Вероятности. Наваждение

– Ну что, – обратился он к другу, – будешь прощаться с последним Коржаковым?

– Пошёл ты! Я и близко не подойду.

– Как хочешь, – усмехнулся Гусельников. – С курткой что делать?

– Мне она не нужна. Брось туда же.

– Ага. Тебя потом и прихватят по этой куртке. Ладно, заберу домой и сожгу с мусором. Я так понимаю, закапывать мне?

– Я не подойду к яме, – повторил Ярослав.

– Понятно.

Василий взял лопату и принялся закидывать могилу.

– Вась, – вскоре позвал Ярослав.

– Чего тебе? – остановил работу Гусельников.

– Вот почему так, Вась? Почему отец до сих пор меня преследует? В школе я должен был подавать всем пример, не позорить отца. Потом в универе мне его всегда поминали, когда нужно, и когда не нужно. А теперь это… Ну почему я-то должен отвечать за отца?! Он убил этого Коржакова, я-то при чём?! Пусть бы и шёл к нему. Ко мне зачем? А теперь я в этом грёбаном лесу закапываю труп!

– Я закапываю, – уточнил Василий.

– Я даже не знаю, как он выглядит… – не обратил внимания на замечание Ярослав. – А он ведь мог меня убить. Сразу убить! И ты бы не успел… Почему ты пришёл так поздно, Вась?

– Давай не будем, а? Всё же нормально вышло: ты живой, он мёртвый. Всё как надо. Что выдумывать?

Ярослав встал и побрёл к машине.

– Теперь и я – убийца, – проговорил он. – Все Васильевы – убийцы…

– Да какой ты?.. – начал было Гусельников, но осёкся, сплюнул и продолжил закапывать яму.

Забросав могилу предварительно сложенным в отдельную кучку хвойным опадом, Василий вернулся к автомобилю и, кинув лопату с курткой в багажник, сел за руль. Тщательно вытер руки влажными салфетками.

Светало.

– Что теперь будет, Вась? – тихо спросил Ярослав.

– Что? Да ничего. Не думай – мои заботы.

– Как у тебя всё просто: раз – убил, раз – закопал… Как ты можешь?

– А ты что – думаешь, я в администрации целый день чаи гоняю? Мне разные дела приходилось делать за эти годы. Навидался… Просто вам не рассказывал. Такое лучше не вспоминать. Чёрт! Костюм и обувь теперь хоть бомжам отдавай.

– А в химчистку?

– Лучше новые куплю: мне в этих уже как-то не уютно.

Василий завёл автомобиль и повёл его обратно к дороге.

Среда, 12 июня 2080 года. Россия, Воронеж

Василий Гусельников мчался в Репное – коттеджный район Воронежа на левом берегу водохранилища. Поспать ему удалось всего два часа: не было ещё семи утра, когда позвонил Руслан и сообщил, что посредник между шантажистом и айтишником раскололся и выдал заказчика. Он оказался именно тем, о ком думал Гусельников, – вторым вице-мэром. Руслан направил в его дом в Репном опергруппу, а Василий вызвал ещё и начальника городского управления полиции. И теперь невыспавшийся и злой ехал туда сам.

На улице у высокого кирпичного забора, за которым виднелся трёхэтажный коттедж из жёлтого кирпича, уже стояли микроавтобус опергруппы и несколько легковых автомобилей. Калитка была распахнута, рядом дежурил сержант полиции. Василий вышел из машины и направился к дому. Сержант отдал ему честь и сообщил:

– Василий Данилович, подозреваемого задержали. Все ждут вас внутри.

Пока Гусельников поднимался по ступенькам крыльца, открылась дверь, и навстречу вышел Руслан – высокий плотный черноволосый парень лет тридцати пяти. Приятели крепко пожали руки.

– Он тебя там дожидается, – сказал Руслан. – На первом этаже, в гостиной. Не отвертится – закроем по полной. Ещё и с конфискацией. Доволен?

– Спрашиваешь! А ты можешь готовить место для новой звёздочки. И о повышении я поговорю, как обещал. Спасибо!

Василий зашёл в дом, где он не раз был в гостях за последние годы, и привычно свернул из холла налево – в гостиную. Там на кресле в халате и наручниках хмуро сидел его коллега – разоблачённый шантажист – чуть старше Гусельникова, круглолицый, полноватый шатен с бакенбардами. Рядом стояли двое оперативников, на диване развалился начальник городского УМВД, ещё несколько человек проводили обыск.

