Назло богам, на радость маме (полный текст)

— Пятнистая оперативно уничтожила разбойников при помощи неизвестного жезла. Я бы решила, что это какое-то человеческое оружие, но его тактико-технические характеристики нереальны.

— Драца бум? — ревет Потапыч.

— Не входят. Что это меняет?

Демон испарился.

— Любомудр. Волхв.

И хором:

Одним словом, идиллия, прямо Лукоморье. Как у Пушкина. Даже дуб на берегу имеется. Зеленый, как и положено. И здоровый, ствол метров пять в диаметре, макушка торчит выше корабельных сосен, крона словно зонтиком берег накрывает. Мировое древо, блин!

Резко активизировались блохи. Неистребимые насекомые сущности автоматически обзавелись телами одновременно с хозяином, но до какого-то момента себя не проявляли, видимо осваиваясь с новым статусом. И вот исторический миг настал, и мириады крохотных ртов дружно впились в собачью кожу. Произошло это столь неожиданно, что Симаргл даже не попытался предпринять какие-либо осмысленные действия. Он взвыл и бросился наутек.

— Зачем тогда посылала? — в голосе Владыки звучало сдерживаемое недовольство.

Что-то наша командирша развоевалась. Сама себя в прапорщики произвела и командует всеми встречными-поперечными… Женщины всегда всеми командуют, но ей же восемнадцати нет! И не замужем! Рано еще!!! Я, конечно, не против, пусть будет, раз ей так хочется, но звания, все-таки, вышестоящий присваивать должен. Вот только возражать не собираюсь, тем паче у Витьки повышенная милитаризованность прорезалась. Кое-кто уже выступил!

Та энергично замотала головой.

— Легко! — Витька, словно и не было маленького скандальчика, запевает:

— Девочки, а вы моего мнения спросить не хотите?

— Ага! Сами создадут нам проблемы, — улыбнулась Мекрина, — потом сами их героически решат!

Что-то в облике пса до ужаса знакомо. Именно до ужаса. Волосы на затылке норовят дыбом встать. Хотя ведет себя собака на удивление прилично: не лает, не кусается, с видимым удовольствием глотает вкладываемые в рот пирожки, не мешает Витьке за собой ухаживать… Впрочем, этой помешаешь, как же! И всё равно страшно. Только что против десятка татей стоял, но так жутко не было. И не мне одному, Потапыч тоже места себе не находит. Припал к земле и задом потихоньку отползает подальше. Метров через десять спохватывается, набирается смелости, встает и возвращается на исходную позицию. Уже тропинку натоптал, конспиратор мохнатый!

Люцифер вытащил пробку и понюхал:

— Это пирог? — изумилась девушка. — Дай глянуть!

— Ты собрался ее спасать?! — накидывается на меня Витька.

А бегать по лесу, воюя с царапучими ветками, предоставим глупому песику. Заодно и блох ветками повычесывает. Тем более, леса западной Руси — это что? Правильно, болота!

— Не обычная, — продолжила она. — Очень быстрая и сильная. Необычайно быстрая и сильная. Никаких проявлений инфернальной сущности я не заметила, но есть основания считать, что это всего лишь маскировка, — Мекрина сделала паузу, но вопросов не последовало. — Четвертая сущность — Симаргл! Не похож, а именно он.

— Нравится? — томно проворковала Мекрина.

— Зачем?

Князь с улыбкой покачал головой:

Какой-то сержантик суется с объяснениями. Оказывается, Баранье Болото — последний оплот славянской цивилизации на вверенном некоему графу участке, и назначенный Оттоном владетель решил это недоразумение исправить. А то, что славяне эти — христиане, большого значения не имеет, ибо бьют не по вере, а по роже, а Господь своих на том свете отсортирует. В общем, вполне нормальное объяснение для этих времен. Тем паче, бараньеболотцы со вчерашнего дня и не христиане, а так, сами не понимают, в кого верить. Но ведь они и не бараньеболотцы больше, а витькаградцы! И это у товарища прапорщика на лице камуфляжным гримом написано.

Она сделала крохотный шаг вперед, сразу оказавшись вплотную к мужчине. Руки бога сами опустились на плечи чертовки. Та прильнула к широкой груди, орошая рубаху обильными слезами.

— И на Мекрину не будет?

А в десятом веке это почти хайтек, новейшее ноу-хау! Технологическая революция, первая со времен римских легионов. Римляне-то, дураки, дороги булыжниками мостили, каждый камушек тщательно выкладывали после того, как основание подготовят. А тут — крестьян на телегах подогнал, лопатами перекидал, граблями разровнял и две деревни смердов маршировать заставил. Хлоп, бряк, шмяк и хрусть-хрусть! Получите дорогу. И ведь от настоящей не отличишь. Пока на медведе не проедешь.

— Я думал, напитки такой крепости умеют делать только персы, прикидывающиеся арабами…

Как вы яхту назовете, так она и поплывет. К городам и странам это тоже относится. Вот у нас соседи назвали страну окраиной и что в результате? Вечный шум, неразбериха и майдан незалежности! Или Урюпинск наш. Аж нарицательным стал! А что можно требовать, если он от слова «неряха» образован?

— Дальше, — кивнул Господь.

Неисчислимые мириады надоедливых насекомых ринулись вверх, по мере продвижения превращаясь в крохотные маленькие разноцветные звездочки, и закружились в сверкающем хороводе, наращивая скорость. По мере убыстрения пляски звездочки сливались, становясь всё крупнее, пока не превратились в огромную звезду, вращающуюся вокруг собственной оси. Тело налилось небывалой силой и легкостью, а каждое движение рук Хозяйки усиливало эти ощущения. Краем сознания Симаргл отметил, что называет девчонку Хозяйкой, но мысль не вызвала ни неудовольствия, ни малейшего дискомфорта. Звезда превратилась в шар, похожий на маленькую планету. Перед глазами бога проносились моря, острова, континенты… Вдруг шар распался на тысячи маленьких облачков, тучки разбежались, и теперь крутился весь небосвод, начиная замедлять движение. Таяли на языке вкусные пирожки, перестали болеть так и незалеченные лапы и укусы блох, превратившихся в звезды, а Симаргла переполняла сила, благодарность и верность этой крохотной девчушке. Как он понимал медведя, обещавшего Велесу много хорошего. Крылатый сам бы порвал любого, кто посмел бы тронуть Хозяйку хотя бы пальцем.

— Эк ты бедолаг… — Князь Тьмы возник в метре от чертовки.

Говорит зверюка чисто, но в каждой фразе звучат подмяукивающие интонации. Не «вмяукивание» в концах, а какое-то смягчение звуков. Прямо как у Матроскина в «Простоквашино»..

— Можешь считать так. Но теперь я знаю, куда идет враг. Хотя и не знаю, зачем. Не исключено, что нам потребуется полный состав этих, — короткий кивок в сторону бегущих ликвидаторов, — поддержка пары-тройки высших и союз с Ирием. Всё возможно. Вечером попробую пробить время. А потом… Посмотрим.

— Размечталась! — оборвал Яхве. — Ты же в прошлое собралась!

— Неплохой анализ. А что ты предложишь предпринять?

Кстати, о медведях! Раз уж наша гоп-компания направляется в гости к Гудвину, великому и ужасному, надо бы роли распределить. А то нехорошо выходит. Главная героиня — это понятно. В Канзасе я, конечно, не была, но, может, еще придется, если прикажут. Собственно, какая нам разница, других кандидатур всё одно не наблюдается. Так что выборы будут безальтернативные. Да и чем, спрашивается, не подхожу? Маленькая бедная девочка вся в белом, то есть в камуфле, слабая и беспомощная, нуждающаяся в защите и опеке могучих спутников, бредущая неизвестно куда и непонятно зачем по дороге из желтого кирпича… Ну хорошо, едущая по этой дороге на медведе!

— Ты поругайся, поругайся, — берегиня на секунду отбрасывает волосы, сверкнув грудью и бутылью литра на два, — вообще ничего не получишь!

Допев до конца, вставляет пенсне обратно и удивленно осматривает нас.

— Вы будете кот Боян? — спрашивает девушка. — Или Буян… — впервые вижу командиршу сомневающейся.

— Когда полковник Иванищев на красную кнопку нажмет, тогда и долбанёт!

