Нехорошо подглядывать (СИ)

— Что? — ничего не поняла я.

Что ещё я должна ему рассказать? Может, это он должен мне кое-что рассказать? Что вообще сейчас происходит, и с какой целью он везёт меня к себе… домой? Или куда?

— Скажи честно, Монгол тебя ко мне подослал? Нет, он бы не стал работать с кем попало… Тогда кто?!

— Ты о чем? Какой ещё монгол? — нервно переспросила я. — Никто никуда меня не подсылал!

Руслан криво усмехнулся.

— Тогда может, объяснишь, какого черта ты ко мне прицепилась?

— Не прицеплялась я к тебе, что за чушь!

Меня уже потряхивало от его слов. Ещё не хватало, чтобы он принял меня за какую-то вражескую шпионку! Тогда уж точно мне пощады не видать…

— Не прицепилась, говоришь? Сначала настойчиво зазывала на свидание, потом следила за мной… И как я мог не заметить хвост… Ты кто такая, Люда? И что за игру ты ведёшь?

— Не веду я никакую игру! — теперь уже и мой голос подрагивал. — Я уже говорила, что свидание — это все мои друзья настропалили меня. И я не следила за тобой!

— Тогда что ты делала вчера на парковке?

— Это все недоразумение! Я ходила в магазин, и увидела твою машину. Ты обещал позвонить, но не позвонил… Я то думала, что ты просто продинамил меня, и хотела сказать тебе пару ласковых за то, что по твоей милости пропустила экскурсию!

Он метнул на меня недоумевающий взгляд.

— Очень слабая легенда.

— Но это не легенда, это правда! — в сердцах воскликнула я.

— Ладно. Я ведь всё равно всё узнаю, и очень скоро. Если обманула — пеняй на себя.

— Не обманула, — упрямо повторила я.

***

Машина подъехала к одному из роскошных столичных жилых комплексов, впечатляющих своими высоченными элегантными застройками. Руслан вышел из машины, а вот я не спешила. Мысль о том, что он сейчас приведёт меня в свою квартиру, где мы останемся наедине, наводила на меня ужас.

Он галантно открыл дверь с моей стороны и предложил свою руку в помощь. Я предпочла проигнорировать её, и покинула салон самостоятельно.

— Идём, — подхватил он мой многострадальный локоть, который уже изрядно болел от частого применения грубой силы по отношению к нему.

— Я не хочу к тебе домой, — предприняла попытку вырваться, но его стальная хватка стала только ещё сильнее.

— А я не советую тебе меня злить, — предупредил он.

— Отпусти, — прошипела я, на мгновение поддавшись панике, упираясь изо всех сил пятками в землю.

— А ну, пошла! — тихо прорычал Руслан, дёрнув меня за локоть.

— Ты не имеешь права со мной так обращаться! Отпусти, или я закричу!

Он притянул меня ближе к себе, так, что я почувствовала у виска его горячее дыхание. После чего очень тихо заговорил, и его голос прозвучал зловеще:

— Послушай меня, девочка. Ты сейчас не в том положении, чтобы качать свои права. Я ведь могу вырубить тебя прямо здесь, и дальше понести на руках, понимаешь? И мне так будет гораздо проще. Но ты же ведь не хочешь этого?

— Не хочу, — ответила я, судорожно сглотнув.

— Тогда будь умницей, и делай, что тебе говорят.

Кивнула. Черт с ним. Пусть ведёт к себе домой. Лишь бы не причинил вреда.

А там я что-нибудь придумаю. В крайнем случае, сбегу через окно. Мне уже не впервой.

Однако, когда мы очутились в лифте, и он ткнул пальцем в цифру семнадцать, мои надежды на побег начали стремительно таять.

Ещё печальнее стало, когда на нужном этаже оказалась дверь всего одной квартиры, в которую он грубо втолкнул меня и потребовал отдать ему мой сотовый телефон.

— Сиди тихо и будь умницей. А иначе вернусь и накажу.

С этими словами он покинул квартиру, захлопнув за собой тяжёлую дверь.

Спустя ещё мгновение я услышала, как в замочной скважине четыре раза повернулся ключ.

Оставшись одна, я, наконец, смогла перевести дух и успокоиться. В конце концов, если б он хотел меня убить, вряд ли стал бы запирать в своей квартире. Которая, к слову, оказалась очень большой и уютной, несмотря на грубый мужской стиль в интерьере. Похоже, киллеры весьма неплохо зарабатывают, судя по дорогой роскошной мебели из тёмного дерева, стильной бытовой технике известного нашумевшего бренда, один только моноблок от компании Apple размером с небольшой телевизор чего стоил. К нему-то я и бросилась в первую очередь, в надежде выйти в интернет, чтобы связаться с полицией, или хоть кем-то, кто сможет мне помочь. Но, разумеется, компьютер был запаролен. Слишком наивно было полагать, что Руслан, запирая меня в своей квартире, предоставил бы мне такую возможность.

