Клятва чести (ЛП)

— Да. Нам всем было.

— Я видела список команды. — Уэс были предоставлены досье на всех членов команды — три документа, три медсестры, три ООПТ. Не большая группа, учитывая, что они покрывали клинику для сотрудников, посетителей и гостей Белого дома, наблюдали за повседневной и неотложной помощью для семей президента и вице-президента и сопровождали президента во всех запланированных и OTR поездках. — Это делается для довольно интенсивного планирования.

— Это может стать беспокойством.

— Мы можем вытащить персонал из Bethesda, если нам нужно?

Питер слегка переместился и встретился с ней взглядом.

— Вы можете делать практически всё, что захотите, капитан. Это ваше шоу.

Она искала в его глазах обиды, сопротивления или вызов. Ему было лет тридцать с небольшим, ростом примерно с неё, он был чисто выбрит и имел волнистую форму, одет в тёмно-синий костюм, простую бледно-голубую рубашку и тонкий чёрный галстук. Его прямые блестящие тёмные волосы были точно разделены на правой стороне, и густая чёлка падала ему на лоб. Его глаза были шоколадно-коричневыми, устойчивыми и спокойными. Неуверенный, составленный, с намёком на сдержанность — он её не знал, и теперь она была его боссом. Ей понадобилось бы его сотрудничество, если не помощь, чтобы переход прошёл гладко и чтобы команда продолжала функционировать с максимальной эффективностью. Слишком многое поставлено на карту для чего-то меньшего. Воспользовавшись шансом, что профессионализм превзойдёт личные проблемы, она обнажила свой живот.

— Перед кем я отвечаю неофициально?

Парень, работу которого она, вероятно, взяла, улыбнулся.

— Почти никем, кроме главы администрации президента. Люсинда Уошберн ведёт свой график, а это значит, что она управляет практически всем. Если вам нужно что-то, что влияет на президента, спросите её. Следующим в очереди стоит глава его личной защиты, Том Тёрнер. — Питер осмотрел комнату. — Он где-то здесь — высокий, худой афроамериканец, лет сорока. Он предоставит наши еженедельные маршруты и общие задания, обновляемые каждое утро на брифинге.

При упоминании о секретной службе Уэс подумала об агенте Дэниелс. Она поразила Уэс как немного юмористически и в нескольких шагах от недружественности — во многом, как некоторые из военной полиции, которую она знала. Может быть, это была просто профессиональная черта в закрытых группах с небольшим вниманием к посторонним.

— Где именно мы попадаем в командную цепочку?

Питер помахал рукой.

— Мы должны тесно сотрудничать с секретной службой, потому что когда двигается он, двигаются они, и мы идём с ними.

— Отдельно, но одинаково?

Он пожал плечами.

— Это не совсем то, как они это видят, но технически да. Если ситуация влияет на его физическую безопасность, они несут пули. Если это связано с его медицинской безопасностью, делаем мы.

— А если мы не согласны?

Он улыбнулся на секунду.

— Зависит от того, у кого самый большой лай.

— Или кусание?

— Это тоже.

Уэс внутренне вздохнула. Она ненавидела политику. Чем, чёрт возьми, она думала?

* * *

Эвин прошла по веранде к задней части дома, где они установили свой командный пункт. После четырёх часов на ветру и холоде она была готова выпить чашку кофе или десять. Она понятия не имела, как долго они будут торчать здесь, нигде в заднице, но она была почти уверена, что снова будет снаружи, прежде чем они уйдут. Время отъезда было изменчивым, в зависимости от того, как долго продолжались послеродственные празднования. Это не имело большого значения для неё. Кроме того, что она была на улице в чертовском холоде, ей было всё равно, как долго она работает.

Чем больше она работала, тем больше работала сверхурочно и тем меньше свободного времени ей приходилось выяснять, как заполнять её до следующей смены. Только так было много общения после работы, которое она могла сделать с другими участниками деталей, только так много фильмов, которые она могла смотреть, гремя вокруг своей квартиры в Александрии, и только столько клубов, которые она могла взять в поисках нескольких часов. Компания. В последнее время было всё меньше и меньше последней утечки. Иногда усилия не окупаются. Она наслаждалась физическим ожиданием, когда одевалась, чтобы выйти и поехать в тот или иной клуб DC.

Покалывание в животе, пока она проводила несколько часов, выпивая и осматривая комнату, не отвлекало её разум. Всё, что вызывало у неё всплеск адреналина, чувствовало себя хорошо, и было трудно жаловаться на секс каким-либо образом, но всё больше и больше, когда ночь заканчивалась, и она ехала домой одна, оставив какого-то тёмного незнакомца возле стойки в ноль тридцать, она чувствовала недовольство. Может быть, физической насыщенности, но с ворчливым чувством того, что она надеялась найти, у неё не было.

Поэтому в те более и более частые ночи, когда она была в беспорядке, лучшее, что могло бы произойти, — это текст, сообщающий ей, что дежурный состав снова изменился, и она должна была сообщить о дополнительной смене, или POTUS решил выбрать Ранний забег, и им нужно было больше тел, чтобы пойти с ним. Она никогда не возражала. Несколько её поддерживающих агентов были женаты, и они кричали и ворчали о частых изменениях в ротации, хотя не так громко кто-нибудь наверху мог их услышать. В конце концов, у них была главная деталь защиты. Что может быть важнее защиты POTUS?

Некоторые из них пытались жить нормальной жизнью в нерабочее время.

Она не была одной из них и никогда не ожидала. Ей всегда хотелось делать именно то, что она делала — она ​​жаждала стресса, проблем и удовлетворения своей работой. За исключением чертовского холода.

Кивнув агенту, сгрудившемуся в плаще на крыльце действительно классного дома, она топнула ногами по палубе, чтобы очистить снег от своих ботинок, и протолкнула дверь в большую кухню, которая занимала половину задней части дома. Вокруг суетились официанты, официантки и водители, заменяя наполовину пустые бокалы для шампанского на полные, вытаскивая подносы с горячими закусками из духовки и выдвигая холодные канапе из холодильника.

Огромная кофейная урна стояла на буфете, рядом с которой стояла стопка чего-то, похожего на частные фарфоровые чашки. Она ни за что не пила из одного из них. Она взяла одну из бумажных чашек на вынос, отодвинутую под один из шкафчиков, и наполнила её до краёв горячим чёрным кофе. Осторожно пробираясь по персоналу церемонии, она прошла через дверь в столовую, где несколько агентов смотрели видеопотоки с внешних камер, смотрели компьютерные мониторы, показывающие спутниковые изображения, расположенные наверху, и обслуживали радиоцентр COM.

Несколько приветствовали её, и она щёлкнула пальцем в их направлении.

Она сбросила пальто, спрятала его в шкаф в дальнем конце комнаты и пошла по коридору к шумному празднику. Кофе был горячим и крепким, и она с благодарностью потягивала его. Пальцы её рук и ног начали нагреваться. Может быть, после декабря всё-таки была жизнь. Она остановилась в арке с видом на большую комнату и автоматически осмотрела пространство в поисках других агентов. Найдя их стратегически размещёнными по периметру, и убедившись, что всё было так, как должно быть, она прислонилась плечом к арке и расслабилась. Она знала всех на собрании, лично, в лицо или просматривая список гостей на утреннем брифинге. Единственным неуместным человеком была женщина, стоявшая прямо напротив неё. Капитан Уэсли Мастерс. Эвин бы заметила её при любых обстоятельствах, а кто бы не заметил? Её лицо было поразительным сочетанием изящных углов и широких плоскостей, её ярко-зелёные глаза, её тренированное тело в безупречной униформе. Униформа действительно мала, что для неё сделали, так как она была окружена людьми, носящими её всё время, но в то же время Мастерс выглядела хорошо в ней. Очень хорошо. Постные бёдра, средняя грудь, узкая талия и чуть более широкие плечи. Эвин не нужно было усердно работать, чтобы вызвать в воображении фантазию, когда она обвивает ноги вокруг этих обтягивающих бёдер и скручивает руки в этих толстых, поцелованных солнцем локонах. Мгновенно она изгнала изображение. Мастерс не была фантастическим материалом. Она была слишком реальной и, вероятно, собиралась испытывать боль в заднице. POTUS собирался начать свою кампанию переизбрания, которая означала постоянные поездки, безумные часы, непредсказуемые изменения в маршруте и очень реальные угрозы на каждой остановке.

Это было время игры, и никто, включая зелёного медицинского офицера через комнату, не собирался позволить себе роскошь времени, чтобы приспособиться к новым обстоятельствам.

«Мастерс должна была бы взяться за дело, и, надеюсь, она сможет поглотить всё, что ей нужно было знать в рекордно короткие сроки».

— Вы уже встретили нового шефа WHMU? — спросил рядом с ней грохочущий голос.

Она повернулась к Тому Тёрнеру, её боссу и главе PPD.

— Увидела её, когда она вошла. Сюрприз, удивление.

Том вздрогнул.

— Вы знаете, как оно есть. Принимаются решения, люди забывают поделиться.

