Неприятности на Титане

— И, правда, как?

Глава IV Катастрофа

Куэйд собрал компактный двухместный катер, являющийся миниатюрной копией гигантского корабля, на котором они прилетели, и располагающий примерно тем же набором оборудования. Катер представлял собой передвижную лабораторию с камерами и прожекторами, способными направляться из прозрачного носа под любым углом. Во время полета катер находился в специальной нише внутри большого корабля, но теперь стоял на лавовой равнине неподалеку, готовый к взлету.

Прошло уже три дня, но Куэйд так и не решил задачу. Он не смог пробиться через стену непонимания, отгораживающую зоналов от любых достижений. Пару раз ему показалось, что он добился некоторого прогресса с первым зоналом, которого Вольф непочтительно называл Летуном. Но Летун, хоть и был крайне любопытным, но улетал в небо всякий раз, когда Куэйду казалось, что прорыв уже близко.

Сейчас Куэйд надевал скафандр в огромном корабле с камерой. Он решил обследовать окружающую территорию на катере, надеясь, что обученные Юделлом зоналы просто куда-то ушли. Заснеженный хребет не являлся для них преградой, потому что они перелетали через него, словно птицы.

Вольф с усталым видом оперся на стол, заваленный экспериментальными агрегатами.

— Может, возьмешь меня с собой, Тони? — спросил он.

— Тебе лучше оставаться здесь и следить за тем, чтобы все работало, как надо, — ответил Куэйд.

— Что ты имеешь ввиду?

— Послушай, я понимаю тебя. Все готово для съемок. Мы можем начинать в любое время…как только заставим зоналов играть. Надо найти какой-то способ… — Натягивая скафандр, Куэйд задел шкаф и в следующее мгновение ловко поймал упавшую с него бутылочку. — Нео-кураре. Еще рано его разбивать. Возможно, я сам им воспользуюсь, если мне придется вернуться к фон Цорну без фильма.

— Тони, — напряженно сказал Вольф. — Кажется, я вижу Кэйтлин Грэгг.

— Что?!

Куэйд неуклюже развернулся и уставился в долину через прозрачный корпус корабля. Неподалеку стоял гиросамолет, и из него медленно вылезала стройная фигурка в блестящем скафандре. Действительно, это была Кэйтлин.

— Черт… — прошипел Куйэд и пошел клюку.

На полпути он вспомнил про нео-кураре и торопливо сунул бутылочку в самозастегивающийся карман скафандра. Под ногами хрустела пемза. Куэйд увидел, как гиросамолет взлетел и направился к горной гряде. Кэйтлин быстро шла к нему, но в ее взгляде была определенная нерешительность.

Куэйд остановился перед девушкой. Она улыбнулась.

— Привет, Тони.

— Что ты тут делаешь? — спросил Куэйд. — Или я должен сам угадать?

— Так мило, что ты спросил, — заметила Кэйтлин и дернула носиком в сторону Сатурна. — Мне просто надоело бродить по Лунному Голливуду…

— И ты решила заскочить и поздороваться? — закончил за нее Куэйд. — Ну, теперь ты можешь развернуться, попрощаться и полететь домой.

— Как?

Куэйд посмотрел вслед улетающему гиросамолету.

— А как ты сюда добралась?

— Села на корабль, летевший в Новый Макао, и доплатила пилоту, чтобы он высадил меня здесь.

— Ладно, — смягчился Куэйд. — Видишь двухместный катер? Ты сядешь в него, и я отвезу тебя обратно в Новый Макао, где посажу на корабль, направляющийся на Луну. Понятно?

— Ну уж нет, — ответила Кэйтлин и побежала.

Куэйд ловко поймал ее, поднял дрыгающую руками и ногами фигурку и донес до катера. Затем усадил и повернулся к Вольфу, шедшему следом.

— Вернусь, как только смогу. Следи тут за всем.

— Ладно. Привет, Кэйтлин, — любезно сказал Вольф. — И пока.

Он закрыл люк и ушел. Куэйд молча повернулся к пульту управления и поднял корабль в воздух. Но Кэйтлин, стоящая рядом, вовсе не молчала. Закончила она на том, что разорвала помолвку и назвала Куэйда мерзким.

— Конечно, я мерзкий, — согласился Куэйд. — Но это моя работа, и мне кажется, тут опасно. Я знаю, что смогу со всем справиться. Но все равно не хочу, чтобы ты была рядом. Во-первых, ты будешь меня отвлекать, а, во-вторых, я все еще не знаю, что убило Юделла.

