Помоги проекту - поделись книгой:
5. Никогда не стоит задирать нос
«Настоящая беда была в том, что он не поддавался никакому влиянию и, что самое ужасное, был искренне влюблен в мою попаданку. Она же, судя по показателям, отвечала ему взаимностью, но главный смысл жизни для обоих заключался в том, чтобы изматывать друг другу нервы.»
А. Верт «Хранитель попаданок, или Счастье за зарплату»
Вот ума не приложу, как раньше люди путешествовали на лошадях?
Сидишь на спине животного, буквально балансируешь – тут ведь как, одно неосторожное движение и тебя скинули, если ни во что вцепиться не успел. И ладно, если ты в седле по-человечески устроился, в одиночку, а если нет?
Все мои предположения сбылись. Вот уж не знаю, правильно ли я все делала, но сидеть в седле с мужчиной, имеющим на тебя некоторые виды, оказалось весьма интимным процессом, очень осложнявшимся моим страхом высоты и большой степенью смущения.
Как бы не старалась я отодвинуться, сесть иначе, все равно соскальзывала и упиралась мягким местом ему в это самое…. Откуда я знаю, что именно туда? Сложно было не заметить… эм… появившегося между нами большого напряжения. Что я там кстати ответила на вопрос о приемлемом размере мужского достоинства? Ох, не дай боже он был уже после того, как я решила подзабить на честность и расставить галочки наобум. Ведь мало ли над каким вариантом в итоге дрогнула моя рука!
Да что ж со мной такое? Почему я вообще об этом думаю! Мне бы понять, как обратно вернуться…
А лошадь будто специально шла враскачку, заставляя меня ехать молча, с каменным лицом.
— Ну, чего он опять? – проворчала я вслух, погрузившись в свои мысли.
— Ты о чем, госпожа? – С интересом спросил Арлен.
Я помолчала, словно застуканная на месте преступления, но он все ждал ответа.
— Они все пялятся на меня, твои слуги. Особенно тот мальчик. Ну, что они всё смотрят, да смотрят? Неужто не знают, что это неприлично?
— Конечно знают. – Усмехнулся князь. – Но я бы и сам глаз с тебя не сводил, если бы ты не сидела ко мне так близко, что я чувствую тепло твое тела. Если хочешь, я запрещу им на тебя смотреть.
Запретит? Ну, это уж было бы как-то через чур. Все равно что детей посадить спиной к телевизору, в котором идут мультики - жестоко и бессмысленно.
— Да нет же. Я просто хочу знать, почему они так смотрят.
Князь фыркнул и немного подогнал коня, чтобы не отставал от флагоносцев во главе колонны.
— Думаю, тому есть много причин. Например, они знают, что ты та самая избранная и хотят смотреть на тебя, ведь с детства слышали о пророчестве. Им интересно, как же все будет – ведь на их глазах творится история. Кроме того, ты их будущая княжна, а еще очень красивая женщина. И чего уж тут, крайне вызывающе одета. Скажи, на небесах все так ходят? Это же… не исподнее, правда?
Можно ли было смутиться еще больше после того, как он назвал меня, растрепанную и чумазую, красивой, а потом едва ли не сразу обвинил в эксгибиционизме? Не думаю. Я опустила взгляд на свой замызганный брючный костюм, помятую блузку, за время моих сумасшедших приключений превратившуюся из белой в серо-желтую, и застегнула пиджак на все пуговицы. На все три.
— А что с моей одеждой не так? – С вызовом поинтересовалась я. - И нет, это не исподнее, чтоб ты знал!
— Ну, что не так… положим, когда я вытащил тебя из моря на берег и пытался привести в чувство, я вовсе не обратил на нее внимание. Но вот утром, когда мы вышли к лагерю, я не мог взгляда отвести от твоих ножек, как не пытался. – Мне показалось, что после этих слов князь начал глубже дышать и как-то особенно близко прильнул ко мне… везде, где льнул до этого. - И твоих крутых бедер… их созерцание разожгло настоящий пожар в моих чреслах. Впрочем, ты быстро погасила его своим метким ударом. О, госпожа моя, я пожалел тогда, что позволил тебе покинуть полог, но было поздно что-то менять, ведь зарки застали нас врасплох.
