Игра Престолов: прочтение смыслов. Историки и психологи исследуют мир Джорджа Мартина

Существует ошибочная точка зрения, что у людей, занятых суперуспешной коммерческой деятельностью, деньги заменяют убеждения. На самом деле так бывает очень редко. Убеждения есть у всякого человека, способного думать, а люди, создающие высокоприбыльные книги и шоу, безусловно, к ним относятся. В каждом произведении массовой культуры - а «Песнь льда и пламени» и «Игра престолов» явно из этой категории - обычно можно вычленить несколько компонентов, а именно художественный, идеологический и коммерческий. К художественным вопросам, т.е. собственно художественной убедительности, мы сегодня обращаться не будем, хотя тут есть о чём поговорить: например, о том, бывает ли так, что женщины повально умнее мужчин, или о том, что столь вздорная и истеричная женщина, как Серсея, так долго удержалась в качестве самостоятельного государственного деятеля, или о том, что реальные великие реформаторы - обычно люди довольно лично неприятные, странноватые, агрессивные и сильно пьющие, а не Джон Сноу. Мы поговорим о соотношении двух других важнейших компонентов - идеологического и коммерческого. В понятие «идеология» я не вкладываю никаких отрицательных коннотаций и не даю эмоциональных оценок, а понимаю под ним комплекс идей, разделяемых группой людей, которые они, осознанно или нет, выражают в своём творчестве.

Как известно, шоу-бизнес существует прежде всего для того, чтобы приносить прибыль, развлекая людей и предлагая им востребованный продукт. Поэтому большинство снимаемых шоу или сериалов сделаны в соответствии с запросами широкой публики, которая хочет видеть приключения, преступления и наказания, злодеев и ангелов, любовь между привлекательными мужчинами и женщинами. Это вполне естественно.

При этом, вольно или невольно, очень часто авторы вкладывают в сюжет и сценарий некоторую долю своих собственных убеждений, стараются, чтобы наряду с коммерческим форматом продукт имел и некое идейное содержание. То есть чтобы положительные главные герои (или просто особенно любимые создателем персонажи) думали примерно так, как их создатели, а ход действия подтверждал правоту, обеспечиваемую естественным для автора комплексом идей. За очень редким исключением, шоу-бизнесом в США, да обычно и в Европе, управляют, да и участвуют в нём, люди преимущественно либеральных убеждений. Присущий им комплекс идей примерно, без всяких претензий на академическую точность, ненужную в нашем случае, резюмируется как социальная справедливость - феминизм - права меньшинств - ликвидация пережитков патриархата в виде борьбы с образом доминирующего гетеросексуального белого мужчины - защитника и начальника.

В США они неизменно активно участвуют в предвыборных кампаниях политиков от Демократической партии и социальных движениях, направленных на реализацию вышеизложенного идейного набора.

«Игра престолов» - американский сериал, занимающий своё место в типологическом ряду суперпопулярных шоу. Не претендуя на полноту охвата темы, попробую сказать несколько слов о типах, наиболее интересных с точки зрения нашего сюжета.

Вариантов структуры сериала немного. Один из самых распространённых вариантов - одинокий харизматический герой в центре. Причём если речь идёт об особо успешных проектах, это неизменно привлекательный, экстраординарно одаренный, яркий гетеросексуальный белый мужчина, что совершенно понятно с точки зрения той части аудитории, которая и даёт решающий рейтинг.

Но в рамках условного либерального мировоззрения этот мужчина не может быть доминирующим, уверенным в себе, спокойно и твёрдо решающим проблемы, каким был киногерой добрых старых времен. Ему необходимы так называемые «обременения», т.е. слабости, уязвимые места и пороки, не вредящие, впрочем, конечной яркой привлекательности. Поэтому доктор Хаус - изломанный фрустрированный наркоман с хаосом в жизни и неспособностью взять на себя ответственность за кого бы то ни было, кроме пациента, а Шерлок - чрезвычайно модный нынче типаж милого «социопата» и не менее модного «асексуала», если и способный заинтересоваться женщиной, то, естественно, в виде бисексуальной доминатрикс (впрочем, заметим, интересны им всё равно женщины). То есть им приданы некие «обременения», позволяющие «протащить» их, избежав обвинений в мачизме и патриархальности. Но всё это не отменяет того, что оба всё равно остаются привлекательными белыми гетеросексуальными мужчинами.

