Трое

Толокнянка

Меня зовут Июньская Роса

Это маленькая розовая душа июньской жизни под соснами.

Ей нельзя не радоваться. Это такой малюсенький, розовый, поникший от счастья бокальчик, опрокинутый по двое на вилочке вознесенной стройно ножки.

И чувство блаженства, и эльфов, и миниатюрности, и Июньской венчальной свежести, и счастья.

У нее розовый запах счастливого миндаля, – и розовые волны этого запаха волнуют внезапностью, пока шагаешь мимо ободренными шагами по увенчанной тропинке.

Это праздник Июньской земли, ему нельзя не радоваться…

* * *

Дай мне, дай мне силу еще больше любить людей, землю – чтобы не дорожить моим – и чтобы быть сильной и богатой! И щедрой, – Боже, щедрой?!.

Июнь

Глубока, глубока синева. Лес полон тепла. И хвоя повисла упоенная   И чуть звенит     от сна. Глубока, глубока хвоя.   Полна тепла,   И счастья,   И упоения,   И восторга.

Полевунчики

Полевые мои Полевунчики, Что притихли? Или невесело? – Нет, притихли мы весело – Слушаем жаворонка.     Полевые Полевунчики, Скоро ли хлебам колоситься? – Рано захотела – еще не невестились.     Полевые Полевунчики, Что вы на меже стонгге – на межу поплевьшаете? – Затем поплевьшаем, чтоб из слюнок наших гречка выросла.     Полевые Полевунчики, что вы пальцами мой след трогаете? – Мы следки твои бережем, бережем, а затем, что знаем мы заветное, знаем, когда ржи колоситься.     Полевые Полевунчики, Что вы стали голубчиками? – Мы не сами стали голубчиками, а, знать, тебе скоро матерью быть – То-то тебе весь свет приголубился.

«Струнной арфой…»

Струнной арфой – Качались сосны,   где свалился палисадник. У забытых берегов   и светлого столика, – рай неизвестный,   кем-то одушевленный. У сосновых стволов   тропинка вела, населенная тайной,   к ласковой скамеечке, виденной кем-то во сне.   Пусть к ней придет вдумчивый, сосредоточенный,   кто умеет любить, не знаю кого, ждать, – не зная чего,   а заснет, душа его улетает к светлым источникам,   и в серебряной ряби веселится она.

Тайна

Есть очень серьезная тайна, которую надо сообщить людям.

Мы, милостью Божьею мечтатели, Мы издаем вердикт!

Всем поэтам, творцам будущих знаков – ходить босиком, пока земля летняя. Наши ноги еще невинны и простодушны, неопытны и скорее восхищаются. Под босыми ногами плотный соленый песок, точно слегка замороженный, и только меж пальцев шевелятся то холодные, то теплые струйки. С голыми ногами разговаривает земля. Под босой ногой поет доска о тепле. Только тут узнаешь дорогую близость с ней.

Вот почему поэтам непременно следует ходить летом босиком.

Обещайте

Поклянитесь, далекие и близкие, пишущие на бумаге чернилами, взором на облаках, краской на холсте, поклянитесь никогда не изменять, не клеветать на раз созданное – прекрасное – лицо вашей мечты, будь то дружба, будь то вера в людей или в песни ваши.

Мечта! – вы ей дали жить, – мечта живет, – созданное уже не принадлежит нам, как мы сами уже не принадлежим себе!

Поклянитесь, особенно пишущие на облаках взором, – облака изменяют форму – так легко опорочить их вчерашний лик неверием.

Обещайте, пожалуйста! Обещайте это жизни, обещайте мне это!

Обещайте!