Неприятности на Титане

— Тони, это действительно выглядит ужасно. Я только сейчас поняла… что прежде не видела кораблей, столкнувшихся с метеорами.

— Давайте вернемся к видеофону, — решительно сказал Куэйд. — Надо узнать результаты вскрытия.

Он прошел через полурасплавленный люк, и остальные проследовали за ним в местное отделение Патруля. Фон Цорн назвал свое имя, поэтому хватило минутного разговора с начальством. На экране появился худой человек в белом халате. Он представился.

— Вы нашли что-нибудь необычное? — спросил Куэйд.

Человек на экране покачал головой.

— Ну, во всяком случае, не то, что можно было ожидать. Их убило столкновение с метеором, если хотите это знать. Но… — Он заколебался.

— Что «но»?

— Мы обнаружили необычные антитела, — неохотно сказал доктор. — Это что-то новенькое. Следов вируса я найти не смог. По-видимому, на экипаж напала какая-то болезнь. Их организмы выработали антитела, каких я никогда раньше не видел. С нервной тканью тоже случилось что-то странное. Кроме того, немного изменилась клеточная структура.

Фон Цорн сунул голову к экрану.

— Но что это за болезнь? Нам нужно это знать. Они были в сознании, когда в корабль врезался метеор?

— Думаю, что нет. Кажется, Юделл с командой подхватили на Титане какую-то местную болезнь. Возможно, ту же, что превратила зоналов в идиотов.

— Мне надо самому слетать на Титан, — медленно сказал Куэйд. — А если мы будем работать в скафандрах, то все равно заразимся?

— Думаю, вирус не сможет проникнуть через металл или стекло. Но учтите, это всего лишь мое мнение. Существуют фильтрующиеся вирусы, знаете ли. Однако, судя по антителам, мне кажется, если не снимать скафандры снаружи корабля, то риска нет.

— Это будет непросто, — ответил Куэйд, — но все лучше, чем заболеть.

— Мы проверили разбитый корабль, — сказал человек на экране. — Ни следа каких-либо необычных болезнетворных бактерий или вирусов. Мы протестировали образцы протоплазменных культур и не нашли ничего, кроме обычных вирусов, присутствующих повсюду. Простите, но больше мне нечего вам рассказать.

— Ничего страшного, — ответил Куэйд. — Спасибо. — Он выключил видеофон. — Ладно, значит, нам придется снимать «Сыновей Титана» в скафандрах.

Кэйтлин заметно встревожилась.

— Мне… мне это не нравится, Тони. Разве тебе обязательно…

— Такой фильм нельзя оставлять незаконченным, — объяснил Куэйд. — Я посмотрел пленку, присланную Юделлом. Великолепное зрелище. Трагедия зоналов — одна из самых грустных историй во всей Системе. Историки считают, что когда-то они были высоко цивилизованной расой, но что-то разрушило их мозги. Теперь они похожи на животных. Если я сумею закончить «Сыновей Титана», у нас будет по-настоящему хороший фильм — как «Трава», «Челн» и «Пыль» вместе взятые. Конечно, если я пойму, как заставить зоналов играть. Они играли для Юделла — причем превосходно. Они идеально вжились в роли. В этом и заключается главная загадка, Кэйтлин. Зоналам даже не хватает ума укрываться от дождя.

— Может, это подделка? — спросила девушка.

— Нет, — твердо ответил фон Цорн. — Это не роботы. Юделл сделал из… из полных идиотов первоклассных актеров. Вопрос в том, как ему это удалось?

— Возможно, так же, как и вам с этим новым певцом, которого вы взяли на главную роль, — с сарказмом предположил Куэйд и посмотрел на листок бумаги. — Я нашел это на корабле Юделла — тут записано, что он собирался закупить в Лунном Голливуде. Наверное, вот почему он покинул Титан — у него закончились необходимые вещи. Давайте посмотрим. Зачем ему нео-кураре?

— А что это такое? — спросил фон Цорн.

— Производное от кураре. Яд, парализующий двигательные нервы. Я не знал, что у зоналов есть нервы.

— Их нервная система атрофирована, Тони. М-м… А что еще есть в списке?

