SWORD ART ONLINE PROGRESSIVE Канон золотого правила (конец)

Когда рано вечером прозвенел колокол, мы сбежали по этой лестнице, но на этот раз я не спешил и осторожно пошёл наверх. Как я помнил из бета-версии, лестница продолжалась и после четвёртого этажа западного крыла, которое было самым крылом замка.

В конце концов я оказался у маленькой двери и, повернув ручку, открыл её. Меня мгновенно окружил свежий, холодный воздух.

Дверь вела на крышу западного крыла замка. Здесь не было никакого освещения, но лунный свет, падающий из внешних проёмов этажа, разгонял тьму.

Единственным, что находилось на огромной крыше, был дверной проем, через который я вошёл. В однопользовательской RPG в уединённых местах всегда можно найти сундуки с сокровищами, но здесь не было даже маленького камешка.

В отличие от полированных стен замка, крыша была шероховатой и потрескавшейся. Я пошёл по её внешнему краю, который граничил с внутренним двором. Здесь были парапеты высотой около трети метра, но они не защищали от падения. До булыжников внизу было добрых двадцать метров, поэтому падение с крыши может оказаться фатальным.

На всякий случай я убедился, что был один, и наклонился, чтобы посмотреть во двор, который выглядел иначе, чем днём. Бесчисленные маленькие фонарики синего и оранжевого цвета освещали огромное Древо духов, а роса на его листьях и ветках сияла, как жидкий огонь. Вокруг дерева медленно ходили пары охранников. Всё это было похоже на видение из какой-то фантастической мечты.

После минуты восхищения я снова внимательно осмотрел каждую часть внутреннего двора, которую мог видеть — всё было в порядке. Колокола не звонили, и это означало, что никто не заходил в замок, но мне всё ещё нужно было кое-что проверить, прежде чем я мог отойти от края. Я обернулся и посмотрел на внутренние границы замка.

Замок Гэлей был вырезан в стенах древней круглой впадины в скале, поэтому его внутренней границей была гладкая естественная скала. Даже с крыши до вершины скалы было почти десять метров, поэтому, несмотря на бонус к ловкости от «Вечернего меча», я не мог подняться по скале.

Но ещё со времён бета-версии я всегда задавался вопросом, что может быть за этой скалой. Я был уверен, что ворота замка на южной стороне были неуязвимы, но пока я сам этого не увидел, я не мог исключить возможность нападения на замок со стороны скалы. Мне нужно было убедиться, что вероятность вторжения Лесных эльфов равна нулю.

Я отвёл взгляд от скалы и пошёл направо. Впереди вырисовывалась трёхсекционная остроконечная крыша центрального здания замка, которая была на один этаж выше любого из крыльев. Крыша была крутой, но не вертикальной, как скалы.

Вершина крыши равнялась с краем обрыва, поэтому ещё в бета-версии я думал, что смогу взобраться на эту конструкцию. Но как бы я ни пытался, я всегда скользил и падал примерно через три метра. Тем не менее, сейчас мои характеристики стали лучше, а ботинки были более высокого качества и с хорошим сцеплением. Я остановился примерно в двадцати метрах от остроконечной крыши, выбрал направление движения и побежал.

Через пять метров я достиг максимальной скорости. Под той крышей находился запретный пятый этаж центрального здания, в котором были частные покои графа, так что существовала возможность столкнуться с большими неприятностями, но сейчас было уже поздно об этом беспокоиться. Мощный прыжок отправил меня на середину крыши, и оттуда я побежал вверх по диагонали склона в семьдесят градусов. После пятого шага я почувствовал, что мои ноги скользят, а на седьмом шаге они соскользнули несколько сантиметров назад, но я успел сделать ещё два шага, прежде чем снова прыгнуть.

Если я закричу от напряжения, то это может разбудить графа Гэлейона, поэтому я должен был молча растянуться так, как только мог. Кончики моих пальцев схватились за край утёса и, позволив инерции приподнять меня, я вцепился в него изо всех сил.

Я был готов увидеть фиолетовый барьер, устанавливаемый системой в недоступных местах, но этого не произошло. Мне удалось подняться наверх, и тяжело дыша я перевернулся на спину. То, что я только что сделал, не использовало ни одной калории энергии моего физического тела, но когда вы доводили свой аватар до его физического предела, всегда появлялось тяжёлое дыхание.

