Всё той же пружинистой походкой приблизившись к Юрию, Леек небрежно бросил мальчишке ключи, которые тот поймал (тоже небрежно), взглянул на брелок и направился к одной из припаркованных в дальнем конце переулка машин.

К счастью, в джипе (Леек уже пролистал достаточно автомобильных журналов, чтобы оценить стать этой игрушки) никого больше не было. Юрий на ходу нажал кнопку на брелке, что-то пискнуло, и в следующий момент они уже садились в послушно открывшуюся машину. Люди, наблюдавшие за входом в отель из других, расположенных ближе к гостинице, автомобилей, только сейчас зашевелились, заподозрив неладное (песок и ветер, какая некомпетентность! А ведь ему предстоит работать с этим народом!), и зачем-то попытались выбраться наружу, крича и вытаскивая оружие. Скрипнули шины, и Юрий рванул с места, за полминуты оторвавшись от начавших-таки преследование машин.

Затем, попетляв ещё немного по городу, остановился перед светофором. С невозмутимостью, за которой скрывался лихорадочный ужас, поинтересовался:

— И что дальше?

Посланник на мгновение задумался. Тут могли быть проблемы.

— У вас есть семья? — Было бы печально, вздумай новые знакомые (или, если на то пошло, старые) отыграться на близких парня лишь из-за того, что Леек трое суток профессионально промывал ему мозги.

— Я приютский.

— Женщина?

— У меня никого нет.

Лееку показалось, что это не совсем правда, но он не собирался углубляться в данный вопрос. Если у мальчишки хватило мозгов держать тех, кто ему дорог, подальше от своей профессии и связанных с ней сложностей, то Посланник склонен был разрешить ему поступать так и впредь.

— Хорошо.

Он посмотрел в окно на серую промозглую улицу. Достал и протянул Юрию его собственный пистолет, который, хотя и был много лучше свежедобытой игрушки, всё-таки больше толку принесёт в руках настоящего хозяина.

— Нужно ещё многое узнать.

Парень ответил косым взглядом.

— Вы собираетесь схлестнуться с этими... из отеля? — Кажется, он был очень напряжён.

— Да нет. Я не думаю, что они знали, за кем охотились. Но раз уж сами со мной... «связались», то придётся разбираться.

Юрий задумался.

— Почему же мы тогда не... — Он дёрнул головой в направлении, откуда они приехали.

— Между тем, чтобы быть привезённым, когда за тобой посылают, и тем, чтобы прийти самому, есть разница. И немалая.

— Гм...

— И я не одобряю лишних убийств.

У Юрия чуть дрогнули уголки рта. Но под этой гримасой чувствовалась смертельная серьёзность.

— Олег... — Леек пока ещё не привык к местному варианту своего имени, ему потребовалось сознательное усилие, чтобы повернуть голову на звук. — Может, всё-таки, объясните, кто вы? И что здесь делаете?

Наверное, пора. Парень и так доверился ему сверх всякой меры, хотя у него вряд ли был выбор: добиваться доверия Леека учили долго и старательно. Посланник окинул взглядом машину, прикидывая, могут ли тут быть подслушивающие устройства. И так он засветился на камерах в гостинице, хорошо, хоть ничего предосудительного там не делал... Надо обладать действительно живым воображением, чтобы заподозрить в том человеке, которым он был сейчас, пришельца.

Провёл ладонью над панелью. А ведь и правда прослушивается! Значит, те типы, из гостиницы, были отнюдь не такими лохами, какими хотели казаться, вполне возможно, знали, что с ним не всё так просто. В таком случае скормить им немного информации лишним не будет. В Академии этот приём называли «пропагандой, с толку сбивающей».

Леек (нет, Олег, пора бы уже начать привыкать!) побарабанил пальцами — скорее демонстрация, нежели настоящее волнение.

— Я... как бы это сказать... мальчик на побегушках и Министерство чрезвычайных ситуаций в одном лице. Когда в каком-то... месте ситуация угрожает перейти в стадию «тотальное уничтожение», туда посылают меня.

Это прозвучало достаточно обтекаемо.

