Неприятности на Титане

Глава I

Фон Цорн встревожен

Всякий раз, когда фон Цорн, глава «Фильмов девяти планет» сталкивался с трудностями, он привычно приказывал всем включить видеофоны и звонить Энтони Куэйду. Видеофоны гудели и сейчас. Вообще-то, на самом деле, они пронзительно визжали. Телефонный номер Куэйда с ревом разносился по всему напуганному и частично оглохшему Лунному Голливуду.

Покачиваясь в кресле за большим стеклянным столом, фон Цорн подскочил от негодования.

— Ты не можешь так со мной поступать! — крикнул он в микрофон, а его редкие усики встопорщились от гнева. — Я знаю, ты слышишь меня, Куэйд! Это вопрос жизни и смерти! Куэйд!

Стайка встревоженных секретарш невольно вздрогнула, когда босс повернулся к ним.

— Приведите Куэйда! — завопил он. — Приведите мне Куэйда! Вы только и делаете, что стоите с разинутыми ртами. Я…

Фон Цорн замолчал, его лицо загорелось от одной нехорошей мысли. Переключая видеофон на личную частоту, он неприятно улыбнулся.

— Я заставлю его прийти! — пробормотал он. — Я… О, здравствуйте.

На экране перед фон Цорном появилось чье-то лицо. Он переговорил с человеком на том конце провода. Лицо на экране кивнуло и мрачно улыбнулось.

После этого фон Цорн откинулся на спинку кресла и приказал принести ему выпить.

— «Девять планет» на краю банкротства, — проворчал он в стакан, — а Куэйд бегает от меня. Я его уволю! Он будет в черном списке по всей Системе! Но только после того, как выполнит работу.

Тем временем, Тони Куэйд, удобно расположившись на кресле в «Лунной чаше», слушал, как оркестр в центре метеоритного кратера, играет впечатляющие начальные ноты «Звездной симфонии». Из карманного видеофона в пиджаке доносились едва слышные пронзительные вопли.

Широкоплечий Куэйд усмехнулся и поудобнее расположился в мягком кресле. Сидящая рядом Кэйтлин Грэгг улыбнулась в тусклом свете, и он подумал, что сегодня она прекраснее, чем когда-либо.

Ее можно было лишь похвалить за то, что она возненавидела титул «Любимица всей Системы», которым ее окрестил восторженный рекламный отдел. Она стала одной из самых ярких звезд «Девяти планет», и Тони Куэйд был в нее влюблен.

— Привет, глупышка, — лениво пробормотал он. — Кажется, ты чем-то встревожена. Что-то случилось?

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — прошептала Кэйтлин.

— Конечно, фон Цорн названивает всего лишь полчаса.

Крики из карманного видеофона были слишком громкими, понял Куэйд, широко улыбнулся и положил руку на спинку кресла Кэйтлин.

— Пусть покричит.

— Наверное, дело очень важное, Тони.

— Я на отдыхе, — сказал Куэйд. — Снимать «Парад звезд» было тяжело. Мне нужен перерыв. Кроме того, эта ночь слишком хороша, чтобы тратить ее на болтовню с фон Цорном.

— Да, ночь, действительно, хорошая, — согласилась девушка.

Она осмотрелась. Они сидели на верхнем ряду «Лунной чаши». Бесчисленные длинные ряды кресел под ногами спускались к далекой платформе в центре, где свет разноцветных прожекторов скрестился на оркестре.

За верхним рядом сидений находился Лунный Голливуд, самый странный город в Солнечной системе. Чудо Лунного Голливуда исчезало не скоро даже для тех, кто бывал тут регулярно. Мегаполис-сад располагался на дальней стороне земного спутника в гигантской долине, называющейся Большим Кратером.

Тут киностудии построили себе город, омываемый искусственным океаном стерильной атмосферы и укрепленный электромагнитными гравитационными полями, генерируемыми в пещерах под ним. Вдалеке бледно светился «Серебряный скафандр» и широкий, ярко-освещенный Лунный бульвар, тянущийся мимо него к валу Кратера…

…откуда сверху на Куэйда с Кэйтлин внезапно обрушился столб света. Ослепленные, они подняли глаза, но ничего не увидели. Затем, без всякого предупреждения, Куэйд поднялся в воздух и полетел к звездам.

Кэйтлин невольно попыталась схватить его за ногу, но не успела.

— Тони! — не понимая, что происходит, вскрикнула она.

— Меня держит гравитационный луч, — раздался откуда-то сверху раздраженный голос Куэйда. — Я могу высвободиться, но тогда сломаю себе шею. — Голос превратился в далекий шепот. — Я убью фон Цорна…

Потом Куэйд почувствовал под ногами твердый металл.

Луч потерял силу. Проморгавшись, Куэйд осмотрелся. Он оказался в нижнем шлюзе полицейского корабля. Офицеры в черной форме откатили огромные антигравитационные линзы. Человек с нашивками капитана убрал палец с кнопки, закрывающей шлюз, и оценивающе посмотрел на Куэйда.

— В чем дело? — сердито спросил Куэйд.

— Прошу прощения, сэр. Мы искали безбилетника с лунного корабля. Вы подходите под описание.

— Меня зовут Куэйд. Кажется, вы даже не взглянули на мои документы.

Капитан бесстрастно посмотрел на него.

— Документы могут быть липовые, знаете ли. Рисковать нельзя. Если вы действительно Тони Куэйд, мистер фон Цорн сможет вас опознать.

— О, да, — прошипел Куэйд сквозь стиснутые зубы. — Да, он сможет! А вот кто потом опознает его самого…

Спустя пять минут он уже был в кабинете фон Цорна. Босс оторвал глаза от сценария и холодно кивнул.

— Скажите им, кто я такой, — уставшим голосом сказал Куэйд. — У меня свидание.

— Все не так просто. Ты либо Куэйд, либо безбилетник с лунного корабля. Если ты Куэйд, то мне надо с тобой поговорить.

— У меня свидание. К тому же, я увольняюсь.

Фон Цорн не обратил внимания на это замечание.

— Если ты не Куэйд, то отправишься в тюрьму. — Он взглянул на капитана, и тот кивнул.

Куэйд обдумал свое положение. Разумеется, он сможет выбраться из тюрьмы без особых проблем, но на это уйдет несколько часов. Кроме того, ему стало интересно, что же все-таки случилось. Наверное, что-то очень серьезное.

— Ладно, — сказал он. — Я Куэйд. А теперь прикажите своей марионетке убраться отсюда.

Фон Цорн довольно кивнул, махнул капитану рукой и подвинул Куэйду коробку зеленых, ароматных лунных сигар. Куэйд демонстративно зажег свою сигарету и уселся в кресло из стекла и кожи.

— Выкладывайте.

Но фон Цорн не спешил начинать рассказ. Он взял сигару, свирепо откусил кончик и поднес спичку.

— Юделл погиб, — наконец, сказал он.

Куйэд удивился и погасил сигарету.

— Вот бедняга. Где это случилось?

— В Поясе Астероидов. В его корабль врезался метеор. Он возвращался с Титана. Патрульный корабль недавно закончил буксировку обломков.

Куэйд кивнул. Он видел Жака Юделла всего пару раз, но эксцентричный старичок, являвшийся гением в своей области, успел ему понравиться. Ученый, ставший режиссером, потряс Систему своими картинами — например, «Пылью», сагой о кочующих марсианских племенах.

— Так вот. — Фон Цорн тыкал сигарой в воздух после каждого предложения. — Нужно закончить то, что начал Юделл, Тони. В прошлом месяце он послал мне бандероль и письмо. В бандероли был контейнер с пленкой. Я просмотрел ее. Он снял зоналов.

— Это делали и до него… по крайней мере, пока в этом был смысл. Они же недочеловеки какие-то, верно? История о зоналах вряд ли кого-то заинтересует.

— Это самая странная раса в Системе. Ты когда-нибудь видел хоть одного зонала? Если увидишь, то не поверишь собственным глазам! Юделл совершил чудо — у него получился отличный сюжет. Зоналы согласились принять участие в съемках. Причем осознанно!

— Невероятно.

— Да. Но Юделлу это удалось. Он отснял одну катушку и послал ее мне вместе со сценарием. Хорошая вещь. Из нее выйдет настоящий хит. Я купил фильм, основываясь только на первой катушке. Мне пришлось выложить приличную сумму. Я уже приказал напечатать рекламные плакаты. Теперь поздно идти на попятную.

— Юделл не закончил фильм?

Фон Цорн покачал головой.

— Он по какой-то причине решил вернуться и прихватил с собой еще две готовые катушки, но в его корабль попал метеор. Юделл при этом погиб. Пленки, разумеется, испорчены. Юделлу не хватило ума положить их в сейф. — Фон Цорн переломил сигару пополам. — Я купил фильм, заплатив большие деньги. Но Юделл был единственным, кто знал, как заставить зоналов работать перед камерой. Понимаешь, в чем загвоздка, Тони?

— Вы хотите, чтобы я закончил фильм? Легче легкого. Почему бы просто не подделать остальную часть фильма?

— Я не смею так поступить, — откровенно признался фон Цорн. — В рекламе сказано, что в фильме снимаются только настоящие зоналы. Будет очень много шума, если мы воспользуемся роботами, и могу лишь представить, что скажет Джерри Карлайл.