Пока я поднимаю руку, всё заканчивается. Что не удивительно, если сам Симаргл, секретное оружие Световида, с трудом успевает к шапочному разбору. То есть, когда Витька уже нимбы с трупов собирает! Оно и понятно, раз любимая болонка в безопасности, можно и трофеями озаботиться! У нее, оказывается, к нимбам особое отношение. Свой-то лежит в коробке и не фонит, так хоть чужими затариться.

— Какие? — интересуюсь я.

— Потапыч! Медведь!

— А тебя, герой? — взгляд чертовки уперся в докладчика.

Кот внимательно выслушивает поток Витькиного сознания и подводит итог:

И двумя детскими лапками по обоим плечам одновременно! На Захара смотреть больно! Конечно, эта парочка еще дети, но сила-то чертовская!

— О чем?

— Мекрина, — прошипел бог, запас добродетели которого начал истощаться, — Лично ты явно меняешься! И мне это не нравится! Другие методы тебе неизвестны? — взгляд скользнул по экранам. — Это всё на хрена стоит?

Люцифер улыбнулся девушке.

На должность Тотошки Потапыча назначим! Почему нет? Медведи, между прочим, к псовым относятся! Или к псообразным, неважно! Так что Тотошка у меня нормальный получается, если на руках его не носить. И в корзинке тоже, нет у меня лукошка подходящих размеров. Пусть лучше свою Элли на загривке катает! И тявкает, то есть рявкает на слишком медленно уступающих дорогу.

Вот тут и кроется, ребята, ваша главная ошибка! Нечего вам противопоставить славе и гордости российского спецназа в четвертом поколении. И позиционируете распределение ролей в нашем коллективе вы категорически неправильно!

— Нет, — отвечает Витька. — Только те, кому по долгу службы положено. Остальные просто дураки.

— Наглая, бесцеремонная девчонка! Что там у тебя?

Симаргл задумался. Мокошь сказала понаблюдать. А как наблюдать за тем, кого нет? Значит, сначала догнать, а уже потом наблюдать. И гнаться придется по земле, сверху в лесу ничего не увидишь! Тем более, не учуешь! Да и не слишком приспособлено песье тело для полета. Крылья крыльями, а аэродинамику никто не отменял! Хотя и не открывал! Пока! Узнать бы, кому первому пришла в голову летающая собака, выловить, где бы он ни был, да обойтись, как Тузик с грелкой! Симаргл плохо представлял, что такое грелка, но отлично понимал Тузика! Вот только ни одному богу не дано знать, кто конкретно его выдумал…

— Ого! — присвистнул Сатана. — Действительно, нереально! Для человеческого.

— Я внушению не поддаюсь, — Витька заговорщицки подается вперед и подмигивает мохнатому. — Специальные тренировки. А Игорек не сможет спать, пока не овладеет, — она делает паузу, потом кивает на русалку, — вот той кралей. Ты всерьез думаешь усыпить мужика, выставив перед ним такой раздражитель? Он же от нее глаз не отводит! Даже дар речи пропал!

— Тогда так. Токра рассказывает, что видела. Хрюндер, — Мекрина перехватила злой взгляд чертенка в сторону девочки. — Проверяет. Остальные добавляют, если надо. Сколько человек вышло из болота?

По мне, так с самого начала надо было так сделать! Придумала тоже, в болотах корячиться! Спрячешься от этих, как же! Только сержантку нашу ничем не прошибешь! Ладно, лучше поздно, чем никогда! Двинулись! Мы пройдем сквозь шторм и дым!.. Однако неслабый денек выдался! То бандиты земные, то небесные… Кстати…

— Ну как успехи? — вопросил Господь, оглядывая помещение.

— Чертята мы!

«Судьба меня бросала, но и сам я не святой, я сам толкал ее на поворот…». Нет, как раз я в этом смысле почти святой. Один лишь раз поискал приключений на свою задницу. В итоге разбили голову, отправили в прошлое, снабдили новым телом…

Кидает пирожок в песью пасть, потом в медвежью. Выслушивает ответ Симаргла, награждает его еще одним пирожком и возвращается к сбору нимбов. Сняв последний, презрительно пинает тело Бегемота:

Остальные оказываются сообразительнее. Стоят, боятся, денег не прячут, наблюдают за демонстрацией преимуществ огнестрельного оружия. Или происходящее осмысливают, или начальства ждут. Можно мужиков понять: следовать за сержантом неохота, тем паче, животные наши еще в дело не вступали, но с графом-то объясняться придется.