Василий не замедляя шаг, молча подошёл к креслу и сходу ударил уже бывшего вице-мэра по лицу так, что тот с грохотом опрокинулся на пол вместе с креслом.

– Василий Данилович! – бросился к нему начальник полиции.

– Всё в порядке, – ответил Гусельников, потирая кулак. – Я спокоен. Забирайте эту мразь.

Оперативники подняли окровавленного шантажиста и вывели из комнаты. Василий вышел в холл, позвав за собой начальника полиции. Там он вынул из кармана завёрнутые в пакет пистолет и глушитель.

– Найди его здесь, – протянул Гусельников пакет полицейскому. – А труп я тебе потом покажу.

– Всё понял, Василий Данилович, – заверил тот. – Мы его по полной программе…

– Отлично. Спасибо.

Василий вышел из дома и направился к машине. От ворот уже отъезжал микроавтобус опергруппы. Загудел смартгласс в нагрудном кармане пиджака. Гусельников надел очки и принял звонок.

– Я знаю, что ты сделал вчера вечером, Гусельников, – раздался хриплый бас. —Понял? Нам нужно то, что тебе передал Харитонов. Подумай, что тебе дороже. Я ещё позвоню.

– Да пошёл ты! – крикнул Василий, сдёрнул смартгласс и чуть не бросил его на асфальт, но, размахнувшись, вовремя опомнился, положил очки в карман и сел в автомобиль. Выровняв дыхание, нажал «старт» и покатил домой.

«Половина третьего, – взглянул на часы Владимир Бабичев. – Где же Лёха?»

Лейтенант уже час сидел в автомобиле с затемнёнными стёклами, припаркованном во дворе дома номер восемь по улице Чайковского. Над двором висели два самых маленьких дрона, какие только смогли найти, и видео с их камер, камер у каждого подъезда и уличных камер по периметру дома поступало на смартгласс Бабичева. Однако одному ему за всем уследить было сложно. Пожидаев должен был приехать ещё полчаса назад, но всё не появлялся.

Наконец высветился значок входящего вызова. Владимир сдвинул его вправо за поле зрения, принимая звонок.

– Вовчик, – раздался бас Пожидаева, – ты на месте?.. Хорошо. У меня возникла небольшая семейная проблема. Сына приняли в Левобережном отделе. За компанию с какими-то дебилами. Пришлось мотнуться туда. К трём я буду, а ты пока не теряй бдительности. Усёк?

– Есть, товарищ майор, – с усмешкой ответил Бабичев. – Всё под контролем.

– Ты давай не расслабляйся. Всё. Жди.

Прошло не больше десяти минут, как на картинке с одной из уличных камер появился Сергей Харитонов. Хотя он был в очках, кепке и с почти недельной щетиной, Владимир его узнал.

«Чёрт возьми! – воскликнул про себя лейтенант. – Не вовремя ты, ох, не вовремя».

Сергей подошёл к углу дома, осторожно заглянул во двор и, осмотрев его секунд двадцать, направился к скамейке под старой липой. Там в тени он вытащил из рюкзака бутылку минералки и принялся ждать Крюкова.

«Так, хорошо, есть ещё пятнадцать минут, – думал Бабичев. – Лёха может успеть на позицию».

И тут в арке появился Павел.

«Чего так рано-то?! – удивился Владимир. – В три часа же!»

В ту же секунду все изображения, передаваемые с камер, пропали. Даже дроны не давали картинку.

«Куда?! – запаниковал лейтенант. – Какого хрена?!»

Он перезагрузил одну камеру, другую – бесполезно. Дроны на вызов тоже не реагировали. Попытался позвонить Пожидаеву – связи не было.

«Ну, б.., понеслась!»

Владимир выхватил пистолет, снял с предохранителя и принялся осматриваться по сторонам, то и дело увеличивая картинку. Но никаких подозрительных личностей не заметил. Постепенно он начал приходить в себя, успокаиваться.