Куэйд зло усмехнулся.

«Живололовка» Карлайл, выдающаяся межпланетная исследовательница, являлась единственным уязвимым местом фон Цорна, его ахиллесовой пятой.

— Она судится со мной, — громко вздохнув, сказал фон Цорн. — Из-за клеветы. Обвинила меня в том, что мультфильм «Джерри Мурри» клеветнический.

— А что, разве не так? — спросил Куэйд.

Этот мультсериал, выставляющий Джерри Карлайл любознательной венерианской мурри с вытаращенными глазами, понравился всем, кроме самой Джерри. Она даже устроила приличных масштабов бунт в меркурианском кинотеатре Фромана, когда узнала на экране себя.

— Мы не будем обсуждать эту… этот… — Фон Цорн прокашлялся и тихо закончил фразу, — эту кралю. Хочешь увидеть, что наснимал Юделл?

— Почему бы и нет, — вставая, согласился Куэйд. — Может, я догадаюсь, как ему удалось заставить зоналов работать на камеру.

— И догадывайся побыстрее, — мрачно сказал фон Цорн, — иначе нам всем несдобровать.

Глава II

Путешествие на Титан

Следующим утром Куэйд отправился в космопорт, чтобы осмотреть разбитый корабль Юделла, который привезли несколько часов назад. Фон Цорн поехал вместе с ним, и Кэйтлин, в последний момент учуявшая нечто интересное, намертво прицепилась к локтю Куэйда.

Куэйда не очень радовало ее присутствие, хотя он не мог понять, что именно вызывало смутную тревогу. Такое ощущение охватило его не впервые. Увидев разбитый корабль и представив опасности, который могли там дремать, Куэйд узнал знакомое предчувствие беды.

— Видишь, глупышка, тут нет ничего страшного, — нетерпеливо сказала Кэйтлин, когда они вошли в огромную дыру с рваными краями, на месте которой когда-то была обшивка корпуса.

Небольшой шестиместный корабль страшно искривился и изогнулся от удара метеора, пробившего рубку насквозь. Тела космонавтов уже извлекли, но остальное пока не трогали.

— Все равно мне это не нравится, — встревоженно сказал Куэйд. — Лучше бы ты подождала снаружи.

— Еще чего! — скептически воскликнула Кэйтлин и пригнула кудрявую головку, чтобы заглянуть внутрь. — Тут ничего нет. Не будь трусом, Тони. Чего мне бояться?

— Откуда мне знать? Я только знаю, что куда бы ты ни пошла, там происходит что-то нехорошее. Лучше отойди и дай взглянуть мне.

Но Куэйд тоже ничего не нашел. Даже внимательный осмотр внутренностей корабля мало чем подкрепил ощущение того, что тут случилось нечто посерьезнее тривиального столкновения с метеором. Единственное, что показалось ему подозрительным, — полнейший хаос в корабле.

Бутылки, приборы, датчики, казалось, разбились сильнее, чем должны были, учитывая характер катастрофы. Мебель превратилась в щепки не только в рубке, но и во всех остальных отсеках корабля.

— Непонятно, как метеор мог причинить такой ущерб, — медленно сказал Куэйд. — Выглядит так, словно… — Он поколебался. — Словно Юделл и его люди напились до зеленых чертиков и принялись крушить все подряд. Но тут нет ни следа попойки.

— Кислородное опьянение? — предположил фон Цорн.

Куэйд осмотрел баллоны.

— Нет, не похоже на это. Они даже не израсходовали весь кислород для спасения собственных жизней. Взгляните — они могли закрыть рубку воздухонепроницаемыми переборками и открыть кислород. Или, по крайней мере, надеть скафандры. Наверняка у них было на это время. Чутье мне подсказывает…

Фон Цорн повертел в руках неповрежденные контейнеры с пленкой, испорченной воздействием внешней среды.

— Что? — спросил он. — У тебя есть теория?

— Так, одна мысль, только и всего. Юделл и навигатор были не в своем уме, иначе они бы не столкнулись с метеором. Взгляните на это — автоматические репульсоры разбиты вдребезги. Вот что стало причиной катастрофы.

— Не в своем уме? — медленно переспросил Фон Цорн. — Космическая депрессия?

— Охватившая сразу всех? Вряд ли! Вскрытие уже делали?

Фон Цорн кивнул.

— Отчет должен быть уже готов так, что можем его посмотреть, если хочешь. — Он яростно пожевал сигару. — Если бы выжил хоть один человек! Нам в руки попал сценарий будущего хита, но Бог знает, сможем ли мы когда-нибудь им воспользоваться.

Кэйтлин сунула голову в искривленный дверной проем. Она слегка побледнела.