Дарт Бейн 2: Правило двух

— А ничего страшного, — безмятежно отозвался наездник. — Нам и корабля хватит.

Занна крутанулась на пятках и во всю прыть рванула к лесу, но рыжий тут же метнулся следом, как будто ждал, что девочка попытается сбежать. Всего через пару мгновений человек настиг ее, набросился сзади, сбил с ног и всем весом придавил к твердой почве.

А в следующий миг его подбросило вверх.

Головорез пролетел добрых пять метров и, сдавленно крякнув, рухнул на бок — от удара из него вышибло воздух. Занна с трудом поднялась на ноги. Когда она пустилась бежать, остальные наездники бросились следом; сейчас же они торопливо попятились, воздев оружие высоко над головой. В широко раскрытых глазах читался недоверчивый страх.

Занна резко развернулась к главарю — и вдруг услышала, что он смеется. Рыжебородый наездник встал с земли и подмигнул девочке.

— Кажись, у нас тут джедай-недоучка, — крикнул он своим соратникам. — Как же тебя на Ондерон-то занесло? Дала деру от учителя?

— Я не джедай, — тихо прошипела Занна.

— И то правда, — согласился рыжий. — Ты ведь Силой-то своей толком не управляешь? Вот если тебя разозлить или напугать — тогда накатывает. Верно говорю?

Занна стиснула зубы, прищурилась, но ничего не сказала.

— Послушай-ка, малышка. — Наездник вытащил из голенища короткий клинок и не спеша направился к ней. — Нас тут двенадцать человек, а ты одна. Ты правда думаешь, что нас одолеешь?

— А вдруг? — Занна вздернула подбородок.

— Про них не забыла? — поинтересовался головорез, кивнув на чудовищ. Сам он все так же осторожно крался вперед. — Стоит нам свистнуть, и дрекслы оттяпают твою белобрысую башку по самые плечи. От них-то отбиться силенок хватит?

— Нет, — признала Занна. Краем сознания она ощутила легкий укол, словно бы кто-то ее звал.

— Вот и не рыпайся, мелюзга, — кровожадно ощерился рыжебородый. Он уже стоял всего в паре шагов, выставив перед собой клинок. — Нечего было летать в одиночку.

В ответ Занна тоже ухмыльнулась:

— А я не одна.

Стоило ей договорить, как их обоих накрыла густая тень. Громила едва успел глянуть вверх — и тут же угодил в цепкие когти гигантского ящера. Этот дрексл был еще крупнее, чем те четыре зверя, которыми хвастались наездники. Он испустил крик, от которого под ногами у Занны содрогнулась земля, и свечкой взмыл обратно в небо. На шее у громадного чудовища восседал знакомый силуэт Дарта Бейна.

Дрексл поднялся на тридцать метров — и разжал свою смертельную хватку. Обмякшее тело головореза с глухим шлепком врезалось в землю. Резко хрустнули кости.

Завидев, как с неба падает искореженный труп их главаря, наездники из клана Скельда сорвались с места. С улюлюканьем и пронзительным свистом они ринулись к своим зверям, торопясь вступить в воздушный бой. О маленькой девочке посреди поляны все и думать забыли.

Первым от земли оторвался дрексл, на котором сидели всего двое наездников. Женщина впереди сжимала в руках поводья: все ее силы уходили на то, чтобы держать зверя в узде и направлять его полет. Мужчина, сидевший за ней, выполнял роль штурмана и стратега. Он выкрикивал команды, которые напарница тут же беспрекословно исполняла: когда подняться повыше, когда нырнуть в пике, когда заложить вираж, а когда броситься в атаку. Третье седло пустовало — там явно должен был сидеть погибший главарь.

У остальных дрекслов были полноценные экипажи по три наездника — один управлялся с поводьями, другой отдавал приказы, а третий орудовал здоровенной бластерной винтовкой. Толстой звериной шкуре разряды бластера были нипочем, но удачным выстрелом можно было издалека подбить вражеского наездника. Впрочем, за огневое преимущество приходилось платить лишним весом: с тремя всадниками ящер становился медлительным и неповоротливым.

Дрексл, на котором сидели всего двое, сразу же вырвался вперед. Зверь взмыл в ясное синее небо, где на шее своего нового питомца горделиво кружил Бейн, всем видом бросая аборигенам вызов.

Как только первый противник приблизился, ящер темного владыки испустил боевой клич и помчался врагу наперерез. Занна увидела, как обе крылатые рептилии врезаются друг в друга — и сходятся в стремительном яростном поединке. Сцепившись в клубок, дрекслы рухнули в пике. Две туши корчились и переплетались, молотили крыльями, разили блестящими на солнце когтями. Хлесткими хвостами ящеры метили друг другу в глаза или норовили выбить наездников из седла. Огромные головы, кусаясь и щелкая челюстями, плясали на извивающихся змеиных шеях.

