Капитан народа (полная книга)

Перед рассветом майор Давила атаковал космопорт, но был отбит. Со времени октябрьского набега мятежники хорошо укрепились, и их поддерживала тяжелая артиллерия. Попытка подавить батареи мятежников авиацией окончилась неудачей: истребители АНС сбили четыре штурмовика, сократив партизанские ВВС ровно на треть.

Под серым корпусом эсминца мелькали кварталы Барранкильи. До городского космодрома осталось несколько минут лета.

— Нам нужно скорее добраться до гор, — сказал Педро. — Их флот вряд ли вновь полезет в атмосферу, но авиация никуда не делась. На равнине нас просто перебьют.

Утром Виская предпринял общий штурм, который также был отбит. Правда, партизанам удалось отразить контратаки танков АНС, но положение их оставалось тяжелым: «Мистрали» и атмосферные штурмовики Альянса бомбили имперские позиции, взлетая с так и не захваченного космодрома. Виская приказал отступить. Прикрывая отступление главных сил, оставленные в арьергарде отряды обстреливали позиции Альянса, имитируя подготовку к штурму.

— Капитан, третий и четвертый двигатели уничтожены, — возбужденно закричал старпом. — Мы не сможем выйти на орбиту!

Искалеченный эсминец медленно опускался на поле космодрома Барранкилья, волоча за собой черный дымовой хвост. Имперские пилоты хорошо поработали: подняться в космос «Кортику» было больше не суждено.

Офицеры склонилась над пультами. Усмехнувшись, капитан сказала:

Боевой звездолет — двести метров стали и бронестекла — навис над Ла-Магдаленой. Над обтекаемым силуэтом, напоминающий древний земной дирижабль, возвышалась лишь рубка и орудийные башни. Эсминец ВКС Альянса «Кортик» был готов к бою.

Кто-то из офицеров засмеялся. Действительно, задача, поставленная перед эсминцем ВКС Альянса «Кортик» звучала издевательски. «Оказать огневую поддержку частям 48 дивизии АНС при отражении атак местных партизан». Тяжелой артиллерии и приданной генералу Куэйду тактической авиации для борьбы с вооруженными чем попало крестьянами, видите ли, недостаточно.

— Ваше мнение о генерале тоже передавать, гражданка капитан? — усмехнулся лейтенант.

Толстый офицер встал и рявкнул: — По машинам! Живо!

Корабль стал заметно оседать. Саманта вздрогнула, ощутив знакомое ей чувство невесомости. Но вскоре «Кортик» выровнялся и завис… да, над космодромом Барранкильи. Несколько красных жуков ползли по серому бетону: аэродромная обслуга среагировала грамотно.

— Пора помочь этим сухопутным крысам! Без нас они даже с пейзанами не справятся!

Выведя изображение с килевого радара на экран, Саманта задумалась. Да, это колонны снабжения. Но почему все они движутся на юг, удаляясь от осажденного города?

«По крайней мере, Куэйд не запросил крейсер», — с усмешкой подумала Саманта.

Из этого неприятного положения партизанский вождь выкрутился довольно быстро. Повернулся ногами вниз, освободился от ремня и тяжело упал на крышу кабины. Вылез через разбившееся окно в передней дверце и вытащил впавшего в ступор водителя. Начштаба и оператор беспилотника на заднем сиденье выбрались самостоятельно.

Колонна военных машин выехала с проселка на шоссе и остановилась около группы гвардецев, стоявших (а в основном — сидевших и лежавших) у обочины.

Убедившись, что посадка закончена, Виская приказал двигаться. Когда зашипели водородные двигатели, и колонна, приподнявшись над бетоном, помчалась на юг, Виская обратился к жене.

— Они отходят! — воскликнула женщина, обернувшись к связисту. — Лейтенант Смит, свяжитесь с генералом Куэйдом и передайте этому трусливому алкашу, что партизаны отступают!

— Как у вас все прошло?

— Держать курс! Противоракетами правого борта — огонь!

— Ты за это заплатишь, — сказал Виская, набирая код на наручном комме.

Виская стал было набирать код на своем комм-браслете, но услышав шипение газа, крикнул: — Всем укрыться! Угроза взрыва!

Сам полковник нырнул в оросительную канаву, и поморщился, оказавшись по колено в воде. Секунду спустя прогремел взрыв; на голову Педро посыпалась земля.

Пока Смит колдовал над коммуникатором, капитан вновь склонилась над командирским экраном. Больше всего ее заинтересовала самая большая партизанская колонна, двигающаяся на юго-запад.

Эсминец вздрогнул, когда ракеты имперских истребителей поразили корабль. Один из «Мистралей», пораженный ракетой ПРО, пошел вниз. Остальные повернули и на форсаже ушли на северо-запад.

— Свяжитесь с аэродромными службами, — пусть готовят пожарные машины, — командовала капитан. — Следите за воздухом.

Ясное небо Ла-Магдалены сотряс раскат грома. Громадный серый силуэт пронесся по небу, оставляя за собой белый след, и завис над гладью залива.

— Капитан, антигравы девять и десять выведены из строя, — доложил старший помощник. — Я скомпенсировал потерю гравитации, но долго нам не продержаться.

Открывшаяся перед полковником картина была ужасной: Колонна была разгромлена полностью: если головные машины взрывами просто разбросало, то среднюю часть колонны восьмидюймовые снаряды эсминца превратили в металлолом. Уцелевшие солдаты оттаскивали своих раненых товарищей с дороги.

На этот раз сбить никого из имперцев не удалось. А вот авиаторы отработали безупречно: левый борт «Кортика» расцвел огненными вспышками взрывов.

— Отлетался, гад, — с чувством ответил Педро.

Когда грохот стих, полковник с трудом выкарабкался из канавы. Шоссе было усеяно черными остовами машин и обгоревшими трупами солдат.

— Так эсминец мятежников действительно сбили? — напряженно спросила Бланка.

— Да не утешай ты меня, — проворчал Педро. — Мы достигли цели: отвлекли мятежников от столицы. Другое дело, что долго мы так не продержимся. Хотел бы я знать, где наш флот?

— Звено справа, выше!

— Выводите корабль в квадрат F14. Артиллеристам приготовиться! Активировать килевой радар!

Стоящие у обочины солдаты стали грузиться в гравимобили, помогая своим раненым.

— Гражданка капитан, мы на высоте десять километров над поверхностью.

Под свист ветра и легкое гудение гравитационных двигателей эсминец ВКС Альянса «Кортик» помчался над островом Эспаньола.

Саманта Джонстон склонилась над командирским экраном. Бой с невесть откуда взявшимися имперскими «Мистралями» продолжался уже десять минут. А казалось — вечность. Истребители Альянса были связаны боем, и «Кортик» мог рассчитывать только на собственную противоракетную оборону.

— Звено слева, ниже!

Майор ВКС Альянса Саманта Джонстон кивнула русой головой. Выведя на командирский экран карту планеты она через несколько секунд повернулась к штурману.

— И не надо, — вздохнула Саманта. — Садимся на взлетку.

— Иногда приходится проигрывать, — рассудительно заметила Бланка.

Конечно, могло быть и хуже. «Кортик» могли отправить обстреливать позиции землян в Зеленом поясе, прикрытые мощным ПКО. За последнюю неделю боев ВКС Альянса потеряли над этим самым поясом два эсминца, сбитые имперскими ракетами.

Искалеченный корабль мчался над островом Эспаньола, постепенно снижаясь. Кормовые двигатели горели: система пожаротушения не справлялась.

Педро ловко вскочил в машину и втиснулся на заднее сиденье, потеснив двоих солдат — расчет ПТУРСа. Он не дворянин какой-нибудь, чтобы гнушаться «черной кости».

«По крайней мере, — отстраненно подумала Саманта, — нам не придется садиться партизанам на голову».

— Курс семнадцать, высота пять! — приказала Саманта. Выводите «Кортик» к космодрому. Буде садиться на грунт.

— Противоракетами левого борта — огонь!

— Все в порядке. Получив твое сообщение, Мануэль скрыл колонну в лесу; мы двинулись, только узнав о гибели эсминца.

Следом за первым взрывом прогремели другие. Казалось, земля дрожала. «Водород из двигателей, — подумал Виская. — Как бы не опаснее снарядов».

— Пожар в ангаре! — нервно доложил старпом. Минуту спустя корабль вновь содрогнулся от взрыва: сдетонировало топливо для шаттлов.

Снаряды обрушились на штабную колонну внезапно. Система безопасности сработал штатно и выскочивший ремень прижал тучное тело полковника Вискайи к креслу истребителя танков. Полковник взлетел вместе с машиной, которая перевернулась в воздухе и рухнула на поле пшеницы. Педро повис вниз головой.

Сам полковник Виская подошел ко второй в колонне машине — истребителю танков. Бланка открыла дверь и махнула рукой.

Впереди внизу голубая гладь моря оборвалась береговой линией. Справа был виден город, выстроенный в вершине залива. Расчёт штурмана был безупречен: «Кортик» пролетел над полосой прибоя и завис над равниной к западу от Барранкильи.

24

17 января 2771 г. Орбита планеты Ла-Магдалена.

— Господин адмирал, флот мятежников обнаружен.

Что ж. — Боевая тревога. Надеть скафандры!

В отличие от большинства кораблей флота метрополии, ранее не участвовавших в бою, отряд капитан-командора Андреева состоял из кораблей, уцелевших во второй битве при Новом Техасе. В тот черный для Империи день ПКО мятежной столицы превратила в груду металлолома флагман Ударного флота — крейсер «Адмирал Ушаков». Хуже того, на «Ушакове» погиб лучший адмирал Земли — Всеволод Сибирцев.

Линкор и пять тяжелых крейсеров развернулись в сторону врага. С «Адмирала Ли» передали: пожар в носовом ракетном отсеке, угроза взрыва. Адмирал Томоми разрешил команде покинуть корабль. Прежде, чем имперские крейсера сблизились с мятежниками на дистанцию ракетного удара, серия внутренних взрывов разорвала «Ли» на куски.

И вновь в ход пошли ракеты. Имперским крейсерам удалось повредить двигатели одного из уцелевших крейсеров мятежников и вынудить его сдаться. Остальные сбежали.

Это означало, что время огневого контакта двух флотов будет максимальным. Проще говоря, бой будет продолжаться до разгрома одного из противников. В этот раз проиграть предстоит флоту Альянса — адмирал Томоми знал это твердо.

«Какой болван сказал, что космические сражения бесшумные, — подумал адмирал. — Его бы сюда, под огонь!»

Теперь «Вирджиния» мчалась в пространстве как камень, не ускоряясь. Повернувшись на правый борт, линкор открыл огонь.

Эсминцы верхней колонны мятежников не могли остановить русские крейсера. Но нужно было сковать сильную центральную колонну.

Золотой свет озарил рубку, когда ракеты стали покидать пусковые контейнеры «Вирджинии». Это было красивое зрелище, но адмирал, не отрываясь, следил за командирским экраном.

Больше адмирал ничего не стал говорить: не симпатизируя своему флаг-капитану, он уважал его как профессионала. И не собирался сдерживать инициативу своего подчиненного.

— Капитан Кеппел, приказываю вам уничтожить «Красного 2», — скомандовал Томоми.

— Группе Андреева — максимальное ускорение, — приказал адмирал.

Группа Андреева уже прорвала ордер авианосной группы, и теперь атаковала сами авианосцы. На глазах адмирала один из красных значков, обозначающих вражеский авианосец, исчез с экрана — артиллерия имперских крейсеров не оставила ему шансов в ближнем бою.

Положение имперских крейсеров в центральной колонне было более тяжелым. Один из крейсеров Альянса вклинился в строй между «Вирджинией» и следующим за ним «Адмиралом Ли», поставив «американца» в два огня.

Флоты сближались. Имперские «Мистрали» покидали ангары авианосцев и строились в боевой порядок. Вскоре, по приказу адмирала, истребители-бомбардировщики с эскортом атаковали третий и четвертый крейсер в колонне. Перехватчики маневрировали между «боевыми стенами» флотов, готовясь отразить удар штурмовиков мятежников.

Истребитель Альянса атаковали почти одновременно с имперскими. Томоми с невольным уважением отметил профессионализм командования мятежников. Штурмовики Альянса (все те же «Мистрали» с противокорабельными ракетами) атаковали единственную цель — головной корабль центральной имперской колонны.

Привычным движением войдя в свою «шкурку», адмирал усмехнулся. На мостике «Вирджинии» он был самым низкорослым. Что поделаешь! «Вирджиния» была сильнейшим кораблем Флота Метрополии и к тому же располагала самыми совершенными сенсорами и системами связи. Вот и пришлось адмиралу оставить привычный «Такао» и терпеть экипаж флагмана, состоящий из гайдзинов. Что ж, по крайней мере, языковой проблемы перед ним не стояло — господин Томоми отлично знал английский язык.

Но приказ был отдан вовремя: линкор «Вирджиния» уже сблизился с головным крейсером мятежников на дистанцию эффективного огня.

Но, как оказалось, подготовка повстанческих пилотов все же отставала от имперских стандартов. Адмирал Томоми с удовлетворением наблюдал, как «Мистрали» Альянса гибнут под ударами имперских перехватчиков. Только один москит мятежников сумел выпустить по «Вирджинии» ракеты. Корабль вздрогнул, получив прямое попадание и одновременно отважный истребитель Альянса взорвался, пораженный лазером ближней ПРО.

— Сволочь, — пробормотал Томоми. И удовлетворенно кивнул, когда ему доложили об отсутствии на «Вирджинии» серьезных повреждений.

— Приготовиться к артудару! — гаркнул бравый флаг-капитан Кэппел. Адмирал Томоми, не любивший этого громогласного варвара, поморщился.

Это был именно линкор: тяжелый артиллерийский корабль, вооруженный двенадцатью двадцатидюймовыми орудиями на верхней палубе и мощной броней, способной противостоять двенадцатидюймовкам мятежников. В нижней части этого монстра располагался ангар на сорок истребителей, в носовой — установка тяжелых противокорабельных ракет, уже сказавших свое слово.

К горлу адмирала подкатилась знакомая тошнота. Насколько бы не были совершенны гравитационные компенсаторы, сильное ускорение все-таки чувствовалось.

Андреев легко прорвался через заслон эсминцев Альянса, уничижив два корабля. Ракетная перестрелка центральных колонн была менее результативной: противоракетные системы обоих флотов работали эффективно. Имперский флагман получил только одно попадание, не нанесшее серьезного ущерба.

Атака имперской авиации была более успешной. Один из крейсеров мятежников вывалился из строя, оставляя хорошо заметные на радаре обломки; второй, также получивший несколько ракет, продолжал держаться в строю. Теперь настал черед корабельных ракет и пушек.

— Преследование прекратить, — скомандовал Томоми. — Курс на перехват транспортной флотилии противника. Шестому дивизиону эсминцев — подобрать космонавтов с уничтоженных кораблей. Мы победили, господа!

— Ускорение ноль! — скомандовал капитан Кеппел. — Правый поворот на маневровых! Открыть огонь!

Впрочем, вскоре обстрел прекратился. А еще через секунду с командирского экрана исчез один из красных значков.

— Ускорение минус девять! — приказал капитан.

— Флоту — десять влево, — приказал адмирал. — Ракетные установки к бою.

Хорошо шли дела и у Андреева. Его крейсера сумели приблизиться к авианосцам мятежников на дистанцию артудара. Ракеты и рельсовые пушки русских «Адмиралов» превратили в металлолом три авиаматки Альянса, доведя общие потери мятежников до семи тяжелых кораблей и пяти эсминцев. Империя заплатила за эту победу гибелью единственного крейсера.

Единственного крупного успеха достигла «Вирджиния». Капитан Кеппел сосредоточил огонь на крейсере Альянса, уже поврежденном авиацией. Разбитое ПРО не смогло остановить имперские ракеты, и корабль мятежников взорвался. Теперь семи крейсерам Альянса противостояло шесть тяжелых земных кораблей. Авиаторы и ракетчики сделали свое дело — наступил черед рельсовых пушек.

Гравитационным двигателям «Вирджинии» на требовался разворот в сторону ускорения. Сейчас гигантский корабль замедлялся, направив корму в сторону невидимого из рубки крейсера мятежников. Приближался момент открытия огня.

Когда еще один крейсер Альянса был разорван на куски двадцатидюймовыми снарядами «Вирджинии», мятежники решили, что с них достаточно. Одновременно повернувшись, корабли Альянса начали отступать, направляясь левее и выше от имперской линии.

Мятежники ответили: «Вирджиния» содрогнулась от ударов. Лунная броня пока держала удар пушек мятежников, но лязг стоял, как на металлургическом заводе.

И теперь капитан-командор Андреев, выживший при Новом Техасе, вновь вел ветеранов того сражения в бой — мстить.

Но теперь заговорил главный калибр. Корабль задрожал и первые многотонные снаряды отправились к цели.

Повстанческий флот двигался по эллиптической орбите вокруг Ла-Магдалены, набирая скорость. Если корабли Альянса не изменят ускорения, встреча эскадр произойдет через час на встречно-пересекающихся курсах.

На экране россыпь зеленых точек показывала боевой строй флота Метрополии. Шесть тяжелых кораблей в центральной линии, два крейсера и десять эсминцев в — верхней, и восемь эсминцев — в нижней. Четыре авианосца в охранении шести фрегатов — позади боевой стены.

Адмирал Имперского Звездного флота Исироку Томоми кивнул и склонился над экраном радара. Земные корабли, построенные «боевой стеной» приближался к Ла-Магдалене. Имперский Генштаб принял смелое решение снять Флот Метрополии с орбиты Земли (доверив оборону столичной планеты орбитальным крепостям) и направить его против эскадры Альянса на орбите Ла-Магдалены.