Всего через несколько секунд дыхание успокоилось и я медленно сел. Передо мной простиралась абсолютно пустая плоская поверхность. Я сомневался, что дизайнеры могли так сэкономить, но впереди был только грубый ровный камень, без каких-либо особенностей или перепадов высоты. Я встал и топнул по поверхности. Камень оказалась прочным. По крайней мере, мне не нужно беспокоиться о том, чтобы не провалиться сквозь какую-то полигональную трещину и не уйти в другое измерение.

Другими словами, скала могла выдержать и сотню солдат. Кизмель утверждала, что эльфы не могли пройти через пыльный каньон без накидок, сделанных из листьев Святого Дерева, но не было никакой гарантии, что это относится и к вершине этого утёса. Мне нужно выяснить, был ли сюда какой-нибудь другой путь, кроме как через крышу замка.

После краткого осмотра я пошёл прямо на север. На вершине плоской горы не было ни монстров, ни кактусов, поэтому я использовал как ориентир массивную колонну, поддерживающую вдали следующий этаж Айнкрада, и шёл, используя для освещения только лунный свет.

Асуна любила высокие места, и я подумал, что ей понравится бесплодная равнина, но была веская причина не приводить её сюда. По правде говоря, я всё ещё не полностью доверял членам «Кьюсак». Было правдой, что, если вы будете проходить много-много квестов, то заработаете столько же опыта, сколько при эффективной охоте на монстров, и получите качественное снаряжение в награду за квесты. Но было немыслимо, что четверо игроков без большого боевого опыта смогут дойти до этого замка, даже с сопровождением в виде солдата Тёмных эльфов, к тому же не было ответа на вопрос, почему они это делают.

По их словам, они ушли из Стартового города чтобы зарабатывать деньги на еду и проживание, иными словами, чтобы время ожидания было для них как можно более приятным. Они были удивлены, узнав, насколько сильны, и решили, что смогут добраться до передовой группы. Однако, эта мечта была разбита встречей с Ловцом болотных кобольдов.

Всё это привело к формированию гильдии, ориентированной только на квесты, и всё это имело смысл. Что меня беспокоило, так это время их прибытия на передовую линию, которое совпадало с временем самых передовых игроков.

В настоящее время единственными людьми рядом с нами были АОА и АРД, которые в сопровождении Отряда Бро и Арго двигались против часовой стрелки в дальнюю часть этажа. Было очень мало надёжной информации о монстрах и рельефе этой части шестого этажа, и даже при наличии мощного союзного NPC риск смерти был достаточно велик. Если бы я был на их месте, то отставал бы от передовой группы как минимум на один этаж и принимал бы участие в квестах только тогда, когда выходило руководство Арго. В любом случае, квест «Война эльфов» не был бы в числе первых выполняемых мною квестов.

Таким образом, должна быть другая причина для их стремления как можно быстрее добраться до замка Гэлей. Возможно, что их кто-то для чего-то нанял. Возможно, этот кто-то хотел причинить нам вред. Другими словами, я не мог исключить подозрения, что у «Кьюсак» была какая-то связь с бандой Морте.

С вероятностью в девяносто девять процентов, я перегибал палку, но сразу после инцидента с параличом я поклялся, что меня больше не застигнут врасплох. Если «Кьюсак» были связаны с Мортэ или он манипулировал ими, то они могли искать альтернативные маршруты в замок. И первое, что пришло мне в голову, это проверить утёс, который закрывал заднюю часть замка. Как показали исторические сражения за Ити-но-Тани и Ицукусиму, лучшим традиционным средством атаки было спуститься с обрыва… Хотя, может быть я слишком драматичен.

Я шёл по пустой скале и тщательно осматривал окружающее меня пространство. Тем не менее, я не видел ни людей, ни монстров. Если я обойду по кругу весь периметр и никого не встречу, то мне придётся извиниться перед членами «Кьюсак».

— Что?!

Я вскрикнул и изо всех сил попытался остановить проваливающуюся вниз ногу. Мой баланс нарушился, и я замахал руками, пытаясь схватиться за воздух. Под моей опорной ногой оказалась пустота, которую я не заметил из-за одинакового цвета каменистой поверхности и общего фона. Я оказался на прямом, словно срезанном ножом, краю крутого утёса. Похоже, что меня ожидало падение с высоты более тридцати метров.