Наездники полагали, что с их-то мастерством и опытом воздушных боев мигом победят незнакомца, который еле ухитряется в одиночку управиться с дрекслом. Они не осознавали, что Сила дарует Бейну полную и безраздельную власть над зверем. У аборигенов такого преимущества не было — а значит исход был предрешен. Ящер Бейна был крупнее и сильнее, летел он почти налегке, а движения ему не стесняли ни поводья с уздечкой, ни седло.

Когда падать оставалось каких-то двадцать метров, дрексл Бейна извернулся, изогнул шею и вырвал сопернику глотку. За десять метров до земли он отцепился от врага, вынырнул из гибельного пике и победоносно взмыл ввысь. Смертельно раненный противник рухнул в грязь — от удара мгновенно погиб и сам ящер, и оба всадника.

На весь поединок ушло не больше десяти секунд, но за это время остальные три команды наездников оказались выше Бейна, что было серьезным тактическим преимуществом. Взмахнув могучими крыльями, дрексл Бейна стал подниматься им навстречу. На одинокого всадника обрушился шквал бластерных выстрелов, но на глазах у изумленных аборигенов владыка ситхов зажег световой меч и отбил все разряды.

Один из вражеских ящеров ринулся к Бейну, надеясь этим маневром отвлечь его от двух других. Дрексл пронесся мимо, не долетев пары метров до дистанции поражения, и тут же резко вильнул в сторону: наездник рывком натянул поводья. Подпустив врагов поближе, Бейн потянулся к ним Силой и рванул за упряжь, прикреплявшую седло к спине дрексла. Три голоса вскрикнули от неожиданности — а потом от ужаса: всадники вместе с отцепившимся седлом полетели к земле, до которой было несколько сотен метров. Дрексл даже ничего не заподозрил: он все так же кружил в воздухе, готовясь снова спикировать на чужака.

Бейн не стал тратить время на то, чтобы насладиться страхом поверженных врагов. Еще до того, как они ударились о землю, он переключился на третьего противника. Ситх выпустил ураган молний, от которых наездники обратились в пепел, а дрексл комком обугленной дымящейся плоти рухнул с небес.

Одним лишь усилием мысли Бейн направил своего зверя к последней троице всадников… и это оказалось ошибкой. Второй дрексл остался без наездников — но сам-то он был еще жив. Повинуясь животному инстинкту, ящер развернулся в воздухе и накинулся на незнакомого самца, который вторгся на его территорию.

Дрексл без седоков схлестнулся со зверем Бейна ровно в тот момент, когда ситх вступил в бой с последней командой. Три чудовища переплелись друг с другом и превратились в единый визжащий клубок плоти, когтей и клыков, который со свистом несся к земле. Твари безжалостно терзали друг друга, и в Бейна били струи горячей пенистой крови. За мельтешением крыльев и лап ситх на краткий миг увидел одну из всадниц. Ее лицо окаменело: наездница поняла, что они все несутся навстречу жуткой и неотвратимой гибели.

Ситх отпустил разум своего дрексла и мысленно потянулся к трем оставшимся всадникам. Темный повелитель вобрал в себя вражеский страх, пережег его в ярость. Всю бушевавшую в нем Силу он направил на орбалисков, досыта накормив их темной стороной. В ответ они впрыснули ему в кровь свежую дозу адреналина и гормонов. Так Бейн смог высвободить еще больше энергии — и повторял этот цикл снова и снова, до самого столкновения с землей.

Занна тоже видела, как вцепились друг в друга три летающих чудовища. Они штопором падали с неба, все стремительнее кружась по спирали, а девочка ждала, что кто-нибудь один вот-вот вырвется на свободу и взовьется обратно в небеса. Но дрекслы так и не расцепились.

Когда соперники врезались в землю, Занна завизжала от ужаса. Грохот от столкновения был подобен взрыву. Ударная волна подняла в воздух гигантское облако пыли и обломков, а Занну сбила с ног. Стремительный вихрь тут же докатился до нее и обволок пылью.

Ученица ситха — теперь, похоже, бывшая — с трудом поднялась на ноги, откашливаясь от грязи и мелких камешков. Девочка в ужасе смотрела сквозь марево на огромную воронку — двадцати метров в диаметре и двух в глубину. В центре кратера громоздилась гора перемолотой плоти: тела зверей и наездников слиплись в единую колышущуюся массу. И из этой мясорубки явился окровавленный силуэт ее учителя.

Ситх прихрамывал, шел сгорбившись, держась одной рукой за бок. Но Занна все равно моментально его узнала — даже сквозь завесу пыли. Она смотрела и не верила глазам: с каждым шагом поступь учителя становилась все ровнее и увереннее. Он расправил плечи, разогнулся — а когда опустил еще и руку, сердце ученицы заметалось от радости.