Другой вариант - так называемое UST, unresolved sexual tension, то есть в центре яркие мужчина и женщина, которые влюблены или, по крайней мере, очевидно притягательны друг для друга, но по непреодолимым или преодолимым в отдалённой перспективе внутренним или внешним причинам не могут соединиться и быть счастливы. Напряжение «когда же они наконец...» или «как же жаль, что нет, а вдруг всё-таки» и держит пружину интриги много сезонов подряд (примеры - сериалы «Х-Files», «Bones», «Castle»).

Мне по-настоящему нравятся только откровенно сказочные и весёлые сериалы, поэтому мой любимый пример - «Buffy the Vampire Slayer» («Баффи - истребительница вампиров»), сериал, выстроенный вокруг истребительницы вампиров, хрупкой хорошенькой блондинки, и её недостижимого возлюбленного, прекрасного, как ночь, вампира, получившего в виде проклятия назад душу и ставшего ради искупления грехов на путь добра. Они, конечно, «soulmates», «половинки» друг друга, но силою обстоятельств, будоражащих поклонников, обречены бороться с мировым злом поодиночке; что, впрочем, неудивительно, потому что про «они жили долго и счастливо» снимают романтические семейные комедии, а не бурные истории с вампирами, демонами и зомби.

Вместе с тем можно выделить небольшое количество проектов, формат которых определяется не только коммерческими, но и идеологическими или художественными причинами. Такие сериалы снимаются очень успешными людьми, которые могут позволить себе не так уж думать о прибыли, и преимущественно для внутреннего американского рынка.

Например, во вселенной знаменитого продюсера Дика Вульфа «для души» явно снят вполне артхаусный полицейский сериал «Homicide. Life on the Streets» (про полицию Балтимора), а с видимой идеологической подоплёкой (например, в своё время - виноватые во всём сербы, угнетающие албанцев и хорватов, и т.п.) и для внутреннего рынка - идущий уже 18 сезонов сериал «Special Victims Unit» («Отдел особых расследований»), спин-офф популярнейшего и уже закрытого шоу о полиции и судебной системе Нью-Йорка «Law and Order» («Закон и Порядок»). Он рассказывает о работе отдела нью-йоркской полиции, занимающегося сексуальными преступлениями; последнее обстоятельство, увы, судя по всему, и обеспечивает ему неувядаемую популярность. В центре на протяжении 12 лет действовала пара детективов с UST, которые так подходили друг другу, но он был женатым католиком с нарастающим количеством детей, а она прекрасной, но одинокой женщиной с проблемами. Последние несколько лет главная героиня оставалась одна, неустрашимая и яростная лейтенант Бенсон с её крестовым походом против насильников всего мира. Очень показателен сезон 2016 года, который в рамках предвыборной кампании миссис Клинтон оказался буквально целиком посвящён борьбе с Белым Мужчиной, белобрысым, сытым и наглым, который на работе занят исключительно харассментом по отношению к подчинённым ему женщинам; в крайнем случае занимающий низкое общественное положение белый мужчина в виде рыжего гопника угнетает мусульман и меньшинства. Я не хочу сказать, что всего этого не бывает и с этим не надо бороться, но в сезоне нет буквально ни одной серии про маньяков, педофилов и обычные преступления, все эти язвы современности поблекли и отступили на фоне в итоге проигранной битвы с Трампом.

Что у нас получается в «Игре престолов»? Как мне кажется, изначально авторы сценария старались усилить идеологическую компоненту так, чтобы, как задумывалось, не нанести ущерба коммерческому успеху.

Мировоззрение самого Мартина, судя по тому, что видно по книжкам - стандартно либеральное со всем вышеизложенным комплексом идей, и это совершенно нормально для современного западного интеллигента. Что подразумевает ужасы патриархата и мрачного Средневековья, Сильных Женщин, которым нет места в мире, и тому подобное. Само появление этой саги связано, скорее всего (и это отдельная исследовательская тема), с большим запросом посттолкиеновской аудитории, чтобы как «Властелин колец», но реалистично, с сексом, кровью и - важно! - без сверхидеи. Потому что нельзя же, в конце концов, непрерывно перечитывать «Властелина колец».

