Рыцарь-Инженер

— Катенька, а ты по папке не скучаешь?

— Ну что я, маленькая что ль? — фыркнула Катя, бешено колотя пальцами по клавиатуре. — Не отвлекай самый заруб!

Дождавшись, когда девочка закончит и с облегчением откинется на спинку стула, высоко подняв над головой кулачок, Эллидия повторила вопрос.

— Мам. Ну что ты пристала! Папака у нас «космонавт», сама говорила! — ответила она. — К тому же я как не старалась, не смогла обойти блок прабабушки. Я же всё понимаю — он работает, старается для нас. А с чего такие вопросы?

— Да так… — протянула Богиня. — Скажи Катюш, а мальчики тебе какие нравятся?

— Если у них меньше трёхсот двадцати девяти кликов в минуту, можешь даже не предлагать на рассмотрение.

— Кликов? — непонимающе спросила богиня.

— Ну да! — повернулась к ней и уверенно кивнула головой дочь. — Конечно же кликов мышкой! Только скажешь мне в какой игре, а то мне лузеры с «Весёлой Фермы» не нужны! А вообще ориентируйся на все четыреста… нет — лучше пятьсот!

Глядя на свою девочку, Богиня мать живо вспомнила те годы, когда она настоящим мужчиной считала того, кто способен клинком перерубить с одного удара дерево диаметром в три метра или сжечь магией поле в несколько десятков гектаров.

Женщина неуверенно кивнула.

В таверну мы возвращались порознь. Уладив какие-то свои дела в Торговой Гильдии Росарски, Сау — как просил называть себя Сауриал, терпеливо дожидался нас оперившись спиной о колонну поддерживающую навес перед домиком оценщика, со скучающим видом рассматривая доску с имперскими новостями.

Лулуяся, с самого утра находившаяся в прекрасном расположении духа, хотя, кролики — они вообще — такие, буквально сверкая словно драгоценный камень, мела своей тяжёлой юбкой торговки дорожную пыль порхая от прилавка к прилавку. Я же, безропотно тащился за ней, держа в руках свёртки с покупками девушки, думая о чём-то своём.

Как говорится: «Назвался груздём — полезай в кузов!»

Вообще, сегодня утром, проснувшись с похмельной зорькой и спустившись в питейный зал, я едва успел поймать эту вертихвостку до того, как она убежала в торговые ряды, открывать свой фургончик. С большим трудом мне удалось уговорить этого кролика-трудоголика не рвать когти на рынок, а взять на сегодня выходной и сходить в двафский банк, открыть ей полноценный счёт.

Тем более, что её товар — лечебные эликсиры и внезапно — шпингалеты нашего производства, не был скоропортящимся, а потому мог и подождать. Я же — мало того, что мучался от головной боли, так ещё и как-то не грела мне душу немалая сумма золотом, выкуп, полученный Лулуяся, который она побоявшись держать у себя, передала мне на хранение.

Карлики же в вопросах финансовых были теми ещё бюрократами и одно только оформление у них всех необходимых бумаг, могло занять часа четыре. Ну а если этим брюзгам не понравится что-то в клиенте, то они начнут проверять на подлинность каждый принесённый тобой золотой, и тогда процедура может затянуться до бесконечности.

Ну а так, как задержаться в Сальфиншире мы по обсуждению решили на три дня, кролику нужно было продать товары по максимуму, Сау, по-моему, решил окучить максимально возможное число местных прелестниц, а мне просто хотелось отдохнуть… в общем я назначил на завтра, на вечер — шашлыки.

А для этого мне естественно нужно было мясо, специи, кое какие овощи, конечно же уксус и ещё кое-что, чем мы и закупились на обратном пути из банка.

Своим спутникам правда, я свою задумку не открывал, просто предупредив, что «завтра гуляем и будет сюрюрприз», а затем сдав свёртки с покупками немного заинтригованному коллеге маркизу, с наказом оставить их у меня в комнате. отправился к деревенскому кузнецу.

