Камень. Книга 4 (полный текст)

— Гостей вместе с отцом будешь встречать. Для солидности. Не возражаешь? — я согласно кивнул. — Вопросы?

Закончив с учёбой, мы с Долгорукими и Юсуповой спустились в кафе, где нас ждала Аня.

— Как себя чувствуешь?

— Отца благодари, он команду дал. Ты сейчас к себе? — воспитатель улыбался.

— До вечера! И помним, друзья, что мы сегодня представляем Свету молодого дворянина Александра Петрова.

— Сделаю — кивнула она уже с задумчивым видом, явно мысленно накидывая план статьи у себя в голове.

— Ты же так шутишь, да? — я отрицательно помотал головой. — Как и я? — глаза девушки стали круглыми. — Так значит папа тогда говорил правду?

— Похвально. — улыбнулся я. — Даже не сомневаюсь, что Дворцовые доложат о вашем приличном поведении, а родичи его по достоинству оценят.

— Да… Накладка на ровном месте получилась… — протянул Колдун. — Нельзя мне было Леську сильнее гасить, сам понимаешь, а эта Валькирия бывшая не так проста оказалась… Я ж последнее время с обычным человеческим материалом дела имею, со спецурой не связываюсь, вот чутка навыки и подрастерял, Саша.

— Леся, расслабься. — я смотрел на напряженную девушку. — Сейчас ты меня должна почувствовать.

— Не подумал, Лёшка… — напрягся он. — Ты же меня не выдашь?

— Да… — пришлось согласиться мне.

— Да, Лёша. — она совсем растерялась. — И… что мне сейчас делать?

— Договорились. — и приступил к рассказу.

Темп, настройка, и посыл с эмоциями нежности и восхищения…

— Это то я как раз понял. А не рановато ли?

За ужином все мое внимание было сосредоточено на Лесе. Понятно, что я это пытался скрыть, но, как мне показалось, она это чувствовала и вела себя подчеркнуто естественно — наравне с Викой подшучивала над Николаем и Александром, адекватно реагировала на их ответные шутки, делилась своими впечатлениями от гастролей и задавала Великим князьям вопросы, касающиеся последних новостей светской жизни столицы. Со стороны Вики, Прохора и Владимира Ивановича косых взглядов в сторону девушки я не заметил, зато моё молчание не осталось незамеченным:

— Три вопроса, деда. Первый касается Петровых. Они Кремль хотели посмотреть.

— Да, я их буду тренировать. Ты мне тактику подскажешь, чтобы велосипед заново не изобретать?

— В процессе. К возвращению Алексея с границы будет всё готово.

— Второй вопрос. Николай с Александром Романовы просили за них словечко замолвить. Очень они на границу с Афганистаном хоть на денёк съездить хотят.

— А эту запись, Алексей, видели все. И не только в Империи. — он сделал многозначительную паузу. — И выводы сделают тоже все. Понятно, что в большинстве своем эти выводы будут далеки от истины, но они будут. В следующий раз, Алексей, когда подобным образом решишь развлечься, не забывай про камеры видеонаблюдения. Мы не всегда сможем тебя прикрыть. Договорились?

— Тебя, говорят, сегодня там торжественно встречали? — оба деда и отец улыбались.

Учитывая моё очередное новоселье, домой мы с братьями и Сашкой Петровым собрались в первом часу ночи.

Наконец, нам сообщили, что Его Императорское Величество освободился и готов нас принять.

— Заходи, Романов. — Вика даже не посмотрела в мою сторону, продолжая разглядывать у себя на ногах туфли ярко красного цвета. — Как тебе? — она встала и повернулась вокруг своей оси.

— Да-да, помню. — подтвердил он.

— Не может такого быть. — в голосе Колдуна не было ни капли сомнений. — Я уверен, что пришёл и ушёл чисто.

— А чего они на вечеринки Света не ходят? — удивился я.

— На воду дуешь? — хмыкнул он, продолжая сверлить меня взглядом. — Это правильно, Алексей. О вопросах личной безопасности надо заботиться в первую очередь, а уж потом всем остальным спокойно заниматься. А почему ты сам с ними поработать не хочешь?