Примечательно не столько это, сколько то, что в сериале политкорректная компонента усилена по сравнению с книгой, и это понятно, потому что раскрутка должна быть более быстрой и эффективной, материал - очень ярким и вызывающим сильные эмоции, потому что снять сериал стоит куда дороже, чем написать книжку. Прежде всего, заметен в первых сезонах феминистический акцент: например, образ Дейнерис по сравнению с романным сильно меняется. Она заведомо сильнее, умнее и решительнее всех. Это улучшенная версия Александра Македонского. Она не знает сомнений и страха, произносит гениальные мотивационные речи, без колебаний распоряжается судьбами десятков тысяч людей и командует мужами, умудрёнными опытом и боевыми подвигами, при надобности вполне по-мужски, по делу, но не увлекаясь, использует их в качестве развлечения и не проигрывает сражений, чего никогда не было и не может быть, потому что не бывает огнеупорных белокурых девушек с драконами. Из той же серии замена - трепетной патриархальной жёнушки Робба Старка на штамп второсортной фэнтези про «попаданцев» - «целительница-феминистка».

С мужчинами ситуация прелюбопытная. Совсем без брутальных, «крутых» и красивых героев обойтись нельзя, структура рухнет, смотреть и млеть не будут. Потому что политкорректность политкорректностью, но девушкам надо же от чего-то млеть. Поэтому герои есть, но они или обречены, или глуповаты (все Старки). Сочетание «белый - красивый - хороший - мужественный - умный» не встречается ни разу. Женщины умнее однозначно. В принципе, мужчина имеет право быть умным или хотя бы неглупым только если у него есть какое-то «обременение». У Джейме инцест, а потом нет руки, Тирион - карлик, поэтому самый умный, Варне - евнух, Сэм - жертва фэт-шейминга и феодального мачизма, Бран - калека, Мизинец - опасный мерзавец, Тайвин - полный ящер. Поэтому им можно иметь мозги.

Очень интересен пример Джона Сноу. В отличие от нас, сценаристы с самого начала знали, что он окажется главным героем, именно на его плечи ляжет роль основного центра привлекательности, поэтому выбор актёра был особенно важен, нужно было соблюсти некий баланс. Зачем на роль лжебастарда Нэда Старка, который, по роману, так похож на своего дядю, что никто и не сомневается, чей он сын, и к тому же очевидно жёсткий и хитрый умный парень с лидерскими наклонностями, выбирать миловидного виктимно-изящного юношу того типа, который нравится девочкам-подросткам, поклонницам boys-bands, с кудрями и мелкими чертами, когда к услугам специалистов по кастингу был широкий ассортимент молодых героев боевика, с широкими плечами и квадратной челюстью? Да потому, как мне представляется, что это одно из обременений по линии «белого мужчины». Мало того, что он туповат, так ещё и совершенно не похож на молодого Рембо. Оставшегося хватает, чтобы девушки были в восторге, но политкорректное равновесие соблюдено. Он не обречённый «белый супермен», как Нэд и его сын Робб. Не знаю, было ли с самого начала известно, что из него сделают помесь Арагорна с Фродо, если да, то доля виктимности была необходима.

Собственно, таких примеров много. Очень любопытна тема с Дорнийской линией в пятом-шестом сезонах, где к мстительной Элларии присоединяются не менее свирепые Змейки, что должно было стать очередным триумфом феминизма, но не стало, а провалилось. Мне кажется, что это связано с так называемым феноменом «бронелифчиков» (в стиле бессмертного сериала «Зена - королева воинов»), т.е. антиреалистическим образом свирепой красотки, сражающейся в чём-то типа кожаного нижнего белья со стальными нашлёпками и заклёпками. Показательна тут история, известная мне из дополнительных материалов к фильму «Властелину Колец». В первоначальном варианте сценария Арвен должна была лично принимать участие в битве при Хельмовой пади и проявлять чудеса владения боевыми техниками. Даже съёмки начали. Поднялась буря со стороны фанатских форумов, бедную Лив Тайлер обозвали как раз Зеной - королевой воинов, Питер Джексон сотоварищи подумали-подумали, да и вернулись к архетипу невеста-власть, оставив Арвен чахнуть в Ривенделле. И не прогадали. Примечательно, что в «Хоббите» эту ошибку (грубое нарушение логики дискурса) сделали дважды, во-первых, введя тему любви эльфийки и гнома (interracial couple), что, безусловно, уместно в сериале SVU, но не во вселенной патриархального консервативного католика Толкиена. А также устроили демократию в Озёрном городе, что опять же прекрасно, но не там.