— Почему же ты после битвы не сказал мне, что я неприлично выгляжу? Почему не предложил другую одежду?
— К сожалению, у нас в седельных сумках и сундуках нет ничего подходящего для тебя. Но я отдал свой плащ, этого хватит чтобы прикрыть твою наготу до прибытия в замок, а уж там я распоряжусь о том, чтобы слуги подобрали достойный наряд.
Я с интересом оглянулась на ряды телег и возов, следовавших за нами. Разномастные, груженые доверху мешками, сундуками и свертками, они лениво ползли по раскисшей дороге – лошади тянули их стойко, но бедным животным явно было не сладко от возложенной на них обязанности.
— А что вы везете? Это какие-то товары на продажу? Или ты с королевским размахом в супермаркет сходил?
Он вряд ли понял мою плоскую шутку, но я буквально почувствовала, как князь напрягся.
— Что за глупости? Как ты можешь сравнивать меня с презренным торговцем! – Холодно выпалил Арлен. – Я Пресветлый князь Рассветных земель, мой удел править, а не заниматься грязной работой.
Ух, какие мы нежные! Пожалуй, я задела пресветлого властелина за живое и по правде сказать очень этому напугалась. А ну, как передумает жениться и скинет с коня – а конь-то высокий, до земли лететь немало. Хватит уже с меня падений.
— Простите, князь. Я тут совсем недавно и много не знаю… простите еще раз, не хотела вас обидеть!
— Прощаю. - Было мне ответом после мучительного молчания. - Но впредь думай, прежде чем говорить, а если не уверена в своих словах, то лучше уж молчи. Это знаешь ли, оскорбительно слышать такое от своей будущей жены.
Словно получив на то особое разрешение, Арлен приобнял меня за талию, по-хозяйски уложил руку, державшую поводья, на мое бедро. Я от такой скорости развития событий и наглости немного офигела, но почему-то не смогла возмутиться.
А ведь этот князь тот еще манипулятор! Вот уж точно, за даром свой хлеб не ест - раздул из мухи слона, заставил меня извиняться, а потом, сыграл на чувстве вины, продавив объятия, за которые получил по руке раньше, сразу же как только я забралась в седло. Ну, ничего... я, дружище, тоже знаешь ли не лыком шита!
— Я собирал налоги. В сундуках и повозках мое честно заработанное добро: ткани из Азельборда, соленая треска с Дарского побережья и конечно же деньги.
Его честно заработанное? Ну, быть может, люди платят ему за защиту от всяких тварей и покровительство... но он так претенциозно это сказал, будто сам лично ткал в Азель-как-его-там свои ткани, да потрошил треску с какого-то-там побережья.
— Ты удивлена тем что так мало? - Вновь обиделся князь. - Так это же не все, только небольшая часть. Остальное прибудет позже с моими людьми, когда в Рассветных землях соберут последний урожай перед холодами.
— Нет-нет, что ты. Я наоборот подумала, до чего же много всего! - Так, с этим образцом сказочного мужества и благородства все было понятно - самовлюблен и чувствителен просто донельзя.
С одной стороны. Арлен тот самый рыцарь, который презрев любую опасность кинется защищать мир от зла, с другой - натура крайне мнительная, которая за малейшее сомнение в своей исключительности и значимости может вызвать на дуэль. Так что, помягче с ним надо. Ну, не понимает человек сарказма... ой!
«Выберите три наихудших, по вашему мнению, качества из шести, которыми НЕ должен обладать идеальный мужчина»: «А - склонность к депрессии», «В - алчность», «С - назойливость», «D - глупость», «Е - мстительность», «F - непереносимость сарказма».
Ух, мне ведь еще тогда этот вопрос особенно не понравился - он попросту нечестный и неправильный! Ну, как можно выбрать из них три наихудших, если идеальный мужчина вообще не должен обладать какими бы то ни было плохими качествами?
Нет, может этот сексуально озабоченный доктор, составитель тех гениальных вопросов и исходил из того, что красота без недостатков - это не интересно и не правдоподобно, но сути-то дела это не меняет!
