Праздничный коридор. Книга 2

«А папочка мне правду не говорит, – подумала Зося, – скорее всего, была именно любовь, которая жива и поныне. И, похоже, это взаимная любовь. Наверное, это та женщина, из-за которой папочка так и не женился».

Зося решила проверить свою версию:

– Удачи тебе, папочка. Будь смелее, и у тебя все получится.

– Ты бизнес имеешь в виду? – смутился Николай Васильевич.

– И бизнес тоже. Кстати, Дарья Никаноровна просила тебя поцеловать. Я, похоже, незаметно для себя становлюсь переводчиком ваших отношений.

Зося поцеловала отца сначала за Дарью Никаноровну, потом от себя, и уехала в банк.

Левон привез Зосю в банк и вместе с ней вышел из машины. Свое рабочее место в банке Левон определил самостоятельно – взял стул и поставил его возле входной двери в кабинет Зои Николаевны.

Зося из своего кабинета слышала приглушенные голоса Левона и Оксаны, потом на мониторе компьютера появилась клиентская база, и Зося сосредоточила свое внимание на финансовых показателях юридических лиц. Она из своих клиентов отбирала потенциальных акционеров банка. Приобрести акции банка предприятия имели право только за счет прибыли. Но свободный остаток прибыли имели немногие предприятия. Зося сосредоточенно работала и не заметила, как в ее кабинете появился Авдей… вместе с Левоном. Авдей топтался в тесном кабинетике и посматривал то на Зосю, то на Левона.

– Что-то не так? – нарушила неловкое молчание Зося.

– Все так, – ответил Авдей, – непонятно что этот здесь делает? Авдей кивнул на Левона.

– Этого зовут Левон, – поправила начальника Зося, – он – моя личная охрана и находиться всегда будет рядом со мной. Если Вас, Эдвард Станиславович, что-то не устраивает, то я могу досрочно разорвать наши договоренности и уйти из банка. Тем более что закон сделать это мне не запрещает. Других вариантов у меня нет.

– Хорошо, – согласился Авдей, – пусть охраняет. Я, собственно, пришел поздравить Вас с успешной аттестацией и извиниться. Зоя Николаевна, нам предстоит некоторое время работать вместе, и я бы очень хотел, чтобы Вы простили мою бесцеремонность и хамское поведение. Такое может с каждым случиться – лишнее выпил и позволил себе непозволенное. Скажите, Зоя Николаевна, а как эту ситуацию расценил Николай Васильевич? Я боюсь, что он свои предприятия переведет на обслуживание в другой банк. Тогда и подписку на акции можно не проводить – банк прекратит свое существование. Так, что, Зоя Николаевна?

– Папа ничего не знает о Ваших посягательствах. А если бы и знал, то никогда до мести банку не опустился бы. Самое вероятное – он убил бы Вас, как говорит Левон, без суда и следствия. Давайте поговорим о подписке. Я сейчас, исходя из финансовой достаточности предприятий, составляю списки потенциальных акционеров. Буду проводить работу с финансовыми службами, а затем, по итогам этой работы, назначать встречи с первыми лицами предприятий.

– Мне нужно присутствовать на этих встречах?

– Обязательно! Вы должны всегда находить время для проведения этих встреч. Я думаю, что корректнее будет, если мы сами будем выезжать на предприятия, а не приглашать их к себе. О неплатежеспособных клиентах поговорим позже и что-нибудь придумаем, я имею в виду источник для оплаты сделки. У меня появилась идея привлечь в состав наших акционеров и чужих состоятельных клиентов. Например, отделение железной дороги, снабженческие предприятия и предприятия связи и телекоммуникаций. Но все это потом. Сначала наработаем опыт со своими клиентами. На время подписки для выполнения технической работы подкрепите, пожалуйста, отдел двумя программистами и юристом. Нужно будет оперативно составлять договоры, формировать реестр акционеров и много-много прочих документов. Мы с Оксаной физически не осилим такой объем работы.

