Проект «Прометей» (СИ)

* * *

— Конечно, это нехорошо — не сказать нам об этом, но ведь никто не предполагал, что такое может произойти, — говорила Лидия по дороге в апартаменты.

— Да, детка, ты абсолютно права, — Цицерон был счастлив. — Кстати, Барек, о каком бое говорила эта стерва?

Все четверо шли по ярко освещенным полупустым коридорам всё так же в сопровождении. Однако настолько к нему привыкли, что любой разговор для них перестал быть стеснительным.

— Неважно, — отрезал Барек.

— Да ладно тебе, друг, скажи! — Цицерон игриво подталкивал его плечом.

— Лучше придумай нам развлечение на вечер. Вроде как нас сегодня выпускают.

— Да что ты, еще не в курсе? — Цицерон коснулся лбом лба Барека и всмотрелся в его глаза.

— В курсе чего? — Барек головой оттолкнул неприятеля и поспешил его обогнать.

— Мы идем сегодня в мой паб!

— Ты имеешь в виду тот бар, где ты работал? — спросила Лидия, шагавшая прямо за ними.

— Именно. Я угощаю, — Цицерон посмотрел на девушку.

— Думаю, я и сам себя смогу угостить. На сто-то штук, — Барек шел не оборачиваясь.

— Не язви, тебе не идет. А ты как, детка? — Цицерон попытался обнять Лидию за талию, но та быстро увернулась.

— Я не буду против, если туда пойдет Барек.

— Наша девочка влюбилась? А тебе нравятся качки, как я посмотрю.

— Нет. Просто если он не пойдет, мне придется находиться в одной клетке с такой обезьяной, как ты, Цицерон.

— Ох ты! Как она умеет играть язычком! — он облизнулся.

— Это омерзительно, — Лидия зажмурилась.

— Да, я не против пойти, — прекратил Барек их перепалку одним своим ответом.

— Хорошо, тогда я тоже, — Лидия повеселела.

— Ну вот и отлично, — Цицерон немного успокоился.

— А как же ты, Агнус? — обернулась Лидия. — Пойдешь?

— Агнус не идет, она скучная, — нараспев протянул Цицерон, прижимая кулаки к плечам и изображая цыпленка.

— Кажется, он ответил за меня.

— Эй, да не слушай ты этого болвана, — Лидия искренне попыталась ее поддержать.

За стеклянной панелью слева можно было видеть, как бесчисленные машины, словно муравьи в постоянном движении, создают подобные же механизмы. В этом огромном потоке металла сложно было различить присутствие людей. Но всё же несколько настоящих человек участвовало в процессе.

— Нет, спасибо. Пожалуй, у меня другие планы на вечер, — сухо бросила Агнус.

* * *

Во второй половине дня они были отпущены с территории. Распоряжение явиться в строго назначенное время прозвучало при этом не один раз. Даже Цицерон не смог бы нарушить это правило, ведь им руководили гордость и жадность.

Лидия собиралась в этот вечер навестить родных, но так как, судя по всему, была заинтересована в Бареке, то пошла вместе с ним и Цицероном в бар.

Агнус же решила остаться в стороне. Она исполнит сегодня свою давнюю мечту — взберется на крышу самого высокого здания города.

Это было давно опустевшее и заброшенное здание компании «Робо-Текс». После того, как компания была поглощена «Прометеем», эта высотка, так и не нашедшая нового арендатора, отошла Совету. Который по каким-то своим причинам не был в ней особо заинтересован, и здание осталось бесхозным. На нижних этажах обычно ночевали бездомные. Этажи выше служили местом для сделок наркодилеров. Но благодаря полицейским рейдам и те, и другие периодически изгонялись, а со временем почти совсем исчезли.

Путь на крышу оказался нелегок. Высотка была обесточена уже несколько лет, и потому ни один из лифтов не работал. Наверх можно было подняться лишь по лестнице, что занимало большое количество времени. И чтобы попасть на самый верх, Агнус потребовалось несколько часов и немало сил, но это того стоило. Последний этаж башни был абсолютно заброшен, и все двери на крышу оказались либо заварены, либо забиты, либо завалены хламом. Однако она наконец-то нашла лаз. Где-то, конечно, пришлось оторвать пару досок, а где-то — воспользоваться заранее припасенными кусачками, купленными по дороге к зданию. И далее — на самый верх, лишь бы не проржавели ступени металлической навесной лестницы. Но и это не смогло удержать ее от желания подняться туда — на крышу, с которой был виден весь город и даже край моря.