Тот вопрос был в начале теста, и я хорошенько над ним подумала, убрав в итоге «склонность к депрессии», потому что это я и сама могу, «назойливость» - потому что нет никого хуже человека в окружении, который изо-всех старается быть «милым насильно», и «глупость», потому что на кой черт кому-то может сдаться глупый мужик? Ну, а что осталось... то осталось. Ну, здравствуй князь Арлен - идеальный мужчина Рассветных земель. Алчный, мстительный красавец с острой непереносимостью сарказма!
Солнце поднялось высоко над горизонтом и припекало нещадно, а наша колонна все шла и шла не останавливаясь. Время от времени я с вожделением погладывала в сторону Полночных земель - там тенек, прохлада... еще бы монстры не водились, вообще загляденье бы было, а не место.
Но судя по тому, как бодр был князь и вся его дружина, для них солнцепек не составлял особой проблемы. Ехали, болтали между собой, смеялись... а я как дура куталась в плащ потому что Арлен посчитал мой костюм «исподним». Нет, ну надо же! А подруги в универе мне все время намекали, что хожу, как монашка на все пуговицы застегнутая - мол, нет бы юбку покороче хоть раз надеть. О времена, о нравы!
Замок князя медленно приближался и уже не казался таким маленьким, как раньше. Но и махина черного дворца, выраставшая из земли прямо посреди сумеречной полосы Межмирья все больше и больше поражала своими масштабами.
Рассветные земли были красивым местом - зеленые холмы, маленькие уютные деревни, мелькавшие соломенными и черепичными крышами вдалеке от дороги, богатые поля, золотыми волнами перекатывавшиеся от легкого дыхания ветра. Время от времени нам встречались крестьяне и путники, выходившие к дороге. Они всякий раз вежливо снимали шляпы и шапки, склонялись низко, приветствуя своего князя, а он бы хоть ручкой им махнул, в самом деле! Вон, как королева Англии - милая же женщина и все ее любят. Будто у Арлена от такого бы рука отсохла.
В конце концов, когда мы проезжали мимо жителей одной уж очень приветливой деревеньки, я не выдержала, и сама помахала встречным крестьянам - надо было в этот момент видеть их лица! Кто-то рот раскрыл от удивления, кто-то из рук выронил то, что держал, а дети в страхе за материнскими юбками попрятались.
Что сказать, бесценная реакция. Уж не знаю, сделала ли я действительно что-то не так, но комплексов у меня и до того момента было хоть отбавляй... хорошая же из меня получилась бы княжна! Нет, определенно надо было валить из этого странного места.
Начинало вечереть, когда мы вышли к большому перепутью дорог. Прямо посреди перекрестка происходила какая-то возня, оттуда доносились крики, ругань и звериный рык. Двое воинов, подняв наизготовку мечи, устремились вперед колонны и покружив над источником шума, дали добро на то чтобы двигаться дальше.
6. А мне бы только чужими руками жар загребать
«Придется действовать кардинально. Простите, я сразу сказал, что играть буду бесчестно, но подобной наглости я и сам от себя не ожидал.»
А. Верт «Хранитель попаданок, или Счастье за зарплату»
Посреди перекрестка на боку лежала телега, одно из деревянных колес которой было безнадежно сломано. Мешки и ящики из нее отчасти вывалились на дорогу и грузный потный крестьянин, должно быть хозяин всего этого добра, бегал вокруг, в панике собирая разлетевшиеся по дороге пожитки. И все бы ничего, но первое же за что зацепился мой взгляд – это то, что было впряжено в его телегу… Ох, да даже не что, а кто!
В начале мне показалось, что я вижу Халка… ну, того, зеленого, который крушит врагов на стороне Мстителей в киновселенной Марвел. Вот только этот был чуть меньше и не зеленый, а какой-то синевато-серый, ну, и все же пониже известного героя. Пожалуй, что и не выше меня. Абсолютно лысый, с желтыми клыками, выступавшими из-под толстой нижней губы и огромными черными бусинами глаз, он всхрапывал своим маленьким носом при каждом вдохе. А еще как-то бессильно, обреченно рычал на крестьянина, когда тот кричал ему что-то или в порыве гнева швырял первое подвернувшееся под руку.
При нашем приближении грузный мужчина раскраснелся от волнения и, побросав все, повалился на землю, дрожа от страха.
— Простите… простите меня, князь! – всхлипывал и причитал он, не поднимая головы. – Все этот дурень… ух, собака! Он просто взял и понес, со всей мочи, так что я и в козлы запрыгнуть не успел!
Однако… Я смерила взглядом громадную, набитую под завязку телегу, толстого крестьянина и хоть и крепкое, но не такое уж крупное существо. Он что же, его вместо лошади использовал? Темноглазый недохалк ворчал что-то по-своему и пригибался под недовольными взглядами княжеских воинов. Его толстую шею отягощал широкий железный ошейник, явно бывший ему не по размеру, одет он был в сущую ветошь – несмотря на совсем недружелюбный вид, мне стало жаль беднягу. Ну, разве можно так обращаться с кем бы то ни было?
— И что же прикажешь делать, милый человек? – От тона князя Арлена повеяло нешуточным морозцем. – Может, я должен сам спуститься с коня и помочь тебе убраться с дороги? Ты же видишь, что нам тебя не объехать? Так почему же вместо того чтобы заняться делом, зря тратишь мое время, собирая пузом пыль?
Крестьянин поднял на нас грязное лицо и затрасся, будто желе на тарелке:
— Я сейчас… я-я сейчас, светлейший!
Побросав все, что не успел собрать, он кинулся к повозке и попытался приподнять ее за край со сломанным колесом. От натуги на бедолаге аж начала трещать рубаха. Когда же ему это все таки удалось, существо, служившее крестьянину вместо лошади, демонстративно бросило из рук оглобли и вот дела - рассмеялось утробным гавкающим смехом!
Мужчина в миг побагровел и уронил свою ношу. А потом завопил не своим голосом, да кинулся к существу, став охаживать того кулаками, вызвав всеобщий смех и одобрительный свист.
Только вот мне было не смешно.
Это было жутко и странно – ведь черноглазый только жмурился и пригибался от этих ударов, но даже не пытался дать сдачи! А крестьянин меж тем разошелся, схватил с земли толстую деревянную «спицу» от колеса, ощетинившуюся гвоздями и продолжил начатое с удвоенной силой.
Такого уж я терпеть просто не могла!
— Стойте! Остановитесь немедленно! – Закричала я, но на меня даже не оглянулись. – Арлен, скажите же ему чтобы остановился! Он же забьет его до смерти!
Князь посмотрел на меня с недоумением, но мгновение спустя все же махнул рукой и один из его воинов быстро спешился. Поймав руку крестьянина с палкой, занесенной для нового удара, он схватил толстяка за шиворот и оттащив в сторону, толкнул под ноги княжескому коню.
— Простите меня! – Взревел мужчина. – Я не могу заставить этого идиота, он упрям, как осел! Должно быть мало я его наказывал, но он совсем перестал слушать меня с тех пор, как я распродал других своих орков! Прошу вас, будьте милостивы, князь… в этой телеге все, что есть у меня! Я пережил плохой год и мне пришлось распродать почти все что было, чтобы купить эти товары. Если я не заработаю на завтрашнем большом торгу, то моей семье зимой будет нечего есть!
— Если они такие же крупные, как ты, то как-нибудь протянете до весны. – Едко усмехнулся Арлен.
Вот уж ничто не уродует так человека, как его поступки. Оставить все как есть я не могла ни в коем случае!
— Давайте поможем ему. – Обратилась я напрямую к воинам. - Ну, что нам стоит? У нас есть две лошади, которые остались без всадников, да и колесо, я уверена, запасное найдется. Правда, Арлен? Ну, что нам стоит?
Пресветлый князь как-то недобро нахмурился и до скрипа сжал в руках кожаные поводья.
— Вы еще не стали княжной, чтобы так распоряжаться моими людьми, госпожа.
Ах вот ты какой, повелитель Рассветных земель!