Я резко выдул воздух из лёгких и мне удалось сместить центр тяжести и упасть назад.

Когда моё сердце перестало бешено биться, я пополз вперёд и осторожно посмотрел через край. Скала была настолько крутой, что это была практически вертикальная стена, продолжавшаяся до самой земли. Ни один игрок или лесной эльф не сможет подняться по этой поверхности. Это невозможно.

Я отполз на четвереньках подальше от края и встал только тогда, когда оказался на безопасном расстоянии от обрыва. Открыв игровое меню, я проверил карту и обнаружил, что расстояние между моим текущим местоположением и внешней границе Айнкрада было не более двухсот метров. Это была северная оконечность скалистой горы.

Было почти три часа ночи, но я должен выяснить, как далеко простирался этот утёс. Я достал из своего инвентаря бутылку воды и быстро пошёл на восток. Хотя я и держался на приличном расстоянии от края, но в темноте предрассветной ночи было очень трудно определить, где находится обрыв. Хотелось бы посветить фонарём, но если на вершине горы были другие игроки, то они наверняка меня увидят — на поверхности плато совсем не было укрытия.

Я шёл, максимально пристально вглядываясь в поверхность перед собой. Иногда я приближался к краю и смотрел вниз, но не замечал изменений в обрыве. Примерно через пятнадцать минут я начал задумываться, не переосмыслить ли мне моё отношение к засаде Лесных эльфов или к зловещему «Кьюсак», и именно тогда я увидел то, чего совершенно не ожидал увидеть.

В ровной каменной поверхности было отверстие, которое переходило в вырубленную прямо в скале лестницу, очень похожую на подобные объекты из ранних RPG. Внизу мерцал слабый свет.

— …

Я застыл на две секунды, а когда мой мозг снова начал работать, я молча опустился на одно колено. Прикосновение к краю лестницы подсказало мне, что, как и сам замок, она была высечена прямо в скале. Текстура поверхности, обработанной долотом, была очень похожа на текстуру стен замка, но я не мог быть уверен, что это сделали Тёмные эльфы.

Если окажется, что там есть кто-то враждебный и настолько опасный, что я погибну в бою, то мне не придётся извиняться перед Асуной и Кизмель за свою глупость.

Я понимал, что мне следует избегать опасности и, вернувшись, предупредить девушек. Но когда я встал, чтобы уйти, то почувствовал аромат, который явно был здесь неуместен.

Это не было неприятным запахом. Наоборот, вкусно пахло специями, луком и жирным мясом. Больше мне не с чем было сравнивать, но мне показалось, что запахло старым добрым стейком.

— …

На три секунд мой разум застопорился, живот скрутило, а рот заполнила слюна. Я пришёл в себя только тогда, когда чуть не захлебнулся слюной.

Стоя на коленях, я обдумывал ситуацию: если у подножия лестницы ждал какой-то людоед, соблазняющий добычу запахом стейка, то спуск и моя последующая смерть сделают меня идиотом мирового уровня. Но что если бы был какой-то крошечный шанс, что эта лестница вела к фее стейков, которая появляется только один раз в году? В конце концов, были же кактусы, которые приносили плоды только в течение тридцати минут в году, так почему не может произойти и такое чудо?

Я сжал кулаки и через десять секунд принял решение.

— «Асуна, Кизмель, простите. Даже зная, что это может быть ловушкой, я должен спуститься по этой лестнице»

Поднявшись на ноги, я шагнул вниз по узкой лестнице. Отверстие представляло собой квадрат со стороной чуть более полуметра, поэтому сделав всего три шага вниз я упёрся животом в потолок узкого тоннеля.

— «Проход к лестнице должен быть прямоугольником», — подумал я, ворча, и откинулся назад, чтобы сползти по ступеням. Только через двадцать ступеней я оказался в достаточно высоком для меня коридоре, где смог стоять, упираясь головой в потолок не смотря на мой невысокий рост.

Коридор был таким узким, что в нём было почти невозможно разминуться двум людям, так что, по крайней мере, на меня не нападёт людоед или гигант. В коридоре не было источников света, но впереди, метрах в десяти, стены мерцали отблесками красного пламени, а запах готовящегося мяса усиливался. Я медленно и осторожно шагнул вперёд.

Когда я добрался до поворота на право, то остановился и быстро выглянул из-за угла, мгновенно откинув голову назад.

— …?

Я воспроизвёл увиденное в своём сознании, как будто снял его на плёнку, но оно сбивало меня с толку.

В конце коридора была комната около трёх метров в ширину. По середине стояли маленький стол и стул. На правой стене висели деревянные полки, а на левой была небольшая дверь. У дальней стены стоял чёрный цилиндр, похожий на кухонную плиту, перед которой стоял человек в чёрном халате и рассматривал сковороду. Было ясно, что именно сковорода являлась источником шипящего звука и соблазнительного запаха, но к сожалению, я не мог рассмотреть её содержимое.

Фигура в чёрном стояла ко мне спиной, поэтому я не мог сказать, был ли это человек, эльф или какой-то другой получеловеческий монстр, типа гоблина или орка. По крайней мере, он был ниже меня, поэтому это не мог быть людоед, питающийся людьми. Я снова заглянул за угол, но на этот раз смотрел достаточно долго, чтобы маркер фигуры оказался в моем фокусе.

Удивительно, но чёрный халат казался сделанным из очень тонкого материала, похожего бархат. Непослушные локоны серых, почти белых волос, струились по его спине, а на голове была остроконечная шляпа из того же материала, что и одежда. Плавающий над ним маркер был жёлтого цвета — NPC. Имя персонажа было Бухрум: Рассказчик Тёмных эльфов. Имя мне было незнакомо и я понятия не имел, что такое «рассказчик», но я точно мог сказать, что он был Тёмным эльфом. Таким образом, старик не должен был внезапно на меня напасть… Вероятно.

Я сконцентрировался и, завернув за угол, прошёл через коридор в комнату.

— Добрый вечер, — сказал я, и Тёмный эльф в мантии мгновенно подпрыгнул на воздух на треть с лишним метра, а его вьющиеся волосы взметнулись, когда он повернулся ко мне лицом.

— Что?! Кто здесь, или что здесь?! — закричал старик.

Это был пожилой мужчина лет восьмидесяти, с худым, морщинистым лицом и с парой маленьких круглых очков. У него были характерные длинные острые эльфийские уши, торчащие из кудрей, так что на самом деле ему могли быть и сотни лет. Серебряная борода свисала с подбородка почти до самого пола.

Из всех персонажей, которых я встречал в Айнкраде, этот был ближе всех к классическому представлению о волшебнике. Но меня также поразило лёгкое чувство дежавю, как будто я встречал этого эльфа раньше. Но я никогда не забыл бы такого необычного персонажа.

По крайней мере, старик меня не узнал. Его крошечные глаза выпучились за очками, а длинная борода задрожала, когда он закричал:

— Мальчик! Ты ведь человек? Как ты попал в мою тайную комнату?!

— Нормальным путём, вниз по лестнице… — Сказал я, указывая на прихожую, в которую только что спустился.

Старик замахал кулаком.

— Ты дурак, это не вход!

— Да? Тогда что это?

— Это мой дымоход! И кроме того, там вершина лысой горы, которую даже птицы не решаются пересечь! Как ты там оказался?!

— Ну… — Замялся я, думая, что у меня будут проблемы, если я скажу ему правду.

С другой стороны, с ним у меня явно были проблемы, так в чем же разница?

— Я поднялся по крыше центрального строения замка.

— …

Глаза и бородатый рот старика стали круглыми, и это выражение застыло на его лице на несколько секунд, прежде чем он издал странные звуки.

— Ка-хья! Ка-хья-хья… Ты говоришь, что молодой человек поднялся по крыше спальни маленькой Миланы?

Видимо звук «ка-хья» был его смехом. Старик опустил поднятый кулак, погладил бороду другой рукой, и тихо продолжил:

— Понятно. Видимо, ты тот человек-мечник, который помогал собирать ключи. Теперь я понимаю, что ты не вор, но что заставило тебя взобраться на гору в такое позднее время?

— Ну, эээ… У меня была ночная прогулка, вы понимаете… Небольшое ночное восхождение на гору… Мне стало интересно, на что похожа вершина утёса. Я бродил вокруг, пока не нашёл вашу лестницу, и не почувствовал приятный запах.

— Ааа! — неожиданно закричал старик, и пришла моя очередь подпрыгнуть от неожиданности.

Бухрум резко повернулся назад и быстро схватил ручку сковородки голыми руками.

— Ой!

Он поставил горячую сковороду на стол и подул на свою покрасневшую ладонь. Это было настолько внезапно и волнующе, что я не знал, что делать, пока не увидел, что шипит по середине сковороды.

В сковороде лежал продолговатый кусок рубленого мяса длиной около пятнадцати сантиметров и обжаренный до прекрасного коричневого цвета. Это был идеальный стейк, подобных которому я никогда раньше не видел в Айнкраде.

Старик заметил мой взгляд и, перестав дуть на руку, воскликнул:

— Ч-что ты хочешь? Это не для тебя! Это моё единственное наслаждение раз в месяц, а у меня осталось не так много удовольствий! Из-за тебя он чуть не сгорел!

Если бы это было одно из обычных блюд из сиги, или курицы, которые эльфы так часто подавали в своих лагерях и замках, то я бы поборол своё искушение и заявил бы: «Я не говорил, что хочу это съесть»

Но это был стейк. Он не был моим самым любимым блюдом, но без регулярных в Айнкраде карри и рамена просто его внешний вид и запах производили эффект взрыва. Я представил, как режу его и вид погружающегося в мясо ножа, который позволяет соку вытечь изнутри, вытеснил все остальные образы из моего мозга.

Если бы был какой-то способ заставить этого упрямого старика отказаться от половины его стейка! Даже от трети! Мой разум работал так же быстро, как в сражении с Мортэ, и меня поразило вдохновение. Я глубоко вздохнул.

С помощью деревянной лопатки старик переложил стейк на металлическую тарелку. Как можно спокойнее, учитывая обстоятельства, я спросил:

— Вы… Просто так?

— Что ты имеешь в виду? — подозрительно спросил старик, отодвигая тарелку подальше от меня.

— Человеческий обычай гласит, что такое вкусное мясо нельзя есть само по себе. Вкус мяса можно по-настоящему оценить только с овощами и хлебом.

— Ха! — усмехнулся старик, размахивая свободной рукой, — я устал от овощей более ста лет назад. Мне достаточно того, что повара в этом замке каждый день пытаются накормить меня зеленью и фруктами, потому что «это продлит вашу жизнь». Положить этот мусор в мою тарелку — значит разрушить мой драгоценный фрикатель.

— Фр-фрикатель?

Я едва сдержался, чтобы не спросить его, чем это отличается от стейка. Пока блюдо выглядело как стейк, и имело вкус стейка, не имело значения, как его называли эльфы. Вместо этого я махнул рукой чтобы вызвать игровое меню. Старик явно ничего не видел из людских чар, так как отреагировал с любопытством, но я быстро нашёл то, что искал, и вытащил это из своего инвентаря.

— Тогда как насчёт этого?

В моей руке оказался продолговатый ярко-фиолетовый предмет. Это был последний оставшийся у меня сладкий картофель. Хотя к стейку лучше подошла бы обычная картошка, но такая тоже подойдёт.

— Что это? — спросил старейшина Тёмных эльфов, который, очевидно, прожил века и не видел ничего подобного.

Его серые брови топорщились от напряжения, и я обогнул стол, чтобы показать ему картофель.

— Это сладкий картофель, который можно найти только на четвёртом этаже. Если его пожарить на сковороде, то, держу пари, это будет прекрасный гарнир для вашего стейка… Вашего фрикателя.

Если бы здесь была Асуна, то она использовала бы свой достаточный словарный запас и умение выражаться, чтобы очаровать, убедить упрямого старика, чтобы он попробовал это, но я решил её не будить. Эльф всё ещё с подозрением поднял очки, чтобы лучше рассмотреть картофелину.

— Говоришь, сладкий картофель? У него странный цвет.

— Внутри другой цвет. Если её пожарить, то она будет сливочного цвета, — сказал я, словно разносчик жареной картошки.

Взгляд старика метался между моим лицом и картошкой и, наконец, он откашлялся.

— Гм-хем… Я полагаю, что могу это попробовать. Если это так хорошо, как ты говоришь, то я отдам тебе половину моего фрикателя. Однако картошка полностью достанется мне.

Это выглядело как злоупотребление властью, но я съел столько картофеля, что в этот раз мог позволить себе от него отказаться.