— Кусконидин, соль Монселя, натрий сульфорицин, барестезиометр, линзы, фильтры, запчасти для камеры — Юделл не собирался покупать каких-либо специальных медицинских препаратов. Однако, в космосе нужно регулярно пополнять аптечку. Изменения катаболизма[1] и многое другое. Словом, нужны различные лекарства…

— Мне кажется, — резко перебил фон Цорн, — это как-то связано с группой зоналов, напавших на команду Юделла. Это было какое-то отверженное племя. Их было очень трудно ранить, они казались неуязвимыми. Нео-кураре — быстродействующий яд, не так ли? Ну… вот вам и ответ. Специальные патроны против конкретного племени, на случай, если они нападут снова. Юделл, наверное, собирался смазать пули ядом.

— Возможно, — ответил Куэйд.

Он заколебался, нажал кнопку видеофона и вызвал своего помощника Вольфа. На экране появилось узкое лицо голубоглазого юноши.

— Привет, Тони. Что случилось?

— Операторский корабль готов к взлету?

— Конечно.

— Ну, сначала надо будет кое-что докупить. Сфотографируй список.

Куэйд приложил листок Юделла к экрану.

— Готово, — через пару секунд сказал Вольф.

Фон Цорн выхватил список и впился в него глазами. Внезапно он издал страдальческий вопль волка, которому вспороли брюхо.

— Подожди, Тони! — отчаянно завопил он. — Надо кое-что изменить! Тут написано венерианский кошинель по сто долларов за пинту. Возьмите красный заменитель. Он почти такой же, и нам не придется…

— Я хочу, чтобы все было точь-в-точь, как в списке, — понятно? — сказал Куэйд в видеофон. — Смотри, ничего не забудь.

Получив удар по бюджету, фон Цорн развернулся к Кэйтлин Грэгг.

— А потом он, наверное, захочет алмазные линзы и радиевую краску для световых эффектов. А также тридцать с чем-то видов концентрированных водостойких красок… которых даже не будет видно на пленке!

— Зоналы проводят много времени под водой, — терпеливо объяснил Куэйд. — А съемки под водой в неземных условиях дело непростое. Чтобы получить идеальную четкость подводных кадров, придется поэкспериментировать с красками, специальными фильтрами и линзами.

— Ты заказал столько красящего порошка, что хватит на весь Тихий океан, — простонал фон Цорн. — По крайней мере, на озеро Эри. Почему Юделл так и не смог найти нужную краску перед тем, как расторгнуть контракт?

— Расторгнуть контракт? — изумленно спросила Кэйтлин. — Он не…

— Но он ведь погиб, не так ли? — прорычал фон Цорн и зашагал прочь, чтобы сорвать злость на какой-нибудь начинающей звезде, — предположил Куэйд, — не опасной начинающей звезде.

А Куэйд принялся готовиться к экспедиции.

Глава III

Съемочная площадка

Шестой спутник Сатурна Титан был негостеприимно холодным. Он не получал тепла от планеты, потому что средняя температура на поверхности Сатурна не превышает ста восьмидесяти градусов ниже нуля. Но на Титане есть несколько вулканически активных зон, и в одной из таких, посреди гейзеров и испускающих пар озер, находится единственное человеческое поселение на Титане — Новый Макао, ревущий пограничный город.

Большая часть спутника осталась неисследованной. Тут есть континенты, острова и страшно холодные моря, огромные глубины которых не замерзают благодаря приливным силам Сатурна. Карты спутника, в основном, пустые, содержат только очертания континентов и несколько найденных радаром ориентиров. Вулканические регионы разрабатывали около двух десятков шахтерских компаний.

Экватория, материк размером с Африку, протянулся с сорок пятого градуса северной широта до тридцать второго южной. Юделл четко обозначил на карте местоположение своего лагеря, примостившегося в долине рядом с экватором на задворках Дьявольских пустошей, широкого горного пояса длиной четыреста пятьдесят километров, пересекающего линию экватора.

Куэйд посадил блестящий корабль яйцевидной формы с прозрачным носом на восьмикилометровую равнину явно вулканического происхождения. Из каменной поверхности вырывались струи гейзеров. Над долиной высились скалы, покрытые снегом.