— А я и не стану, если не позволите решить этот вопрос миром прямо сейчас.
Вокруг повисла тишина. Мне показалось, что даже орк перестал сопеть. Только птичкам и ветру было все равно на то, что я, должно быть, с минуты на минуту лишусь головы.
Князь посмотрел на меня так, будто я у него половину владений аннексировала и любимого коня потребовала зажарить на вертеле к ужину. Я отчетливо видела, как темные мысли мечутся в его светлой голове, а жилы на шее и руках аж натягиваются от сдерживаемого гнева. Наконец он громко вдохнул и сказал, обратившись к остолбеневшим воинам:
— Пусть будет так, как она хочет.
Мужчины немедля бросились исполнять, с опаской поглядывая в нашу сторону. И смотрели они явно не на своего властного князя, а на меня – неизвестно откуда взявшуюся мадам в одном «исподнем», которая стала ему указывать. Хотя, почему это неизвестно откуда? Очень даже известно! С неба, с легкой руки Небесного бога, моего, между прочим, отца.
Эх, знал бы Сергей Владимирович, простой слесарь, как сильно его почитают в этом Межмирье!
И десяти минут не прошло, как все было готово - телега починена и убрана с дороги двумя красивыми пегими лошадьми. Напуганный еще больше прежнего крестьянин снова бросился в ноги, но на этот раз благодаря за милость и спасение его детей от голодной смерти.
Ну, что ж, не стану отрицать, что я была вполне довольна собой, вот только замужество - это, к сожалению, не вечный инструмент воздействия на князя.
Крестьянин между тем поспешно покидал в телегу мешки и ящики, после чего схватил орка за петлю на ошейнике и стал привязывать его веревкой к телеге.
— Стойте! - Возмутилась я, внезапно для самой себя остановив нашу двинувшуюся было колонну. - Что вы делаете! Немедленно прекратите!
Крестьянин оторопело уставился на меня, потом опасливо перевел взгляд на князя.
— Я хочу, чтобы вы его отпустили.
— Отпу... отпустить? - Мужчина, еще мгновение назад бывший красным от усилий, теперь стал белым, как полотно. - Но как же это - отпустить, госпожа... он же моя собственность...
— Послушайте, мы вам дали двух замечательных лошадей, телегу починили, этого что, мало, чтобы вы отпустили беднягу?
На крестьянина было жалко смотреть, он даже обратился к воинам князя, будто моля о поддержке.
— Но, нельзя же так. Отпустить раба? Как можно!
Арлен за моей спиной как-то нехорошо хохотнул и кивнул своим людям, а те с угрозой положили руки на свои мечи.
— Делай, как велено. Ну же, не заставляй нас ждать!
Трясущимися руками толстяк выудил связку ключей из-за пояса и долго перебирал их, ища подходящий, а потом опасливо потянул на себя ошейник орка и заскрипел в замке. Тот отщелкнулся, да слетел с шеи темноглазого существа, оставив от себя широкую алую борозду, шрамом впечатавшуюся в его мощную шею.
Орк даже не сразу понял, что произошло. Он покрутил головой, толстыми пальцами недоверчиво коснулся того места, где мгновение назад был металл и лишь после этого запрокинул голову к небу, чтобы вдохнуть полной грудью.
Крестьянин попятился и спешно попытался вскочить на козлы, но существо схватило его за рубаху сзади и обрушило наземь. Орк взревел, словно дикий зверь, и взглядом окинул воинов, мгновенно ощетинившихся мечами.
Воспользовавшись заминкой, крестьянин поднялся на ноги и как мог быстро побежал через поле, туда где виднелись крыши деревенских домов и вился печной дымок. Темноглазый рассмеялся, как тогда, когда отказался помогать своему хозяину и низко зарычал.
— Оставьте его. - Сказал своим людям князь. - Пусть сами разбираются, мы и так тут слишком задержались.
Словно поняв его слова, орк всхрапнул и оскалившись частоколом мелких острых клыков кинулся следом за крестьянином.
Я во все глаза смотрела на разыгрывавшуюся драму не в силах и слова вымолвить. Что же это я только что наделала...
Поделиться книгой: