Цикл романов "Дронго". Компиляция. кн 81-118

– Я не могу играть в такие игры, – тихо произнесла Катиба, – прошу меня извинить. Но я поднимусь к себе в номер.

– Пять минут назад вы говорили о закрытых обществах, не готовых признавать наши равные права, – напомнила Кристина, – а ведь сейчас нужно только бросить вызов устарелой морали. Между прочим, на пляже вы загорали рядом со мной, не испытывая никаких неудобств. И насколько я помню, вы тоже загорали топлес.

– Там были только женщины, – так же тихо ответила Катиба.

– Там были мужчины-официанты, – громко возразила Кристина. – Значит, вы отказываетесь? Вот вам и борец за эмансипацию женщин.

– Нет, я остаюсь, – подняла голову Катиба, – и остаюсь, чтобы доказать вам, насколько мы все не отличаемся друг от друга.

– Тогда начинаем. Вацлав, вы можете нас покинуть, – предложила Кристина.

– Я тоже остаюсь, – очень недовольно заявил Сольнарж, – но ваши игры ни к чему хорошему не приведут. Это я вам гарантирую.

– Садитесь за стол, – предложила Кристина, – мы начинаем нашу игру. И помните, дамы и господа, что эта не просто игра. Это возможность быть внутренне независимым человеком. Даже столь нелепым способом.

Дронго подумал, что впервые в жизни согласился на подобную игру. Ни он и никто из остальных присутствующих даже не предполагали, насколько опасной станет эта игра и как именно закончится сегодняшний день.

Глава 8

Все восемь человек расселись за столом. Во главе стола села Кристина. Справа от нее разместились Катиба, Динара и Мильви. С левой стороны уселись Стефания и Каролина. Между ними оказался Вацлав Сольнарж. Дронго сел напротив Кристины. Все ждали начала игры.

– Проигравший снимает с себя одну вещь, – напомнила Кристина, – а победитель имеет право потребовать от другого человека снять еще одну вещь. Все понятно?

– Как вы определите приоритеты мастей? – уточнил Вацлав.

– Сейчас начнем, – усмехнулась Кристина, – честное слово, если бы даже такой игры не существовало, ее следовало бы придумать. Хотя бы для того, чтобы доказать всем пределы нашей внутренней раскрепощенности. Итак, дамы и господа, мы начинаем. Надеюсь никто не будет упрекать меня в том, что я буду вашим крупье. Итак, посмотрим, какие карты выпадут и в каком порядке.

Она начала метать карты.

– Первая масть будут черви, – объявила Кристина, – вторая масть – трефы, третья масть – пики и четвертая – бубны. Если выпадают равные карты, то приоритет мастей определяется именно в этом порядке. Я думаю, что все понятно. Надеюсь, что мы не будем злоупотреблять и игра будет идти по правилам. Итак, мы начинаем. Надеюсь, никто не сбежит и не станет выходить из игры. Я смешала две колоды карт и теперь начинаю метать.

В этот момент в зал казино снова вошел официант, который принес сделанный заказ. Он расставил чашки и стаканы вокруг игроков и бесшумно удалился. Кристина оглядела всех еще раз и, улыбнувшись, начала метать карты. Почему-то наступила неестественная тишина, словно ставкой в этой несерьезной игре было нечто гораздо большее, чем просто шутливое раздевание. И все почувствовали серьезность этого момента.

Первой карту получила Стефания. Это был туз пик. Третья возможная карта в колоде. Стефания усмехнулась. Торжествующе поглядела на всех. Второй выпала дама черви. Вацлав пожал плечами. Третьей была десятка черви. Каролина спокойно посмотрела на эту карту. Кажется, ничто не могло вывести ее из спокойного состояния. Четвертым карту получил Дронго. Это была девятка бубен.

– Вы напрасно сели играть с дамами, – пошутила сидевшая рядом Каролина, – у вас пока самая маленькая карта.

Пятерку треф получила Мильви, она неожиданно густо покраснела, но ничего не произнесла. Девятку бубен получила Динара и весело улыбнулась. У нее была не самая последняя карта. Валет черви выпал Катиби, которая хранила внешнее спокойствие. И, наконец, трефовый туз выпал Кристине. Она победно оглядела всех.

– Проигравшая Мильви Пухвель, – громко объявила она, – прошу вас начинать.

– Глупая игра, – поморщилась Мильви, – я не понимаю, почему мы играем в нее.

– Госпожа Пухвель, вы нарушаете правила. Мы вас ждем. Не заставляйте нас ждать, – повысила голос Кристина.

– Я полагала, что это шутка, – сказала все еще пунцовая от смущения Мильви.

– Шутки закончились, – безжалостно произнесла Кристина.

– Просто не понимаю, как я могла согласиться, – выдавила Мильви. Она посмотрела по сторонам. Затем поднялась и смущенно сняла с себя майку, оставшись в светлом бюстгальтере и джинсах.

– Надеюсь, вы удовлетворены? – спросила она. – На этом все закончилось?

– Нет, – в Кристину словно вселился какой-то злой дух, – ничего не закончилось. Вы должны снять две вещи.

– Вы с ума сошли? – нахмурилась Мильви. – Почему две? Вы сами нарушаете правила игры.

– Нет, не нарушаю. У меня была самая большая карта, и я могу потребовать от любого проигравшего снять с себя еще одну вещь. Вот я и требую от вас, госпожа Пухвель. Итак, мы ждем.

– Я сейчас уйду! – гневно воскликнула Мильви. – Так нельзя. Это нечестно. Сразу две вещи.

– Мы приняли эти правила, Мильви, – примирительно сказала Стефания, – нужно выбирать. Я бы на твоем месте сняла бюстгальтер. Ты же только вчера загорала вместе с нами. Там у всех нас не было никаких проблем.

– Это безобразие, – нахмурилась Мильви, – странная и опасная игра. Она плохо закончится.

– Ты всех задерживаешь, – напомнила Кристина, – что ты снимаешь?

Вместо ответа Мильви посмотрела по сторонам и неожиданно расстегнула свой бюстгальтер, отбросив его в сторону.

– Теперь вы удовлетворены? – спросила она, больше обращаясь к Кристине. Та отвернулась от нее, начав метать карты по второму кругу. Мильви, все еще красная от смущения, уселась за стол, прикрывая руками голую грудь. Она залпом выпила стоявший перед ней джин с тоником.

– Почему не джинсы? – задал мучивший всех вопрос Вацлав.

– Может, ей так больше нравится, – шутливо заметила Стефания.

– Это мое дело, – пробормотала все еще пунцовая Мильви.

– Начинаем второй круг, – громко провозгласила Кристина, снова начав метать карты.

На этот раз выпали три тройки. Но проигравшей оказалась Катиба. А выигравшей Стефания. Все посмотрели в сторону Катибы. Она спокойно сняла с себя браслет, который был у нее на запястье.

– Это нечестно, – улыбнулась Кристина, – браслет не часть одежды.

– Ты сказала – снять одну вещь, – напомнила Катиба, – вот я и сняла браслет. Разве я не права?

– Она права, – сказала Стефания, – а теперь, Кристина, снимай и ты какой-нибудь предмет. Ведь я выиграла.

Кристина покорно сняла свой пиджак, положив его в сторону. Под ним была белая блузка.

– Ты нас всех обманула, – громко сказала Мильви, – у тебя больше одежды, чем у всех нас.

– Я не виновата, что у меня такой брючный костюм, – попыталась оправдаться Кристина, – давайте пройдем третий круг.

– Обманщица, – грозно сказала Мильви все еще прикрывая грудь руками, – не нужно было играть с вами.

– Следующий круг, – объявила Кристина, начав раздачу карт.