Дарт Бейн был жив! И Сила, которая помогла ему пережить этот невероятный бой, — могущество темной стороны — однажды будет принадлежать ей! В порыве чувств она бросилась вперед, чтобы обнять учителя… и тут же отпрянула, увидев у него на груди жутковатый чужеродный нарост.

— Это орбалиски, — объяснил Бейн вместо приветствия. — Существа, питающиеся энергией темной стороны. Если бы не они, я бы сейчас ни за что не выжил. — Дышал он все еще тяжело, но Занна не могла понять, была ли тому виной боль, истощение после выплеска Силы или и то и другое.

Учитель остановился перед ней. Девочка медленно потянулась к холодному твердому панцирю — и тут же испуганно отдернула руку: доспех шевельнулся под ее пальцами.

— Они чувствуют в тебе мощь темной стороны, — с отеческой гордостью изрек Бейн.

— А как их теперь снять? — В Занне боролись любопытство и отвращение.

— Никак, — ответил ситх. — Доспех останется со мной навеки.

— Мне тоже придется такое носить? — смиренно поинтересовалась ученица.

Бейн всерьез задумался.

— Орбалиски даруют огромное могущество, но взимают свою дань. Телу приходится… нелегко. Ты не сможешь такого вынести, пока не станешь взрослой. А может, и вообще никогда.

Занна с облегчением кивнула. Судя по виду, ее учитель уже почти оправился от ран, хотя его лицо и доспех все еще были залиты кровью.

Она заметила, что Бейн смотрит поверх нее — на «Звездный След», стоявший на дальнем краю прогалины.

— Я угнала корабль, — призналась девочка. — Мне… мне пришлось убить команду.

— Ты сделала все необходимое ради достижения цели, — отозвался Бейн. — Тебе хватило сил и смелости сокрушить тех, кто встал на твоем пути. Ты поняла, что тебе нужно, — и забрала, не считаясь с ценой. Ты поступила как настоящий ситх.

Девочка почувствовала прилив гордости:

— Что теперь, учитель?

— Теперь начнется твое настоящее обучение, — заявил Бейн и зашагал к «Звездному Следу».

Занна быстро его нагнала. Стоило ей услышать слова учителя и увидеть могущество Силы, как метания и страхи, терзавшие ее во время полета, растаяли без следа. Девочка больше не боялась и не сомневалась в своем будущем: теперь Занна знала, кто она такая. Она — ученица, избранная Дартом Бейном. Она наследница древнего Ордена. И когда-нибудь она станет темной владычицей ситхов.

* * *

— Вы посылали за мной, мастер Валентайн? — спросил Джохан, войдя в личные покои генерала.

С тех пор как Сенат принял закон о Руусанских реформах, прошло три дня, а Фарфалла с падаваном до сих пор оставались на Корусанте. Джохану не терпелось распрощаться с городом-планетой, но после позорной истерики в кабинете канцлера Валорума он горел желанием доказать, что умеет держать себя в руках и доверяет суждениям наставника. Если Фарфалла считает, что они здесь нужнее, надо подчиняться и не роптать.

— Садись, Джохан, — мягко сказал мастер-джедай, указав на ближайший стул. По тону сразу стало ясно, что у него какие-то печальные известия.

Падаван уже боялся дальше слушать, но покорно сел.

— Мы нашли «Звездный След».

На миг у Джохана даже сердце подскочило. Вскоре после того, как он расстался с экипажем Иртанны, челнок пропал без вести. Пришлось отрядить поисковые команды, но те вернулись ни с чем. И вот теперь, почти через две недели, «Звездный След» нашелся!

Но радость тут же улетучилась: Джохан вдруг понял, что учитель упомянул только корабль, а о людях на борту не сказал ни слова.

— Что случилось? — спросил падаван, хоть и боялся задавать этот вопрос вслух.

— Видимо, на них напали наемники, — вздохнул Фарфалла. — Корабль обнаружили брошенным, он дрейфовал в секторе Джапраэль. Все ценное забрали, а экипаж погиб — их почти в упор застрелили из бластера.

— Всех? И Иртанну, и Бордона? Даже его сыновей?

Фарфалла смог только угрюмо кивнуть.

«Нет эмоций. — Джохан стал мысленно повторять кодекс джедаев, стараясь совладать с собой. От известия, что команда Иртанны так бессмысленно погибла, падавана охватил внезапный приступ гнева. — Есть покой».

— Знаю, с этим трудно смириться, — вздохнул Фарфалла и, сев напротив Джохана, заглянул ему в глаза. — Однако сейчас мы ничего не можем для них сделать. Как бы дальше ни сложилось, наказывать виновных — не твое бремя.

— Я понимаю, учитель. — Джохан сглотнул, чтобы не разрыдаться. — Но не могу не горевать об утрате.

— Вот и правильно, мой юный падаван. — Генерал ободряюще похлопал ученика по коленке, а затем поднялся на ноги. — Горе — естественное чувство. Сама по себе скорбь не таит опасности.

Фарфалла отошел к дальней стене и принялся изучать висевшую там картину, дав юноше побыть одному и собраться с мыслями. Несколько минут спустя, когда Джохан снова встал, генерал обернулся к нему.

— Мне тяжко от этого известия, мастер Валентайн, — подал голос юноша. — Но я понимаю, что не мне искать убийц. Спасибо, что позвали меня по такому случаю.

— Я послал за тобой не только поэтому, — признался Фарфалла. — Для тебя есть задание.

— Расскажите же мне, учитель! Я готов служить. — Джохан понял, что никогда еще не говорил так искренне. Ему отчаянно нужно было хоть что-нибудь, чтобы отвлечься от мрачных раздумий об Иртанне и ее экипаже.

— Сенат утвердил проект Руусанских реформ. Ты уже знаешь, как они скажутся на нашем Ордене, но этим дело не ограничится. Канцлер Валорум не зря говорил, что Республика должна переродиться.

Джохан понимающе кивнул.

— Многие жители Галактики воспротивятся новым законам, — продолжал Фарфалла. — В попытке заново объединить Республику некоторые видят умысел вернуть под власть Сената те планеты, которые уже провозгласили независимость… или вот-вот собирались.

— Вы опасаетесь за жизнь канцлера, — догадался Джохан.

— Именно. К тому же нам важно показать, что Орден поддерживает Руусанские реформы. Защитить канцлера от тех, кто пожелает причинить ему вред, должны именно джедаи.

Джохан из последних сил боролся с нетерпением. Фарфалла хочет поручить ему особое задание! Может, он пошлет падавана в регион Внешнего Кольца, чтобы тот внедрился в ячейку сепаратистов-радикалов, или отправит на передовую сражаться с какой-нибудь бандой мятежников!

— Я хочу назначить тебя представителем Ордена среди личной гвардии канцлера Валорума, — объявил Фарфалла, и Джохану показалось, будто его ударили под дых.

Меньше всего ему хотелось застрять в столице — а теперь он был обречен торчать на Корусанте, пока у канцлера не закончится срок. Если же Валорум вдобавок победит на следующих выборах, то придется остаться еще на четыре года!

— Ты, кажется, огорчен.

— Не огорчен, учитель, — осторожно ответил юноша. — Разочарован. Я надеялся на иное.

— Наш Орден связан обетом служения. Порой ради блага других нам приходится жертвовать самым желанным. Таков путь джедая.

Джохану нечего было возразить. Учитель, как всегда, оказался прав. Если таков его долг — если он нужен именно на этом месте, — то поручение надо не просто принять, а взяться за него со всем пылом.

— Мастер Валентайн, я смиренно принимаю оказанную мне великую честь. Я буду истово и беззаветно служить канцлеру Валоруму и исполню все, что в моих силах.

— Я безмерно рад, что ты столь охотно принимаешь свою судьбу, — с лукавой улыбкой ответил Фарфалла. — Осталось решить еще один пустяковый вопрос… В ближайшие дни мне придется покинуть Корусант по другим делам. Полагаю, ты представляешь, какая трудная пора сейчас настала у Ордена?

— Конечно, учитель.

— Но, сам знаешь, я не могу оставить падавана без присмотра.

Генерал был прав. Каждому падавану до самого конца обучения полагалось все время находиться под опекой и бдительным надзором одного из мастеров.

— Что-то я не понимаю. Если вы улетаете, то под чьим же началом я буду служить?

— Думается мне, твоя служба окончена, юный джедай.

В первую секунду Джохан застыл столбом, не понимая, что учитель хочет сказать. И лишь когда осознал, что Фарфалла назвал его джедаем, а не падаваном, все встало на свои места.

— То есть… меня посвятят в рыцари?

— Именно, — подтвердил Фарфалла. — Я переговорил с Советом, и они согласились, что ты готов.

Ладонь Джохана невольно опустилась на рукоять меча. Юноша собрал его на Руусане по настоянию генерала Хота — всего за пару недель до того, как его первый учитель погиб. Теперь падавану подумалось, что наставник, верно, уже тогда начал готовить его к посвящению. Но ведь собрать меч — это лишь первый шаг…

— А как же испытания? — еле сдерживаясь, спросил Джохан. — Я же еще должен выдержать проверку Совета.

— Это мы тоже обсудили. Совет согласился, что за время службы на Руусане ты уже не раз себя зарекомендовал. Твоим последним испытанием стало назначение в гвардию Валорума. Ты принял этот пост — и тем самым безоговорочно доказал, что ради общего блага готов поступиться собственными желаниями.

— Я… я не знаю, что и сказать, — пробормотал юноша.