– Да, Вы просто молодец, Зоя Николаевна. Все четко и понятно. Лично я готов по первому Вашему звонку подниматься со стула и ехать на любое предприятие. Программисты и юрист в Вашем отделе будут сегодня же. Переведу из других отделов. Пусть составляют проекты договоров и прочие документы по Вашему списку. Вас лично, Зоя Николаевна, убедительно прошу не отвлекать себя на выполнение технической работы. Банку нужны Ваши мозги, а не руки. Исполнителей в Вашем отделе будет столько, сколько вы примите. С Вами, Зоя Николаевна, действительно приятно работать – Вы конкретный человек. Во всяком случае, Вы точно знаете, что нужно делать в этой ситуации. Что ж, работайте, не буду Вам мешать. Кстати, я рассмотрел Ваше предложение о назначении Якушева начальником отдела. С сегодняшнего дня у нас в банке начал работу новый отдел ресурсов. Начальником отдела назначен Якушев Иван Павлович.

Авдей вышел из кабинета. Левон снова уселся на свой стул и о чем-то тихо заговорил с Оксаной.

Зося не вслушивалась – впереди ее ожидала интересная работа. Много работы и встреч с солидными, умными людьми, элитой ее родного города. Намечались сложные переговоры, и к ним следовало тщательно подготовиться.

Параллельно этой работе нужно подобрать и купить две квартиры. Зося составила список риэлтерских городских контор с телефонами и адресами. Позвонила в каждую из них и попросила подготовить ей предложения на покупку квартир. Предложения квартирные маклеры выдали немедленно – покупателей недвижимости в городе с каждым днем становилось все меньше и меньше.

Гиперинфляция изматывала людей, и они не думали о серьезных приобретениях. Национальные деньги ежедневно обесценивались и моментально теряли свою покупательскую способность, а конвертировать их в твердую валюту не каждому было по силам, а главное «по уму». Бывшие советские граждане и думать боялись про американские зеленые бумажки.

Банки уже получили разрешение и осуществляли конвертацию национальной валюты, но в ограниченно мизерных количествах, в пределах ежедневного лимита. Но и этот незначительный лимит в две-три тысячи долларов не всегда был востребован. Даже банковские служащие валюте предпочитали, как они сами выражались, «барахло».

Вопреки здравому смыслу, население стремилось вложить свои деньги в вещи – когда-нибудь пригодятся. Горожане суетились, и все свободное время проводили в каких-то очередях. Покупались в «запас» и складывались на антресолях в основном ненужные вещи, да еще и в больших количествах – лишь бы успеть сегодня вложить куда-то деньги потому, что завтра за эти бумажки можно будет купить разве, что спички.

В семье Анцева эта проблема не существовала. Александр Михайлович знал, как сохранить покупательскую способность заработанных денег. Он полгода назад выплатил дивиденды на акции банка «Капитал К». Причитающуюся Зосе сумму обменял на доллары, настоял, чтобы она их приняла и израсходовала на свои, женские нужды.

Сейчас Зося прикинула, что этих денег хватит на обе квартиры, их ремонт и мебель.

Рабочий день давно закончился, но сегодня Зося планировала посмотреть еще несколько квартир.

Она вышла из своего кабинета и с удивлением обнаружила, что Оксана тоже продолжает работать. Обычно Оксана торопилась домой. Савелий требовал, чтобы к его приходу с работы всегда был свежеприготовленный ужин. Сейчас Оксана была свободной женщиной и могла позволить себе роскошь задержаться на работе или посидеть в кафе. Увидев Зосю, Оксана заторопилась, быстро навела порядок на рабочем столе, и они вместе вышли из здания.

– Извини, Оксана, – выйдя на улицу, сказала Зося, – сегодня я не могу подвезти тебя до дому. У нас с Левоном еще есть в городе дела, и мы нескоро доберемся домой. Поэтому у меня каждая минута на учете.

– Мы с Левоном обсудили эту проблему и у нас есть предложение, – ответила Оксана, – мы сейчас отвезем тебя домой, а сами поедем смотреть квартиры. Завтра отчитаемся. Ты устала, и тебе необходим отдых. Мы готовы каждый день смотреть жилье по твоему списку. Когда, что-то определится, посмотришь сама и примешь окончательное решение. Как тебе наш план?

– План замечательный. Но есть одно неудобство – не хочу напрягать тебя, Оксана. Что не будет досыпать Левон, это нормально – он покупает для себя жилье. Но тебе это зачем?

– Хочу помочь. Бескорыстно. Ты ведь вернулась в банк, чтобы оказать коллективу помощь. В банке только и разговоров о тебе. Не напрягайся, тебя уважают. Просто всем совершенно непонятно, а зачем тебе вообще работа нужна? При твоем-то благополучии!

– Зачем мне работа? Элементарно просто – чтобы со временем, как выражается мой папа, не захрюкать от своего благополучия. Ваше предложение я с благодарностью принимаю. Вы выбирайте квартиры не по цене, а по качеству. О цене я потом сама буду договариваться. Надеюсь, получить приличную скидку за опт и за расчеты наличными в валюте. Что ж, везите меня домой и удачи вам. Жду результаты ваших осмотров. У меня уже есть договоренность со строителями, и они ждут, когда смогут приступить к ремонту квартир.

– Зоя Николаевна, – Левон от удивления даже притормозил машину, – я могу и сам сделать ремонт.

– И когда ты собираешься делать ремонт? У тебя есть на это время? Ты от меня ни на минуту не отходишь, ремонтник!

– Пожалуй, Вы правы, Зоя Николаевна, – согласился Левон, – Пусть будет так, как Вы решили. С долгами я рассчитаюсь, и обязательно все деньги Вам верну или отработаю.

– Там посмотрим, не беспокойся об этом, – успокоила Зося Левона и вышла из машины. Наверняка, папочка и Людмила еще не ужинали, ее ждут.

Зося переоделась и спустилась в гостиную. Людмила уже разогрела ужин. На столе стояли две тарелки.

– Милочка, а почему две тарелки, – спросила Зося, – папа с нами разве не будет ужинать?

– Не знаю. С ним что-то происходит. Он закрылся в своей комнате и просил, чтобы его не беспокоили. Зося, а от кого ты ему привезла письмо? Возможно, именно в этом письме собака зарыта.

– Какая собака? А, конечно… Что-то я торможу, – Зося потерла виски, – устала, контакты в голове заклинило. Письмо я привезла от его, не знаю, какое определение подобрать – друга или любимой женщины. Скорее, от любимой женщины. Знаешь, бывает такая любовь – одна и на всю жизнь? Дарья Никаноровна и мой папочка любили друг друга в молодости, и возможно, любят до сих пор. Я надеюсь, что у них все сладится. А ты почему такая грустная? Ты не желаешь моему папочке счастья?

– Что ты, Зоська? Конечно, я рада за него. Ты позови его. Тебе отказать он не сможет и придет пить с нами чай. Зося, а какая она?

– Я не большой знаток женской красоты. А по определению Александра Михайловича она образец шикарной восточной женщины. У нее какая-то нездешняя красота – смуглая кожа, черные волосы, слегка раскосые, длинного разреза глаза. Ее роскошные внешние данные в полном согласии с внутренним содержанием – она умна, талантлива и обладает креативной логикой мышления. Я же вчера рассказывала. О чем ты думала? Может, ты сама в кого-то влюбилась и стала рассеянной? Ладно, ставь третью тарелку – пойду за папой.

Вернулась Зося вместе с отцом. Людмила к еде не прикоснулась – отодвинула от себя тарелку и взяла в руки чашку с чаем. Но и чай она тоже не пила, просто держала чашку в руках и молчала. Зося рассказывала отцу о перспективах доходности акций банка и просила обсудить этот вопрос со специалистами химкомбината. Если химкомбинат не купит акции банка, то, в этом случае, рассчитывать на другие предприятия не приходится. Руководители предприятий будут ориентироваться на химкомбинат, это будет их критерий оценки выгоды вложений денежных средств в акции банка.

– Завтра приеду в банк. Химкомбинат станет первым акционером банка. Не потому, что подписку проводит моя дочь, а потому, что это наш банк, – сказал Николай Васильевич и снова ушел в свою комнату.

Чарышев приехал в банк перед началом обеда. Прошел мимо приемной начальника управления. Свой визит он решил ограничить отделом ценных бумаг. Увидев отца, Зося сразу позвонила Авдею и коротко сообщила, что в банк приехал Чарышев и сейчас находится в ее кабинете. Через минуту в Зосин кабинет вошел Авдей. Встреча оказалась продуктивной – Чарышев подписал протокол о намерении покупки комбинатом максимально разрешенного законодательством пакета акций банка. Начало подписки было сделано, оставались формальности оформления сделки, которые могли завершить рядовые исполнители обеих сторон.

– Спасибо, Николай Васильевич! Вы помогли сдвинуть с мертвой точки тяжелый, неподъемный камень, – Зося, не стесняясь Авдея, поцеловала отца.

– Пустяки, доченька. Я от этой сделки в будущем планирую получать для комбината достойные дивиденды.

Зося приходила на работу не менее чем за час до ее начала, а заканчивала, когда в банке оставались только Оксана и Левон. Она наметила конечный результат своего труда и ежедневно к нему приближалась.

Возможно, у нее был удачный, светлый период жизни – успех сопутствовал ей во всех делах. Клиенты с государственной формой собственности получили согласие своих министерств и ведомств на покупку акций банка и вступили в период заключения договоров купли – продажи ценных бумаг.

Сторонние организации сочли предложение банка о покупке акций перспективным и заняли прочное место в списке акционеров «Проминвестбанка».

Уставный капитал филиала банка уже был сформирован, но появились добровольцы, которые сами хотели купить акции банка, и Зося решила, что реестр акционеров закроет только в последний, объявленный день окончания эмиссии.

Очередного «добровольца» привезла в филиал и лично сопровождала Инга Золотарева. Грин Михаил Ефимович, среди своих – «Зелененький», собственной персоной пожаловал в банк, чтобы купить акции. Рядом с ним возвышался Аркадий.

Инга представила Грина, как vip-клиента горуправления и сама суетилась возле него, всем своим видом подчеркивая важность и значимость данной персоны для банка.

Зося лихорадочно вспоминала законодательство и искала в нем хоть малейшую зацепку, дающую ей право отказать Грину в покупке акций банка. Но таковые не находились – Грин, как любое юридическое лицо, имел право стать акционером банка.

«Вот, Инга! И здесь сумела напакостить. Хоть бы предварительно позвонила и предупредила о визите своего vip-клиента, – с раздражением думала Зося, – бандитов только нам и не хватало!»

На всякий случай, ссылаясь на срочные и совсем неотложные дела, она перенесла сделку на следующий день – а вдруг она ошиблась, и отказать Грину, не нарушая законодательство, все-таки можно?

Когда Инга вместе со своими подопечными удалились, Зося пригласила к себе юриста и задала ему вопрос, которым мучилась сама – как отказать Грину в покупке акций банка? Юрист подтвердил ее опасения – отказать, значит нарушить законодательство. Нужно заключать сделку.

К концу дня в Зосином кабинете появился Авдей. Ему звонила Инга, которая обеспокоена Зосиной нерешительностью в проведении сделки с Грином. Зося все поняла – Ингу и Грина связывают какие-то коммерческие дела, и Инга приложит все усилия, чтобы исполнить любой каприз Грина – «зелененького». В будущем работать с Грином предстоит Авдею, значит и решение принимать ему!

Оказалось, что Авдей пришел уже с готовым решением – деньги не пахнут, Грину не отказывать!

На следующий день Грин приехал с огромным букетом белых роз. Цветы положил на Зосин стол и пустился в рассуждения о красоте белых роз, которые олицетворяют собой символ вечной жизни. Именно белые розы он решил подарить Зое Николаевне в знак признательности за то, что она пустяковый инцидент в горисполкоме не превратила в проблему, и сегодня они могут вполне дружески обсуждать финансовые вложения акционеров в систему банка.

Зося дала распоряжение отделу срочно подготовить документы для подписи господину Грину с надеждой на то, что коль вопрос исчерпан, то «зелененький» немедленно покинет ее кабинет.

Однако Михаил Ефимович уселся удобнее, и начал светскую беседу о трудностях жизни и превратностях судьбы. Пришлось беседовать… но чай или кофе Зося не предложила.

Подписка на акции банка успешно завершалась. Далее банку предстояло выполнить не менее трудоемкую, чем подписка, процедуру регистрации акций банка и получить лицензию на право осуществления банком профессиональной деятельности по ценным бумагам.

Но по существующему законодательству руководитель банка должен был иметь удостоверение профучастника рынка ценных бумаг.

Авдей надеялся, что Чарышева поможет ему подготовиться к аттестации, она когда-то ему обещала. Возможно, забыла и ей нужно напомнить? Но напоминать Авдей не спешил – пусть забудется та история в гостинице. Пока совершенно нереально даже приблизиться к ней ближе, чем на метр – она отскакивает от него, как дикая коза от дуновения ветра. А еще этот футболист возле нее! Он стал ее тенью и она, очевидно, к этому привыкла.

К интеллигентности и учтивости своего начальника Чарышева тоже должна привыкнуть. Она давно, наверное, заметила, что в кабинет начальника с некоторых пор молодые барышни вообще не допускаются. Все вопросы решаются только через руководителей отделов. Авдей утратил интерес ко всем женщинам, кроме одной, Чарышевой.

Секретарь приемной Белла, пухленькая, симпатичная брюнетка, произошедшие в поведении начальника изменения записала в счет своей победы над легкомысленным мужчиной. Она преданно смотрела ему в глаза, безукоризненно и быстро исполняла все его распоряжения. Белла надеялась на серьезные, продолжительные отношения, ради которых и устраивала ее мама свое любимое дитя на службу в банк, возглавляемый харизматичным, слегка потрепанным донжуаном не первой молодости.

Мама Беллы любила свою дочь и такое ответственное мероприятие, как первое трудоустройство с перспективой будущего замужества взяла под свой контроль. Предварительно через друзей и знакомых она собрала досье на будущего Беллиного начальника. Вполне подходящая кандидатура для замужества ее дочери. Знакомые подсказали, что Авдей тяготился своей женой и подумывал о разводе.

На самом деле, собранное Беллиной мамой досье было почти достоверным. Женился Авдей в неполные восемнадцать лет на своей школьной учительнице, которая была старше его на девять лет. Тогда он работал в колхозе пастухом и по меркам сельчан женился очень удачно. Под патронажем жены, он закончил пединститут, а, затем высшую партийную школу.

Родной дядя его жены в то время работал секретарем обкома КПСС и помог мужу своей любимой племянницы с учебой и карьерой.

Жена Авдея была человеком властным и высокомерным. Она постоянно напоминала Эдику о том, что без нее он никто, пастух. Он боялся попасть к ней в немилость, поэтому терпеливо исполнял все прихоти и капризы своей стареющей жены. Не изменилось его отношение к жене даже тогда, когда он стал первым секретарем горкома партии в Горевске – за спиной жены постоянно маячила фигура ее высокопоставленного дяди.

Любовь на стороне ему женой не запрещалась. Он никогда не отказывал себе в посещении бань, санаториев, пансионатов и других тайных мест отдыха партийной элиты, где им предлагалась любовь молоденьких девочек и мальчиков. Жена знала о его шалостях, но не вмешивалась – молодой, пусть развлекается.

Сама она тоже не была верной женой и считала супружескую неверность вполне обыденными вещами. Постепенно разница в возрасте внешне становилась все более очевидной. Жена и раньше не была красавицей – высокая, крупная женщина с грубыми чертами лица и несоразмерно большим носом. С возрастом она стала еще крупнее, оставила работу и сутками сидела в кресле с рюмкой коньяка, чашкой кофе и большим подносом, уставленным едой.

После ликвидации партии Авдей, наконец-то, почувствовал свободу и полную независимость от своей жены и ее дяди. Он сумел вполне самостоятельно найти себе приличную работу и начал думать о том, что пора с женой оформлять развод.

Жена висела на его ногах тяжелой гирей, и вполне могла стать помехой в осуществлении его далеко идущих планов построения своей дальнейшей жизни. Планы у него были амбициозные, но вполне реальные – подсобрать в банке личный капитал, и в следующую избирательную кампанию выставить свою кандидатуру на пост главы государства.

Он планировал в ближайшем будущем стать президентом Лабении. Любимым народным президентом. Его прошлое было безукоризненно прозрачным – сельский паренек, пастух, кровью и потом заплатил за образование.

Свою работу в партии можно смело признать заблуждением – поддался на пропаганду и идеологию партии. Многие партийные функционеры положили свои партбилеты в домашнюю шкатулку, после чего заняли ответственные посты в новом правительстве.

Единственной помехой могла стать жена – перед избирателями он должен появиться вместе с любимой супругой. А разве можно показывать его опустившуюся, спившуюся спутницу жизни? Много в банке свободных женщин, есть и вполне заслуживающие внимания. Но Авдей остановил свой выбор на Чарышевой. Зося достойна стать первой леди Лабении. Умна, обаятельна, да просто красавица! И манеры королевы. Авдей ни одного раза не видел ее в джинсах или брюках. Одета скромно, но со вкусом и очень дорого.

Авдей по прежней работе знал и уважал Анцева, но ему придется уступить Зосю и готовиться к разводу. Еще совсем немного выдержки и терпения, и Чарышева сдаст свои позиции. Она должна поверить в то, что Авдей способен любить только одну женщину. Даже пухленькая Белла, никак не может вдохновить его на очередное кабинетное развлечение. С этим покончено раз и навсегда.

Скоро Зося будет вынуждена лично готовить своего начальника к аттестации на право работы с этими непонятными ценными бумагами, вот тогда все и должно случиться. Прикасания, недомолвки, взгляды…

Авдей начал подготовку своей новой семейной жизни более основательно – в первую очередь составил и передал в суд бумаги на развод, а затем стал подыскивать для жилья приличный дом. Старое жилье он решил оставить жене, чтобы вокруг его развода не возник скандал. Белла готовила текст его заявления на компьютере, немедленно посвятила свою маму в семейный секрет своего шефа.

Мама подумала и выдала доченьке указание – использовать все свое обаяние, сделать все возможное и невозможное, но немедленно соблазнить Авдея. Остальное мама брала на себя – шантаж, угрозы и жених для любимой дочери готов. Белла порхала по банку счастливая и окрыленная. Посетителям приемной намекала, что готовится к новой жизни с любимым человеком и поэтому совсем себя заморила очередной диетой – хочет на свадьбе выглядеть принцессой, ее суженый этого достоин.

В банке начались закулисные обсуждения очередного романа Авдея. Все ждали скорого разрыва, но Белла продолжала процветать, и все поверили, что этот роман может стать продолжительным. Авдей ни о чем не догадывался и подбирал время, чтобы напомнить Чарышевой об обещанных занятиях вдвоем.

Но Зося помнила о своем необдуманном обещании и сейчас мучилась вопросом, как ей на расстоянии от «бабника» Авдея, подготовить его к аттестации? Решение вопроса оказалось простым – Зося села за компьютер, набрала все вопросы, касающиеся работы с ценными бумагами. Рядом с каждым вопросом написала на него ответ. Она свое обещание выполнила. Авдею оставалось только тупо выучить вопросы и ответы или воспользоваться шпаргалкой. Свою работу Зося записала на флэшку и отнесла в приемную, чтобы Белла передала ее начальнику. Одновременно с флэшкой Зося принесла заявление с просьбой о предоставлении ей отпуска на пять дней.

В банковской работе у нее образовывалась «форточка» – документы на регистрацию ценных бумаг были готовы и переданы в республиканский комитет по ценным бумагам. Ответ с регистрационными номерами она ожидала не ранее, через месяц. Квартиры она купила. Одну в центре города, вторую в спальном районе. Левон решил, что в центре будет жить Людмила. Так будет удобнее Зосе – подруга всегда рядом.

Обе квартиры Зосе понравились – удобная планировка, балконы, лоджия, большая кухня. Она уже передала приобретение строителям. Заказала встроенную и мягкую мебель. Договорилась с предпринимателями на поставку оборудования. Оставалось ждать. Сроки исполнителям она оговорила жесткие и надеялась, что ко дню рождения Людмилы все будет готово. Возникающие по ремонту квартир вопросы в ее отсутствие без проблем могла решить Оксана.

Зося начала догадываться, что отношения Оксаны и Левона далеко не дружеские и, возможно, решение жилищных проблем у них одно на двоих.

Если это так, то Зося искренне им обоим желала счастья, но лишние вопросы старалась не задавать.

Отпускные дни, а вместе с выходными получалось целых девять дней, Зося планировала провести в Москве и Лондоне. Цель поездки в Англию была определена давно – встретиться с учредителем или попечителем английского благотворительного фонда и постараться понять, как организовать соответствующую структуру в Горевске.