— О? — Юрий, который, похоже, больше любил слушать, нежели говорить, заинтересованно блеснул глазами. — И что же, мы все тут собираемся... уничтожиться?

— Похоже на то.

— Как?

— Это — первое, что надо выяснить. Если отбросить стихийные бедствия, то обычно проблемы можно разделить на две категории: внешнее вторжение или внутренние конфликты. У вас, похоже, будет комбинация того и другого. Не худший вариант. Такие вещи имеют обыкновение так или иначе друг друга нейтрализовывать.

Юрий повернул руль, судя по всему, направляясь в какое-то определённое место.

— Внешнее вторжение?

Леек (Олег!) сделал неопределённый жест рукой.

— И ты что, должен вот так просто прийти и всех спасти? — Интонация, с которой это было произнесено, была бесценной. Ядовитый всё-таки народ, наёмные убийцы. Олег улыбнулся без всякого юмора.

— «Просто» у меня ещё ни разу не получилось.

— Гм... — Юрий, ради эксперимента, на одну минуту, сделал допущение, что он верит в этот благородный бред. — И кто же это такой благожелательный тебя послал?

Ещё один пространный жест. Не объяснять же парню, что послали не его, а скорее за ним. Идея того, что у планеты Земля тоже есть инстинкт самосохранения, может показаться излишне... нетрадиционной.

— Завлекательная, однако, работёнка...

Тут Посланник тихо, яростно рассмеялся.

— О да... «Работёнка» завлекательная.

Никакой ответственности, никаких полномочий. Провалишься ты, или позволишь себя убить, или справишься — результат один. Вперёд, к следующему заданию! Впрочем, если провалиться достаточное число раз...

Он вдруг оборвал смех, как оборвал и цепочку воспоминаний. Нет. Освобождение такой ценой ему не нужно. Да и невозможно. После первого же саботажа отзовут в Академию и потихоньку казнят.

— И что же ты со всего этого имеешь? — небрежно поинтересовался Юрий. Хороший вопрос, одобрил Л... Олег. Сам он тоже не верил альтруистам.

— Воспоминания.

— Что?

— Каждый мир имеет что-то, чего нет ни в одном другом. Научные концепции. Виды искусства. Философские идеи. И всё это мы сохраняем вот здесь, — он коснулся своего виска, — а потом приносим домой. И используем.

— То есть ты — что-то вроде этакого вора мирового масштаба?

Поместив странного гостя в привычную систему отношений, парень явно почувствовал себя уверенней.

— Пожалуй, можно это и так назвать, — сдержанно произнёс Посланник.

Какое-то время было тихо.

— Должно быть, твой дом со временем стал весьма необычным местом, — ещё более небрежно бросил Юрий.

Олег неприятно улыбнулся. Что ж, если седовласый господин со стальной волей, который сейчас сидит около подслушивающей аппаратуры (Посланник почти видел размытую фигуру, хотя его слабых способностей не хватало, чтобы проникнуть в мысли старого шпика), что-то знает, то он поймёт послание. Ну а если нет — то эти названия ему всё равно ничего не скажут.

— Да. Архипелаг — очень необычное место. Не говоря уже об Академии.

— А...

Хорошего понемножку. Олег резко перебил своего юного спутника.

— Надо бросать эту машину и искать убежище на следующую пару дней.

— Ты ведь не думаешь, что я так просто купился на этот бред? — совершенно спокойно поинтересовался Юрий.

— Если бы мне понадобился бред, на который ты бы купился, будь уверен, состряпать его не составило бы труда. Да, куда бы мы ни направлялись, там обязательно должен быть доступ в Интернет.

— Есть, босс, спаситель Земли! Бу сделано.

Олег его не слушал.

Лёгкое повышение температуры в тонких электронных цепях — и подслушивающий жучок расплавился, ударив в наушник подтянутого седого господина оглушительным шумом помех.

Олег улыбнулся.

Глава 3

...Когда Леек наконец добрался до Приюта Поющих Скал, капитаны уже собрались. Сидели молчаливыми рядами, с каким-то почти неестественным терпением ожидая, когда Учитель откроет им, ради чего же был создан их Флот. Свободный Флот Песчаных Кораблей, самим фактом своего существования попирающий добрую половину священных традиций и обычаев.

Леек появился, как всегда, вдруг. Была у него такая привычка. Когда-нибудь кто-нибудь из них всё-таки преуспеет в попытках заметить его раньше времени. Когда-нибудь, но не сегодня.

Он тенью выскользнул в центр зала, постоял, покачиваясь от кровопотери, а затем позволил им себя увидеть. Для окружающих это выглядело, как если бы мужская фигура появилась из пустоты на самом видном месте. Вот после таких трюков и начинают задавать вопросы о том, так ли уж на самом деле низко его происхождение, так ли уж он на самом деле бездарен в магии. Хотя никакой магии тут не было. Просто особое видение мира... Впрочем, не важно.

Он появился в зале в разодранной одежде, покрытый своей и чужой кровью, но прошёл к своему месту так невозмутимо, будто был облачён в полный парадный доспех. «Настоящий адмирал не зависит от одежд и знаков отличия, — гласило знаменитое изречение одного из древних воинов рода Раджанин. — Настоящий адмирал может командовать битвой, даже если на нём не надето вообще ничего. И никто этого не заметит». Только вот трудно было представить себе помешанных на собственном достоинстве благородных адмиралов (кроме, пожалуй, тех же Раджанинов и других Избранных Слуг, но их всех перебили вместе со старым махараджани), следующих этой мудрости.

Леека же, по всей видимости, совершенно не интересовали ни древние изречения, ни благородные лорды (хотя те, кто его знал, утверждали, что и в изречениях, и в лордах адмирал разбирается очень даже неплохо). Не обращая внимания на поднявшийся ропот, он набрал в грудь воздуха, приготовившись говорить. И тут же упала внимательная тишина.

Капитанам его пока ещё маленького Флота предстояло сегодня о многом узнать...

* * *

— Олег Дмитриевич, все уже собрались.

— Спасибо, Наталья.

Олег и сам об этом знал, а Наталья знала, что он знает, но этикет, как-то сам собой усваиваемый всеми оказывающимися в этом доме, требовал соблюдения таких вот маленьких формальностей. Это было только вежливо — озвучить вслух то, что уже считано в ментале. И это, хотя его ученики о том и не подозревали, позволяло им сохранить рассудок под грузом «полировки».

Данные мелькали с такой скоростью, что глаз стандартного человека этого мира, наверно, не смог бы разобрать ничего, кроме путаной мешанины на трёх плоских экранах, но Наталья всё равно вежливо отвела глаза. С долей демонстративности. Она уже усвоила, что Олег не заигрывает с ученицами, да и, прояви он такие поползновения, дала бы ему громогласный (и весьма болезненный) от ворот поворот, но всё равно подчёркнутое невнимание со стороны едва вылезшего из пелёнок мальчишки её задевало. Беда с ними, с красивыми женщинами. Даже если при этом они ещё и умные.

Олег пробежал пальцами по клавиатуре, сохраняя информацию, и выключил оборудование. Насколько проще работать в мирах, где информационная сеть не столь примитивна! Посланник ещё пару секунд смотрел на потухшие экраны, приводя себя в нужное состояние, затем едва заметно кивнул женщине. Наталья грациозно развернулась на своих высоченных каблуках и грациозно поплыла к залу.

Посланник не мог пожаловаться на рост, хотя это тело, пожалуй, ещё немного подрастёт, прежде чем достигнет зрелости. В любом мире он привык как минимум на полголовы возвышаться над основной массой людей. И потому смотрел на Наталью, которая на своих каблуках была выше его на добрый десяток сантиметров, с некоторой долей удивлённой самоиронии.

Девушка настолько соответствовала всем современным канонам красоты, что иногда это почти походило на пародию. Высокая, тощая, с великолепной копной светлых, почти белых волос (которые меняли свой цвет едва ли не еженедельно), голубыми глазами (которые меняли цвет ежедневно) и ухоженной кожей (которая при любых условиях оставалось безупречно гладкой и чистой). Олег, привыкший полагаться лишь на собственное мнение, считал её скорее забавной, нежели прекрасной. С таким ростом и манерой держать себя девушка напоминала представителя другого вида, а не нормального обитателя этого мира. Однако её ещё в двенадцатилетнем возрасте заметили модельные агентства, так что теперь, к восемнадцати годам, Наталья обладала настоящей «подиумной» походкой, сформированной лучшими специалистами осанкой, а также необъятными знаниями в области подчёркивания собственного великолепия. Её внешность и умение держаться перед камерой обеспечивали пропитание ей самой и всей её семье, так что за этими своими капиталами девушка следила очень тщательно. И ещё более тщательно скрывала от окружающих другие «капиталы» — острый, холодный ум математика, недюжинные способности интриганки и доставшееся от прабабушки «ведьмино» наследство.

Даже до того как попасться на глаза разыскивающему перспективных ребят Посланнику, она вполне профессионально могла навести порчу или подпортить чужую ауру. Чем и пользовалась, без оглядки на этические соображения делая себе карьеру в сумасшедшем мире высокой моды.

Учитель и ученица вошли в комнату, где, спокойно рассевшись на татами, их ждали ещё семеро молодых людей. Тренировки проходили в подвале, который никто не удосужился предварительно как следует отремонтировать. Так что, если убрать маты и закрыть шкафы, помещение могло показаться давно и напрочь заброшенным. Что и требовалось.

Прошло три месяца с тех пор, как Посланник был отправлен на планету Земля. И время это он использовал с толком. Сейчас Леек (он же Олег Дмитриевич Вестников) был задокументированным гражданином Российской Федерации, бизнесменом, обладателем нескольких миллионов долларов. Свои дела он предпочитал вести через посредников (живых или электронных), что, во-первых, позволяло держаться в тени, а во-вторых, не давало партнёрам догадаться, что они имеют дело с подростком лет шестнадцати от роду.

Он действовал пока строго по учебникам. Прибыть, осмотреться, изучить язык и культуру. Обеспечить материальное положение. С этим было сложнее: начинать с банального воровства не хотелось, а в местных биржевых играх он пока ориентировался недостаточно уверенно. Но, надо признать, многомиллионное общество давало для обогащения гораздо больше возможностей, чем какое-нибудь земледельческое королевство. Олег решил не изобретать велосипеда, а положиться на тот способ добычи материальных благ, которым владел лучше всего: сбор и анализ информации. Пока он в спешном порядке осваивал азы местного варианта хакерства, рыская по сети и добывая то тут, то там интересные сведения, подвернулся удобный случай. Наткнувшись на сведения о наркосделке, Олег решил, что такой шанс упускать просто грешно. Операцию спланировал и провёл сам, не желая втягивать в неё Юрия. Приготовленный им лично газ заполнил помещение, куда въехали машины, на несколько минут погрузив всех находящихся внутри в беспамятство. Беззвучная фигура скользнула вниз, подхватила чемодан с деньгами и так же стремительно, как и появилась, исчезла. Пришедшие в себя люди вынуждены были разбираться между собой. Что они и сделали. Олег остался доволен — даже если бы он сам, лично расследовал это дело, то вряд ли смог бы докопаться до истины.

Так в его распоряжении появился начальный капитал. Денег хватило, чтобы обеспечить себе некоторую свободу действий и сделать кое-какие инвестиции. Олег снял просторный подвал в старом (то есть находящемся в аварийном состоянии) квартале, где и решил пока обосноваться. Несколько толково начерченных знаков над дверью и окнами должны были обеспечить должную безопасность от ментального поиска, установленная Юрием аппаратура дала бы предупреждение при другом виде вторжения. Главным для Посланника сейчас было как можно дольше оставаться незамеченным. Прежде всего теми интересными людьми, которые пытались перехватить их в гостинице. Юрий, которому спешно преподали несколько углублённых курсов косметологии в дополнение к тому, что наёмный убийца знал сам, изменил свою внешность до неузнаваемости, на всякий случай избегая контактов со всеми, кто мог бы его узнать.