Тем временем Павел уже мирно беседовал с Сергеем у скамейки. Неожиданно из крайнего подъезда вышел молодой парень в широких джинсах, футболке с длинными рукавами и жилетке с накинутым на голову капюшоном и решительным шагом направился к ним. Сергей, уже вынувший флешку, чтобы отдать её Павлу, увидел парня и что-то сказал следователю. Тот резко обернулся и вытянул вперёд правую руку, в которой будто из воздуха возник пистолет.

– Твою мать! – вскричал Бабичев и выскочил из машины.

В этот момент парень в капюшоне вскинул левую руку, направив на Крюкова. Тот вдруг задёргался, будто что-то не давало ему завершить движение, очертания его смазались, и он буквально рассыпался в пыль.

– Какого?!.. – остолбенел Бабичев.

И тут парень повернулся к лейтенанту. Тот опомнился, прикрылся открытой дверью автомобиля, выстрелил в воздух и выкрикнул:

– Стоять! Полиция! Бросай оружие! – И направил пистолет на приближающегося человека.

Но тот и не думал замедлять шаг. Тогда Владимир, практически не прицеливаясь, выстрелил ему в ногу – раз, другой. Он был уверен, что попал, но парень будто проглотил пули и ничего не почувствовал. И прежде чем Бабичев успел решить, стоит ли стрелять в другие части тела, молодой человек поднял непонятно как оказавшийся в его правой руке пистолет и нажал спусковой крючок. Владимир с пробитым пулей лбом откинулся на заднюю дверь автомобиля и сполз по ней на асфальт. Парень подошёл, присел, снял с Бабичева смартгласс и, поднявшись, положил его в карман своих джинсов. Затем снова направился к скамейке, за которой от перестрелки укрылся Сергей. Тот, выхватив пистолет, сидел на одном колене и целился в надвигавшегося противника.

– Не подходи! – крикнул Сергей. – Буду стрелять!

– Сергей Митрофанович, опустите пистолет! – ответил парень. – Вам ничего не угрожает. Выслушайте меня.

Харитонов встал, но пистолет не убрал, держа его наготове:

– А я вас вспомнил. Тогда у университета. Кто вы такой? Зачем это всё?

– Это были вынужденные меры. Иначе бы вы отдали флешку. Вы не беспокойтесь, Сергей Митрофанович. Заканчивайте свою разработку, всё будет в порядке. Больше вас преследовать не будут. Главное – молчите обо всём, что здесь произошло. И запись со смартгласса сотрите. При мне, пожалуйста.

Сергей выполнил требование и спросил:

– А что со следователем? С Крюковым?

Парень улыбнулся:

– Это был не Крюков. До свидания, Сергей Митрофанович.

Молодой человек развернулся и зашагал к углу дома. В этот момент с другой стороны двора вывернула воющая сиреной патрульная машина, привлечённая выстрелами. Но парень уже скрылся за поворотом.

Вслед за патрульными во двор влетел другой автомобиль. Из него с пистолетом наготове выскочил Алексей Пожидаев и крикнул пэпээсникам:

– Я начальник Железнодорожного убойного. Мы здесь проводили операцию. Кто стрелял?

– Разберёмся, – ответил один из патрульных.

Оба полицейских с автоматами наперевес побежали к Сергею, всё ещё сидящему на скамейке под густыми ветвями липы:

– Руки в гору!

Один держал Харитонова на мушке, другой надевал наручники. Подоспел Пожидаев:

– Спокойно, спокойно, ребята! Это свой. Снимайте браслеты.

Сергея освободили.

– Что здесь случилось? – спросил у него майор.

В ответ Сергей указал рукой на автомобиль Бабичева. Пожидаев обернулся и кинулся к своему оперативнику. Но Владимиру помочь уже было нельзя. Алексей медленно поднялся с колен, стёр пот со лба рукавом.

– С-сука! – тихо протянул он и с силой пнул колесо автомобиля.

Повернулся к Сергею и крикнул:

– Где Крюков?

– Он не приходил, – ответил тот.

– Как не приходил?!

Связь уже появилась, и Алексей набрал номер следователя. Павел долго не отвечал, но наконец принял вызов:

– Алексей? – раздался его нетвёрдый голос. – Ты уже на месте?

– Какой «на месте»?! – воскликнул Пожидаев. – Вы видели, сколько времени? Где вы?

– А сколько?.. А, чёрт! Я тут на Чайковского в машине. Что у вас?