Обретенная (без редактуры)

10

Активация протокола сканирования каналов передачи данных.

Подключение к центральному вычислительному узлу (кластеру) целевого объекта:

Юнит 11045687РХС-3 «Тайна»: системное уведомление:

Внимание! Связь восстановлена.

Активация протокола парсинга[5] потоков данных.

Внимание! Достигнута целевая зона.

Сканирование… Выполнено.

Поиск заданных объектов… Выполнено. Поиск успешно завершён.

Внимание! Уточнённые данные: обнаружена независимая специализированная сеть сбора и записи видео– и аудиоданных.

Распознавание типа и характера загрузки сети… Выполнено.

Внимание! Активация трансляции.

Учёт и сканирование датчиков… Выполнено.

Внимание! Попытка получения доступа к сетевому накопительному хранилищу…

Наложение на план-схему… Выполнено.

Внимание! Обнаружена независимая подсеть, не подключённая к управляющему кластеру.

Анализ возможностей…

Внимание! Активирован протокол посадки.

11

Внимание! Активирован протокол распознавания «свой-чужой».

Внимание! Активирован тактический фильтр целей.

Внимание! Осуществлён перехват управления.

Внимание! Требуется оперативное вмешательство!

Юнит 11045687РХС-3 «Тайна»: системное уведомление:

Внимание! Требуется покинуть борт.

12

Внимание! Все цели поражены.

13

14

Интерлюдия

Натана Рем Пау

Как в ответ в тактическом интерфейсе, прямо у меня под ногами зажглись зелёные метки «своих», снабжённые подписями. Сама помощница, Гор, Лисса и… Натана рем Пау. И рядом – россыпь красных. Проклятие! Времени решать совсем не было, и я рыбкой нырнул в проделанную транспортом дыру, одновременно вскидывая ставший заметно легче ствол.

– Да, – вздрогнула Натана рем Пау и отвела взгляд первой. – Катер. Я смогу им… воспользоваться. За мной!

Кресел хватало с избытком – по четыре у каждой стены, правда почему-то сдвинутые в заднюю полусферу куполообразного (опять!) помещения рубки. Сама женщина, кстати, стояла, причём не просто так, а на специальном небольшом возвышении в самом центре, раскинув руки в стороны. Гм… это она так… эм, управляет? В смысле, контролирует?

Не утруждая себя защитой головы, супруга скинула ремень безопасности и лёгким движением руки выбила дверь со своей стороны. Под истошный писк системы аварийной стабилизации аэродинамическим ударом транспортёр закрутило вокруг вертикальной оси. Самолёту или вертолёту немедленно настал бы конец, но поддерживающая себя в воздухе постоянным реактивным «поддувом» машина удержалась в воздухе… чтобы через мгновение получить сокрушительный удар в борт! Ната оттолкнула себя псионикой от нашего транспорта с такой силой, что «стёкла» с опорной стороны покрылись сеткой трещин, и одновременно филигранно прервала вращение. Я повис на ремённой системе, чудом не упустив оружие, – полученного импульса силы хватило, чтобы бывшее такси потеряло большую часть горизонтальной скорости. Зато моя красноголовая живым снарядом уже преодолела расстояние до стенки сферы… и пробила в ней огромную дыру! Выглядело это как попадание камушка в зеркало воды: кольцевая волна во все стороны, только вместо воронки на месте попадания – сквозная круглая, медленно стягивающаяся дыра. То есть медленно по отношению к той скорости, с которой двигалась моя машина, транспортёр успел войти в отверстие раньше, чем оно схлопнулось. И только тут до меня допёрло выкрутить ставшие в «нейтрально» ходовые двигатели на реверс.

– Нет, но…

Надеюсь, я всё правильно понял, и в этот раз отпрыски точно так же сбежали с территории, как и в прошлый, просто оставив терминалы по своим комнатам. Думаю, что маршрут или адрес они просто обязаны были уточнить через свои устройства, а значит, и след остался. Будет сложнее и одновременно проще, если замешаны рим Фоги… Но чем дальше, тем меньше я в это верил. Что-то началось именно тогда, когда я готовился к побегу из осаждённого ППЦ на Сандре. «Нашли маму» – это наверняка и было «что-то очень-очень важное». Как нашли, что именно нашли? Свежую фотографию Наты в алой броне? Какие-то сведения? Другое? Почему информация показалась им такой… небезопасной, что посылать её в открытом виде дети не решились?

