Заметки о космической фантастике

В другой истории три космических корабля окружили в открытом космосе катер главного героя и потребовали сдаться, а он думает, мол, всё, из кольца не вырваться. И сдаётся, трус несчастный, чтобы пафосно сберечь жизнь сидящей рядом красотки. Но если вспомнить математику, то окажется, что три точки всегда образуют плоскость — наш парень вполне мог рвануть перпендикулярно этой плоскости, получив на хвост трёх злых вражин, но превратив «окружение» в погоню. Чтобы более-менее плотно «окружить» кого-то в космосе, нужно по меньшей мере четыре корабля — по числу вершин тетраэдра. Да и то это будет достаточно жиденько, учитывая отношения размеров кораблей и расстояний между ними.

Кстати о размерах и расстояниях: есть известный штамп, связанный с опаснейшими астероидными полями. Это когда храбрый пилот проявляет чудеса ловкости, лавируя между огромными каменными глыбами, хаотично летающими в поле, окружающем планету… Нет. Так не бывает.

Во-первых, плотность астероидов в таких полях настолько мала, что с большой вероятностью вы даже не заметите, что пролетали сквозь такое поле. Для сравнения, возьмите футбольный стадион и бросьте в воздух над ним несколько пылинок, постаравшись распределить их по всему стадиону. Так вот, в реальном поясе астероидов камни летают друг от друга ещё дальше.

Во-вторых, относительные скорости астероидов таковы, что пилоту не хватит никакой нечеловеческой реакции, чтобы уклониться от летящей навстречу глыбы.

В-третьих, даже если представить себе такое плотное поле, из-за взаимных столкновений (почему-то с кораблями всегда сталкиваются глыбы, и никогда — друг с другом) все большие камни быстро станут маленькими.

В космосе никто не летает по прямой. Причина лежит в том, что Земля отнюдь не стоит на месте, а сам аппарат обычно сперва выходит на околоземную орбиту и только потом улетает в космос на вольные хлеба, имея, помимо второй космической скорости относительно Земли, ещё и инерционное движение по орбите всё той же Земли. Кроме того, он движется в гравитационном поле Солнца и планет, и «выпрямление» траектории потребовало бы постоянной работы корректирующих двигателей, то есть дополнительного расхода топлива. Разумеется, это нафиг никому не нужно.

Поэтому сейчас в основном с орбиты на орбиту переходят с помощью так называемой Гомановской траектории, суть которой заключается в использовании короткого импульса в определённых точках орбит (в простейшем случае это перицентр и апоцентр). На словах, разумеется, ни хрена не ясно, так что вот картинка:

1 — орбита Земли, 3 — орбита, скажем, Марса. С помощью первого импульса аппарат сходит с орбиты Земли в точке 2 и начинает движение по эллиптической траектории к орбите Марса. Достигнув её, он снова включает двигатели и с помощью второго импульса выпрямляет полёт в точке 3, переходя уже на орбиту Марса.

Однако у этого метода есть существенные недостатки, если мы говорим об экономически целесообразных космических полётах. Главный из них, это, разумеется, время. Полёт по такой траектории в случае Марса займёт около 9 месяцев в лучшем случае, для внешних планет это значение сильно увеличивается. Кроме того, необходимо учитывать расположение небесных тел друг относительно друга. Вот, например, как летел упомянутый выше зонд Dawn с ионными двигателями:

Как можно заметить, ему пришлось совершить почти два витка вокруг Солнца и гравитационный манёвр у Марса (не Юпитер, но тоже сойдёт), чтобы добраться до Весты, хотя прямое расстояние между Землёй и Вестой гораздо меньше. А потом и ещё половину, чтобы добраться к Церере, хотя опять-таки прямой путь куда короче. Ионные двигатели, конечно, разгоняют корабль, но чуда не делают (на схеме thrust — это участки с работающим двигателем, coast — пассивный полёт). Космос — он такой. Жестокий.