Самая большая карта пришла к Каролине, самая маленькая оказалась у Вацлава. Он чертыхнулся и молча, ничего не сказав, снял рубашку, помахал ею над головой и повесил на спинку стула. Все смотрели на Каролину.

– Стефания, – сказала она, не глядя в сторону соперницы.

Итальянка улыбнулась. Но тоже не стала возражать. Она быстро сняла с себя блузку и отбросила ее куда-то за спину. Бюстгальтер у нее был красивый. Очевидно, из шелка.

– Четвертый круг, – объявила Кристина.

Теперь самая большая карта выпала Стефании. Никто не сомневался, что она назовет имя Каролины. А самая маленькая карта досталась Динаре. Та смущенно улыбнулась и попросила Катибу помочь ей снять платье.

– Не нужно, – неожиданно сказала Катиба, – это неприлично. Здесь мужчина.

Она так и сказала «мужчина», хотя на самом деле за столом сидели Дронго и Вацлав. Но второго она, очевидно, в расчет не принимала.

– Динара, вы всех задерживаете, – напомнила Кристина.

Динара сама расстегнула замок. Затем медленно сняла с себя платье. Посмотрела на окружающих.

– Кажется, я впервые делаю это при таком внимании окружающих, – пошутила она, усаживаясь за стол. На ней был купальный костюм.

– Вы все заранее знали? – спросила Мильви. – Почему она в купальном костюме?

– Я думала, что сегодня будет хорошая погода, – попыталась объяснить Динара, – и я смогу искупаться. Ведь у меня был ночной рейс самолета.

– Это не относится к игре, – перебила ее Кристина.

– Какое имя ты называешь? – спросила Динара у Стефании.

– Кристина, конечно. Это ведь она придумала такую игру, – заявила итальянка.

Каролина прикусила губу. Она была уверена, что итальянка назовет ее имя. Когда есть возможность для мести и человек не мстит, это оскорбляет и унижает больше, чем сама месть. Кристина сняла блузку, не возражая.

– Одну минуту, – неожиданно сказал Дронго, – мне кажется, что мы немного увлеклись и не посчитали вариантов.

– Каких вариантов? – спросила Кристина.

– В двух колодах сто четыре карты. А нас восемь человек. Значит, игра затянется на тринадцать кругов. Это гарантированно двадцать шесть проигравших.

– Все верно. Ну и что?

– Некоторым придется снять по четыре или пять вещей, – пояснил Дронго, – вам не кажется, что в конце игры мы все окажемся голыми?

– Значит, будем сидеть голыми, – рассмеялась Кристина, – или вы уже боитесь? Вот Мильви вполне освоилась и уже даже улыбается.

– Как только мне выпадет большая карта, сразу назову твое имя, – пообещала Мильви, которая действительно перестала закрываться, уже не обращая внимание на свою грудь. Как, впрочем, и все остальные.

Но пятый круг принес самую маленькую карту Дронго, а самую большую Кристине. Дронго снял рубашку и тоже повесил ее на спинку стула. Кристина оглядела собравшихся.

– Опять Мильви? – весело спросила Каролина.

– Нет, – ответила Кристина, – пусть будет Стефания. Она ведь первой начала.

Стефания рассмеялась. Поднялась и очень спокойно, словно была перед бассейном, сняла свои белые бриджи и села за стол. Фигура у нее действительно была великолепная. Глядя на нее, трудно было предположить, что у этой женщины двое уже взрослых сыновей. Она была в светлом шелковом белье, которое ничего не скрывало. Но ее, похоже, не очень волновали такие мелочи. Зато Мильви вспыхнула еще раз, а Катиба нахмурилась, словно красивое тело итальянки было вызовом всем остальным. На самом деле подсознательно всех волновал только один вопрос. И это был не столько вопрос этики или скромности, сколько обычная женская ревность к совершенному телу сорокалетней женщины.