Дабы прикупить у него мешок однородного древесного угля, желательно пережжённого из местного аналога берёзы.

Замариновав на ночь будущую вкуснятину, я со спокойной душой завалился спать. Утром же, когда крольчиха убежала к своему фургончику, кое как отбрехавшись от Сау, возжелавшего затащить меня в казино, отправился бродить по окрестностям.

Следовало подобрать хорошую полянку, для вечернего священнодействия, а заодно расспросить местных, о зверушках, проживающих в соседнем лесу.

Совсем не хотелось, знаете ли, чтобы в самый разгар веселья, к нам на огонёк пожаловали какие-нибудь особо голодные гоблины.

К сожалению, человек предполагает, а Бог… ну или Богини — располагают. Угли весело потрескивали в прихваченном мною из дома раскладном мангале, ароматный дымок, порождал обильное слюноотделение, а мясо, по всеобщему мнению, было божественным.

Даже Лулуяся, которая, как и все демибисты была всеядна, но из-за собственной кроличьей породы, как и Мисилиси предпочитала вегетарианскую диету, с удовольствием умяла аж два шампура, заставляя нас поражаться, как в неё смогло войти столько еды.

Кусочки-то я нахряпал — немаленькие.

Ну а потом, к нам «пришли» проблемы. В прямом смысле слова, пришагали на собственных ножках, видимо ориентируясь по запаху, в виде четырёх в хорошенько поддатых Авантюристов.

Слово — за слово, косой взгляд в сторону нашей крольчихи, пара крепких выражений в адрес пришедших с Сау девушек и начался мордобой. Хорошо хоть что из затуманенного винными парами памяти не званных гостей, не выветрилось предупреждение о том, что на территории Сальфиншира запрещено использовать оружие.

Ну или помог «шнурок мира», снять который можно было только сломав сургучную печать, который повязывали стражники барона на всё вносимое на территорию деревни клинковое оружие.

Победили естественно, мы со счётом «четыре — один» в нашу пользу. Выиграли бы в сухую, если бы наш блондинистый красавчик тоже не полез в драку, красуясь перед своими девицами.

В любом случае — он об этом не пожалел и весь следующий день, из комнаты раненого героя, доносились очень характерные звуки, заставлявшие девушек из прислуги смущённо краснеть, а парней, завистливо поглядывать на закрытую дверь.

Ну а ещё через день, наш маленький караван состоящий из двух лошадок и фургончика, в который был запряжён низенький, мохнатый пони, покинул гостеприимный Сальфиншир и весело цокая копытами покатил по тракту на север. К столице.

Под вздохи и стенания Сау о том, что нам следовало бы задержаться ещё немного, ведь в деревне как-раз начиналась ярмарочная неделя.

Лулуяся, периодически начинала тихо подпевать себе под нос песенки. Расказывала нам о быте демибистов в их родной деревне, хвалилась подрастающей сестричкой Ляляясей, которая вроде бы как желает тоже торговать и главное — путешествовать по Империи.

Я травил анекдоты, уже давным-давно переделанные мною под жителей этого мира, Сау, бренчал на мандолине, поливая окрестности жалобными балладами. В общем, ехали весело, с музыкой, песнями и шутками.

Особенно хорошо, стало, когда в одном из городков, к нам присоединилась балаганная труппа. По тем землям, по которым мы сейчас ехали, вместе путешествовать было куда как сподручнее, а сладкоголосые серебряные, лунные и морские эльфийки из труппы, устраивающие концерты на вечерних привалах, смогли разбередить даже меня.

Как-то стыдно стало перед тем же Сауриалом, который «могёт», в то время как я способен только рассказывать анекдоты. Готовился я ровно три дня, переводя известные мне песни на общеимперский. Ну а что — взыграл во мне бывший морпех, для которого гитара была вторым главным оружием после автомата.