И в логику «Игры престолов» бешеные «бронелифчики» не вписались, рейтинга не наработали, быстро сошли на нет и были показательно «killed out», так сказать, «выпилены» в начале последнего сезона как отработанный материал (заодно и отчитались по необходимому в рамках отчётности количеству зверских убийств, положение обязывает, всё ж таки «Игра престолов», но при этом сберегли рейтинговых героев; жалко только старуху Тайрел, лучшая актриса в сериале, к тому же из неё получилась бы отличная приёмная бабушка для милой Дейнерис, но развязку придумали эффектно, ничего не скажешь). Заодно ушла в угодья вечной охоты или куда-нибудь за кадр на неопределённый срок значительная часть прочих персонажей.

Почему не пошли бешеные Змейки, но пошли на ура Дейнерис, Серсея и Санса? Во-первых, две из Змеек были откровенно нетелегеничны. Коммерчески суперуспешный сериал - не место для бодипозитива (во всяком случае, для женщин) и деклараций на тему того, что все мы разные, но равные. Такие вещи могут позволить себе создатели малорейтинговой продукции. Например, в последнем сезоне изначально превосходного, но быстро, на мой взгляд, ухудшившегося английского сериала «Broadchurch» жертвой сексуального нападения со стороны мачистских (естественно, власть над женщиной, все дела) молодых и вполне трезвых гопников становится женщина под пятьдесят, которая выглядит старше своего возраста лет на пятнадцать, как обаятельная пенсионерка, и, естественно, брезгует, а зря, косметикой. Потому что бодипозитив, естественная привлекательность, красота возраста и тому подобное. Сама прискорбная история призвана подчеркнуть, что эта бедная леди (запутавшаяся, кстати, по сценарию, между необоримо влекомыми её чарами мужем и любовником) по-женски привлекательна и уверена в себе, хотя совершенно очевидно, что в соответствии с несправедливыми, но тупо действующими законами природы максимум мужского внимания, на который она может рассчитывать со стороны юного озабоченного отморозка, - это, скорее всего, «посторонись, бабулька, а не то зашибу».

В общем, мы в чём-то равные, но не во всём. Поэтому двух девиц откровенно немодельной внешности быстро и без особых эффектов убрал дядюшка Эурон, а бешеных, но привлекательных Элларию с дочкой - с большой помпой лично Серсея. Почему же? Почему у агрессивных и властных Дейнерис и Серсии рейтинг и билет на поезд до станции «Последняя серия», а у красивых дорнийских дам - нет? Ведь красота в глазах смотрящего? Вот именно. Ни Серсея, ни Дейнерис не только не берут в руки оружия, но и не умеют им пользоваться, они не машут хлыстами, не мечут копья, не рубят мечом и даже кинжалом, что как раз было бы вполне органично для знатной средневековой дамы с характером. Их незабываемые фигуры облегает не сбруя из кожаных ремней с заклёпками, а в основном красивые платья, для ношения которых в реальности, а не в «Игре престолов», нужен патриархальный и унизительный для свободной женщины корсет. В последнее время, по мере того как эти леди всё более играют роль вершительниц судеб мира, действующих по мужским лекалам, платья всё более закрытые (им больше не нужно традиционное женское оружие) и угрожающих тёмных тонов, но всё равно это красивые платья, а не бронелифчики. Тут примечателен выбор актрисы на роль Королевы Драконов, потому что она ключевая: маленького роста, с формами, ярко, но откровенно вульгарно привлекательная (думаю, чтобы не было элитистской экзотической красавицы-аристократки, каковой она вроде бы должна быть, элитизм - это ОЧЕНЬ плохо); в общем, широким кругам, думаю, вполне даже нравится, особенно в качестве блондинки с пухлыми губами и бюстом. Короче, если актриса красива и ведёт себя внешне вполне традиционно, ей можно прописывать любую роль, хоть Владычицы Морской, хоть Тёмного Властелина, наделять её какими-нибудь сверхсилами, лишь бы не трогать главного, то есть фигуры, маникюра, причёски и томности движений. Кстати, мне Эмилия Кларк очень понравилась во всеми обруганном «Терминаторе-5», где она как раз на месте в роли классной девчонки «с раёна» рядом с партнером - реальным пацаном - и великим Арнольдом Шварценеггером в виде приёмного папаши. Главное, без белого парика.

Отдельная прелюбопытная тема - Санса (откуда Джордж Мартин взял имена для дочерей Нэда Старка? Какая Арья? Лучше уж сразу Хинаяна и Махаяна, или там Дравида и Мохенджодара. При самом поверхностном знакомстве с творчеством англоязычного фэндома саги и сериала оказывается, что едва ли не самый популярный у девушек женский персонаж для фанфкишна - это, судя по всему, нежная патриархальная булочка Санса, которая в шоу как-то отращивает зубы, а в саге-то и вовсе до сих пор хлопает ресницами, ест лимонные кексы и учится женскими чарами пробивать себе путь в мире мужчин, а также не имеет никаких шансов попасться психопату Рамси. Вот именно этот персонаж, призванный в саге иллюстрировать унизительный и провальный путь жертвы патриархальных сказок о прекрасных рыцарях, и нравится преобладающей части девушек в качестве объекта для эротической самоидентификации. Прекрасная Дейнерис менее популярна: во-первых, она слишком уж владычица миров, драконы, всё такое, сложно встроить идиллию с простым женским счастьем, во-вторых, всё-таки актриса спорная, особенно с женской точки зрения. В качестве популярнейшего эротического партнера для Сансы выступает... Сандор Клиган aka «Пёс», то есть огромный смурной мужик с искорёженной мордой, большим мечом и понятной репутацией - оказывается, есть такая бесконечно будоражащая девичьи сердца тема в книжках.

Итак, кто же остался в нашем распоряжении к середине седьмого сезона?

Очень любопытный набор персонажей.

На дне сита по тщательном просеивании остались всё те же хрестоматийные красивая блондинка с красивым брюнетом, с традиционной ориентацией и UST. Советники великой королевы плачутся, что она шалит, отжигает драконами и никого не слушает, кого же она послушает?.. О боги, кудрявого красавца с мечом. Патриархальный средневековый мрак.

Гендерный состав и соотношение внутри него весьма показательные.

Женщины: за парой исключений, только хорошенькие, без мечей и бронелифчиков. Арья тоже хорошенькая, Бриенна странная, но на свой лад симпатичная. И надо же кому-то произносить феминистские спичи, по минимуму, конечно. Для галочки. Женщин вообще мало (кому они нужны в большом количестве).

Мужчины: моё падкое на архаику сердце взыграло от радости, когда к концу пятой серии оказалось, что сценаристы выгребли из закромов всех разномастных, на любой вкус, мачо, какие там только завалялись и хоть как-то логически могли быть пристёгнуты, собрали вместе, нарядили в меха и отправили за Полярный круг в героический безнадёжный квест за языком. Старушку Бриенну услали в командировку, чтоб не маячила на горизонте. «Семь Самураев»! «Великолепная семёрка»! «Пушки острова Наварон»! На горизонте брезжит «Песнь о Роланде». Аой. Плюс блондинка в мехах (но без двуручного меча, бронелифчика и накачанной на протеиновой диете мускулатуры!!!) на драконе. Это же практически Карл Великий из «Песни о Роланде», останавливающий солнце ради отмщения: высокая и как бы бессмысленная героика с элементами мистики.

Финал сперва оставил в некотором недоумении: неужели инцестуальная тема Джона и Дейнерис будет обременением для главной пары и расплатой за мужскую инициативу (чудовищно, он же сам к ней пришёл) и (о ужас) секс в миссионерской позиции с неминуемой перспективой грядущего младенца? И ещё, упаси Эру, мальчика. У всех приличных пар в прогрессивных сериалах рождаются девочки, потому что мальчики - это как-то подозрительно. Мало ли что из них вырастет. Это одна из любимых тем «левого» киноискусства на тему «кризис и крах мужского мира»: см., например, «Прощай, самец» Марко Феррери, фильм 1978 года, где брутально привлекательный, но бессмысленный и не находящий себе места молодой герой в исполнении Жерара Депардье добровольно гибнет, оставляя по себе младенца, естественно, женского пола, зачатого в бессознательном состоянии по женской инициативе. Однако по некотором размышлении стало понятно, что тема инцеста - личный вклад Джорджа Мартина; поскольку финалы сериала и саги в целом должны совпасть, то история с браком не ведающих о том тётки и племянника - явно из будущей книги. Нормальные дельцы современного шоу-бизнеса не стали бы специально такое вводить в самый политкорректный сюжет: борьба за права женщин, сексуальных меньшинств, против мачизма и социального неравенства на повестке дня, но вот легализация инцеста - определённо нет.

Итак, как мне представляется, сюжетная динамика сериала «Игра престолов» наглядно демонстрирует, что идеологические приоритеты очевидно уступают место традиционной логике, которой сценаристы вынуждены следовать ради рейтинга и коммерческого успеха. Впрочем, высказывается небезосновательная точка зрения, что за отсутствием творческой подпитки от Джорджа Мартина, который отстранился от контроля за сценарием и делает вид, что дописывает сагу, сценаристы просто обратились к неисчерпаемому источнику фанатских теорий и сварганили из него суперуспешный коктейль. Остаётся дожить до последнего сезона и проверить, куда их это заведёт.

Оксана Куропаткина, религиовед. Религия как институт и личный выбор в «Игре престолов»

В саге «Песнь льда и пламени» Джорджа Мартина и в художественном пространстве сериала «Игра престолов» есть несколько основных религий:

• старые боги (Север Вестероса);

• Семеро, или Новые боги (Вестерос в целом, кроме Железных островов);

• Утонувший бог (Железные острова);

• Красный бог, или Рглор (Эссос, особенно города Браавос и Волантис);

• Безликий, или Многоликий бог (Эссос, особенно Браавос);

• религия дотракийцев.

Интересно рассмотреть, какую роль играют религии, как они устроены как институт (по внешней структуре и внутреннему, «богословскому» содержанию) и как проявляются в качестве личного выбора.

Религия как институт

По структуре религии в «Игре престолов» делятся на такие категории.

•Собрание одиночек (старые боги). В этой религии не нужны жрецы - каждый обращается к богам самостоятельно. Одиночки, обладающие даром особого слышания (древовидцы), - это не представители какого-то института, они не проводят обрядов и церемоний.

•Институт харизматиков - мистически одарённых людей. В религиях дотракийцев, Утонувшего бога и Рглора присутствует институт харизматиков (во втором и третьем случае - чувствующих своё призвание, в первом случае - харизмой наделяются жены умерших вождей-кхалов) и народ, которому они возвещают волю богов.

•Харизматическая община (Безликие). У Безликих есть старшие и младшие, но нет «народа» - все участвуют в общей практике.

•Развитый культ (соответственно, и «комбинат ритуальных услуг») есть только в религии Семерых. Там есть институт жрецов-септонов, существует иерархия (септы и септоны, верховный септон) и народ, который прибегает к их услугам.

Кто стоит во главе культа?

• Мистики, прошедшие обучение у наставника (древцвидцы в религии старых богов).

• Харизматики, прошедшие обучение в храме (религия Красного бога).

• Любые люди, прошедшие профессиональное обучение в общине (Безликие).

• Любые люди, прошедшие профессиональное обучение обрядам и ритуалам (религия Семерых).

По гендерному составу «руководителей» тоже есть разные варианты. • Только мужчины (Утонувший бог).

• Только женщины (жены умерших вождей) (религия дотракийцев).

• Мужчины и женщины в равной степени, но верховный жрец - мужчина (Семеро).

• Мужчины и женщины в равной степени, но верховный жрец - женщина (Красный бог).

Интересно, что в последних двух случаях нет особых предписаний насчёт верховных жрецов, однако исторически сложилось именно так.

По поводу аналогий, которые часто проводят между «фэнтезийными» и реальными религиями, отметим, что они довольно условны и сложны. Религия старых богов больше напоминает индивидуалистическую протестантскую мистику, чем шаманизм; вера Семерых, безусловно, пародирует институт католической церкви, однако в ней больше примитивного материализма, чем в любой другой религии; вера в Красного бога, несомненно, отсылает к зороастризму или манихейству, однако миссионерский пафос (присущий в мире «Игры престолов» только этой вере) наводит на мысли о христианстве в целом; связь с христианством обнаруживает и вполне «языческая», коренная вера Железных островов (образ и подобие божества присутствует только там); наконец, удивительно, что вера дотракийцев, которая вроде бы подразумевает простецкую веру степных кочевников, оказывается самой развитой в важнейшем религиозном вопросе - о загробной жизни (см. ниже). Похоже, что Мартин не столько вводит скрытые аналоги на конкретную религию, сколько высказывается о религии и её особенностях в целом, пользуясь разными аналогиями и отсылками-«обманками».

Каково же «богословие» этих религий, отвечает ли оно на основные запросы людей к этому институту?

Освящение жизненного цикла

Это есть в полном виде только в культе Семерых, где жрецы-септоны проводят все традиционные обряды. Только в септе можно пройти обряд посвящения в рыцари.

Образец поведения

Это присутствует во многих религиях «Игры престолов». Рыцари, поклоняющиеся Семерым, считают своим идеалом Воина, труженики - Кузнеца и т.п. Последователи Безликого и Красного бога не предлагают образцов поведения, а утверждают, что необходимо полное слияние с волей их божества. Наиболее развито «богословие» в этом плане у жителей Железных островов: Утонувший бог создал железнорождённых по своему образу; необходимо в течение жизни достичь и подобия с божеством (явная отсылка к христианству).

Чёткие этические ориентиры

Наиболее ярко они представлены в религии Красного бога, где есть чёрное и белое, свет и тьма - только две стороны. Интересно, что только служители этой религии способны признавать свои ошибки: так, жрица Мелисандра говорит, что неправильно истолковала увиденное, и готова понести искупление; верховная жрица признаёт, что служители Владыки могут ошибаться.

Загробная жизнь

В религии старых богов упоминаются семь небес и семь кругов ада, но, видимо, скорее под влиянием религии Семерых. Северяне скорее склонны думать, как Эддард Старк, что духи умерших заключены в статуи на их могилах; в представлениях одичалых, тоже поклоняющихся старым богам, умершие живут с богами.

В религии Семерых есть представления о загробной участи, похожие на средневековые (упомянутые выше семь небес и семь кругов ада). Но интересно, что загробная жизнь - не аргумент к покаянию, не средство запугивания или вдохновения.

Со смертью активно сражаются поклонники Красного бога - но не ради загробной участи, о которой они не говорят вовсе, а ради защиты живых: Иные, армия мёртвых - реальная опасность для этой жизни.

Смерти ждут и не боятся Безликие - но они и не ждут ничего после смерти. Ждут смерти и жители Железных островов, поклоняющиеся Утонувшему богу. С их точки зрения, подлинная жизнь - это и есть смерть («то, что мертво, умереть не может, но восстаёт вновь, сильнее и крепче, чем прежде»). Есть упоминание о некоем подобии Вальгаллы - погибшие в бою попадают в чертоги Утонувшего бога.

Самые развитые представления, как ни парадоксально, оказываются у дикарей-дотракийцев. Умершие уходят на небо к Великому жеребцу, кхалы ведут там небесный кхаласар. Для «хорошей» загробной судьбы нужно, чтобы тело мёртвого было сожжено на ритуальном костре.

Общение с потусторонним

В большинстве религий «Игры престолов» существует непосредственная связь верующего с божеством: старые боги дают сны и видения, Красный бог - видения в пламени, Великий Жеребец - пророчества через дош кхалин. Безликие общаются со своим богом через действие - убийство и обмывание мёртвых.

Единственная религия, где нет такого общения - это Семеро. Его Воробейшество в ответ на вопрос Оленны Тирелл, откуда он знает, что говорят боги, ссылается на книгу - «Семиконечную звезду». Новые боги не дают ни знамений, ни чудес, ни непосредственной связи. Брат Рэй, странствующий септон, приютивший Пса (Сандора Клигана), испытал опыт стыда и покаяния (см. ниже), но не общения с Семерыми. Однако какой-то мистический опыт у него есть; Рэй говорит Псу, что он не знает, кто есть - Семеро, Красный бог или всё это одно и то же - главное, что есть что-то высшее.

Спасение мира

Как ни странно, но спасением мира от зла не озабочено большинство религий вселенной Мартина. Старые боги способны только показать видения о том, что было и есть, но не вмешиваются в судьбы мироздания. Единственное исключение - это религия Красного бога. Именно там существует предание о мессии, Азоре Ахае, который сразится с армией мёртвых. Если он победит, то настанет вечное лето, а все, кто на его стороне сражался и погиб, возродятся.

Религия как личный выбор

Зачем и почему нужна религия верующим, которые нашли её по убеждению?

• Связь со старыми богами для Эддарда Старка, как и служение Утонувшему богу для Эйрона Мокроголового, - это основа рода и родной земли.

•Переживание греха и жажда искупления. Грех, вина, личное искупление - важные понятия в религии Семерых. Его Воробейшество и брат Рэй стали верующими именно потому, что устыдились своего поведения.

•Обретение личной миссии. Религия дает верующим чёткое понимание своего места в жизни и своей роли в грандиозной задаче. Миссия приходит к людям не слишком уважаемым (Мелисандра - рабыня, Торос - жрец-пьяница) или находящимся в критической ситуации (Берик Дондаррион погиб и был воскрешён, Бран упал с башни и стал калекой). То же осознание миссии есть и у Безликих, прежде всего - у Якена Хгара.

• Религия связана и с обретением или возвращением личности. Теона Грейджоя, забывшего своё имя и ставшего Вонючкой, именно старые боги называют по имени; запуганной Арье Старк через чардрево слышится голос отца, который напоминает ей, что она - дочь Севера.

Интересна мотивация героев, отвергших почитание богов. Пёс считает, что в мире нет справедливости, поэтому нет и богов; Тирион в сериале замечает, что увидел, к каким ужасным последствиям приводит вера. Давосу Сиворту (для которого религия - только часть отеческой традиции), Дейнерис Таргариен и Бронну боги не нужны потому, что эти люди привыкли полагаться только на себя. Серсея Ланнистер верит в свою семью, а религию лишь пытается использовать.

Однако отметим, что Пёс наблюдает в пламени видение от Красного бога; Давос видит воскрешение Джона Сноу из мёртвых; попытка Серсеи использовать религию оборачивается против неё; скептик Тирион вынужден поверить тому, о чём «все знали», что это басни; и Дейнерис, и Джон Сноу - скорее всего, часть глобального божественного замысла.

В заключение отметим, что религия у Мартина тяготеет к личным способностям персонажей: в структуре большинства религий - харизматическое ядро, - к их личному выбору и является частью их личного пути. В этическом плане скорее играют роль социальные и личные представления и требования, чем религиозные нормы. Религия во вселенной «Игры престолов» носит посюсторонний характер - она гораздо более интересуется земными делами, чем загробной жизнью. В целом указанные особенности вполне отражают представление о религии в современном секулярном обществе.

Владимир Костырёв, историк. Герои, убийцы, мудрецы: рыцарство Вестероса

Когда Ренли Баратеон решил атаковать войска своего брата Станниса у Штормового предела в «Битве королей» (в сериале это второй сезон), его лорды на совете перед битвой принялись горячо спорить о том, кто возглавит авангард и первым встретится в битве с врагом. Несмотря на малочисленность войск Станниса, задача обещала быть непростой - как заметил Рэндилл Тарли, атаковать предстояло выстроенный в плотный защитный порядок отряд, а это грозило потерями.

Однако рыцарей Станниса такая перспектива не напугала - возглавить передовой отряд вызываются Джон Фоссовей, Гюйард Зелёный, сам Рэндилл Тарли и, конечно, один из лучших рыцарей Вестероса, Лорас Тирелл. Ренли отвечает, что, будь у него дюжина авангардов, каждый получил бы по одному, но эта честь должна достаться лучшему из лучших - Лорасу Тиреллу.

Битва у Штормового предела не состоялась, но Лорас Тирелл потом всё-таки получил свою минуту славы во время штурма Драконьего камня в «Пире для ворон». Лорд Пакстер Редвин велел прорыть туннель под стенами замка, чтобы обрушить часть укреплений. Но прибывший на осаду Лорас немедленно приказал начать атаку. Он первым ворвался в проломленные тараном ворота, раздавая удары направо и налево, получил стрелу из арбалета в бедро и ещё одну в плечо, а удар палицей сломал ему несколько рёбер. Однако даже после этого Лорас возглавил штурм внутренней цитадели, и защитники облили его горячим маслом.

Драконий камень, находившийся в осаде несколько месяцев, был взят. По словам одного из свидетелей штурма, практически бескровная осада превратилась в бойню, во время которой погибли многие знатные рыцари. Сам Лорас выжил, хотя оказался на пороге жизни и смерти. В книге там он пока и остаётся. «Ваш брат - герой», - подведёт итог сражения Серсея Ланнистер в разговоре с Маргери Тирелл.

Феномен рыцарства