Тёмными тропами

В руках он ношу нес святую, укрытую во тьме.

Та тьма была заветом злым, остатком гнева Сиалин.

Последним словом адских сил с изнанки всех миров.

***

Он шёл босой и горевал. Над тем, что силы не сыскал.

Над тем, что всех не уберег, а сам остался жив.

Он шёл тропою диких снов, он шёл полями ярких грез.

Туда где смерть не принесёт проклятье Сиалин.

***

В фамильный склеп он путь держал. Туда где прах отцов лежал.

Туда где мог он заточить, всю тьму что нес с собой.

Погибель жаждал всей душой. Но вечность жить был обречен.

Скрывая слово Сиалин в чертогах под землей.

Что все это должно означать я не понял, да и отвлекли меня ребята, ввалившиеся в зал. Пыхтящий Ролан так вообще ворвался в своем коронном исполнении. Словно тяжелый вагон поезда вылетел из прохода, укрываясь за помятым щитом.

— Что за шум? Мы думали, что на тебя напали!

— Нет, я цел. Вот взгляните, тут пару секунд назад была фреска, а теперь вот это.

Вышедшая вперед Лиассин, успела вслух прочитать изображённый на картине текст, прежде чем золотистые буквы с легким шелестом начали осыпаться на пол. Через семь-восемь секунд от прежней картины не осталось и следа. Теперь нашим взорам на месте фрески открылась, скрытая настенная панель с выгравированным на ней золотым рисунком.

Как только это произошло Ролан воскликнул. — Ба! Да это же знак рыцарей имени! Тех самых, что верховодят в гильдии стражей пути!

Лиассин старательно записывающая в дневник запомнившееся строчки из текста, проговорила. — Здоровяк прав, ты обнаружил местный тайник ордена Глиф. Если решишь сунуться туда, будь осторожен.

Я не стал ей отвечать. Подав знак друзьям оставаться на месте, перешел в режим скрытности и двинулся к открывшейся стене.

Моя осторожность оказалась лишней. Внутри не было ловушек или опасных монстров. Лишь укрытый паутиной скелет, лежащий внутри круга изрисованного неизвестными мне символами. Подойдя к трупу, усмотрел у его ног что-то странное. Присев и очистив пыль с ближайшего участка пола, узрел кучу выцарапанного прямо в камне текста.

Брат Реад…

Мы готовились, мы ждали … брат Марлар… чаша несет погибель. На третьем ярусе он не смог больше сдерживать ее сил…Аколиты были в ужасе, броси… в панике наверх, но не думаю, что старшие допустили их выход на поверхность, они все заражены злом. Общая молитва не помо…Надеюсь они смогут запе…. ее в зале плача. Я сбежал, я струсил, но это уже не важно. Добраться до выхода я не смог, старшие хватают всех, кто поднимается с ниж…. Боюсь все, кто отправился вниз, обречены пасть и заполнить собой пустующие могилы. Саи оказалась, более храброй, чем я, она осталась внизу вместе с рыцаря… и …шит шествие к залу плача. Единственное что могу сделать, чтобы принести пользу это активи… врата Араамона они… Надеюсь, что их не изменит зло, ведь они не состоят из плоти и крови…Не хочу становится рабом ужаса уж лучше смерть внутри круга. Он не позволит скверне забрать мое тело. Да простит меня Пе…

Внимание! Вы обнаружили записи младшего аколита, ордена рыцарей имени! 1 из 4

Найдите все части и узнайте историю падения Марларзима.

Награда: Скрыта.

Похоже, ты парень ошибся. Араамон стал тем еще монстром, пожирающим все на своем пути. Интересно, какой он был вначале, что-то я очень сомневаюсь, что изначально эти врата-стражи были клыкастой всепожирающей монстрятиной.

Позвал Лиассин, которая с радостью уселась переписывать текст в свой дневник. Более детальный осмотр комнаты и трупа аколита позволил найти — поломанный амулет активации. Видимо его-то и использовал монах, чтобы призвать стража или активировать. Честно я смутно представлял этот процесс.

Все-то время, которое мы потратили на блуждания по зачищенному этажу, нас исправно подлечивали мази и другие лекарские примочки Талли. Так что когда с делами было покончено, и мы приступили к спуску вниз, на нас уже не осталось ранений.

***

Второй ярус кардинально отличался от первого. Тут не было бесконечного слоя пыли и паутины. Как не было и жутких накрытых крышками настенных ниш с останками внутри. Все выглядело более аристократично, что ли.

Стены украшали бесчисленные фрески и барельефы. Каждые пару метров в углублениях внутри стен встречались разнообразные статуи воинов ордена. Крадучись пробираясь вдоль коридора я был слегка поражен той красотой что немного не вписывалась в моем представлении в антураж склепа с поселившимся внутри злом. Конечно где-то тут все же есть останки, которые непременно оживут и захотят нас слопать, но пока нечего подозрительного или опасного я не наблюдал.

Взять хотя бы статую, мимо которой я в данный момент проходил. Прекрасно вылепленная фигура девушки, детали одежды и доспехов воспроизведены в мельчайших подробностях. Статная фигура спортивного телосложения вместе с которой, даже тяжелая секира в руках смотрится к месту.

Подойдя вплотную, я заглянул в лицо статуи, пытаясь разглядеть сеточку мелких узоров покрывающих шлем маску. Вдруг на моих глазах мелкая гипсовая чешуйка откололась от этого узора и спланировала на пол. В моей голове появилась мысль — что даже такую красоту время не щадит, пока я провожал взглядом этот тонкий кусочек гипса…

— КРРРРАК

Лишь звук, с которым остатки гипса разлетелись в разные стороны, спас меня от удара секирой снизу вверх, который последовал с секундной задержкой после освобождения статуи из гипсового плена. Статуи?…Нет, это была не статуя. Из-под шлема-маски, ощутимо дохнуло застарелым смрадом разлагающейся плоти.

Потеряв ориентацию в пространстве и оказавшись в облаке гипсовой пыли, я на память кувыркнулся в коридор, пытаясь выбраться из зоны поражения монстра. Находясь в панике, ослеплённый пылью, переборщил с силой прыжка. И вписался плечом, а так же правой стороной лица, в барельеф, рассадив себе скулу.

Новый замах секирой от шагнувшей из углубления в стене твари и плитка, укрывающая пол разлетается мелким каменным крошевом в месте удара, осколки, неприятно оцарапав кожу на щеке, полетели в разные стороны. Я же, не успев встать на ноги, укатываюсь дальше в коридор, каким-то чудом пропустив очередной мощный замах задевший краем лезвия капюшон, мимо себя.

Нежить преследовала меня неспешно. Вообще она крайне отличалась от всех противников встреченных мной ранее. Твердая походка без раскачки и стремительные выверенные удары, никаких хрипов и шипений из-под лицевой маски. Если бы не тот запах, который я учуял в первые мгновения схватки, решил бы что передо мной разумный воитель, закованный в латный доспех.

Наконец сумев вскочить на ноги, я попытался рвануть в сторону ребят, но моим замыслам не суждено было сбыться. Сознание не успевало прямо во время схватки перестраиваться и реагировать на новые угрозы. Так что вылетевший в облаке пыли сбоку листовидный наконечник короткого копья стал для меня сюрпризом.

Кусок металла созданный для того чтобы нести смерть лишь чудом не перерубил кость на ноге. Пройдясь по бедру наискось, он рассек мышцы, заставив меня к своему стыду завизжать тонким бабьим голосом от неожиданной вспышки боли. Таким меня и застали друзья, выскочившие на шум схватки мне навстречу.

Последнее что я успел сделать, прежде чем ребята вступили в бой, так это прыгнуть к ним пользуясь инерцией скорости. Поврежденная нога отказалась слушаться, и я приземлился рядом с Роланом, упав наземь.

Нечто, обдав меня потоком воздуха, пролетело над головой и с впечаталось в щит нашего кузнеца. Уже уползая за его спину, оставляя на полу широкий след хлещущей из бедра крови, я мимоходом отметил торчащую из его щита секиру. Чертова нежить метнула свой топор в меня! Я ведь даже не успел бы испугаться, попади этот бросок мне в голову или в корпус.

Ролан стойко встретил неожиданно ускорившуюся нежить ударом щита… и был отброшен назад. Удар, который обычно сбивал с ног и калечил мертвяков на первом ярусе, не возымел действия. Нежить лишенная секиры прекрасно обходилась без оружия. Удары кулаков в латных перчатках оставляли глубокие вмятины на щите кузнеца. А за ее спиной с группой уже сближался второй восставший, держа в руке запятнанное моей кровью копье.

Лекарское заклинание Талли не сумело залечить разрубленные на бедре мышцы. Зато позволило отбросить сознанию боль и наконец-то начать соображать. Выудив из кожаного кармашка на поясе мензурку с драгоценным зельем лечения, я залпом опрокинул его в рот.

Тем временем нежить ухватилась обеими руками за рукоять секиры и рывком вырвала ее из стального плена. Рывок был столь сильным, что бросил Ролана навстречу противнику и заставил потерять равновесие. И быть бы нашему воину разрубленным напополам вертикальным ударом, если бы не Ария.

Прилетевшая из-за спины стрела ударила точно по центру стальной маски. Последовавшая короткая вспышка заговоренной стрелы лишила бы головы обычного мертвеца, но то с чем мы столкнулись, явно превосходило обычных монстров по многим параметрам.

Стальная маска улетела в сторону сорванная с креплений, и нам открылся вид на лик некогда красивой девушки. Не знаю, что за магия здесь поработала, но лицо не затронули тлен или разложение. Несомненно, это было лицо трупа с обвисшими мышцами и кожей, но трупа умершего час назад, а не как не древнего.

Ролан воспользовался полученным благодаря Арии шансом по максимуму. Описавший полукруг меч ударил в сочленение доспеха, подрубая одну из ног противника. Отрубить ногу полностью не удалось, но нежить пала на колено что в свою очередь позволило Ролану поймать на встречное движение подбородок врага краем щита. Удар вышел на загляденье мощным. Мне даже показалось, что я расслышал хруст ломаемых костей.

Нежить вооруженная секирой растянулась на полу и на этом удача кузнеца закончилась. Сверкнувшее лезвием копье со скрежетом пробило порядком потрепанный щит, задело руку, и по касательной вспарывая кольчугу, вошло на половину длины наконечника в бок нашего товарища.

Обратный рывок подтянул кузнеца к копьеносцу и тот, удерживая копье одной рукой, второй обхватил шлем кузнеца, сдавливая его стальной хваткой. Ролан хрюкнул, пуская носом, кровавые пузыри — дернулся, но вырваться не смог.

Я, игнорируя поднимающуюся с земли нежить, бросился на помощь. Перепрыгнув встающую с пола упыриху, обхватив свой клинок за рукоять обеими руками, и в прыжке нанес размашистый удар, вкладывая в него всю инерцию и вес своего тела.

Рука монстра, обхватившая шлем пятерней в попытке смять его вместе с головой, была отсечена этим ударом. Лезвие, разрубив металл доспеха и перерубившее руку, двинулось дальше, обрушиваясь следом на длань удерживающую копье. К сожалению силы, не хватило, чтобы отрубить еще и ее и мой клинок, оставив глубокую зарубку на доспехе врага, отлетел прочь, когда тот шагнул мне на встречу и ударил закованным в металл плечом.

Мои зубы клацнули, с силой прикусывая язык, и я отлетел обратно прямо на поднявшуюся за спиной нежить. В глазах потемнело от удара, и я что называется «поплыл». Нежить, с которой мы вместе рухнули на пол, обхватила меня руками, и я уже попрощался с жизнью, чувствуя угрожающее напряжение грозящее поломать мне ребра.

Но тут что-то изменилось. Вокруг все вспыхнуло легким зеленоватым свечением, в уши ударил звук весеннего дождя, тысячи капель падали на листья векового леса на секунду окружившего нас. Кажется даже восставшие удивились произошедшему а затем… Грянул гром принеся на хвосте своего грохота ярчайшую вспышку и волну силы расшвырявшую нас в разные стороны.

Все вернулось на круги своя так же неожиданно, мы снова были в склепе семьи Архонт. Медленно словно в замедленной съемке объятое изумрудным пламенем тело копьеносца, источая дым, заваливалось на пол. Отброшенная вспышкой силы вторая тварь оказалась рядом со всеми позабытой в пылу схватки Лиассин.

Девушка, удерживая в руках объятое изумрудными молниями копье, перевернула его острием вниз и пронзила грудь умертвия. Копье прожгло дыру в грудине металлического доспеха, наполнив воздух специфическим запахом сварки. Разряды так похожие на электрические перетекли на тело монстра, заплясав на нем танец смерти.

Но даже эта сила не смогла до конца убить нечисть. Помогая себе руками, судорожно подергиваясь, словно кукла на нитях невидимого кукловода тварь пыталась подняться, пока ей в темечко не прилетела стрела, запущенная практически в упор.

Лиассин выпустив копье и закрыв глаза, тяжело осела на колени. Пряди ее красивых волос взмокли и сосульками прилипли ко лбу. Она со свистом вдыхала воздух полной грудью так жадно, будто только что вынырнула со дна реки.

Кровь, заполонившая мой рот из-за прикушенного языка, при моей попытке подняться попала в горло, заставив меня поперхнуться и закашляться. Рубиновая влага испачкала руку, которой я прикрылся, кашляя. Я и так был с ног до головы покрыт гипсовой пылью кровью и грязью, так что переживать об этом не стоило. Увидев, как я кашляю кровью, Ария подумала, что я серьезно ранен я же отмахнулся, указав ей на мать, которая помогала Ролану снять кольчугу, под которой была тяжелая рана нанесенная копьем.

Ария поняла меня без слов и двинулась помогать Талли. А я сам, поднявшись, побрел к своему мечу. Не дело воину выпускать из рук оружие вот только враги вечно попадаются противные. Так и норовят не покалечить, так хотя бы по земле повалять.

Завладев оружием, я подошел к Лиассин и помог ей добраться до стены, возле которой и усадил ее, оперев спиной на стену, а затем и сам сел рядом вытянув ноги.

Вытащенный из рюкзака бурдюк с травяным настоем, восстанавливающим силы, пришелся бы как нельзя кстати. Но выдернув пробку, я поднес его сначала ко рту Лиассин и помог напиться. Красавица знатно потрудилась и заслуживала такую малость, как глоток воды в пересохшее горло. Больше, к сожалению, я нечем помочь не мог.

— Каждый раз меня удивляют твои способности все больше и больше. Ты способна выдать ужасно убойную магию после некоторого времени подготовки. — проговорил я вытирая с ее подбородка пролившийся отвар — Кто же ты такая черт возьми и как оказалась в помощницах Фабии?

Лиа с трудом подняв ослабевшую руку, отодвинула мои грубые пальцы, от своего подбородка кинув на меня взгляд уставших красивых глаз.

Отвернувшись, я уселся обратно и сам припал к сосуду с жидкостью. Черт как же все-таки хорошо жить! Просто жить, несмотря на металлический вкус крови во рту вперемешку с отваром и на дрожащее от напряжения тело. Никогда не понимал людей, не ценящих свою жизнь и впадающих в апатию и депрессию. Сожми зубы не страдай, лучше злится, чем жалеть себя. Найди себе цель и обозлись на нее, если другого пути не нашёл. Злость придаст энергии и разожжет в душе пожар. А потом представь этот внутренний огонь и как его языки замерзают, превращаясь в лёд. Будь зол, но хладнокровен, не позволяй внутреннему огню толкать тебя в пучину истеричной злобы. Пусть лучше станет хладнокровной яростью управляемой тобой.

Силы под действием отвара возвращались постепенно. Сначала перестали дрожать руки и ноги. Затем прошло отупение, которое часто захлестывало сознание после схватки. То самое, из-за которого мысли в голове ворочаются с поражающей ленью понукая свернуться прямо там, где стоишь в клубок и забыться сном.

Немного прейдя в себя, я задал Лиассин вопрос, который бился последние две минуты в голове.

— Когда ты использовала магию, на секунду мне показалось, что я очутился посреди странного леса. Что это было?

Девушка тоже немного отошла от опустошенности. И не смотря на то, что она до сих пор была бледная как полотно, ответила на мой вопрос.

— Изнанка. Общий принцип игры с пространством и временем. Он не делает меня всесильной, каждое такое заклинание утягивает все силы и лупит откатом. С помощью заготовленного ритуала я ушла за пелену изнанки в то место, где в прошлый раз приручила сову фамильяра. Есть точки, куда мне легче проникнуть и этот лес как раз из таких. У каждого такое место свое. Но Фабия говорила, что со временем я смогу ходить по разным слоям реальностей и пользоваться их силой, но пока что могу только в этот лес. Если кратко я пришла туда и пользуясь своей силой утянула на несколько мгновений кусочек их реальности в нашу. Сделала своеобразный пробой в пелене. Она как живое существо затягивает пробой словно рану. У меня не хватает силы удержать пелену надолго. Но как видишь нам и этого хватило. Перенесла сюда кусочек леса с бушевавшей там непогодой и уже тут смогла немного его изменить, поставив себе на службу заряд молнии. Ну а дальше ты все видел.

— А почему именно молния?

— Не знаю, первое до чего дотянулась разумом. Пойми, там я не могу управлять подобными явлениями, здесь тоже. Для того что бы все сработало, нужно взять кусочек реальности оттуда и перенести сюда, а уже тут из него можно вылепить что угодно если силы хватает. Там я могу сорвать цветок перетянуть его сюда и сделать из него, например клинок. Другое дело, что эта магия не долговечна. Мир отторгает чужие куски реальности, от того любой предмет с изнанки здесь исчезнет через краткий промежуток времени.

— А как же твоя сова? Ее он тоже отторгает?

— Сова фамильяр это не совсем живое существо. Я привязала ее к себе, она словно якорь, который помогает мне с работой в изнанке. Тяжело объяснить, нет на нашем языке подходящих слов. Она как маяк притягивает меня и указывает путь. Через нее я могу оперировать своей магией, если придется она возьмет на себя часть отката. Ее мир не отторгает, потому что считает частью меня, что в какой-то мере и вправду так.

Разговор пришлось прервать. Потратив большую часть своей магической энергии, Талли сумела залечить рану Ролана. Пока Лиассин отвечала на мои вопросы, ее лицо тоже приобрело здоровый оттенок под действием отвара. Пришла пора двигаться дальше.

***

Мы научились эффективно убивать восставших тварей. Важно было не поднимать шума. Обычно статуи стояли парами реже по одной. Дело в том, что они оживали через некоторое время, стоило одному из нас с ними поравняться. А это означало, что у нас есть время на первый удар пока очередная «статуя» не очнулась.

Разглядев впереди статую, мы тихо с ней сближались, а затем атаковали втроем, я Ролан и Лиассин. Два удара клинком и одиночный копьем редко кто из них переживал, пока они находились в неподвижном состоянии.

Сложнее было с парными. Пока мы, покалечив (первые удары наносили по конечностям, понимая, что сразу убить практически нереально) свою статую дорубали ее на полу. Ария атаковала вторую. У нее был шанс лишь на один чёткий прицельный выстрел, после которого статуя становилась подвижной мишенью.

Обычно заговоренная стрела проникала в область шеи или в подмышку в зависимости от позы статуи. А потом на помощь Арии кидались мы, и вход шла старая добрая рубка. Не раз и не два кто-то из нас получал ранения но, слава богу, без эффектов травм.

В первом коридоре мы уничтожили восемь подобных тварей. Стали владельцами стальных перчаток, шлема, маски, булавы и пояса. Все добротного качества с неплохими характеристиками но, к сожалению, все эти предметы мог одеть лишь Ролан. За исключением маски, которая не требовала для ношения большого количества силы и досталась мне.

Маска обреченного

Качество: Добротное

Броня + 7

Живучесть +1

Описание: Маска, широко используемая пешими воинами рыцарских орденов. Выполнена в виде лицевой металлической части, и закреплена на голове шестью кожаными ремешками. Получила широкое применение из-за соотношения защиты и веса. Обычно выступает в роли более удобного аналога тяжёлых шлемов рыцарей. Хотя чаще применяется для участия в дуэлях, чем для обычных боёв.

Как только покончили с последними ближайшими монстрами и разделили трофеи, двинулись за поворот в новый коридор. Тут перед нами предстала еще одна сторона трагедии, что развернулась здесь.

Похоже, что восставшие, которые притворялись статуями, ожили здесь еще в пору прохождения Марларзима. Сейчас десяток таких созданий лишенный тонкой гипсовой оболочки был вплавлен в стену напротив поворота. Не все из них были до конца мертвы. Некоторые ожили, когда мы подошли ближе. Мотали головами и конечностями покрытыми участками расплавленного металла некогда бывшего доспехом.

Добив не представлявших угрозу монстров все-таки опыт лишним, не бывает, аккуратно двинулись дальше вглубь яруса.

Красота и барельефы остались позади. Дальше коридоры представляли собой жуткую картину побоища. Стены во многих местах оплавлены, кости, и останки устилали пол, перемежаясь с кусками проржавевших доспехов.

На третьем по счету повороте нам встретился новый ранее не виданный враг. Представьте себе скелет без ног и тазовых костей. Череп руки грудина и висящий огрызок позвоночника. Казалось бы, скелет инвалид без ног, разве может представлять угрозу слаженной команде? А вот и может!

Поднявшееся в воздух над очередной грудой костей существо окуталось сизой дымкой, ясно давая понять, что более чем встреченная ранее нежить близка к магии. Причем моя скрытность совершенно не сработала. Тварь почуяла меня метров за двадцать и бодренько так поплыла ко мне.

Благо я бегущий на всех порах обратно к команде и нечисть, обладали примерно одинаковой скоростью. Ария завидев преследующую меня напасть натянула лук и прицелившись спустила тетиву. Я развернулся, собираясь атаковать, и стал свидетелем защитной способности твари.

Стрела не нанесла урона. Хотя вначале мне показалось, что Ария просто на просто убила это существо. Достигнув цели, наконечник стрелы пробил старые кости, заставив дряхлые ребра разлететься в стороны от удара. Руки развалились на составные части, а череп лопнул осколками, упав на землю. Сизая дымка, укутывающая создание растворилась где-то под потолком, подобно пару.

Я уже собирался перевести дух, когда за спиной раздались крики. Вылетев прямо из стены туманное облако, опустилось на груду останков, заставив их собраться в нового скелета. На этот раз скелет был цельным, вот только назвать его обычным язык не поворачивался. Руки разной длины, к ребрам прилипли какие-то мелкие кости, на месте плечевого сустава более короткой руки туманная дымка удерживает еще один череп.

На первый взгляд существо было неуклюжим, но это была лишь обманчивая видимость. Плавным, но быстрым движением сбив Арию на пол длинной рукой, оно бесстрашно приняло удар клинком от Ролана, и развернула к нему свою черепушку, одновременно цепляясь лапами.

Лиассин ударила в бок, и удар достиг цели. Раскрошив несколько ребер, наконечник копья погрузился в дымку и…застрял. Тем временем Ролан, разрубив ключицу, замер с вытянутой рукой не в силах пошевелится, его меч так же торчал в теле твари, завязнув в непонятной эфирной субстанции.

Нежить тоже не собиралась бездействовать. Черепушка раззявила пасть и из нашего кузнеца, к ней устремился поток серой энергии, который казалось, сочился прямо из пор на коже Роланда.