Ну, а в Москве… Зося не видела мужа и сына две недели и тоска по любимым Александрам не отпускала ее сердце ни днем, ни ночью. Свои девять дней отпуска она сначала распределила поровну между Лондоном и Москвой, потом передумала, и решила, что в Москве она пробудет пять дней, а Лондону хватит три дня. Один день оставался на дорогу, и выбора уже не было – только самолетом, по всем направлениям.

Зося не сомневалась, что Эдвард Станиславович не будет возражать против ее отпуска. Напряженная работа с эмиссией банковских акций утомила ее, и он это знал. Эдвард Станиславович и не возражал. Заявление на отпуск подписал и сам принес в ее кабинет. Он понимал, что ей нужен отдых. Благодарил за шпаргалку и обещал, что к ее возвращению на работу успеет аттестоваться, чтобы не было проблем с получением лицензии. Правда, он слегка разочарован – надеялся, что она сама будет готовить его к аттестации, но не обижен и примет компьютерную помощь. Начальник пожелал ей хорошего полноценного отдыха и ушел. Зося уехала домой во второй половине дня – сегодня они с Левоном вылетали в Москву.

Начало следующего дня Эдвард Станиславович встретил за монитором компьютера. На первый взгляд все было понятно даже школьнику. Каждый аттестационный вопрос сопровождался подробным ответом со ссылкой на нормативный документ. За этим занятием начальника и застала Ступина. Софья Анатольевна принесла на подпись целую папку бумаг, процесс обещал быть долгим, поэтому она положила раскрытую папку перед Авдеем, а сама уселась на стул.

– Не догадываетесь, чем я занят? – спросил Авдей свою помощницу по финансам, – и не догадаетесь! Самостоятельно готовлюсь к аттестационной комиссии по ценным бумагам. Идея, конечно, не моя – Чарышева подсказала и вопросник с ответами подготовила. Подписку мы закончили, уже передали материалы на регистрацию ценных бумаг и получение лицензии на профессиональную деятельность. Вы молодец, Софья Анатольевна – я помню, что это Вы в свое время направили меня по верному пути.

– Да, все правильно, – ответила польщенная признанием своих заслуг Ступина, – Чарышева настоящий талант. Скоро она, наверное, уже в Англии будет.

– В какой Англии, – удивился Авдей, – она недельный отпуск попросила, чтобы отдохнуть. Вы ничего не путаете?

– Нет, не путаю. Она приходила ко мне и просила в нацбанке заказать фунты стерлингов, собиралась их купить за наличные или за счет конвертации долларов США. Потом отказалась – все вопросы решил Анцев. Эта Чарышева вообще везучий по жизни человек. Она всегда получает то, что захочет. Вот представляете – ребенка родила от разгильдяя Анцева-младшего, а замуж вышла за обеспеченного Анцева-старшего. Александр Михайлович ее не просто любит, а души в ней не чает. Разве нормальный муж мог бы отпустить свою жену в гости к бывшему любовнику? А ей все можно. Захотела былого ухажера увидеть и никаких возражений. Александр Михайлович ей даже валюту подготовил – лети, любимая жена, в Лондон, развлекайся.

Эдварда Станиславовича это сообщение повергло в шок. Если бы он знал, что Зося собирается лететь в Лондон на встречу с отцом своего сына, то никакой отпуск она бы не получила.

«Старый маразматик, – ругал и проклинал он Анцева, – чем ты думал, когда отпускал молодую красавицу к ее бывшему любовнику? Если она в Лондоне договорится с этим парнем, то конец моей мечте о ее любви и взаимности. Элементарно просто – останется там на постоянное место жительства и будет права, у них общий ребенок. Может, еще можно все исправить и вернуть ее на работу? Немедленно этим займусь!»

Авдей позвонил Оксане, попросил ее разыскать Зосю и передать просьбу руководства банка об отмене отпуска и возвращении на работу.

– Скажите ей, – наставлял он Оксану, – что я не могу разобраться с материалом по аттестации, который она готовила лично. Она должна немедленно вернуться на работу, потому что у меня через три дня назначена комиссия.

– Да, да, все сделаю, сейчас же, – соглашалась Оксана, – о результатах я Вам через несколько минут доложу.