Следующий круг принес самую маленькую карту Каролине. Все ждали, что она снимет свою блузку. Но вместо этого Каролина сняла свою юбку миди и положила ее на диван. И вернулась к столу.

– Почему не блузку? – не выдержал Вацлав.

– Мне так больше нравится, – ответила Каролина, даже не посмотрев в его сторону, – или я должна согласовывать этот вопрос с нашим крупье?

– Нет, – ответила Кристина, – это ваше право.

– Спасибо, – кивнула Каролина.

Самую большую карту получил Дронго. Все посмотрели на него, ожидая, какое имя он назовет. Вместо этого он поднялся, взглянул на присутствующих и начал стаскивать правый носок.

– Что вы делаете? – не выдержала Кристина.

– Снимаю одну вещь, – невозмутимо пояснил Дронго, – я не могу назвать имя ни одной женщины. Приходится раздеваться самому.

– Вот вам образец настоящего джентльмена, – растрогалась Кристина.

– Вы всегда такой благородный или притворяетесь? – спросила Стефания.

– Конечно, притворяюсь, – ответил Дронго.

– В этой дурацкой игре пока только одна пострадавшая, – пожаловалась Мильви, – и это я. Мне кажется, что Кристина нарочно все подстроила.

– Вот так всегда, – развела руками Кристина, – я хотела только пошутить, но вместо этого нажила себе личного врага.

Седьмой круг выявил победителя – Динару. И проигравшую – снова Катибу. Марокканка оглядела присутствующих и покачала головой.

– Я не могу, – призналась она, – просто не могу раздеться в присутствии этого мужчины, – она показала в сторону Дронго.

– А мое присутствие вас не смущает? – немного обиженным тоном спросил Вацлав. – Или вы намекаете на мое отношение к женщинам?

– Нет-нет, – быстро ответила Катиба, – вы не совсем понимаете. Дело совсем не в этом. Офицер полиции сказал, что он из Баку. Это совсем другое дело.

– Не понимаю, почему вам не нравится его город, – сказала Каролина. – Кажется, это столица Азербайджана?

– Город ни при чем, – у Катибы появилось какое-то упрямое выражение на лице, – он мусульманин.

– Послушайте, Катиба, это всего лишь игра, – попыталась урезонить ее Стефания, – всего лишь обычная шутливая игра. Я вас не совсем понимаю. Почему вы ходите с нами на пляж и купаетесь вместе со всеми на пляже и даже загораете топлес, а сейчас неожиданно для всех становитесь таким символом мусульманского фундаментализма.

– Это разные вещи, – ответила Катиба, – вы не можете меня понять. Я не могу раздеться в его присутствии.

– А на пляже, который находится в нескольких метрах от нас, в присутствии сотен мужчин, можете? – насмешливо уточнила Стефания. – Мне кажется, что это не совсем логично.

– Может, она объяснит нам свое поведение? – спросила Кристина. – Что случилось? Вы сами понимаете, господин эксперт?

Дронго молчал. Он прекрасно понимал, в чем дело, но не собирался комментировать поведение Катибы Лахбаби. Подобная ситуация произошла с ним в прошлом году в Марбелье. Он приехал на фешенебельный курорт Пуэнто– Романо и обнаружил там своего знакомого, прилетевшего в Марбелью из Баку. Тот был отличным пловцом и предложил Дронго устроить заплыв на время. Дронго сразу отказался. Выросший у моря, он, к удивлению многих, плохо плавал. Поэтому он остался на берегу, наблюдая за своим другом. Рядом загорали сразу десятка два женщин, привычно подставивших свои обнаженные груди яркому солнцу. Особенно выделялась группа загорелых молодых женщин, которые были в узких бикини, напоминавших скорее тонкие полоски. Они не обращали внимания на проходивших мимо мужчин, надев темные очки и вытянувшись на лежаках. Знакомый Дронго вышел из моря и весело сказал по-азербайджански: