Выигрывают все

Хелью Ребане

Выигрывают все

ВЫИГРЫВАЮТ ВСЕ

Меня мучила бессонница. Порой не удавалось уснуть до утра. В эти тягостные ночи я думал о том, что мне не везет в жизни. Я работал бухгалтером. Уже двадцать лет. Мои сверстники обзавелись машинами, дачами… А что есть у меня? Комнатушка. В центре города, но в старом доме с печным отоплением. Женщина, которую я любил, вышла замуж за владельца автомобиля.

Однажды, проворочавшись часов до двух, я оделся и вышел на улицу. Было темно и тихо. Редкие фонари тускло освещали каменные дома, прильнувшие друг к другу, и узкие мощеные улочки перед ними.

Миновав несколько темных улиц, я заметил вдали огонек и направился в ту сторону. Это ярко светился газетный киоск. Окошко открыто, но продавца не было. На прилавке лежали газеты, рядом с ними пачка лотерейных билетов.

Мне стало любопытно, почему киоск открыт в столь необычное время. Дожидаясь продавца, я взял из пачки один билет. Обыкновенный билет денежно-вещевой лотереи. Вдруг я заметил в уголке надпись: ВЫИГРЫВАЮТ ВСЕ. Наверное, дешевая лотерея, подумалось мне. Вроде тех, что устраиваются на ярмарках. Главный приз — плюшевый мишка. Но тогда и билеты просто бумажки с написанным от руки номером. А здесь и серия, и водяные знаки. Очевидно, выйдет таблица выигрышей…

Внезапно мне захотелось выиграть. Билет стоит всего-навсего тридцать копеек… Я оглянулся. Ни души. Лишь странная, давящая тишина. Я сунул билет в карман и поспешил домой. Не успел сделать и двадцати шагов, как мне почудилось, что кто-то меня догоняет. Я испуганно остановился. Через мгновение мимо меня промелькнуло какое-то животное. Заяц. Он бежал странно, по-кошачьи перебирая лапами. Как он меня напугал!

Спустя месяц я зашел в сберкассу, узнать насчет таблицы выигрышей. Прочитав надпись ВЫИГРЫВАЮТ ВСЕ, кассирша удивилась:

— Впервые вижу такое. Откуда у вас этот билет?

Я поспешил уйти. Решил навести справки в киоске. Но и там продавщица заявила, что она такими билетами не торговала.

Ночью меня снова одолела бессонница. К моим обычным безрадостным мыслям прибавились размышления о загадочном билете. В конце концов я поднялся среди ночи и снова пошел к знакомому киоску.

За ярко освещенным прилавком сидел пожилой мужчина в очках.

Я спросил:

— Простите, разве в такое позднее время есть покупатели?

— А как же, — ответил он странным, писклявым голосом. — Вы, например.

В его словах мне послышался намек. Наверное, показалось, успокоил я себя. На прилавке, как и в прошлый раз, лежала пачка лотерейных билетов.

Продавец перехватил мой взгляд:

— Желаете?

— …Нет. У меня уже есть один.

Я достал из кармана билет и протянул ему.

Он повертел билет в руках и сказал:

— Да, это «ВЫИГРЫВАЮТ ВСЕ». Никак не могу вспомнить…, Когда я вам его продал?

— Мне подарили. Один приятель, — ответил я, избегая его взгляда.

Продавец пристально посмотрел на меня, затем нагнулся и извлек из-под прилавка пухлую папку. Это была таблица. Он долго водил пальцем по колонкам и наконец нашел мой номер.

— Вы выиграли десять тысяч.

— Не может быть!

Он странно усмехнулся и протянул мне таблицу.

— Извольте убедиться сами!

Верно: 10 000! Я сверил серию, номер — ошибки не было.

— Когда и где можно получить выигрыш? — спросил я, еще не веря в свое счастье.

Неестественно оживившись, он воскликнул:

— Один момент!

Выхватил из-под прилавка кипу сторублевых бумажек и отсчитал мне сто штук.

Оторопело глядя на пачку денег, я несмело взял ее в руки. Неужели мои?

Вдруг продавец нагнулся ко мне поближе и спросил шепотом:

— Где собираетесь хранить?