Адаптация к новым условиям продвигалась семимильными шагами. Олег изучал всё: от особенностей местной кухни до наиболее популярных танцев. Его берлога вскоре превратилась в настоящий сорочий склад книг, журналов, подшивок газет, дисков и снова книг. Посланник складировал всё это вокруг себя по какой-то известной лишь ему одному системе, так что со стороны казалось, что он сидит на куче бумажного мусора, совершенно потерянный в этом ворохе информации.

Он искал.

Львиная доля денег ушла на приобретение оборудования. Тут к месту пришлись связи Юрия. В компьютерах, которые удавалось достать, Олег ещё долго копался сам, что-то переделывая, вставляя какие-то новые блоки. А самое важное — создавая новый софт, программируя целыми ночами напролёт. Конечно, многое пришлось брать уже в готовом виде, но всё равно теперь в одном из углов грязного подвала стояла самая совершенная аппаратура, какую только можно было изготовить в таких кустарных условиях. И работал на ней настоящий мастер своего дела.

Он не мог достаточно быстро раскинуть собственную сеть сбора сведений. Зато мог использовать результаты, которые добыли другие. Огромное количество специальных служб, службочек, агентств по безопасности и личной охране важных и не очень важных персон здорово облегчали задачу. Но, Олег отлично это сознавал, отнюдь не все сведения можно было достать из сети. Поэтому ежедневно он выбирался из своей берлоги, отправляясь «на промысел».

Но всё это было лишь подготовкой к главному. Ни один человек, как бы великолепно тренирован и обучен он ни был, не может пойти против целого мира и выиграть. Особенно если это чужой мир. То есть может, конечно, но ни от одного Посланника подобной глупости не требовалось. Нет, задачей Олега было заставить этот дурацкий мир работать ради собственного спасения. Передать послание тем, кто сможет правильно его понять, и проследить, чтобы они не сделали чего-нибудь уж совсем глупого.

А значит, ему нужны были люди этого мира.

Значит, ему нужны были ученики.

И именно их поиск и был первоочередной задачей.

Олег отбирал свою первую группу тщательно, гораздо осторожней, чем влезал в секретные базы данных или проверял перспективные проекты денежных вложений. Именно этим, первым, предстояло стать костяком в предстоящей борьбе. Они должны были в будущем стать лидерами своего народа. И значит, нужен был материал, для которого хватило бы лишь поверхностной полировки, без более глубокого вмешательства во внутреннюю природу. Он потратил часы, пытаясь в шумном, вонючем ментале этого мира найти короткие, как искорки, вспышки таланта. Юрий был первой удачей. Остальные... с остальными было гораздо сложнее.

Их было всего восемь. Не самое оптимальное количество, но в пределах допустимого. Магическое число семь плюс-минус два, раз за разом оказывающееся ключевым для человеческого восприятия, было соблюдено.

Наталью он подловил как раз в тот момент, когда она обрушила очередную ментальную оплеуху на очередного излишне пылкого кавалера. Девушка едва могла дышать от ярости: этот наглый боров додумался бросить ей, что для такой цацы единственный способ подняться наверх — работая на спине, так что лучше не выделываться и согласиться по-хорошему. Вряд ли после «проклятия», которым угостила его «цаца», тому глупцу светило прожить хотя бы год. Но хотя необученная ведьма фактически обрекла нападавшего на долгую и мучительную смерть, немедленно остановить гораздо более крупного и опытного противника она не могла. И помощь Олега, аккуратно стукнувшего «хозяина жизни» по бритому черепу, пришлась весьма кстати. После этого осталось только заболтать плюющуюся ядом, точно раскалённая сковородка, девушку, пожурить за неэтичное использование своих сил. («Что ты хочешь этим сказать?» — «А вы не знаете? Своими способностями, госпожа, надо владеть. А не позволять способностям владеть собой».) Потом — демонстрация нескольких простейших фокусов, предложение помочь в обучении и обвинение в убийстве, когда девушка попыталась было отказаться. Через два занятия Наталья и мысли не допускала о том, чтобы прервать тренировки.