* * *

В это время троица отрывалась в баре «Пьяный робот». Они решили сполна насладиться той свободой, что им предоставили, и теми деньгами, что им выдали в распоряжение, переведя на личный счет. В каком-то смысле для каждого из них это было чем-то похожим на день рождения.

Помещение бара было очень просторным, поделенным на две части. В первой находились ряды кресел, обеденных столов и столов для бильярда. Во второй почти по всей длине стены шла барная стойка с рядами высоких металлических стульев перед ней. Слева и справа от стойки на второй этаж поднимались две винтовые лестницы. Этот этаж был закрыт для посетителей. В нем находились жилые апартаменты хозяина бара Фишера Крюгера. Некоторые, правда, поговаривали, что там имелось несколько спален и за дополнительную плату можно было приятно провести время.

— Цицерон, ты снова победил, — Барек был расстроен. Он всё еще пытался обыграть приятеля в пул.

Они арендовали бильярдный стол поближе к бару, потому что так Цицерону было удобнее брать новый бокал спиртного. Несметное количество посетителей пыталось перекричать музыкальный автомат на другом конце зала. Яркий свет нависающей над столом лампы светил Бареку в глаза, но он не хотел делать из этого предлог для своих проигрышей.

— Ну что ты, друг. Еще научишься. Все-таки у тебя хороший учитель!

— Ты ведь себя имеешь в виду, не так ли? — заметил Барек с легкой иронией.

— А ты здесь еще кого-то видишь? Ни один из этих парней не сможет меня обыграть! — проорал бородач, разводя руками и окидывая взглядом всех присутствующих.

— Что ты там сказал, Цицерон?! — резко обернулся рыжий парень, сидевший за барной стойкой. — Ставлю сотню на то, что я тебя обыграю.

— По сравнению с той суммой, что сейчас лежит на моем личном счете, твоя сотня — лишь пустой звук, так, писк комара.

— Испугался, что тебя опустят, Цицерон? — мужик ухмыльнулся и направился к бильярдному столу.

— О’кей. Сейчас я тебя обставлю, а ты весь вечер будешь наливать мне и моим друзьям. Согласен?

— Ладно, но только если выиграю я, ты весь вечер поишь меня и моих друзей, — рыжий ткнул пальцем себе в грудь, а потом показал на мужчин, сидевших в креслах в правом углу бара.

— Да не проблема.

— Цицерон, я отойду к Лидии, — сказал Барек.

— Да-да, иди к своей девке.

— Она не моя девка.

— Да кому какая разница: твоя, не твоя… Ну что, начнем игру! Бери кий, — бросил он новому противнику, уже не глядя на Барека.

Лидия сидела за стойкой с краю и попивала коктейль, то и дело поглядывая на обоих своих спутников.

— Как настроение? — Барек сел на высокий стул рядом.

— Отличное. А ты, я вижу, подавлен?

— Цицерон постоянно меня обыгрывает. Будьте добры, «Синтетический динозавр», — обратился Барек к бармену.

— Не любишь проигрывать? — Лидия развернулась к стойке.

— Нет.

— А что, кстати, леди «Б» говорила по поводу какого-то там боя? Ты не сказал Цицерону — может быть, признаешься мне?

— Хорошо, но только если об этом не узнает Цицерон.

— Конечно. Ты ведь и сам знаешь, что я не выношу эту обезьяну, — она скривила губы.

— Три года назад я начал участвовать в боях без правил. Они и до сих пор проходят в одном из узлов старой канализационной системы.

— А я всегда думала, что это только слухи…

— Да, многие так думают. Организаторы и сами хотят, чтобы все полагали, будто это просто слухи. Поэтому я еще раз хочу тебя попросить поменьше распространяться на этот счет. Непонятно, откуда об этом знает мисс Беннор…

— Ну, у нее, видимо, очень большие связи. Ведь она как-то узнала и про торговлю наркотиками. — Лидия понизила голос и говорила почти шепотом. — Но, похоже, для нее это не имеет большого значения. В любом случае я уж точно ни с кем об этом говорить не стану.

— Вот и отлично. В общем-то я там и до этого был, но никогда не бился, только смотрел и тренировался. Но потом начал сражаться за деньги. И знаешь что?

— Что?

— Я был непобедим. У меня даже было прозвище — Несокрушимый Барек. Но вот настал день, когда я перестал быть несокрушимым. Я потерял почти все свои деньги, что поставил на бой, да вдобавок еще и левую руку. Оставшиеся сбережения я потратил на имплант.

— И кто это был? Кто тебя побил?

— Его звали Безумный Рекс. Он в три или четыре раза превосходил меня по силе, а ростом был с двух Цицеронов. Но я всё равно держался до последнего! — от прилива эмоций Барек повысил голос: его обуревала волна возбуждения. Он чувствовал удовольствие оттого, что Лидия его слушает.

— Невероятно, с двух Цицеронов! Даже представить страшно. Ну, а как же ты потерял руку? — она как будто подпитывала его воодушевление.

— Он сломал ее мне в двух местах. Два открытых перелома. Штопали на месте и занесли какую-то заразу. До больницы добирался пешком. Прошел три километра. Не было денег даже на то, чтобы воспользоваться автономным уличным коммуникатором. А врачи лишь пожали плечами и спросили, где моя страховка. Пока ходил домой за документами, эта зараза быстро и, видимо, окончательно распространилась… Ну и вот так я потерял руку.

— Оу, это ужасно! Какой кошмар! Но ты так храбро держался…

— Да что там. Собственно, поэтому мне и нужны деньги. Чтобы расплатиться со всеми долгами, что я накопил за последний год, и вернуться на арену в Яму. Так мы называем это место. А чтобы это сделать, нужны деньги. Новым бойцам сложно пробиться, а я слишком давно там не был. Чтобы вернуться, мне придется не только оплатить взносы, но и кое-кого подкупить. — Он сделал небольшую паузу, как будто о чем-то задумался, а потом продолжил: — Чтобы вернуться, снова подняться и победить. И вот увидишь, Рекс поплатится за мой проигрыш.

— Он бился нечестно?

— Я говорил?

— Нет, я догадалась.

— Через пару месяцев выяснилось, что он заменил почти все свои конечности дорогими силовыми имплантами. Возможно, вернуться будет еще сложнее, чем я думаю, ведь за прошедшее время я растерял связи. К тому же я теперь не Несокрушимый Барек. Но скоро я вновь им стану. Вот почему я согласился принять участие в этом проекте, тем более если к крупной сумме денег приложится и невероятная сила… А почему согласилась ты?

— Участие в проекте может стать моей первой ступенью в карьере. Работа на компанию по производству электромобилей престижна, но не настолько, как работа в «Прометее».

— Понятно.

— И именно сейчас весь город говорит о слиянии «Прометея» с Советом. Конечно, это только слухи, но если это окажется правдой…

— Что расселись, цыпочки? — Цицерон подлетел неожиданно. — Идем играть в бильярд. Еще пива мне и моим друзьям! За нас платит вон тот рыжий парень!

* * *

На следующее утро Цицерон, Лидия и Барек проснулись с диким похмельем. Однако и в таком состоянии им всё же пришлось идти на очередную процедуру: вооруженному до зубов персоналу не имел желания противиться даже Цицерон. Надо так надо, раз за это еще и платят такие деньги.

Когда все четверо заняли уже привычные для себя положения в креслах экспериментальной лаборатории, заговорил доктор Клерваль:

— Господа испытуемые, так как предыдущий сеанс вывел побочное действие препарата, заключающееся в длительном анабиозе, меня попросили предупредить вас о том, что проснетесь вы, соответственно, не раннее чем через два дня.

— О’кей, док. Только проследи за тем, чтобы мы вообще проснулись, — реплика Цицерона заставила многих засмеяться.

Не смеялась только Эржебет, наблюдавшая за всем процессом из своего кабинета. Происходящее на экране компьютера в каком-то смысле завораживало ее. Она желала присутствовать лично на всех испытаниях, но не сегодня: слишком много дел. Хотя что могло иметь большее значение сейчас? Только встреча, ожидавшая ее и задерживающаяся вот уже на целых пятнадцать минут. Она хотела, чтобы он присутствовал и видел всё происходящие так же, как и она, — от начала и до конца. Ведь это непосредственно влияло на слияние «Прометея» с Советом. По крайней мере, так он говорил. Это та цена, за которую она заплатила выполнением поступающих распоряжений, средствами из казны ее же компании, жизнью этих четырех молодых людей и своей собственной. Ах да, жизнь. Неужели есть что-то кроме ее работы? Неужели есть что-то за стенами «Прометея»? Та жизнь была давно продана взамен будущего — будущего компании. Она и «Прометей» — уже давно единое целое. С другой стороны, чем она все-таки жертвовала? Семьей? Она никогда не хотела иметь детей. Половыми связями? Она и сейчас в любой момент может заняться сексом, сняв кого-нибудь в местном клубе. Хотя, если подумать, последняя ее «ночь любви» была очень давно. Но что есть плотские утехи по сравнению с тем осознанием власти, которую она получит, войдя в Совет. Еще немного, и она встанет во главе правления. Она будет править городом наравне с мужчинами, этими осыпающимися, дряхлыми стариками, в то время как она сама — молодая и сильная женщина. Женщина, которая знает: будущее — за «Прометеем».

==== Глава 4 ====

Фишера Крюгера еще не успело отпустить, когда со стороны складского помещения послышались выстрелы, и потому он сперва принял их за галлюцинации. Но спустя несколько секунд, которые для него показались вечностью, где-то рядом как будто взорвалась бочка с порохом. И тогда он понял, что всё происходит на самом деле. Кто-то ворвался на территорию склада, принадлежащего его бару, в помещение, где, помимо бутылок с выпивкой и продуктами, находилось несколько ящиков с не проходящим по спискам, запрещенным веществом.

В последние годы бар держался на плаву только за счет нелегальной продажи наркотиков. Все местные знали о том, что именно здесь пока еще можно взять дурь растительного происхождения, а не эту синтетическую дрянь, которую недавно стали так навязчиво толкать.

Прогнозы были неутешительными. Крюгер знал: еще пара месяцев, и синтетический Q1 полностью заполнит рынок. Явно кто-то у власти приложил к этому руку.

Так что же там внизу все-таки происходит?

Крюгер приоткрыл глаза. Свет красных, висящих на потолке светодиоидных ламп слегка ослепил. Проморгавшись, он пришел в себя и перевалился через лежавшую рядом шлюшку Лесли, которая в очередной раз заснула после их совместного секс-трипа. Она всегда принимала чересчур много, после чего могла проспать несколько часов. И никакая сила не сумела бы вернуть ее из летаргического сна.

Крюгер снял несколько половиц паркета возле самой кровати. Специально так устроил, чтобы не приходилось вставать с постели, если нужно было достать что-то из тайника в полу, где находился небольшой армированный сейф. Оттуда мужчина вынул свою ЭМПП — электромагнетическую плазменную пушку. Пока еще только экспериментальный образец, который он приобрел у знакомых воров. ЭМПП была снабжена кольцевым ускорителем, позволяющим выпускать сверхскоростные плазменные снаряды. Выстрел из пушки имел энергию взрыва мощностью пяти фунтов в тротиловом эквиваленте. Также он убрал в сейф трубку и остатки травы в свертке на случай, если то была облава. Хотя, раз налетчики ворвались сразу на склад, это означало лишь одно: кто-то его сдал. И в таком случае ящики с наркотой на складе они найдут обязательно. Тогда этот предусмотрительно запрятанный сверток не будет иметь никакого значения.

Он пытался действовать быстро, но поскольку только начал приходить в себя, то соображал с трудом. Натянул портки и вышел в соседнюю комнату. Там за шкафом находилось замаскированное окно, откуда можно было видеть почти всю территорию склада.

Склад представлял собой просторное помещение с высоким потолком. Практически доверху заставленное ящиками и тарой из древопласта.

Крюгер навалился на боковую панель шкафа, и тот с еле слышным скрипом пододвинулся на несколько сантиметров, оставив ужасные полосы на паркете. Но Крюгера это не удовлетворило. Он толкнул его ногой, отчего шкаф накренился и с грохотом упал на противоположную стену. Шум не слишком его напугал: по сравнению с тем, что творилось внизу, это было мышиным писком. Крюгер совершенно справедливо предполагал, что не привлечет этим внимание налетчиков.

Мужчина открыл ставень и выглянул в образовавшуюся дыру. Оттуда, сверху, Фишер мог видеть, как трое человек, одетых в странного вида военный доспех, раскурочивают его склад в щепки. Двое его работников, которым не посчастливилось находиться сегодня на складе, уже валялись по углам, выпуская едкий дым из того места, которое раньше звалось головой. Найдя наконец, что искали, а именно — три ящика с «травой», налетчики, не задумываясь ни на секунду, закидали их плазменными гранатами. По-видимому, тот, кто их подослал, должен был для начала удостовериться в верности наводки и точно отметить наличие запрещенного вещества. Далее пожар не заставил себя долго ждать, и вскоре весь склад уже был объят огнем.