Невольно я тоже перешел на шепот:

— Разве… дома нельзя?

— Нежелательно, — прошептал он.

— Где же? В сберкассе?

— Ни в коем случае.

Его глаза за очень толстыми стеклами очков показались мне вдруг неестественно большими. От пристального взгляда этих болезненно выпуклых глаз стало жутко. Внезапно он просиял и воскликнул:

— Лучший вариант — классический!

Я вздрогнул и оглянулся. Настолько неожиданным был этот переход с шепота на крик.

— Что вы имеете в виду?

— Ну! Такие вещи надо знать, — отвечал он весело и снова шепотом. — Автоматическая камера хранения. На вокзале.

Место надежное, подумал я. И если случится что-нибудь непредвиденное, можно сказать, что деньги не мои. Но… что может случиться?

Продавец прервал мои раздумья, протянув мне небольшой холщовый мешок.

— Положите деньги в мешок и в камеру!

Вернувшись с вокзала домой, я начал мечтать.

Такая сумма! Первым делом куплю кооперативную квартиру. Или нет — машину. Но тогда не хватит на кооператив. Кроме того, нужен гараж. Что же получается? Десять тысяч не так уж и много… Вдруг меня осенило: можно купить еще лотерейных билетов, и побольше! Выигрывают все. Странноватая эта история, но деньги настоящие. А если нет? Надо сегодня же проверить. Давным-давно пора купить новый костюм.

Днем, еле дождавшись обеденного перерыва, я поспешил на вокзал. Открыв камеру, я оцепенел — мешок был пуст! Не веря своим глазам, повертел мешок в руках, положил его обратно и захлопнул дверцу.

Куда исчезли деньги? Может, кто-то следил за мной? А вдруг жизнь моя в опасности? Меня охватило жуткое чувство, что чьи-то глаза наблюдают за мной. Я посмотрел по сторонам. Ничего подозрительного. Может, все это померещилось — киоск, билет, деньги? А мешок? Он и сейчас здесь…

Ночью меня словно магнитом потянуло к газетному киоску. За прилавком сидел знакомый продавец.

— Итак? — спросил он, пристально глядя на меня.

Это странное обращение окончательно выбило меня из колем.

— Деньги… — пробормотал я.

— Кончились? Так быстро?

Он схватил пачку билетов, распахнул их веером и сунул мне:

— Пожалуйста!

— Исчезли деньги! — выпалил я в замешательстве и поведал ему о происшедшем.

Когда я закончил, он сказал:

— Не волнуйтесь, деньги целы. Вы хотели купить костюм днем, не так ли? Запомните. Тем, что вы выиграли ночью, можете пользоваться только в ночное время. Днем эти деньги испаряются. Я не знаю почему, но это так.

— Какой же толк в таких деньгах?

Он пожал плечами:

— Переходите на ночной образ жизни. Все делают так.

— Кто все?

— Призеры нашей лотереи! — воскликнул он гордо. — Дерзайте! Какая вам, собственно, разница? Тот, кто богат дневными деньгами, спит ночью, и его денежки тоже спят. Как бы исчезают на целую ночь. А у вас наоборот! Верно, магазины ночью закрыты, но заметьте — все равно все разодеты в пух и прах. Кстати, ресторан «Ночной» работает до четырех утра. В двух шагах отсюда. Сходите. Не пожалеете.

Изучающе посмотрев на меня, он добавил:

— В конце концов, сознание, что имеешь деньги, само по себе чего-то стоит!

Он объяснил мне, где находится ресторан, и я распрощался.

Сначала я сходил на вокзал. В мешке снова лежала пачка сотенных. Я взял одну бумажку и долго разглядывал ее. От дневной не отличишь. Ах, если бы эти деньги днем не испарялись!

Я запер камеру и пошел в «Ночной». Швейцар услужливо распахнул дверь, и я увидел тускло освещенную каменную лестницу, ведущую вниз. Спустившись, я открыл следующую дверь. Жарко, гул голосов, сизый от табачного дыма воздух. С низкого потолка свисали шарообразные светильники, бросавшие в помещение красноватый свет.