Тем более что раньше, голос у меня был куда хуже, чем нынешний.

Вообще, за исключением «Прощания Славянки», я никогда этим не занимался подобными переводами, а от того дело шло медленно и в восхищённых взглядах женщин из балагана, в отличии от моего коллеги, я успел покупаться только в последний вечер перед нашим расставанием.

«Под небом голубым…» за авторством БГ, лёг на эльфийские душонки просто замечательно. Дамочки с искрящимися глазёнками записывали тексты и чуть ли не вырывали у меня из рук инструмент похожий на чуть искажённую «русскую дамскую гитару».

А дальше, вообще была феерия. «Зелёные рукава», «Far, far away», «Что такое осень…», «Далеко» Мельницы, и много ещё чего я смог вспомнить из ранее выученного репертуара, содрогало неокрепшие эльфячьи средневековые души, оставляя на них неизгладимые шрамы.

Впрочем, мне от этого радости было мало, потому как рядом со мной, всё время находился «Яростный саблезубый кролик», упорно отгонявший готовых уже на всё ушастых хищниц. Обижать Лулуясю мне как-то не хотелось — пусть я уже истосковавшийся за прошедшее врем по женской ласке, страшно завидовал Сау, перепробовавшего за это время кажутся уже весь человеческий женский коллектив. И как только мужики его ещё не побили.

Однако, уставшая за день крольчиха всё же в какой-то момент просто заснула. А я дождавшись этого момента и не наблюдая только что вившихся вокруг девушек, погладил фиолетовые волосы нашей спутницы. Встал и выйдя из нашего лагеря, отправился к прекрасному озеру, возле которого мы разбили совою стоянку.

— Вот ты и попался, — произнёс женский голос за моей спиной и путь к отступлению, мне отрезали вышедшие из рощицы ушастые прелестницы.

— А кто сказал, что я буду от вас убегать? — улыбнулся я, разводя в стороны руки.

Эта ночь, проведённая на мягком тёплом песке возле озера, и последовавшей за ней короткий сон, запомнятся мне, наверное, на всю оставшуюся жизнь. Во всяком случае, я так думал Эльфийки разных рас, да к тому же давно уже не девочки, знали, как доставить мужчине удовольствие, к тому же…

Похоже, что инорасовые, эльфийские феромоны, действовали на меня покруче любой виагры. Во всяком случае, когда обнажённые женские тела уже с трудом шевелились на белом песочке, я с трудом мог бы назвать себя удовлетворённым, а потому коршуном выискивал новую цель.

Ею стала серебряная эльфа Цунуме, которая вовремя открыв глаза, заметила меня, промычав что-то нечленораздельное, и вновь завладела мною. Ну или я овладел ей, мне в этот момент было без разницы.

Я признаться до этого момента мало верил в притягательность возбуждённых эльфиек для человеческих мужчин, но поле этого… К тому же я не чувствовал себя хоть в чём-то виноватым. Эльфы… точнее эльфийки всё-таки существа о близости, с которыми грезит каждый нормальный мужик на моей бывшей грешной планете.

И да — я даже за ушки, которые у них — ого-го какие, двумя руками подержаться успел. У каждой.

К тому же эльфочки, они не демибисты, которых я воспринимал скорее, как «зверушек» нежели людей. Воспитание у меня такое… А эти, и не проститутки к тому же. Ну а Ариса: во-первых, мы друг-другу ничего не обещали, а во-вторых, я вновь юн и молод — могу же я погулять то, в конце-то концов! Хоть в другом то мире!

Не желая оставлять красавиц вот так вот на берегу, а вдруг кто найдёт… я как мог, одел их и по одной перетаскал в наш лагерь. Получив от, казалось бы, спящего Сау, большой палец вверх, и тихий шёпот…

— Мужик! Завидую!

— Скажешь кому — прибью, — улыбаясь пообещал я.