— Ха, — фыркнула Кэйтлин. — Эй! За нами кто-то летит.

Куэйд увеличил изображение на экране заднего вида.

— А, это Летун, — сказал Куэйд. — Один из зоналов. Долго преследовать нас он не будет.

Но это предсказание оказалось неточным. Летун держался на хвосте километров тридцать, пока не скрылся из виду вдали. После этого, кроме безжизненных циклопических вершин Дьявольских пустошей, ледяных и неприветливых в бледном свете Сатурна, ничего видно не было.

Все случилось с ужасающей внезапностью.

На кораблях много средств безопасности, но их эффективность основывается на том, что на борту есть умелый оператор, находящийся в сознании. В мастерстве Куэйда сомневаться не приходилось, но, к несчастью, он вырубился, когда катер столкнулся с мощным, словно циклон, порывом воздуха, пришедшим с Дьявольских Пустошей. Разогретый гейзерами воздух над долиной встретился с ледяной атмосферой Титана и создал страшный вихрь.

Катер развернуло боком, и Куэйд врезался в пульт управления. Он ударился головой о шлем, и ему стало все равно, что корабль падает.

Кэйтлин мало что могла поделать с этим, хотя пыталась изо всех сил. Ее завалило кучей оборудования так, что она не могла встать, однако, заодно это спасло ее от серьезных травм, когда корабль упал в воду, подняв тучу брызг.

Маслянистая светящаяся жидкость поглотила нос корабля. Рыба странной формы подплыла, чтобы заглянуть внутрь, и выпучила от изумления глаза. Затем поспешно исчезла.

Корабль опустился на дно. Кэйтлин, наконец, выбралась из-под завала и дошла по наклонившемуся полу до места, где лежал Куэйд. На голове у него выступила кровь, Кэйтлин быстро сняла шлем и воспользовалась аптечкой, чтобы оказать первую помощь. Но Куэйд упорно не желал приходить в сознание.

У Кэйтлин было два варианта действий. Вернуться на катере в лагерь или вызвать помощь. Она попробовала и то и другое, результат оказался отрицательным в обоих случаях. Пульт управления был сломан, гравитационные пластины — погнуты или поломаны.

Катер не подлежал восстановлению. Рация представляла собой гору обломков. Телекамера развалилась на части, некоторые бутыли с концентрированной краской сорвались с места и разбились, поэтому пол был залит желто-розовой жидкостью.

Кэйтлин посмотрела вверх через прозрачный нос корабля. Затем пришла к выводу, что озеро, на дне которого они лежали, было не очень глубоким. Если выплыть на поверхность… в герметичном скафандре это будет легко. Но как насчет Тони?

Ладно, за десять секунд он не утонет. Девушка наполнила оба костюма кислородом, затащила Куэйда в шлюз и закрыла внутреннюю переборку, бесплодно надеясь, что, раз в корабле остался воздух, то он всплывет сам, чтобы с него можно было легко снять все ценное оборудование. Кэйтлин открыла внешний люк, и поток воды сбил ее с ног. Каким-то образом, она сумела удержать Куэйда.

К счастью, корабль лежал на дне под таким углом, что кислород в скафандрах легко вытолкнул их из шлюза. Куэйд, все еще находясь без сознания, пустил пузыри. Запаниковав, Кэйтлин еще сильнее стиснула его руку, и они, как ракеты, вылетели на поверхность озера, залитую ясным, холодным светом Сатурна.

Куэйда вырвало из рук девушки. Она поморгала и быстро осмотрелась. Он плавал в паре метров от нее лицом вниз. Лежа животом на воде, Кэйтлин подгребла к нему, положила голову Куэйда на сгиб локтя и неуклюже поплыла к берегу.

На поверхности озера появилось несколько существ с гладкой шкурой. Они оценивающе посмотрели на девушку. Они отличались от тех зоналов, с которыми Куэйду уже доводилось сталкиваться. Головы у этих были плоскими, а челюсти — более массивными.

Им не хватало доброго, человечного вида первых зоналов. Но эти зоналы не стали нападать на Кэйтлин, за что она была им очень благодарна. Наконец, она добралась до берега и вытащила Куэйда из воды.

Лежа без сознания, он не успел наглотаться воды. Кэйтлин отдышалась и села рядом с ним, ослабев от облегчения и борьбы за жизнь. Затем осмотрелась.

Они оказались в кратере примерно трехкилометрового диаметра, окруженном нависающими пиками и ледниками, которые, казалось, были готовы сорваться катастрофической лавиной с крутых склонов. В самой середине кратера находилось маленькой озеро. Повсюду виднелись выходящие из земли струйки пара — гейзеры.

Под ногами, как обычно, хрустела окаменевшая лава, создавая запутанный лабиринт неправильных форм. Вдалеке Кэйтлин различила большой, черный, едва заметно поблескивающий купол. Но не смогла понять его природу.

Тем временем зоналы полукругом подплыли к попавшей в беду парочки. Амфибии вышли из воды, ручьями стекавшей с них, и стало понятно, чем еще они отличаются от зоналов Куэйда. Мешки на спинах этих зоналов были сморщенными и атрофированными.

Кэйтлин засомневалась, что эти создания безобидны. Она с ужасом посмотрела на длинные изогнутые когти на перепончатых лапах и страшные, похожие на бивни зубы, которые зоналы оскалили, оттянув губы. Если бы Кэйтлин была одна, то не стала бы дожидаться, когда амфибии подойдут еще ближе. Но сейчас рядом с ней без сознания лежал Куэйд. Ни у него, и ни у нее не было оружия.

Зоналы медленно подошли ближе. Они явно ведут себя угрожающе, подумала Кэйтлин. Зоналы зарычали. Можно было не сомневаться, что этих зоналов Юделл не приручал.

Кэйтлин поспешно поискала взглядом оружие, но нашла только приличных размеров кусок застывшей лавы. Подняв его, она встала и принялась ждать.

Зоналы вышли на берег и начали окружать людей. Их рычание стало громче. Одна амфибия была ближе других. Кэйтлин увидела, как этот зонал согнул покрытые шерстью ноги и весь напрягся, готовясь к прыжку.

Кэйтлин бросила в него камнем.

Амфибия с легкостью увернулась. Затем двинулась вперед, а остальные зашагали следом.

Но тут раздался чей-то крик. Затем яростно щелкнул кнут. Грубый голос снова что-то прокричал. Зоналы заколебались… а Кэйтлин быстро оглянулась через плечо и увидела, что к ней приближается какая-то гигантская фигура, одетая в лохмотья. Рыжие волосы с седыми прядями торчали во все стороны. Лицо человека было повернуто к зоналам, а мощные широкие плечи говорили об огромной силе.

Кнут снова щелкнул. Человек прокричал еще раз.

С рычанием, зоналы начали отступать. Затем внезапно развернулись и убежали в озеро. Человек подождал, пока амфибии не скрылись в воде, и повернулся к Кэйтлин. Он молча посмотрел на нее, держа в руке свисающий на землю кнут.

Что-то в его внешности заставило девушку содрогнуться. Его лицо было суровым, но не лишенным грубой привлекательности. А вот в холодных черных глаза было… что-то тревожное, хотя они ничего не выражали и походили на куски угольно-черного мрамора.

— Меня зовут Майло Шерман, — сказал человек и взглянул на лежащего без сознания Куэйда.

Когда Кэйтлин открыла рот, Шерман остановил ее поднятой ладонью.

— Поговорим по дороге. Зоналы весьма опасны. — Он неприятно засмеялся. — Меня они боятся, но я не хочу рисковать. Идемте. — Гигант нагнулся, взвалил Куэйда на плечи и пошел к блестящему куполу, который Кэйтлин заметила пару минут назад. — А теперь рассказывайте, — скомандовал он.

Кэйтлин объяснила, что с ними случилось.

— Понятно, — сказал Шерман, пока они обходили лавовый выступ. — Вам не повезло. Однако, пока вам ничто не угрожает. Вон там мой замок, видите?

В пятнадцати метрах впереди возвышалось здание, куполообразное строение высотой с шестиэтажный дом. Казалось, оно было построено из какого-то блестящего черного вещества, и через равные промежутки усеяно круглыми отверстиями. Шерман шел вперед, прямо к голой стене.

Нет — не совсем голой — в ней виднелось двухсантиметровое отверстие. По мере приближения людей, отверстие начало расширяться, пока не стало широким проемом.

Кэйтлин переступила через порог. Проем сузился за ними, как сфинктер. Девушка оказалась в большом помещении, пустом, за исключением аппарели, ведущей к дыре в потолке. На стенах светился ряд блестящих точек.

Шерман поднялся по аппарели. Кэйтлин пошла следом, чувствуя тревогу, вызванную какой-то неизвестной угрозой. Помещение наверху было еще больше, его тоже освещали блестящие точки на стенах. Оно было завалено всяким хламом — столами, стульями — некоторые из них были сломаны — большая часть просто проржавела.