— Привыкай. — хмыкнул он. — Это тоже часть твоей работы на благо Рода. Да и Род Пожарских в накладе не остался. — Император хохотнул. — Теперь поговаривают, что Михаил Николаевич жестковато тебя воспитывал. Ничем другим они увиденное на записи объяснить не могут. Надеюсь, Алексей, ты не будешь развенчивать этот миф?

— Я уже сам не знаю, плохо это или хорошо… А еще же Свет сегодня… Ты-то сам как после вчерашнего?

— Премного благодарен, твоё Императорское Высочество, что словечко за меня перед большими людьми замолвил! — именно такими «речами» меня встретил улыбающийся Прохор. Отец ему, видимо, уже позвонил. — Вызволил из узилища на свет божий! К жизни вернул! По гроб теперь обязан за заботу твою, твоё Императорское Высочество!

— Теперь по афишированию твоих способностей. Слухи о тебе среди Дворцовых и Валькирий уже ходили, особенно после моего двойного правила. А уж после вчерашнего, — дед ухмыльнулся, — твой авторитет взлетел просто до небес. Ты действительно сделал за Дворцовых и Валькирий их работу. Рано или поздно, они всё равно узнают о твоих способностях, так что смело можешь на них тренироваться, они все с понятием, только спасибо тебе скажут. И без перегибов, Алексей! — добавил он строго. — Всё под присмотром Белобородова, а потом и Лебедев присоединится, когда до конца очухается. И вообще, Алексей, теперь ты убедился в необходимости правки Дворцовых и Валькирий, в том числе и для защиты младшего поколения Романовых?

— На это и расчет, Леха! — подмигнул мне Николай. — Мы с Сашкой этим финтом крайне редко пользуемся, и он нас еще ни разу не подводил.

В конце обеда от отца пришёл ответ на сообщение, которое я послал ему утром, сразу же после просьбы об интервью от Анны: «С Шереметьевой можешь пообщаться, но без лишних подробностей. Придерживайся следующих рекомендаций: почуял нападавших, рванул к ним, стихии применять побоялся — в парке могли быть посторонние, поэтому и убил их голыми руками. О чём думал? О том, чтобы сестёр защитить и мирных жителей, которые в это время находились в домах прямо напротив нападавших. Машка с Варькой проинструктированы тоже, лишнего Шереметьевой не сболтнут. От них тебе привет. Жду в Жуковке».

— Странно. — нахмурилась она. — Вика тоже говорит, что ничего не слышала, а у меня было полное впечатление, будто ты меня зовёшь и… одновременно по голове гладишь. Неужели опять?.. — теперь в глазах девушки отчётливо читался страх. — Лёша, может с папой на эту тему поговорить?

— А почему ты тогда своим Дворцовым тренироваться с колдунами приказал?

Я не сразу сообразил, какого именно отца она имела ввиду, и поэтому ответил после небольшой паузы:

— Наказание Пафнутьева и Белобородова, деда. Может уже простишь их?

— Спасибо, Лёшка. — поблагодарил он меня.

— Тебе показалось, Лесенька. — как можно спокойнее ответил я.

— Ты потише говори, дружище. — хмыкнул я. — А то, с такими-то речами, извинений вашему Роду точно не дождаться.

— Да. — я решил «не лезть в бутылку», но звоночек в голове уже прозвенел.

И я действительно не пожалел — аккуратно отворив дверь, увидел, что вся гостиная Викиных покоев была завалена коробками из-под обуви, какими-то пакетами, туфлями, сумками и сумочками. А посреди всех этих модных аксессуаров на диване сидели две моих красавицы и примеряли туфли, одновременно успевая подбирать сумочки к туфлям в тон. Мое появление, понятно, осталось незамеченным.

— Хорошо. — кивнул он.

Наша компания намек поняла, за Александра все выпили, и мы вернулись к нашему обычному трепу.

— Заниматься подготовкой к завтрашнему празднику. — я улыбнулся. — И ничего не говорить Вике. Не надо пугать нашу с тобой боевую подругу. Хорошо?

— Нашелся тут мне, Гай Юлий Цезарь. — усмехнулся дед. — Ладно, закрыли тему. Теперь по твоим Петровым. Я аккуратно, как меня и просил Прохор, переговорил с Владимиром Александровичем. Он оказался мужчиной понятливым, а уж когда я ему обрисовал возможные творческие и финансовые перспективы его сына, Владимир Николаевич сдался окончательно и решил, что под твоим крылом, вернее, под крылом Рода Романовых, Александр добьётся большего, чем без него. И на эту тему он с тобой и Прохором хотел пообщаться отдельно.

До начала следующей пары успел позвонить Лесе, которая успокоила меня тем, что успела немного поспать и сейчас чувствует себя лучше. Пообещал ей набрать после занятий. Судя по голосу, с которым девушка начала меня уверять, что этот звонок будет лишним и беспокоиться не стоит, такая забота с моей стороны ей очень нравилась.

Князь дальше ничего говорить не стал, а перевел взгляд на Императора, который и продолжил:

— Да, Лесенька, видимо папа говорил тебе правду. — опять кивнул я. — И это совсем не шутка. Просто твои способности стали просыпаться. Будь, пожалуйста, первое время очень аккуратной. — и добавил в голос строгости. — Сейчас мы с тобой этот вопрос обсуждать не будем, завтра я приглашу пораньше Виталия Борисовича, и мы вместе с ним поговорим на эту тему. Ты меня услышала, Алексия?

— Ходят, но редко. — хмыкнул Николай. — Они несколько по-другому увольнительные проводят. Это нам с тобой посещение этих вечеринок чуть ли не в обязаловку вменено… — он тяжело вздохнул, а Александр покивал головой.

— Волнуюсь. — улыбнулся он. — Как волновался бы любой на моём месте. Но стараюсь отвлечься. — Сашка указал мне на картины, развешанные по стенам гостиной. Понятно, кто про что, а художник про живопись. — Кстати, есть неплохие работы.

— Все, молчу. — девушка встала с кресла и направилась в сторону двери. — Но завтра вы мне с отцом всё расскажите!

— Добро. Так и порешаем. Кстати, Петровы завтра идут на экскурсию по Кремлю, их я уже предупредил.

— Тут грохот… Ну, я и рванул в сторону нападавших… Стихии было применять нельзя, сами понимаете, в парке могли быть посторонние люди, мамашки с колясками или с маленькими детьми… — мои друзья согласно закивали. — Выход у меня оставался только один, тот, который вы на той записи видели… А потом, когда удостоверился, что в округе никого нет, на адреналине и сжёг этих тварей… — я показательно тяжело вздохнул и опустил голову.

— Прости, деда. Сам понимаешь, слишком много за последнее время чего случилось. А тут ещё и такие намеки толстые родичи делают, вот нервы и не выдерживают. — повинился я.

— Хорошо. — кивнула она. — Тогда просто расскажи мне своими словами о том, что произошло. Если у меня возникнут уточняющие вопросы, я их тебе задам. Договорились?

— Именно она. — Вика указала мне на дверь. — Просим!

— В каком смысле? — напрягся я.

— Красивая девушка, хороший друг. Умная. — я как можно равнодушнее пожал плечами. — Не более того.

Император опять хмыкнул и посмотрел на князя Пожарского:

— А мои? — это была уже Леся, тоже вставшая и продемонстрировавшая туфли цвета беж на длиннющей шпильке.

— Миша, расскажи внуку о вчерашнем звонке.

«Как мало человеку надо для счастья!» — подумал я и показал сообщение Андрею.

— Можете. — вздохнул я. — Бабушкам мы завсегда рады…

В десять обещанных минут мы конечно же не уложились, зато Шереметьева получила от меня всю интересующую её информацию, и был шанс на то, что если она меня и побеспокоит по этому поводу, то только для того, чтобы уточнить какие-то мелочи.

— Алексия! — строго сказал я.

— Молод ты ещё на нервы жаловаться. — заворчал он. — А к Шереметьевой всё же приглядись, девка, вроде, неплохая. Да и сам Род Шереметьевых богат, силен и уважаем в Обществе. С этим предварительным выбором Николая я полностью согласен.

— Более чем. — кивнул Сашка.

— Ладно. — махнул рукой он и обратился к сыну. — Саша, передай Виталию и Прохору, что за них очень уж сильно Алексей Александрович хлопотал. Пусть ему спасибо говорят. — отец кивнул. — У тебя всё, Алексей?

Домой я ехал с дедом, князем Пожарским, в его «Чайке».

— Надо завтра перед родичами предстать бодрыми и трезвыми. — прокомментировал мне Николай их с братом решение ехать вместе со мной. — Сам понимаешь, на кону поездка на границу.

Для начала просто сухо описал ситуацию без своих эмоций и упоминаний про колдуна, полностью придерживаясь отцовской инструкции — сразу же после сообщения Дворцовых о том, что сёстры вот-вот должны подъехать (это я добавил от себя, никто мне ничего на самом деле не докладывал), и почуял угрозу.

— Наболтался я уже сегодня, Викуся. И болтать мне еще предстоит — сегодня же мы Сашку Петрова в Свете представляем. — Николай с Александром подтверждающе кивнули. — Вот силы и экономлю.

— Лёшка, обещаю! Подобного больше не повторится… — громко зашептал Петров. — И вообще, с чего ты взял, что Государь всё-таки решит портрет у меня заказать?

— Тогда до завтра. — Император встал, за ним встали и все остальные.

Когда Петровы, сопровождаемые Дворцовыми, ушли, Император указал нам на стулья:

Дверь в мои покои открылась, на пороге стояла Алексия.

— Помню. — кивнул я.

— А чего рановато? — дед улыбался. — Женилка у тебя выросла, вон, с двумя барышнями регулярно сожительствуешь, присягу ты принял, орденок имеешь, теперь и женить тебя пора.

— Да. Всё по инструкции, которую прислал отец.

— Будем надеяться. — теперь уже вздыхал я.

— Не буду. — вздохнул я.

— Так-то они вчера себя не очень показали… С колдуном-то…

— Нормально. Спал как убитый… — продолжал я улыбаться.

Когда же «проходка» закончилась, и мы устроились только своей компанией, «потеряв» по дороге Нарышкиных, общее мнение выразила Инга Юсупова:

— А это были не мои деньги, Лешка. — усмехнулся он. — Мне Николай эти деньги дал именно на выплату виры Петровым. Как бы тоже извинился за действия тех двух Валькирий. Так что ты мне ничего не должен.

— Так заслуженно же! — влез Виктор Голицын. — Наверняка и мы со стороны в общении с Алексеем так же восторженно сейчас выглядим. И я не вижу в этом ничего зазорного!

— У нас с тобой и прежних косяков навалом… — хмыкнул не так оптимистично настроенный Николай. — Родичи завсегда могут заявить, мол не едете по совокупности прегрешений… — он вздохнул. — Но будем всё же надеяться… Ладно, братики, как я понял, основная наша задача на сегодняшний вечер — это представление Свету молодого дворянина Александра Петрова?

— Да, сама! — улыбалась она. — Но все равно обидно!

— Спасибо, Прохор!

Вернувшись в свое обычное состояние, я задумался. Это что у нас получается? Судя по всему, Иван все же может каким-то образом править колдунов. Или это касается только близких родственников, то бишь, Алексии? Что он имел ввиду, говоря о неком блоке? И что дальше будет с Леськой? Как ей в таком состоянии продолжать гастроли? Сука! Одни вопросы, и никаких ответов!

— Понял. — буркнул я. — Или мне лучше вытянуться и рявкнуть: «Будет исполнено, ваше высокоблагородие!»?

На Тверскую, в ресторан «Три пескаря», мы добирались аж на шести «Волгах» с гербами Романовых на дверях — в одной я с Сашкой Петровым, во второй Николай с Александром, в остальных четырёх — моя охрана, возглавляемая ротмистром Михеевым. Перед выездом Владимир Иванович сообщил мне, что «Три пескаря» по приказу моего отца и с разрешения Нарышкиных уже оцепляется Дворцовыми. Делалось это для того, чтобы молодые аристократы чувствовали себя спокойно после вчерашних событий. Немного подумав, я мысленно согласился с правильностью подобных мер.

— Ты в покои нашей Ведьмы загляни. — ухмыльнулся он. — Не пожалеешь!

— Ужин со своим шмотом не пропустите, красавицы! — не удержался я, и закрыл дверь «с другой стороны».

— Друзья, спасибо, конечно, за ваши добрые слова в мой адрес, но давайте, все-таки, выпьем за нового члена Малого Света Александра Петрова! — я решил прекратить все эти разговоры.

— Теперь всё.