— Да вообще — замок, — ответил также тихо он и отвернулся, показательно захрапев в сторону пристроившейся к нему акробатки Тамары.

Ну да — он то, несколько дней потратил, на то, чтобы подбить клинья, хотя бы к одной из ушастых, а я вот так взял, и….

Выпив, на всякий случай, эликсир общего исцеления, я завалился спать, а утром, мы разъехались в разные стороны.

Труппа — налево, а ближайший город, а мы дальше по тракту.

Вот только Лалаяся весь день, дулась на меня — непонятно за что…

Ближе к полудню, наш небольшой караван свернул на боковую дорогу. Тракт в этом месте делал поворот и огромный крюк, огибая по периметру выпростанное щупальце «Запретного леса Мэн», и ведя к одному из крупнейших городов Империи Эмбердейлу, который на заре государства был форпостом человечества перед угрозой монстров на южных направлениях.

Вообще, в книгах было написано, что «Люди» в этом мире появились в незапамятные времена на далёком севере, намного дальше нынешнего месторасположения «Демонического Рейха» и двигались на юг, гонимые нежитью и подступающими извечными льдами.

Не знаю что-там на счёт ходячих мертвецов, но судя по всему, со своих родных земель, человечество согнал очередной ледниковый период, произошедший примерно с пяток тысяч лет назад, а потому народ организованно ломанулся на юг.

Так вот, а к Эмбердейлу мы решили не ездить, а сэкономив несколько дней, срезать через деревушку Герхмен, расплодившуюся у подножья «Запретного леса Мен», от которой сквозь его выступ, огибаемый трактом, вроде как имелась редко используемая колея на другую сторону.

Вообще, я тихо недоумевал, по какой собственно причине, почти в самом центре Империи, до сих пор существуют тёмные пятна наподобие этого древнего леса. Вот что мешает местному Лорду, понагнать сюда солдат, прорубить просеку, проложит дорогу, установить форт если уж очень надо.

— Ну — я так подозреваю, что ему это просто не выгодно, — пожал плечами Сау, — с чисто экономической точки зрения. Куда как проще сидеть ровно на жопе и ничего не делать, соблюдая «статус кво».

— Можно было сделать дорогу платно и стричь с купцов денежку, — пожал я плечами. — Или ты про то, что сократится поток караванов, проходящих именно через Эмбердейл и город начнёт тихо умирать? Но подобные транзитные центры, процветающие просто за счёт того, что присосались в своё время к тракту — так или иначе обречены. Однажды в любом случае появятся новые торговые пути, он просто потеряет своё значение…

Я не стал говорить, что это однажды, возможно будет уже очень скоро.

Потому как на удалённом от населённых пунктов тестовом полигоне Инженерной гильдии уже во всю гоняет, нарезая круги по закольцованным рельсам «Большой Чух-чух», как ласково обзывали наши дворфы и гномы первый в этом мире паровоз.

И я был абсолютно уверен, что когда мы с Императрицей начнём бодаться с Советом Лордов на тему прокладки первого имперского пути от столицы моего феода Олейды, до Ариэльдейла, то он пройдёт через расположенный сильно западнее портовый город Эннинбах, построенный на берегу Великой реки, а не через бесперспективный Эмбердейл.

— Тут ключевое слово — однажды… — Сау почесал переносицу. — А сейчас герцога д’Верглау всё устраивает.

— Ну-ну…

— Проложив здесь большую дорогу, — подала первый раз за сегодняшний день голос Лулуяся, — Можно обидеть старых богов и духов леса.

— Что за «Старые боги»? — повернулся я к уже окончательно оттаявшей девушке, больше делая поинтересоваться у неё: «Ну и что это сегодня такое было?»

Будь наша спутница человеком или эльфом, я бы предположил, что у неё «внезапно» начались «критические дни», но сейчас, в конце лета, у крольчихи просто не могло случиться ничего подобного…

— Это те, кто правил на этих землях, до того, как сюда пришли люди со своими богами, — улыбнулась мне девушка. — Многие из них ещё живы, а другие уже умерли, но не так как мы — смертные. Кто-то добрый, кто-то очень злой, а кто-то просто обижен на смертных, за то, что забыли его или предали. Во всяком случае, так говорят наши шаманы, правда отец Куруяс учащий нас писанию Оэфлии и Тирбона с ним не согласен…

— Хм… — я потёр подбородок и нахмурился. — Буду знать…

«Как бы будущей железной дороге не пришлось выписывать кругаля, из-за таких вот «обиженных старичков», — подумалось мне. — В этом мире глупо относиться к подобным вещам с пренебрежением. Надо бы заранее будет профильтровать тему».

С этими мыслями мы въехали в открытые ворота Герхмена, возле которого несколько крестьян перекладывало какие-то мешки. Почти сразу же в глаза бросились следы недавнего бушевавшего здесь пожара, разваленный в одном месте частокол и присыпанные песком лужи крови на утоптанной земле.

Остановившись возле постоялого двора, больше похожего в этой деревне на смесь салуна и обычной пивнушки, мы привязали лошадей к коновязи. Лулуяся же, попросив нас ненадолго приглядеть за её повозкой, ускакала к старосте, просить разрешения ненадолго открыть торговлю со своего фургончика.

Уж больно хорошо в таких вот деревеньках шли шпингалеты, скобы и прочая мелкая фурнитура.

— Что это у вас здесь произошло? — спросил я рассматривая обгоревшую колонну, вышедшего к нам на встречу объёмистого трактирщика, вытирающего руки о довольно белый передник.

— Тык орки лютуют молодой господин, — кивнул на проломанный частокол мужичок. — Логово, наверное, тут у них неподалёку.

— Ор «к» и которые через мягкую негласную «Ki», то есть — свинолюди, или те которые через гласную «К» — клыкастые и зелёные? — уточнил Сау довольно важный вопрос.

— Хряки которые, — кивнул непонятно чему толстячок. — Зелёных то мы отродясь и не видывали…

— Давно появились-то? — задал я новый вопрос.

— Да уж с месяца два как…

— А что Авантюристы? — я нахмурился. — Деревня ведь недалеко от тракта…

— Тык нетуть, — развёл руками трактирщик, показывая, что таких зверушек здесь не завалялось.

— В Эмбердейл человека не посылали. В гильдию или к герцогу…

— Тык посылали конечно, токма он не воротился, — тяжело вздохнул мужичок, — сбёг наверна поганец, в городе жить остался. Бегёт от нас народ господа хорошие… Вы первые кто к нам за три последних седьмицы заглянул, вот я и подумал, что вы по нашему делу, ан вижу теперь что — нет…

Мы с Сауриалом синхронно переглянулись.

* * *

— Не понимаю, как я дал старосте себя уговорить… — пробормотал Сау, перешагивая через очередной вьющийся по земле щупальцеобразный корень. — Я, маркиз, должен ползать по лесам ради каких-то там чужих крестьян… Нонсенс!

— Терпи маркиз, — подбодрил я коллегу, — герцогом станешь! А вообще зря ты на старикана наговариваешь, он от своих лет разве, что газы после бобовой похлёбки пускать может. А вот внучка у него — та ещё манипуляторша…

— Ну…

— Она глазками хлоп, хлоп, — продолжал я давить на совесть Сауриала. — А кое кто как на всю деревню заорёт, что ради такой красоты, да он этих орков, да в бараний рог…

— Ну не на всю деревню… — слегка покраснел мой спутник. — Да и вообще. Неужто она тебе не понравилась?

— Как по мне — так вполне обычная, — отмахнулся я.

— А, ну да, я как-то позабыть успел, — фыркнул Сау, — Вашему Сиятельству эльфятинки подавай… в больших количествах. На обычных девушек мы уже не смотрим!