Около входа оказался свободный столик. Я сел и принялся разглядывать окружающих. Мужчины были в модных кожаных пиджаках. Некоторые уже повесили их на спинки стульев. У женщин в ушах сверкали серьги, по-видимому, бриллиантовые. На фоне этой публики я выглядел, наверное, неприлично скромно.

Когда официант принес меню, меня охватило радостное оживление. Я могу теперь позволить себе все, что угодно! И чем больше, тем лучше. Деньги девать некуда, в прямом смысле слова. Я заказал бутылку французского коньяка, дорогие закуски, цыпленка на вертеле.

Во время трапезы я размышлял над тем, нет ли здесь участников лотереи «ВЫИГРЫВАЮТ ВСЕ». Спросить было не у кого, да и вряд ли я решился бы на это.

Позже, когда я шел по темным улицам домой, меня охватывало то радостное ликование, то панический страх — как жить дальше? Вдруг я вспомнил: сторублевая бумажка, которую я дал официанту, утром исчезнет. Он, конечно, заметит это. Значит, теперь в ресторан путь закрыт? Но зато сейчас у меня шестьдесят рублей дневных денег — сдача. Вот бы все ночные деньги поменять на дневные! Если бы они хотя бы на один день не исчезли! Я бы обошел магазины и разменял их. Или же можно внести утром всю сумму в сберкассу, а вечером забрать. Нет, это вызовет подозрение. Недостачу обнаружат, вспомнят и человека, забравшего такую же сумму. Впрочем, что зря гадать… Эти деньги и есть, и нет их.

Но применение-то им должно быть!

Внезапно меня осенило: вокзал! Он открыт ночь напролет. Там есть и ресторан и буфет. А главное — люди в зале ожидания. Что, если… Ведь они уедут ночным поездом и обнаружат исчезновение денег вдали от нашего города. Да, деньги можно разменять у них. Но ведь для кого-нибудь из них сто рублей могут сказаться крупной суммой… Нет, на такое я не способен.

Я уснул на рассвете, а проснулся в полдень. Придя на работу, едва успел сесть за свой стол, как в дверях отдела появился начальник.

— Что вы себе позволяете! Нам нужно срочно сдавать отчет! Вы вчера рано ушли, а сегодня явились в обед!

Я смотрел на его багровое лицо, на засаленный воротник пиджака и думал: этому десять тысяч и не снилось. Трое детей, жена сидит дома. Так что начальственный оклад, деленный на пятерых.

А он все больше распалялся:

— Вы себе невесть что позволяете!

Верно, я могу позволить, подумал я вдруг злорадно. Я могу, а ты нет. Я встал и сказал с вызовом:

— Да. Позволяю.

Воцарилась тишина. Сотрудники испуганно смотрели на меня. Наконец начальник обрел дар речи:

— В таком случае пишите заявление об уходе.

И вышел из комнаты.

— С превеликим удовольствием! — крикнул я ему вслед. — Всю жизнь мечтал!

Я даже сам удивился, что это на меня нашло. Схватил лист бумаги, дрожащей рукой написал заявление и отнес начальнику.

Расчет получил через пару дней.

Начальник не стал настаивать на отработке положенного по закону срока, а все сотрудники старательно избегали меня.

Свобода! Причин для беспокойства не было. А что может выбить человека из колеи, когда у него есть деньги? Питаться буду в «Ночном». Кто докажет, что именно мои деньги пропадают? И как — если улика испарилась?

Ночью я опять посетил киоск. Хотел купить еще десяток лотерейных билетов, но у продавца не было сдачи с моих ста рублей.

— Берите на всю катушку! — сказал он.

Его фамильярное обращение покоробило меня, но в общем-то он был прав. Что мне терять? Выигрывают все. Так я стал владельцем еще трехсот тридцати трех билетов. Рассовал их по карманам, и ноги сами понесли меня в сторону вокзала.

На вокзале работал буфет, но при всем желании потратить больше десятки там трудно. Сосиски, кофе с молоком, печенье, шоколад. Я хотел взять порцию сосисок и стакан кофе, но вспомнил, что у меня только сотенные. Буфетчица наверняка запомнит меня… Подумать только — иметь десять тысяч и не иметь возможности купить порцию сосисок!