— Ага. — Политика — та же старая Б.С. — Как-то спешно просто бросить её, не так ли? У нас даже не было инструктажа.

— Я уверен, что другие члены её команды проинформируют её о медицинском конце, — продолжил Том.

Эвин глотнула кофе, наблюдая, как Мастерс отошла от Пита, пока она не стояла одна с краю толпы. Её лицо было спокойным, на самом деле нечитаемым, поскольку она тщательно сосредоточилась на первом человеке в толпе, а затем на другом, как будто она запоминала их лица. Возможно, она была.

— Она никогда раньше не работала с деталями безопасности, — сказал Том. — Ей понадобится идеологическая обработка.

— И чертовски быстро, — рассеянно сказала Эвин, очарованная интенсивным, поглощённым выражением лица Мастерс. Фантазия в её голове сменилась с горячего анонимного тела, прижимающегося между её бёдер, на проблеск очаровательно красивого лица, склонившегося над ней, с жёсткой концентрацией в её зелёных глазах. Она представила, каково это быть в фокусе всей этой интенсивности, и что-то затрепетало под её грудной клеткой. Её сердцебиение подскочило и забилось. Отведя взгляд от капитана военно-морского флота, она попыталась уловить последние слова Тома. Неудачно. — Мне сожалеть?

— Я назначаю вас её подразделением связи.

Эвин напряглась.

— Мне сожалеть? Мне?

— Ей понадобится базовое обучение, чтобы узнать, как работает подразделение, как мы общаемся, протоколы для различных угроз, и, очевидно, нам нужно оценить, как она собирается обрабатывать различные виды медицинских угроз и чрезвычайных ситуаций.

— И вы ожидаете, что я сделаю всё это?

Том улыбнулся.

— Вы не жалуетесь на неделю или около того из регулярной ротации? Должно быть хламом.

Эвин посмотрела на Уэс Мастерс, которая больше не смотрела на толпу.

Она смотрела прямо на Эвин, выражение её лица оценивающее, задумчивое, непостижимое. Трепетание в животе Эвин превратилось в сильный тревожный импульс возбуждения. Что за чёрт? Она чувствовала себя жертвой, а не хищником, определённой сменой ролей, а не удобной. Она удержала взгляд Мастерс и отбросила немного собственного тепла. Мастерс улыбнулась, слегка покачала головой и отвернулась. В тот момент, когда Мастерс перестала её изучать, Эвин захотела взглянуть на её зелёные глаза.

Её кожа сгорела от одного взгляда. Она не будет пытаться представить, что с ней сделает настоящее прикосновение — пока она не была на публике. Эта маленькая фантазия должна была подождать.

Глава четвёртая

— Капитан Мастерс. — Рядом с Уэсли появилась глава администрации президента, внушительная рыжеволосая женщина лет пятидесяти, одетая в тёмно-зелёный костюм Версаче.

— Мисс Уошберн, — ответила Уэс, протягивая руку. Из комнаты, полной силовых игроков, эта женщина, казалось, была окружена аурой командования, подобающей четырёхзвёздному генералу. Уэс сопротивлялась желанию привлечь внимание. — Приятно познакомиться.

— Точно так же. Я рада, что вы смогли присоединиться к нам сегодня.

— Это честь. — Уэс было приказано присутствовать, но это было очень особенное событие, и она была удостоена чести засвидетельствовать это.

— Я понимаю, что мы погружаем вас в глубокий конец, с очень небольшим уведомлением, но обстоятельства, какими бы они ни были, не оставили выбора. Президент очень скоро будет очень много путешествовать, и мы должны полностью укомплектовать штат Белого дома и обеспечить максимальную эффективность. — Люсинда отпила из стакана газированной воды и пристально посмотрела на Уэс.

Принимая её меры.

— Я сделаю всё возможное, чтобы набрать скорость как можно быстрее.

— Несомненно. Том Тёрнер, специальный агент, отвечающий за безопасность президента, обсудит вопросы взаимодействия с вашим подразделением.

— Я с нетерпением жду этого. У меня всё ещё есть разрешение на собеседование, но я планировала доложить о дежурстве, как только оно будет завершено.

— На самом деле, — сказала Люсинда, — я могу ускорить это. Чем раньше вы официально примете свой пост, тем быстрее мы сможем обеспечить плавный и быстрый переход. Вы уехали?

— Да, — сказала Уэс, неясно о срочности перехода, но узнала приказ, когда услышала его. — Я прилетела и арендовала автомобиль.

— Отлично. У нас будет один из сотрудников отвезти его обратно. Вы вернётесь с нами на морской пехоте.