— Подумаешь, — буркнула чертовка. — В постели не разлетаешься! Но за ваши деньги любой каприз.

Люцифер покрутил головой:

— Что? — Витька оторопело смотрит на зверя.

— Витенька, золотце, — добавляю в голос максимум ласки. — Я тебя очень люблю! И посторонними берегинями не интересуюсь. Просто костюм рассматриваю, чтобы потом тебе такой же заказать! Оставь ее, давай к делу вернемся.

— Сестренка умирает, — прогнусавил он. — Кушать хочет!

В общем, не умеют люди нормально города называть! И не хрена жалеть этих потомков бабуинов! Или павианов?! А, один черт, мартышки!

И что, спрашивается, могло выдать в нас советских разведчиков? Буденовок нет, парашюты сзади не волочатся! Подумаешь, коротко стриженая девчонка в камуфляже верхом на медведе с калашом на шее. Или не с калашом, я в пистолет-пулеметах не силен. Здесь, между прочим, и не такое увидеть можно! Выбор на любой вкус: от живого печенега до дружинника князя Святослава Игоревича! А если повезет, то и настоящего рыцаря. В Три-Де с эффектом запаха. Сногсшибающего! Можно подумать, мы будем сильно выделяться на этом фоне! А если и будем, всё лучше, чем болотную грязь месить. Здесь ее навалено по… короче, Витьке выше пояса будет. А от топтыгина и вовсе одна голова да тюки над жижей торчат. Хорошо еще, косолапый чует, куда ходить не надо, чтобы голова в топь не попала, а то давно уже совсем плохие были бы.

— Просто уточняю мелкие нюансы, — скромно потупила глазки Мекрина.

— Ой, можно подумать, что я против! — пожала плечами чертовка вслед исчезнувшему Владыке и мысленно пожелала Князю сто футов над килем и столько же якорей под хвост. Общение с предками английских моряков не прошло бесследно. — Прямо перепугалась вся! — она поправила нимб и вздохнула. — Только чует моё сердце, если что — каждый будет спасаться сам, — Мекрина перевела взгляд на ликвидаторов, носящихся по кругу. — Уснули, что ли, бездельники?! Держать темп!!!

— А что? Ты против?

— За это дело выпить надо! Наливай!

— Так я разве против? — Василиса расплывается в улыбке. — Устроим праздник на троих! Ты не представляешь, как это здорово!

На фоне мероприятий по борьбе с дорожными пробками, необычные гости и вовсе проникли бы в Баранье Болото незамеченными, но упрямый Белок не оставлял простора для маневра даже мелкому хорьку. На лице девушки отразилась слабая тень неудовольствия, после чего медведь рявкнул во всю глотку. Проводив взглядом с завидной скоростью удаляющуюся телегу, стражников и добровольцев, волхв первым пересек линию ворот, и компания двинулась по быстро пустеющей улице в направлении торга.

— Ну мне же так удобней, — поджала губки Мекрина. — Вот не был бы ты такой высокомерный, может, у нас бы и сладилось… — сокрушенно вздохнула. — Я по-вашему плохо пока разговариваю…

— Я вас умоляю! — вкрадчиво мяукает кот.

Некоторая необычность компании не помешала ей добраться до городских ворот незамеченной. В силу того, что Бараньего Болото славилось в окрестных землях своей независимостью и непобедимостью (от города ничего не зависело, а возможные трофеи от победы над местным князем не стоили времени, потраченного на перемещение в эту глушь), дружиной владетель городка так и не обзавелся, а городская стража лишь в общих чертах представляла, за какой конец надо держать меч. В данный же момент охрана на воротах была занята решением крупнейшей проблемы за всё время существования Бараньего Болота, осложненной тем, что непредвиденная ситуация сложилась в торговый день, когда поток движущихся через городские ворота норовил превзойти их пропускную способность. Не то, чтобы народа было очень уж много, просто и ворота даже не Сигтунские!

Собакоголовый походил на Симаргла, противника известного и неприятного. Но только походил. Отсутствие крыльев ни о чем не говорило, но ошейник, пушистая чистая шерсть, заплетенная на холке во множество косичек, и отсутствие блох отметали тождество на корню. Пес никогда не позволил бы себя так изуродовать, не говоря уж об ошейнике, а от блох не мог избавиться в принципе. Это если не смотреть на астральную часть. А там сразу видно: восторженный юнец, больше похожий на малолетку, перебравшего третьесортного пива в ночном трактире. Но начать следует с него. Всё же сущность! Троих на людей, остальные…

— Ну да, — бог попытался удержать ее, но не успел.

Кресло с Мекриной оказалось рядом с Господом. Она увидела вытаращенные от удивления глаза Люцифера, но в следующее мгновение рука Всевышнего повернула ее голову к себе.

Девушка вытаскивает зеркальце и сует в собачью морду. Пес обескуражено пялится в стекло.

В Витькином голосе появляется сомнение, и я решаю, что пора вмешаться:

— Так это, — губы лесного князя расплываются в предвкушающей улыбке. — Мы тут баб редко видим. А ты себе другую найдешь! Там, — неопределенный жест куда-то за спину, — их много.

— У нас армия, — поднимает палец Витька, — лучшая в мире. Ни пяди своей земли не отдадим! И чужой не упустим!

— Как я посмотрю! Связь времен-то только до вашего отбытия установлена. Что было тебе дождаться развязки, а потом уже ехать! Вот и знали бы, кто кого! Те, которые в масках и со щитами под прапором, или те, которые со щитами и в масках под флагом?!

— Есть план?

— Пятнадцать человек.

— То ли еще будет, — прошептала чертовка, впиваясь в губы Владыки…

Чертовка смущенно устроилась на краюшке кресла. Про себя она крыла Бегемота куда грубее Владыки, но ни к чему показывать свое отношение к демону, пока тот стоит выше ее по иерархической лестнице.

Эх, мать-перемать его в голубое место! Опять ухнул по грудь! Ну почему топтыгин не проваливается? А Витька? Тоже идет, максимум до низа груди?! Может, эти соблазнительные полушария женщин на плаву и удерживают? Вряд ли. У Мекрины или Памелы Андерсон еще могло бы получиться, а Витькиным формам точно не хватит архимедовой силы! Так почему же мы, мужики, огребаем по самую маковку, а они через любое болотное безобразие чистенькими проходят?! В крайнем случае, отделаются чем-нибудь условным?! Ведь не меньше мужчин заслужили!!!

— Приодеться не забыла! — бурчит кот.

Додумать Бегемот не успел. Собакоголовый продемонстрировал удивительную чуткость и бросился в атаку. Двигался он лучше Симаргла. Ликвидаторы отреагировали мгновенно. Навстречу псу полетели головки репейника с голодными блохами, средство, отработанное на крылатом бойце Ирия. «Богословы занимаются ерундой, — подумал Бегемот, кидая третий шарик, — чем считать ангелов на конце иглы, лучше бы вычислили, сколько астральных блох можно посадить на цветок обычного лопуха». Сейчас противник закружится, выкусывая мириады злых насекомых!

— Это у тебя ко всему русский подход, — вспылил Владыка Ада. — Всё через задний проход делаешь! Пока ты создавала бриттам проблемы, твои малолетние агенты провалились на десятой минуте!

— Да любое, — пожимает плечами прапорщик. — «Цурюк», например. Или «шнеллер»…

Он чего, с пенька упал? Ежу же понятно: если к тебе из болота выехала на медведе девица, затянутая в камуфло от пяток до макушки, то надо драпать, насколько позволяет спортивная форма, а не права качать! Особенно, если и так нуждаешься в услугах стоматолога! Затягиваюсь, снова выпускаю дым и спрашиваю главаря:

— Далеко пойдет, — прокомментировала девушка. — Крепкая голова. То ли кость толстая, то ли сотрясать нечего…

Только сейчас надо не о бабах думать, а остановить эскалацию конфликта. А то Витька, кажется, собирается перейти с подручных средств на домашние заготовки. У нее там и ножи, и звездочки, и пластинки… Не считая гранат и лопатки. От берегини мокрого места не останется, да и дуб с котом сильно пострадают. Баюн, может и сбежит, а вот дереву деваться некуда!