После я бросилась на лоджию, распахнула створку окна и посмотрела вниз. Что сказать, семнадцатый этаж — это очень высоко.

Попробовала кричать.

— Люди добрые! Спасите меня! Кто-нибудь! Помогите! На помощь!

Но почти сразу поняла, что затея бессмысленная, чувствуя себя при этом полной идиоткой.

Спустя ещё минут двадцать моих мытарств по огромной квартире, я окончательно убедилась, что сбежать из неё невозможно, как и найти хоть какое-нибудь захудалое средство связи. Охватило чувство бессилия и паники, я почти готова была заплакать. Но я сильная. И умная. Сдаваться — это не про меня. Рано или поздно Руслан вернётся, и тогда уж я точно найду способ убедить его отпустить меня. Не представляю, как сделаю это, но я сделаю. Он не тронет меня. Я надеюсь. Да нет, я почти в этом уверенна! Только вот, чего же тогда меня так трясёт?!

Потянулись мучительные минуты ожидания. Поначалу я бодро расхаживала из угла в угол, пока не выбилась из сил. После решила исследовать кухню в поисках ножа, ну так, на всякий случай. Только вот, не знаю, может, киллеры режут еду собственным тесаком, который всегда носят с собой за поясом, но ни одного ножа, даже самого малюсенького, на кухне не оказалось. А ведь я искала очень хорошо. С завидным усердием, так сказать. Даже в холодильник заглянула, заодно выудив оттуда и перекусив куском ветчины, вгрызаясь в него зубами, как первобытный человек. Ну а что было делать, ножей-то в этом доме нет.

В итоге стянула вилку и засунула её в задний карман джинсов. Во всяком случае, это лучше, чем ничего.

Вернулась в большую комнату и рухнула на мягкий диван, размером с мою спальню в маминой квартире. До ужаса разбирало желание провести ревизию в шкафах и ящичках, поискать, что интересного там может храниться у киллера, но воспитание не позволяло мне этого сделать.

Вилка, торчащая из заднего кармана, вселяла немного уверенности, но комфорта не добавляла. В итоге я вытащила её и положила рядом, позволив себе немного расслабиться и отдохнуть. В конце концов, я должна быть сильной, когда он вернётся, а не измотанной и уставшей. Прикрыла глаза, но засыпать не собиралась, мысленно не позволяя себе этого сделать. Да и какой может быть сон в такой стрессовой ситуации?

Как оказалось, может. Сама не заметила, как отключилась.

Разбудил меня звук хлопнувшей двери. На удивление, я очень быстро сориентировалась, где нахожусь, и что происходит, подскочила с дивана, попятившись к стене, не забыла и вилку с собой прихватить.

Как раз вовремя, потому что мужчина уже появился в дверном проёме, но к счастью там и остановился, изучая меня напряжённым взглядом. За окном уже стемнело, и, учитывая, что я знала, кто сейчас передо мной, ситуация выглядела довольно зловеще.

— Похоже, что ты не обманула меня, Люда, — наконец, нарушил он тишину, и начал уверенно наступать, заставляя вжаться спиной в стену. — Ты действительно обычная девушка из Алматы, спортсменка. Твои успехи в лёгкой атлетике впечатляют, правда. Ты ведь недавно защитила мастера?

— Лучше не подходи ко мне, — предупредила я, выставив вперёд вилку.

Но он будто и не услышал, продолжал приближаться, с каждый шагом сокращая расстояние между нами, пока оно не стало катастрофически маленьким.

— Не трогай меня, — с угрозой прорычала я, крепче сжимая в руках своё сомнительное оружие.

— А то что? — криво усмехнулся он. — Забьешь меня вилкой насмерть?

Господи, и чего же моё сердце так бешено бьётся? А ноги чего так дрожат? Надо быть уверенней, Люда. Нельзя позволить ему почувствовать во мне слабость.

— Вряд ли это у меня получится, но удар вилкой по яйцам, думаю, тоже очень неприятная штука, — зло прошипела я.

Сказала и сразу пожалела. Он нахмурился, в одно мгновение сократил оставшееся между нами расстояние, и грубо выхватил вилку из моих рук, отшвырнув её в сторону. Я не успела ничего сказать, как мой подбородок оказался захвачен сильной мужской рукой, а в глаза устремился тяжёлый давящий взгляд.

— Какая же ты выскочка… — прорычал он мне в лицо. — Навязалась на мою голову… И что мне теперь с тобой делать?!

9. В гостях у сказки 2

— Какая же ты выскочка… — прорычал он мне в лицо. — Навязалась на мою голову… И что мне теперь с тобой делать?!

— Понять и простить, — не растерявшись, пропищала я в ответ. — То есть, отпустить…

Стальная хватка на моем подбородке ослабла, и я оказалась на свободе, непроизвольно растирая пальцами болезненно ноющую кожу в месте захвата.