Вторая девушка, Ирина, была полной противоположностью блондинистой супермодели. Невысокая, пухленькая, даже скорее толстенькая, с тёмными кудряшками и выразительными карими глазами, она была старше и мудрее своих двадцати пяти лет. Простое, невыразительное лицо оживлялось невероятной внутренней силой — до того, как начались занятия, девушка и сама не понимала, что многочисленных мужчин к ней привлекала ментальная энергия, висевшая вокруг наподобие настоящего приворотного заклинания. Олегу редко приходилось видеть, чтобы кто-то так тонко пользовался способностями, о существовании которых не имел ни малейшего представления. Она верила, что красива, и потому была по-настоящему хороша — секрет, который знают все, но мало кто умеет претворить в жизнь. Впрочем, у Ирины было множество других талантов, начиная от чёрного пояса по карате (толстушка двигалась просто с невероятной для своего телосложения грацией) и заканчивая дипломом по филологии (специализация — изучение восточных культур). Девушка подрабатывала, переводя инструкции к оборудованию с китайского и корейского. Олег поймал её именно на эту удочку: пообещал научить более свободно владеть чужими языками.

Парень, Александр, был юным вундеркиндом и надеждой Олега. Даже в свои тринадцать он уже был сильным псионом, причём с явным кинетическим уклоном. Плюс неугасимый интерес к людям и фантастическое для такого возраста умение с ними работать. Правда, сомнительное чувство юмора и неизмеримое нахальство здорово усложняли мальчишке жизнь. Посланник нашёл его как раз в тот момент, когда парень в одиночку пытался отбиться от трёх разъярённых старшеклассников. Остальное было делом техники.

Михаила, хмурого прыщавого четырнадцатилетнего подростка, Олег нашёл, общаясь в сети, и вытащил из очень дурной компании, не слишком слушая громогласные протесты. Этот был не очень одарён в плане ментальных способностей, зато его интеллектуальные показатели просто зашкаливало. Олег начал натаскивать его на работу с техникой напрямую, путём слияния мысли с оборудованием. Но обучение сильно затруднялось тем, что парень был здесь фактически в плену и демонстративно не стремился к сотрудничеству. Излишне демонстративно. Олег подозревал, что на самом деле мальчишку отсюда не вытащишь даже за уши. По крайней мере, пока здесь стоит оборудование Посланника и ежедневно приходит на занятия великолепная Наталья.

Двое китайцев пришли сами. Точнее, пришёл оказавшийся мастером внутренней дисциплины старик (Олег так и не понял, как тот его нашёл), ведя с собой тринадцатилетнего внука. И заявил, что они просят «принёсшего вести» принять их на обучение. Олег посмотрел на обоих и величественно поклонился. На вопрос об именах старик усмехнулся и, заметив, что, поскольку людей его расы здесь всё равно считают на одно лицо, то пусть их зовут Ли и Ли-младший. Олегу было не до смеха. Уж кому, как не ему, было знать о силе, которой обладали человеческие имена. Не зря в каждом мире он принимал новое.

Последний, Анатолий... Тут был разговор особый. Молчаливый, мрачный и массивный мужчина, с грациозными движениями мастера единоборств и затравленным взглядом человека, видевшего слишком многое. Олег в буквальном смысле слова вытащил его из петли, когда, проходя по улице, услышал мысленные крики лишённого кислорода мозга. Очень громкие крики. Знай Анатолий о таких способностях своего разума, он бы, наверно, сумел заглушить этот предательский протест, но... Позже Посланник пытался узнать что-нибудь о прошлом наполовину седого тридцатилетнего мужчины. Некогда офицер разведки и военный специалист высшего класса, прошедший едва ли не через все вооружённые конфликты последнего десятилетия... Иногда участвовал в войне поочерёдно с обеих сторон. Три месяца назад был комиссован по состоянию здоровья и помещён в психиатрическую лечебницу. Выкрав его оттуда и поселив в своём подвале, Олег тщательно следил, чтобы этот терзаемый демонами прошлого человек не оставался наедине с обитавшим тут же бестактным Михаилом... или кем бы то ни было ещё.