Посреди равнины стояло несколько лачуг, но признаков жизни видно не было. Хотя воздух тут и был пригоден для дыхания, Куэйд, вспомнив о загадочном вирусе, разрешил снимать скафандры только в корабле. Более того, в шлюзах он приказал установить обеззараживающие ванны, чтобы все члены команды погружались в них при входе в корабль.

— Мы не далеко от Нового Макао, не так ли? — спросил Вольф, а в его глазах появился задумчивый блеск, когда он через прозрачный корпус окинул взглядом долину.

— Не-а, — ухмыльнулся Куэйд. — Мы на противоположной стороне спутника. А что? Хочешь выпить?

— Вроде того.

— Лучше держись подальше от выпивки Нового Макао, — серьезно сказал Куэйд. — Знаешь, что такое плазмозин? Это ткань, которая не дает клеткам тела отделяться друг от друга. Один глоток местного марсианского абсента, и плазмозина больше нет. Ты буквально развалишься на части. В общем, не советую.

— Ого! — воскликнул Вольф с округлившимися глазами. — Круто, надо попробовать.

Куэйд усмехнулся и взглянул на панель приборов.

— Странно, — внезапно сказал он.

— В чем дело?

Вольф посмотрел туда же, куда и босс. Стрелка одного прибора подергивалась.

— Радиация, да?

— Да. Но непонятно, какого вида. Счетчики Гейгера молчат, значит, либо не могут зарегистрировать излучение, либо оно слишком слабое, чтобы причинить вред. — Куэйд стал нажимать какие-то кнопки. — Радиация усиливается к югу. Перед посадкой мы пролетели над большим кратером, не так ли?

— Все верно. И он не был вулканическим. Его образовал метеорит. Думаешь, он радиоактивен?

— Возможно. Но это не походит на обычную радиацию. Сейчас проверим. — Куэйд произвел какие-то манипуляции. — Альфа, бета и гамма излучений не зарегистрировано. Наверное, оно слишком слабое, чтобы причинить нам вред, но пусть проверит еще кто-нибудь. Как насчет того, чтобы выйти из корабля? Надень скафандр, Вольф.

Пока встроенные системы кондиционирования не привели температуру в норму, Куэйд с Вольфом потели в скафандрах снаружи. Стало гораздо комфортнее. Куэйд распорядился взять в экспедицию легкие скафандры, рассчитанные на защиту от холода и отравленной атмосферы, а не громоздкие усиленные бронированные костюмы для работы при большом давлении. Сатурн стоял почти в зените. Куэйд взглянул на планету с кольцами и прищурился, несмотря на то, что свет был тусклым, хоть и странно мощным.

— Придется использовать фильтры, — заметил он.

Мембраны в сферическом прозрачном шлеме давали возможность разговаривать. Использовать рацию в атмосфере Титана было необязательно.

Под ногами хрустела губчатая пемза. С запада донесся грохот ломающего льда, съехавшего с заснеженных вершин. Затем наступила тишина. В долине ничего не шевелилось. Куэйд прикрыл ладонью глаза от света Сатурна и пригляделся.

— Там озеро, — сказал он. — А зоналы любят воду. Начнем оттуда.

Поверхность Титана представляла собой бледную пустыню, и водоемы резко контрастировали с ней. Озеро образовывало овал полуторакилометровой длины. Оно кипело и пузырилось ярким светом — неудивительно, что Юделл собирался экспериментировать с красками! Растительная жизнь создала на воде островки. В озеро постоянно что-то происходило, через каждые несколько секунд под поверхностью появлялось чье-то крупное блестящее тело и очень быстро исчезало в глубине.

Куэйд остановился на некотором отдалении от берега. Он помнил, что тут жило племя опасных зоналов. Вообще, согласно новостям из Макао, таких кочующих групп было несколько, — они переходили от моря к озеру и от озера к реке в поисках легкой добычи. Но, в основном, зоналы вели себя вполне дружелюбно.

А в этом озере…

— Тони! — закричал Вольф. — Смотри!

В нескольких метрах от них из воды высунулась голова. Круглая, покрытая шерстью голова, как у тюленя. Глаза были большими и круглыми, а рот на вытянутом лице — широким, расхлябанным и безгубым. Но, несмотря на сходство с животным, форма лба и размер черепной коробки подсказывали, что у создания должен быть высокоразвитый мозг.

Куэйд с Вольфом не шевелились. Вода забурлила пузырями, и зонал пошел к берегу. Когда вода стала доходить лишь до колен, он остановился и тупо уставился на людей.

Тело существа походило на человеческое, а стремительные очертания и гладкая шерсть придавали ему неожиданную грацию. Рост зонала не превышал полутора метров. Перепончатые руки и ноги были огромными.

Из глаз зонала вылетели струи воды. Затем он нагнулся и ненадолго опустил голову в озеро. Вольф невольно попятился назад.

— Не бойся, — тихо сказал Куэйд. — У него полые глазные яблоки — на них натянута непрозрачная мембрана, как на литаврах. У зоналов нет хрусталиков. В центре мембраны есть отверстие, пропускающее свет, а полость должна быть всегда заполнена водой. Получается своеобразная линза. Впрочем, у зоналов превосходное зрение. И… взгляни на эту штуку на спине!

Наполнив глаза водой, зонал быстро распрямился, но Куэйд с Вольфом успели заметить летательный мешок — огромную штуку в форме сосиски, выглядящую, как горб.

Хрящевой выступ с одной стороны мешка внезапно дернулся. И зонал, заскучав в компании людей, исчез.

Вольф поморгал, глядя туда, где еще мгновение назад стоял зонал. Знавший, чего ожидать, Куэйд поднял глаза. Создание, похожее на корабль обтекаемой формы, быстро летело метрах в десяти над землей. Куэйд указал на зонала помощнику.

— Ого! — воскликнул Вольф. — Словно блоха. Как он это делает?

— Так же, как и кальмар, — объяснил Куэйд, глядя, как зонал камнем падает на землю.

В трех метрах над кучей обломков засохшей лавы, амфибия остановилась в воздухе, затем плавно опустилась и спокойно осмотрелась.

— Кальмар?

— Или каракатица. Они выталкивают воду из специального мешка — используют старый, как мир, реактивный принцип. Только зоналы подошли к этому научно. Мешки на их спинах выглядят непрочными, но, на самом деле, они очень крепкие. Внутри находится газ, постоянно обновляемый и состоящий из воздуха, пара и смеси химикатов из их крови. Когда зонал хочет взлететь, то выпускает струю с тем же эффектом, что и космический корабль.

— Впрочем, у них гравитационных экранов, — заметил Вольф.

— Верно, экранов нет, — улыбнулся Куэйд. — О, наш друг вернулся.

Зонал пролетел по воздуху, как пуля. Оказавшись рядом с людьми, он выпустил газ из мешка на спине, остановился и плавно сел на землю меньше, чем в метре от них.

— Интересно, Юделл научил их английскому? — пробормотал Куэйд и медленно протянул руку. — Привет. Мы друзья — понимаешь? Мы друзья.

Зонал осторожно дотронулся до металлической перчатки Куэйда гибким пальцем, затем аккуратно взял ее перепончатой рукой, внимательно осмотрел, поднес ко рту и сильно укусил.

Куэйд вскрикнул, отдернул руку и потер укушенное место. Зонал, кажется, растерялся, дернул плечами, словно пожал ими, затем перелетел на кучу обломков засохшей лавы, где сел на корточки, чтобы все обдумать. Тем временем, из воды рядом с берегом высунулся десяток голов.

— Кажется, ты говорил, что они не опасны, — заметил Вольф.

— Так и есть, — неуверенно ответил Куэйд и пошевелил пальцами. — Ай! Это было просто… любопытство.

— Ну, и что будем делать дальше?

— Для начала разгрузим оборудование. Установим камеры. Зоналы могут немного подождать, мне надо пораскинуть мозгами.

Куэйд надеялся, что говорит не так растерянно, как ему казалось. Надеялся, что Юделл все-таки чему-то научил амфибий, хотя, судя по всему, те были глупее обезьян, — причем намного. Но это не сочеталось с размером их черепных коробок. Казалось, что в этих головах, покрытых гладкой шерстью, прячется разум… и Юделл сумел их заставить использовать его. Но как?