— Я бы, может, и отпустил… — задумчиво проговорил он. — Да только что-то мне подсказывает, что ты тут же наделаешь глупостей, и наживёшь себе ещё больше неприятностей.

— Не наделаю, обещаю, — с чувством заверила я его, и умоляюще посмотрела в глаза. — Только отпусти. Пожалуйста!

Он поморщился, как от головной боли, и устало вздохнул.

— Ладно, я подумаю над этим. Если будешь хорошо себя вести.

Он развернулся и не спеша пошёл в сторону выхода из комнаты, а я так и осталась стоять, настороженно глядя ему в след, не в силах заставить себя отлипнуть от стены.

— Ты голодная, наверное? — бросил он на ходу. — Пойдём на кухню, я привёз немного еды.

Похоже, он точно не собирался меня убивать, и я могла выдохнуть спокойно. Насколько это позволяла ситуация. По крайней мере, меня собирались накормить, и это уже что-то.

Чувствуя предательскую слабость в ногах, заставила себя отлипнуть от стены, и последовать за ним.

"Немного еды" в его понимании оказался здоровенный пакет с портретом дяденьки в красном фартуке из KFC. На мой удивлённый взгляд, Руслан пожал плечами и заявил:

— Я не знал, что ты любишь, поэтому решил взять острые крылья. Их ведь все любят.

Да уж, просто железная логика. Крылья, может, любят и все, да только Варвара Васильевна меня убьёт, если я наберу ещё хотя бы один килограмм.

— Спасибо за заботу, — пробурчала я, чувствуя, как рот наполняется слюной, а желудок сжимается в голодном спазме.

Ммм, тут ещё и кола имеется. И картошечка фри. Просто адский праздник желудка какой-то. Лучше бы ты пельмени купил, заботливый киллер.

— Приятного аппетита, — ухмыльнулся он, опираясь попой на столешницу кухонного гарнитура, явно не собираясь разделять со мной трапезу.

— А ты? — настороженно поинтересовалась я.

— Я не голоден.

Я снова оглядела привезённую им еду. Даже несмотря на то, что этот человек являлся весьма сомнительной личностью, и вряд ли заслуживал моего смущения, но все же уплетать в одиночку вкусняшки под его пристальным наблюдением мне было бы не очень комфортно.

— Не бойся, еда не отравлена, — ухмыльнулся он, глядя на мои метания.

— Откуда мне знать?

А ведь действительно, откуда?

Он снова вздохнул, присел за стол, взял крыло и с аппетитом принялся его уничтожать.

— Видишь? Все в порядке, можно кушать. — обратился он ко мне в насмешливой манере, покончив с одним крылом, и тут же выудив из корзины второе.

Какой же он… Милый? Очаровательный? Классный? Очень классный… Жаль только, что преступник. Может, даже, убийца. Если б не это, цены б ему не было.

Опустилась на свободный стул, позволив себе насладиться запретным лакомством.

Какое же это было блаженство! Нежное мясо под хрустящей панировкой, обжигающе острое, в сочетании с холодной колой — райское наслаждение! Да, да, Рафаэлло просто отдыхает. Нервно курит в сторонке. Эх, жаль вот только, что все самое вкусное в жизни — обязательно вредно для здоровья.

Поймала на себе изучающий взгляд Руслана, и напряглась. Недоеденное крыло буквально встало поперёк горла.

И зачем так на меня смотреть?!

Подождал бы хоть, пока поем.

— Ешь, не буду тебе мешать, — словно прочитав мои мысли, любезно позволил он, после чего покинул кухню.

Хоть он и ушёл, аппетит мой все равно пропал безвозвратно. Буквально силой заставила себя проглотить ещё несколько крыльев, прежде чем уверенно отодвинуть от себя бумажную корзину.

Теперь, когда базовая потребность организма была утолена, волнение накатило на меня с новой силой.

Что же дальше он намерен делать? Отпустит ли? А если нет, то что?

Нужно было встать, пойти к нему, и спокойно задать свои вопросы. Но моя попа словно намертво приросла к стулу, не желая от него отрываться.

Нужно хотя бы попросить его вернуть мне мой телефон. Вечером будет звонить мама, если уже не позвонила, не хочу заставлять её волноваться. Да и Аленке набрать не мешало бы, а то вдруг потеряет…

Кое-как поднялась, и на свинцовых ногах отправилась в комнату. Сердце гулко билось в груди, я отчаянно трусила. Вдруг откажет?

В большой комнате горел яркий свет. В приоткрытое окно проникал приятный прохладный воздух, принося с собой гулкий шум вечернего мегаполиса.

Он сидел на диване, спиной ко мне. Появилась шальная мысль — а что если огреть его по затылку чем-то тяжёлым? Ключи от квартиры у него наверняка где-то при себе, и, возможно, это мой единственный шанс на спасение? В конце концов, я понятия не имею, что он за человек, но он похитил меня и удерживает здесь силой, а значит может быть способен и на другое, на что-то более страшное…