– Капитан Натана рем Пау, – с непередаваемым апломбом представилась женщина. – Ещё вопросы, контроль?

Спасибо, Тай… что бы я без тебя делал? Голова как ватная, с третьего раза подцепляю маску и откидываю в сторону… и едва успеваю откатиться на бок, прежде чем меня выворачивает. Опять сотрясение мозга, достало. И так мозгов нет, раз постоянно влипаю, так и последнее выбьют…

– То, что по центру, – подсказала мне супруга.

– Не личная территория, а природный фитопарк-заказник, – поправила меня жена. – И это гораздо хуже.

Обзорные экраны рубки потемнели и отключились, кроме переднего, демонстрирующего ситуационную схему условного положения прыгнувшего корабля по отношению к нормальному пространству. Всё. Успели. Прыгнули. Вырвались. Теперь до достижения конечной точки нас даже теоретически не достать.

– Тайна вытащила данные из очков, – не дав сказать «привет», с ходу выпалила она. – Поместье рем Даж, и я знаю, кого дети «нашли»: Натана рем Пау! Остались логи переговоров и адрес…

– Тайна!!! Какого!..

Яркая, как сверхновая, мгновенная вспышка боли. Опять лежу на спине. Рука пытается нащупать скобу пушки, но там только пустота.

Ната… моя Ната медленно подошла, неотрывно глядя в глаза Натане. Девушка и женщина на пару секунд будто прикипели друг к другу взглядами, а потом совершенно синхронно, знакомым и одинаковым жестом прижали руки к вискам. Так, кажется, пора вмешаться.

Свободное падение – то же самое, что невесомость, только очень ненадолго. Выпущенная короткая очередь по большей части ушла «в молоко», удивительно, что вообще кого-то удалось зацепить. Зато меня самого откинуло в противоположную сторону. Теперь предстояло рухнуть на чистый пол, а не груду чадящего хлама. Как будто этого мало, я ещё успел словить в грудь и в руку несколько оперённых игл – противники, держащие оружие наготове, рефлекторно разрядили его по свободно падающей мишени… Чёрт! Ударился спиной я явно не о пол – преграда упруго поддалась, а потом, погасив часть инерции, внезапно… лопнула, и вот теперь я ударился о пол. Не зря кроил «чешую» для армирования рабочего комбинезона: жёстко, и воздух из лёгких выбило, но и только. И даже не напоролся на собственную самопальную пушку. Не уверен, что это прошло бы без последствий.

Ну что ж, признаю: отвлечься удалось. На моё возражение о том, что такая реакция на движущиеся объекты будет сильно мешать одарённым, например, жить в городах классического толка, любимая искренне удивилась моему невежеству и просветила. Н-да, оказывается, империя не просто с жиру или в качестве своеобразной выставки ландшафтного дизайна выделила целую планету под рекреационно-лечебную зону и ограничила время присутствия на ней для тех, кто не болен. Да, жить в городе для псионика – стресс. И если не имеющие рода рун, как правило, не обладают и нужной чувствительностью, то родовитые аристо не просто так живут в поместьях и стараются по возможности ограничить на время отдыха круг общения. При этом тотальная изоляция – не выход: псионики тоже люди, и общество себе подобных им нужно точно так же, как и остальным. Отсутствие же происходящих чётко ощущаемых событий будет воспринято как мёртвая тишина (в открытом космосе, например), столь же неприятная, как и шум множества объектов, генерирующих события. Класс, правда? Ну и там по мелочи: например, одарённых на военной службе заставляют жить рядом со своими соратниками на ограниченной территории: происходит привыкание, мозг просто «вычитает» событийный шум из картины сверхчувственного восприятия. Или те же клипсы-ГБШ генерируют не только белый шум, но и нечто среднее между шелестом дождя и прибоем: каждый слышит что-то своё. И неодарённым гражданам приватность, и псионику хорошо…

Ната так и не натянула капюшон и не воспользовалась маской. Впрочем, то, что девушка только что побывала в бою, было заметно исключительно по слегка растрепавшейся причёске. Если какие повреждения брони и были, неткань их уже успешно затянула. Мой «автомат» она теперь держала в опущенной руке, хотя, думаю, в помещение ворвалась с оружием наперевес. Натана рем Пау, услышав зовущий меня голос, вскочила… и буквально оцепенела, во все глаза вглядываясь в мою жену. Аналогичным образом повели себя и дети, разве что вместо статичной позы с растерянными лицами поворачивали головы то к одной женщине, то к другой. Частично уцелевшее освещение вполне приемлемо разгоняло мрак. Груда мусора, подожжённая моими выстрелами, уже почти догорела, мирно потрескивая и поднимая в пролом густой чёрный столб дыма. Пейзаж дополняли трупы «лесничих», спокойно раскинувшиеся по полу, даже запах горелой химии и сожжённой плоти ощущался на самой границе восприятия. Спокойно как! И не болит ничего… Так и сидел бы…

Когда Натана неделю назад столкнулась нос к носу с Гором и Лиссой, с ходу назвавшей её мамой, жизнь перевернулась. То, что она считала непреложной действительностью, оказалось ложью; то, что она считала беспочвенными фантазиями и реакцией психики на неуверенность в себе, теперь оказалось единственным, что с ней действительно произошло. Чем дольше она общалась с детьми – с её детьми! – тем больше и чаще всплывали в памяти фрагменты и обрывки воспоминаний о целой жизни, прожитой в иной вселенной! Вот эти воспоминания точно не были игрой фантазии. Разум может создать логичный образ на основе известных и привычных фактов, но не отдельные яркие и абсолютно чёткие картинки с кучей деталей, которые взялись непонятно откуда. Быт цивилизации, отставшей в развитии более чем на шесть или семь сотен лет, был одновременно похож и не похож на привычный. Продукты питания, выращиваемые на полях и фермах, мясо животных – и не как средство подчеркнуть свой статус и «раскрыть оттенки вкуса», а как основа питания. Скученность и в то же время невероятная провинциальность старинного, жмущегося к земле мегаполиса, в центре которого возвышалась крепость из совсем уж древних времён. Примитивные и при этом невероятно сложные механизмы вроде двигателей внутреннего сгорания – неустойчивая связка из псевдостабильных систем, требующая постоянного контроля расходников и замены истёршихся деталей. Материалы, свойства которых жёстко заданы и не могут быть вариабельно изменены, – Натана вспомнила и часть своего университетского образования. А ещё – семья. Её семья!

– Папа!

Защитные свойства были улучшены мной утопленными в неткань армирующими элементами, что отнюдь не способствовало удобству ношения, и уж тем более получившееся на выходе не шло ни в какое сравнение с великолепной бронёй красноголовых штурмовиков. Увы, но создатели алого шедевра не забыли предусмотреть встроенные прямо в композит пассивные метки-«отражатели» для сканеров, аналогичные оружейным. В отличие от блоков системы управления на структуру материала брони я не мог повлиять никак.

Сдвоенный детский крик отдаётся под черепом… Тупо смотрю, как лужа гадости медленно впитывается в неопластик пола. Неловко провожу перчаткой по губам – больно…

К моей ноге мячиком подкатилась Тайна, я машинально положил руку на её корпус, и это каким-то образом словно разбило сковавший момент времени невидимый янтарь.

– Эй! Ты что… творишь? – Любимая было дёрнулась, но на середине фразы остановилась и раздосадованно мотнула головой: говорить что-либо всё равно было поздно.

Как победить псионика, заранее знающего, что ты в него собираешься стрелять? Ответ достаточно прост: сделай попытку упредительного уклонения заранее неэффективной. Я утопил спусковой крючок, одновременно пытаясь совместить метку виртуального прицела с красными точками врагов, рассредоточившихся во дворе. Грудь сразу сдавило, а ушедший было в нужную циркуляцию транспортёр повело: несмотря на правильно уложенные пластинки армирования и распределённый упор в виде укреплённых нетканых лент, очередями из моей ручной рельсовой пушки стрелять не стоило. Разумеется, всполохи плазменных разрядов расцвели где угодно, только не там, куда я целился: на броне катера, на земле, на мгновение расплёскивая «лишний» маск-газ, на стенах домов. Я даже зацепил парочку противников, но только не того, в кого целился изначально. Часть меток мгновенно пропала, причём большая – потому что чёрные фигуры на непроглядно-чёрном фоне просто нырнули в искусственный туман, мгновенно пропадая для камер. Зато остальные решились на излюбленный трюк псиоников – прыжок навстречу цели.

– Я увернусь.

– Начну с того, что я родился и вырос на планете Земля, вообще не подозревая, что где-то человеческая цивилизация уже смогла колонизировать сотни звёздных систем. Наша локальная цивилизация не доросла ещё и до пилотируемых внутрисистемных полётов, и на планете до сих пор существует множество независимых государств. Ещё нет и ста лет, как земляне стали использовать электронные цифровые вычислительные машины, а термоядерные реакторы ещё не вышли из стадии лабораторных экспериментов. А ещё Землю не найти на звёздных картах, потому что она находится в ином пространственном слое, в другой вселенной, как это называют учёные в империи. Как оказалось, перемещение между слоями-вселенными вполне осуществимо при помощи пси-сил и специальных приспособлений. Так я смог встретиться со своей будущей женой – Натой, Натаной рем Вил. Правда, тогда, восемнадцать лет назад, полного своего имени мне она так и не сказала, как и правды о месте рождения. Мы были… мы стали замечательной семьёй, жили душа в душу, у нас родились двое прекрасных детей – мальчик и девочка. Егор и Василиса. А потом, два года назад, моя жена внезапно пропала…

Интересно, у дядюшки Иоганна есть «маленькая частная лаборатория» прямо здесь, на территории империи? Впрочем, даже если и есть, его это не спасёт. Ната прошлую богадельню разнесла одна, а теперь нас будет трое. Гор, Лисса, только дождитесь!

Послушно спрыгнув, я едва успел отшатнуться, когда машина резко взлетела вверх и с жутким грохотом пробила куполообразную крышу буквально в пятнадцати метрах рядом!

– Я тоже думаю, что пробовать говорить сначала по-хорошему не стоит. – Чувство, что взамен тягучей неопределённости меня заполняет холодная ярость, было не слишком-то приятным, но ничего не поделаешь. Эти Пау… Сначала жена, теперь дети… И как только узнали, с-суки. – Подбери меня и груз, я тут всё подготовил. В этот раз поиграем по нашим правилам.

Откуда в буквальном смысле свалилась на головы врагам Тайна, я не увидел, зато чётко увидел белые полимерные нити, захлестывающие руки и оружие стрелков. Чётко, точно и убийственно – я уже видел, как маленький мехн расправляется сразу с четырьмя живыми противниками[6]. Увы, здесь фокус не прошёл: верхний слой их брони в удар сердца «растворил» путы. Моей помощнице лишь удалось на мгновение сбить нападавшим прицел. Недостающего мне мгновения! Н-на!

– Отработала вводную, – с ходу начала меня вводить в курс дела Ната, помогая выбраться из контейнера, как только транспортёр набрал рабочую высоту и лёг на курс. Контейнер со мной внутри она загрузила вручную – просто взяла и донесла, филигранно помогая себе псионикой.

Невероятную ярость у Натаны вызывали два момента: фактически отнятые у неё и оставленные Иоганном рем Пау без матери дети… и отнятый тусклым никчёмным ничтожеством рем Дажем муж! И если собственного отца (вот отца ли?) она скорее постаралась бы пристрелить из корабельной пушки с максимальной дистанции – даже сквозь застилающий глаза гнев этот человек, сотворивший с ней такое, пугал, – то Гарта она с удовольствием оттаскала бы за воротник, и плевать, кем он там раньше служил в войсках орбитального базирования. Сжать хорошенько за шею мерзкого гада и, глядя в глаза, с пристрастием поспрашивать, как он, сволочь, посмел присвоить себе её чувства, которые она испытывала совсем к другому мужчине!

Дротикомёты – это ещё было ожидаемо, но вот полноценная штурмовая броня начисто сводила на нет её шансы воспользоваться преимуществами в сенсорике и подобраться на расстояние удара: раскидать несколько человек рем Пау ещё могла, но убить или надолго вывести из строя – нет. Лиссу и особенно Гора, скромно отметившего, что на них она может рассчитывать, Натана тоже не воспринимала как полноценные боевые единицы и в расчёт не взяла, а ведь брат и сестра о себе уже достаточно рассказали. Нет, не поверила, машинально отмела скупые рассказы о боях, как результат игры детского воображения… фэйл на фэйле, как сказали бы земляне.

– Эмулятор для биометрических датчиков и дополнительный блок обработки сигналов системы планетарного позиционирования. И блок внешнего управления. В подходящий момент времени наша помощница переключит штатную схему на эту, и мы получим собственную машину, которая к тому же не настучит кому надо на негражданина в салоне. В случае чего можно будет перехватить контроль над движением и выполнить нештатные манёвры, возможно, это будет важно. Ладно, идите уже и возвращайтесь сразу, как только получится что-нибудь узнать.

Впечатлилась даже Тайна, немедленно скинув мне видео с видеосенсоров транспортёра, которые теперь контролировала вместо штатной системы управления – со стороны казалось, что девушка совершенно без напряжения тащит пустую коробку. – Поместье рем Даж, судя по спутниковой съёмке, обычным гражданским комплексом зданий назвать нельзя. Видишь отмеченный круг, в который вписаны все сооружения? Это внешний периметр, однозначно охраняемый. Площадки для посадки такси-транспортёров для гостей все собраны в одном месте – снаружи: там в периметре ворота.

– То есть у Дажей карманная военная база? – уточнил я. – Прямо так нагло расположенная на поверхности, у всех на виду?

Как будто в ответ на мой вопрос стены рубки… даже, пожалуй, мостика, «пропали» – заработали обзорные экраны, правда, в основном с высоким качеством демонстрирующие темноту и тёмные, кое-где освещённые строения. Впрочем, темнота не продержалась и секунды.

Вот, казалось бы, откуда что берётся? Эта Ната была куда более прямолинейной, чем та, с которой я прожил много лет на Земле, и даже в какой-то степени наивной, но в критические моменты буквально преображалась. Властность, уверенность в себе, гонор потомственной рем и красноголовой – всё это выглядело очень, очень достоверно. Или просто дело в том, что примеров перед глазами раньше было более чем достаточно? Тогда неудивительно, что моя жена так ни с кем и не сошлась характерами – как я понял из отдельных оговорок, ни подруг, ни… гм, «друзей» у неё за всё это время так и не было. Последнее мне особенно польстило: несексуальной Нату назвать было нельзя, но, даже забыв меня почти подчистую, она ни разу не подумала о другом партнёре. Бытие, конечно, определяет сознание и поведение, однако, уверен, все шансы у неё были… Чёрт. В который раз поражаюсь, что на меня когда-то обратила внимание эта девушка. И не просто обратила – отдала всю себя! Я раньше думал, что понимал, как мне повезло, но, как выяснилось, не до конца. Если ради кого и стоило перевернуть к чертям эту вселенную, так это ради неё. Только бы детей вытащить – и успеть свалить, пока не началось…

Чёрт! Не там!

– Её тоже Натана зовут, помнишь?

– Да, – просто ответила Ната. – Это логично. Иначе попытки отговорить не было бы. Никто не знает, что ты здесь, насчёт проблемы рим Фогов рем Пау может быть просто не в курсе. Зачем торопиться?

– Тай просмотрела список вакансий на подобные объекты. Природных фитопарков на Корне несколько, – просветила меня супруга. – Обычно для работы операторов обслуживающей техники нанимаются одарённые, разумеется, рун. При должной тренировке псионик прекрасно дополняет технику – деревья всё-таки живые, а работа, особенно с редкими породами, требует определённой аккуратности и кропотливости… Но это не главное. Ни у одного другого аристо работники не живут на территории собственного дома, обычно для них строится что-то вроде деревни или хотя бы, здание-миниполис: у них же семьи, дети… Здесь же никакой дополнительной жилой инфраструктуры нет, зато есть предельно компактно расположенные минимально необходимые объекты. Поверь, я хорошо знаю, как сверху выглядит казарма и чем отличается военная база от гражданского объекта. Учили нас на совесть.

…И первое, что она почувствовала после пробуждения, – очень странный эмофон супруга, видимо как-то связанный с результатами исследования. Мужчина был один. Вымотавшиеся дети спали где-то в районе каюты капитана. Расшифровать эмоциональный посыл не смогла и «другая Ната», выбравшаяся вслед за ней из своей капсулы. Женщины недоумённо переглянулись (впервые!) и совершенно синхронно спросили у благоверного:

– Они успеют рассредоточиться. – Несмотря на свои слова, вырываться или отталкивать меня супруга не стала, послушно замерев.

– Миш!

– Мама… Натана сказала, что ты застрял на Сандре и, скорее всего, у мятежников. – Умненькая девочка Лисса даже без моих комментариев сделала правильные выводы. – Мы так боялись, что что-нибудь случится! Тебя могли принять за одного из них… И… как ты на Корн попал?

– Иди за ней. Мало ли кто остался… и вообще.

– Странное решение. – Я уменьшил увеличение и убедился в своей правоте. – У них там огромная личная территория, а они построили забор прямо вокруг дома?

– Давай! – Я отпустил руки жены, одновременно упираясь ногами в пол, а руками – в подлокотники.

Так, я опять начал циклиться на том, чего изменить не могу, поэтому… пора заняться тем, что изменить в силах. А именно превратить груду «хлама», запчастей и материалов в дополнительный шанс «поговорить» с тем, у кого сейчас мои дети, с нужными аргументами в руках.

Три прыжка, три вспышки, три погасшие отметки. Да уж, до Наты им далеко… И слава богу! Остальные «лесничие» то ли не были одарёнными, то ли имели другой приказ… Ага, вот. Зелёная отметка Наты, стремительно продвигающаяся внутри жилого корпуса хозяйского дома, пробилась к жирной красной точке, и это событие, как магнит, стянуло к месту завязавшегося боя всех противников…

Я позволил себе буквально растечься в кресле: заныла отбитая нога, опять заболела голова. Дети шумно и синхронно выдохнули, удивлённо переглянулись и тихонько хором рассмеялись. Хорошо…

Женщина стремительно развернулась на каблуке и быстро ринулась к проходу, из которого в зал несколькими минутами ранее ворвались «лесничие». Гор и Лисса было дёрнулись за ней, я же сразу отстал, хромая на каждом шагу. Ната было двинулась мне помочь, но я отрицательно мотнул головой:

Интересно, простые обыватели, живущие на планетах местных сверхдержав, хоть представляют, сколь опасны могут быть окружающие их привычные и совершенно бытовые высокотехнологичные предметы? Ну, мехны коалиции наверняка в курсе, с их-то особенностями мышления, а вот основная масса граждан ФСС и империи вряд ли. Ведь даже на очень отсталой по здешним меркам Земле обитатели ежедневно рискуют сгореть заживо во внезапно вспыхнувшем автомобиле, а при некоторой криворукости со стороны зачуханного сборщика электроники из Китая получить тяжёлую травму головы из-за неисправности аккумулятора в мобильном телефоне[7]. Энергия, запасённая в топливе, в электрохимической форме в батарее электропитания, если она выделится вся и разом, способна на страшные разрушения. Что говорить: если сосчитать только всё тепло, выделенное двигателями автомашин за одни сутки в Лондоне, то оно превзойдёт единовременный тепловой выброс при взрыве атомной бомбы в Хиросиме[8]. А теперь достаточно просто сравнить затраты энергии автомобиля и летающего транспортёра, электродрели и плазменного резака… Может, и хорошо, что люди не задумываются. За столетия использования защиту от быстрого разряда или внезапного разрушения улучшали столько раз, что вероятность подобного исхода ниже, чем вероятность случайно убить себя собственным пальцем. Однако если за дело берётся знающий человек, то даже самые безобидные предметы превращаются в смертельно опасное оружие. Всего одна канистра бензина, мука и электрозажигание могут полностью развалить жилой дом: надо только создать условия для объёмного взрыва. Нужно просто немного знать физику и обладать хоть толикой профессиональных умений.

– Да уж, – фыркнул я. – С Сандры пришлось сматываться – я так и встретил… гм, мою Нату. Она мне и помогла. Только не спрашивайте, как это получилось! До сих пор не верится.

Как ни странно, моё своеобразное «творчество» действительно помогло: через три часа на входящий вызов от Наты я отреагировал почти спокойно. А вот спокойствием с другой стороны линии и не пахло.

– Ты так здорово рассказываешь, мама! Я как будто действительно всё это увидела: и сад со старыми деревьями, и дом, и мымру-воспитательницу, которая на самом деле была хорошей…

По посадочному октагону разбегаются волны поднятой выхлопами пыли и горячего воздуха. Пилот у них действительно неплох, машина входит в касание одновременно всеми опорами, а люк-рампа начинает откидываться в ту же секунду, как вырубаются главные атмосферные двигатели. Ещё. Ждать ещё – команда должна покинуть рубку, иначе быстро приближающийся объект ссадят, даже стоя на грунте. Чёрт, так не выбегают, возвращаясь домой, – люди в чёрной броне рассредоточиваются, огибая «хозяйскую» часть построек со всех сторон. Ещё десять секунд… пять…

Катер с лёгкостью пробил уже изрядно потерявший стабильность, но всё ещё держащийся купол газа-полимера. Даже устроенный пожар не смог разрушить продвинутую имперскую маскировку. Похоже, система была полностью автономной и не зависела от выпустившего «умное облако» корабля. За кормой пробитый было реактивными выхлопами купол вновь сомкнулся… правда, изрядно сочась на глазах набирающими густоту струйками дыма. Впрочем, поместье и прилегающие территории очень быстро уменьшились до размеров небольшой точки, разбегающийся в стороны горизонт быстро достиг моря – и вот уже кажется, что мы поднимаемся строго над береговой линией, лишь чуть в стороне от сверкающего в свете местного солнца Сарда, а в передней части обзорного экрана чернеет бескрайний космос…

Оказавшись в привычных условиях в центре рубки на подиуме интерфейса прямого пси-контроля всех систем, Натана окончательно пришла в себя. Наконец-то её разум, утративший самоконтроль от череды накатывающих последние несколько минут (боже, прошло меньше десяти минут с момента, как она засекла садящуюся «Гордость»!) событий, заработал на полную мощность. Как результат, поместье было превращено в оплавленные камни и пепел, а космический корабль она вывела на орбиту и повела прочь с грацией, понять которую способен только другой офицер ВКФ.

– Это… – Ната взвесила в руке приличный «кирпич».

– Поднимайтесь в рубку. – Голос рем Пау прозвучал, казалось, со всех сторон, и аппарель за моей спиной начала подниматься. – Я… мы уже здесь. Взлёт через пять минут.

– Но сейчас корабля нет, а значит, и боевиков нет, по крайней мере частично, – повторила мне Ната и стала объяснять дальше: – Обрати внимание на строения с противоположной стороны от посадочной площадки: вот это наверняка жилой дом рем Дажей. Если дети всё ещё в поместье, то именно здесь…

Что за…

Когда обеспокоенные долгим молчанием отца дети буквально вытребовали встречу, Натана без всякого опасения пригласила их в поместье. У неё даже мысли не возникло, что в доме установлена независимая от центрального кластера система аудиовидеоконтроля, пока она не почувствовала реакцию разом сбросивших клипсы ГБШ «лесников» на свои перемещения. Ещё одну вещь о своём тогда ещё живом как бы муже женщина выяснила в тот момент, когда «Гордость» пересекла границу её личной сенсорной зоны. Как и у всякого капитана ВКФ, у Натаны рем Пау была выдающаяся, даже по меркам сенсоров других элитных видов войск, чувствительность: корабль она «срисовала» за минуту до того, как рем Даж смог бы дотянуться даром до своего дома, и за две – до посадки. Эмоции Гарт не скрывал, впрочем, даже если бы и не так, что толку, если вместе с его эмосферой рем Пау засекла ещё тридцать «отзвуков» одарённых, вполне конкретно и на диво одинаково настраивающихся на атаку. Один нюанс, понятный любому имперцу-аристократу: одинаковых в эмоциональном восприятии людей не бывает. У этих же мало того что эмоции практически совпадали, так ещё и были… будто частично отрезаны – вот самое близкое понятие. Догадаться, куда сядет личный борт рем Дажей (даже живущим на Корне рем не было позволено рассекать в атмосфере куда угодно на катере) и кого будут захватывать, нашпиговав оперёнными иглами с парализующим токсином, было не сложно. Не будь Гарт таким ссыклом, и у него были бы все шансы подобраться к супруге внезапно. Не подозревающая о наблюдении Натана собиралась и дальше гнуть линию «ничего не произошло» до тех пор, пока не соберёт всю нужную информацию. Кроме того, после снятия информблокады с Сандры могло оказаться так, что потребуется вступиться за Миша, а делать это гораздо удобнее до того, как поднимешь великую бучу. Кто же знал, что настоящего мужа не остановить такой мелочью, как императорский эдикт: он ведь перешёл между вселенными за любимой, хотя и при помощи детей. В этот раз, правда, тоже не обошлось без помощи. Глаза б её не видели… Хотя надо признать, без Натаны рем Вил Натана рем Даж просто позорно проиграла бы.

Натана рем Пау опустила руки и сошла со своей площадки, проводя тыльной стороной ладони по лбу… и остановилась, наткнувшись на острый взгляд моей Наты. Гор и Лисса тоже слегка напряглись, но уже глядя на бывшую красноголовую. Н-да. Рано что-то я расслабился.

Разговор не похож на специально подстроенный, но…

– Тай, где?

– Этот… этот рассказ. Театр при школе… – Ната знакомо сморщилась от накатившей мигрени. – Я помню это! Только что вспомнила! Но этого же быть не может…

Ответом мне были не самые уверенные кивки. Неправильно как-то – только-только из боя, да и до этого были не самые спокойные сутки, но я уже физически чувствовал, как ушедшее на время бегства напряжение между членами моей семьи готово вот-вот возникнуть вновь. Нет уж, пора ставить точки над «i».

– Что?

– То есть… Стоп. Ты считаешь, что она их просто… отпустит?! – перебил я, открывая пересланный файл с текстовой расшифровкой лога беседы. Вчитался. Н-да… Ситуация, как мне она представлялась, неожиданно встала с ног на голову.

– Как тебя вообще сюда, вниз, пустили, а тем более – с ним… с ней? – спросил сын, первым поднимаясь по опущенному пандусу в корме корабля. – Тут о мехнах и коалицию такое рассказывают!.. Мы чуть животы не надорвали от смеха! Дремучие ваще!..

– Пять!

– Ну, ты же сама восемнадцать лет назад запретила мне выспрашивать о твоей силе, семье и жизни до нашей встречи в универе. Это воспоминание я тебе точно передавал, – напомнил я ей. – Карма.

…не всех.

– Я… не была уверена, что сделала правильные выводы.

Я представил, как в тихий пансионат заявляется моё чудо с красной прядкой в волосах и начинает втирать выбежавшему навстречу от таких новостей директору, что вот уволилась из рядов пару дней назад и с ходу решила применить свои армейские умения для пользы обществу именно здесь, и невольно фыркнул. Просто взять и «послать» только-только ушедшего в запас офицера СДШ ни у кого из персонала язык не повернётся: среди работников там много психологов и прочих «мозговедов», для которых своеобразная слава этого спецподразделения не просто страшноватая сказочка, а подтверждённая некоторыми общеизвестными фактами правда… ага, приукрашенная профессиональными уже байками. Да там половина персонала сбежится только посмотреть на Нату, а дети – так вообще все. Если Тайна в таких условиях не сможет пробраться в комнаты Гора и Лиссы, то не сможет больше никак.

Супруга, выслушав мою гениальную идею, немного обидно покрутила пальцем у виска. Фитопарк, как выяснилось с её слов, потому и парк, что на части территории разрешены публичные прогулки, а шныряющие тут и там дроны ну никак не помогут насладиться природой, постоянно отвлекая пусть зарегулированным, предсказуемым, но мельтешением на заднем плане. А зоны контроля, особенно у сильных и долгоживущих псиоников, таковы, что мешающих мини-машин туда набьётся до сотни. Какой уж тут отдых…

– Казарма для лесничих? – покатав на языке словосочетание, хмыкнул я, помогая любимой влезть в модифицированную по примеру мерховского комплекта одежды куртку «для рабочих».

– Сам далеко не всё понимаю. – Пытаясь не обращать внимания на ощущения, я прибавил шаг. – Сможем убраться с планеты – всё выясним.