— Сегодня? — Уэсли не удалось скрыть удивление в её голосе.

Она не упаковала вещи для длительной поездки, хотя она взяла с собой свою обычную форму для полёта обратно в Мэриленд на следующее утро. Люсинда улыбнулась.

— Сегодня днём, сегодня вечером, когда Орёл решит вернуться на базу. Проблема?

— Вовсе нет, — быстро сказала Уэс.

Ей просто нужно найти отель в Вашингтоне. Детали, с которыми она разберётся утром.

— До тех пор, наслаждайтесь. — Кивнув, Люсинда повернулась к человеку, который терпеливо ждал поблизости, чтобы поговорить с ней.

Она приветствовала его по имени и отошла, оставив Уэсли снова одну. Уэс обыскала противоположную сторону комнаты, где в последний раз видела агента Дэниелс.

«Она ушла», — отметила Уэс, с приступом разочарования, которого она не могла объяснить больше, чем она могла объяснить краткий и смущающий взгляд, которым они поделились несколько мгновений назад.

Она наблюдала за гостями, искала ключи к верности и иерархии, изучала людей так, как она будет изучать карту для предстоящей кампании. Это были игроки на новом этапе её жизни, и ей нужно было знать, где она подходит.

Когда она впервые заметила агента Секретной службы, Дэниелс разговаривала с другим агентом, язык её тела где-то между раздражённостью и нервозностью. Она не могла слышать их разговор, но из того, что она могла почерпнуть из выражения Дэниелс и напряжения в её теле, Дэниелс была чем-то недовольна. Пока она наблюдала за ней, Дэниелс сосредоточилась на ней, как будто она чувствовала внимание Уэсли. Дэниелс, очевидно, знала, что Уэс изучала её, и бросила на неё дерзкий взгляд, в котором был намёк на приглашение, что застало Уэсли врасплох. Уэс видела взгляд раз или два, но никогда в этом контексте. Забыв скрыть свою реакцию, она смело улыбнулась и отклонила очевидное приглашение прийти и узнать больше, если бы она посмела. Она не была трусихой, но не настолько глупой, чтобы спешить туда, куда боялись ступать ангелы. Агент Дэниелс была прекрасной загадкой, которую она планировала оставить в безопасности. Музыка сменилась на вальс, и дочь президента с супругой подошли к танцполу. Другие гости присоединились к ним. Чувствуя себя явно не на своём месте, Уэс пробралась к ближайшему выходу и отступила в пустынный зал в поисках тихого места, чтобы договориться о поездке в округ Колумбия.

* * *

Блэр поставила пустой бокал с шампанским на поднос мимолётного официанта и обернулась, увидев, что Кэм наблюдает за ней. Взгляд в глазах Кэмерон был созерцательным, тёмным и серьёзным. Блэр прошла сквозь толпу и схватила Кэмерон за руку.

— Потанцуй со мной.

Кэм улыбнулась.

— Я бы с радостью.

Они нашли тихий угол, и Блэр обняла Кэмерон за шею, уткнувшись лицом в изгиб плеча Кэмерон. Она поместила своё тело к длинному, плотному телу Кэм, как она это делала тысячи раз, и удивилась, что ощущение всё ещё может быть таким новым и захватывающим. И сегодня очень, очень верно.

— Я люблю тебя.

Кэмерон коснулась ртом виска Блэр.

— Я тоже тебя люблю. Сегодня, может быть, больше, чем когда-либо, и я никогда бы не подумала, что это возможно.

Слёзы навернулись на глаза Блэр, и с кем бы то ни было, она бы испугалась, но она просто повернулась лицом к плечу Кэмерон, пока не прошла подавляющая волна эмоций.

— Извини, у нас не может быть хорошего медового месяца.

Кэм усмехнулась, проведя рукой по волосам Блэр и положив пальцы на шею Блэр.

— Мне не нужен медовый месяц, Блэр. Каждая секунда с тобой — моё удовольствие.

Блэр тайно пощипала шею Кэмерон.

— Если ты думаешь, что приятные разговоры помогут тебе где-нибудь, ты права.

— Хорошо знать.

— Этот год будет сумасшедшим. С войной, экономикой и консерваторами, которые кричат ​​о возвращении к традиции, мой отец…

— Эндрю будет переизбран. — Пальцы Кэмерон мягко играли вверх и вниз по шее Блэр, успокаивающе, успокаивая ритм, пронизанный непоколебимой силой.

— Я знаю, что он есть. Но эта кампания будет скорее воздушной борьбой, чем в первый раз, и я должна быть там.

— Конечно.

— Я ненавижу быть вдали от тебя.