— Это то, что мне удалось вытащить с разбившихся кораблей, — сказал Шерман.

Он подошел к углу, положил Куэйда в небольшое углубление в полу и бросил кнут в сторону. Куэйд опустился на несколько сантиметров, словно продавил надутый матрас.

— Ну что ж, можете снять шлем, — холодно сказал Шерман. — Чувствуйте себя, как дома. Вы пробудете тут всю оставшуюся жизнь — поскольку из этой долины нельзя выбраться!

Глава V

Опасная долина

Кэйтлин с понурым видом села на ржавый стул, заскрипевший под ней. Ее холодные пальцы действовали неуклюже, пока она снимала шлем, сдувала скафандр и расправляла волосы.

— Нельзя выбраться? — переспросила девушка. — Но ведь можно залезть…

— Попробуйте, — предложил Шерман, — но вы добьетесь только того, что устанете. Нас окружают ледники. И они часто обваливаются. Пытаясь перелезть хребет шесть лет назад, я сломал руку.

— Шесть лет назад?!

— Я живу тут уже семь, — сказал Шерман. — Я последний выживший с корабля «Пустельга», разбившегося при вынужденной посадке в Дьявольских Пустошах. При аварии выжило только трое — наш врач, я и еще один патрульный. Их могилы находятся неподалеку от замка. — Глаза Шермана оставались холодными. — Я пробыл тут уже семь лет, и зоналы постепенно перестают бояться меня. Они размножаются быстрее, чем я их убиваю. У меня осталось восемь патронов — нет, девять. — Он помахал старомодным пистолетом.

— Но съемочная команда будет нас искать.

— Не забывайте, мы застряли в крошечной долине посреди горного массива протяженностью четыреста пятьдесят километров. И, судя по вашим словам, друзья не знают, где искать. Им известно лишь то, что вы где-то на Титане. — Шерман заколебался. — Я забыл кое-что рассказать. Вам нужно срочно сделать прививку. Иначе вы сойдете с ума и умрете.

— Что? — поморгала Кэйтлин.

— Чума, как вы говорите, убившая Юделла и его команду. Она чуть не прикончила нас, пока врач не догадался, в чем дело. Вы уже заражены.

— Это невозможно, — сказала девушка. — Если только мы не подхватили болезнь после аварии.

— Вы были заражены еще до того, как высадились на Титане, — мрачно сказал Шерман. — Вирус — это белок, который есть в организмах всех человекоподобных существ, включая зоналов. Обычно он никак не проявляет себя и, соответственно, не причиняет вреда. Но под влиянием определенного вида радиации вирус становится зловредным.

— Ничего не понимаю.

Выяснилось, что Шерман много общался с врачом, пока тот не умер. Он рассказал Кэйтлин про болезнь под названием табачная мозаика — про то, как растение, страдающее от обычной мозаики, может внезапно стать жертвой более страшной формы — акухи, — вызываемой изменением структуры молекул растения.

— Вот так все и обстоит, — сказал Шерман. — Где-то на этом континенте лежит метеорит, испускающий лучи, превращающие спящий, безвредный вирус в смертельную болезнь. Именно это сделало зоналов такими глупыми. — Тут он заметил, что Кэйтлин побледнела. — Не тревожьтесь так сильно. Я все еще жив, как вы видите. Перед смертью наш врач успел создать лекарство. В крови у зоналов есть антитела… которые способны дать человеку иммунитет против вируса. К сожалению, антитела развились у зоналов слишком поздно, не успев спасти их от деградации. Вчера я приготовил новую партию сыворотки — так что пойдемте со мной, и я сделаю вам прививку.

— Но… как же Тони…

— Тут он будет в безопасности. Зоналы не смеют заходить в замок.

Кэйтлин прошла за Шерманом через еще один сфинктер. Она подумала о Вольфе с командой. На них тоже действует радиация метеорита — которая со временем убьет их, если не поставить прививки.

Но когда Кэйтлин сказала об этом Шерману, он только пожал плечами.

— Мы тут, словно в тюрьме. У нас нет ни рации, ни какого-либо другого способа связи. Ваш корабль покоится на дне и к тому же больше не способен летать. Так что… — Он взял шприц. — Вы с вашим другом — как его зовут, Куэйд? — будете тут в безопасности, если зоналы не убьют нас. Сюда они не войдут.

— В это строение? А кто вообще создал его?