Бондарев пошли разнорабочими. Стенгазеты нет. Массово-политической работы нет. У людей тяжелое настроение. Они ждут принятия самых срочных мер.
Горком партии и его секретарь тов. Семенова занимает совершенно неправильную линию по отношению к фактам зажима критики в тресте «Севуралтяжстрой» и на других участках.
В защиту мастера завода силикатного кирпича Волостнова, который первым выступил против явного вредительства и пострадал за это, в январе с/г выступила «Звезда». Это выступление формально признали правильным, но зато Волостнова зачислили в разряд плохих. «Кому верите?» – это излюбленный способ зажима критики в Березниках.
После этого городская газета опубликовала серьезные письма мастера кровельного дела Мажухина и бухгалтера ОРСа Зариповой. Их выступления остались без внимания. И опять же люди оказались плохими: кому верите?
На азотно-туковом заводе выступил с критикой кадровый рабочий – высококвалифицированный слесарь Генералов – его замордовали, сделали плохим.
Выступил секретарь парторганизации цеха очистки инженер Бухалов – его также мордуют и делают плохим.
Выступил секретарь цеховой парторганизации генераторного цеха Протасов – и его охаивают на все лады.
Раньше всех попробовал критиковать секретарь парторганизации ОРСа Кузнецов (он деятельно разоблачал Дугадко) – его сделали плохим и загнали к черту на кулички, хотя он во время войны был крупным политработником в армии.
Попробовал критиковать секретарь парторганизации спец. РУ № 22 Лоскутов – и его охаяли, добились снятия с секретарей.
Еще в июне 1948 года городская газета «Березниковский рабочий» выступила со статьей «Как же вы низко пали, Григорий Баландин». Городской прокурор Булошников выгородил основных виновников и запрятал в тюрьму невинного человека – бывшего фронтовика, отца семьи. Прилагаю письмо, полученное мною уже из места заключения. Это письмо, несомненно, достойно внимания.
Прокурор Булошников при молчаливом согласии горкома партии с давних пор проводит антипартийную, антисоветскую линию в каратель ной политике – он пачками садит в тюрьму молодежь, невинных советских людей, выгораживая крупных воров и явных проходимцев, вроде Ночевко (бывший директор подсобного хозяйства АТЗ), Дугадко (уже известная всем личность), Калинина (прохвост из прохвостов), Акулова (бывший директор спец. РУ № 22) и т. д.
Какой вывод напрашивается?
1. В Березниках до и после постановления ЦК ВКП(б) люди преследуются за критику, охаиваются клеветническим способом, искусственно порочатся политически.
2. Здесь вошло в моду порочить честных людей и покрывать прохвостов.
3. Трест «Севуралтяжстрой» стал одним из рассадников крупных политических недовольств тысяч людей, которые приезжают сюда со всех концов СССР и уезжают отсюда также во все концы страны.
4. Городская прокуратура превратилась в инструмент антисоветской карательной политики.
Обкому партии есть смысл поглубже вникнуть в дела одной из крупнейших и важнейших партийных организаций области, чтобы до конца понять: а что же такое хмелевщина?
1)
Сфабрикованная ОГПУ по заданию политического руководства страны инженерная организация, готовящая в сотрудничестве с иностранным капиталом антисоветскую интервенцию стран бывшей Антанты, в первую очередь Франции. Инженеров обвинили во вредительстве. На показательном процессе 1930 г. обвиняемые дали признательные показания. Расстрел по отношению к ним не применялся. Назначенный «вождем партии» Рамзин был освобожден от наказания, награжден Сталинской премией (cм.: Судебный процесс «Промпартии» 1930 г.: подготовка, проведение, итоги: в 2 кн. / под ред. С.А. Красильникова. М.: РОССПЭН, 2016–2017).