Нет, конечно, гомановская траектория — не единственный способ летать между планетами. Да и в случае мощного эффективного двигателя можно будет значительно сократить время перелёта, убрать ненужные витки и так далее. Но факт остаётся фактом — летать в космосе куда сложнее, чем обычно описывают фантасты.

Как летать далеко

Ответ на этот вопрос на сегодня можно легко заключить в одно-единственное слово. Вот оно:

Никак.

А теперь подробней.

Перенесём наши сады обратно на историческую родину. Туристы летят посмотреть на прославленные сады Альфа Центавры. На релятивистских скоростях. Я не буду снова называть реальность бессердечной сукой — думаю, очевидно, что и в этом случае такая характеристика ей более чем подходит. Каковы могут быть условия такого полёта?

Ответить на этот вопрос абстрактно трудновато: как инженер я предпочитаю работать с определённостью, в данном случае — с чёткой моделью. Поэтому для примера я возьму корабль «Спаситель», на котором персонажи моей книги улетали с опустошённой ядерной войной Земли на ту самую Альфа Центавру, где потом разворачивались события романа. Корабль весил 200 тонн, в качестве топлива его двигатель использовал антиматерию (и по здравому размышлению в итоге я всё-таки заменил этот концепт на упомянутый в предыдущей главе гибрид термоядерного двигателя с катализатором из антипротонов), но это, в общем-то, неважно — хоть антиматерия, хоть хреноптаниум. В такие дебри залезать пока не стоит.

А вот что стоит отметить: мой ковчег транспортирует не брёвна, а хрупкие тушки хомо сапиенс, среди которых закалённые лётчики-испытатели занимают далеко не самый большой процент. Пассажиры, их домашние животные, хрупкий багаж и сексапильные стюардессы вряд ли обрадуются высоким перегрузкам, так что максимальное ускорение, учитывая время разгона, не должно быть большим. Для простоты определим его в 1 g, т. е. равным земной силе тяжести.

Дальше никаких слов, только картинка:

Здесь шкала абсцисс (горизонтальная) — время разгона в днях, шкала ординат (вертикальная) — время полёта в годах. Налицо любопытный и почему-то не слишком очевидный факт — чем большей дней разгоняется корабль, тем меньше выигрыша во времени даст каждый дополнительный день. К примеру, представьте себе, что вы разгонялись целый месяц, и тут капитан решил, что лететь слишком долго, и надо бы поразгоняться ещё недельку. Какой выигрыш во времени это даст?

Недурно. А теперь представьте, что разгонялись вы три месяца, и снова капитан решил оставить двигатели в работе ещё на недельку. Что тогда?

Так происходит из-за того, что хотя абсолютное значение ускорения остаётся прежним, его относительная величина постоянно падает. Для тех, кто ничего не понял: процентный прирост скорости с каждым днём становится всё меньше, со всеми вытекающими отсюда печальными выводами. А топливо-то тратится.

Из этого следует один очень простой факт — нет никакого смысла даже пытаться разогнаться до субсветовых скоростей. С каждой секундой эффективность разгона падает, а потом в дело вступят ещё и весёлые проявления теории относительности, например, увеличение релятивистской массы корабля (и, соответственно, снижение ускорения при неизменной тяге). Чтобы разогнаться хотя бы до 0,5с за короткое время, нужно придать кораблю соответствующее ускорение, а это чревато нехорошими последствиями для организмов томящихся внутри людишек. То есть воспользоваться замедлением времени и прилететь на Альфа Центавру за шесть-семь лет в реальности очень невыгодно.

Но это не единственная преграда для путешественников. Разгоняться целый месяц — это хорошо, а вот сколько придётся потратить на это топлива? Сначала давайте посчитаем значение чистой кинетической энергии, которую придётся затратить на разгон и торможение. Расчётный срок достижения границ системы, скажем, 100 лет, тогда разгоняться и тормозить «Спасителю» придётся 15 дней. Зная его массу и финальную скорость, уже несложно определить кинетическую энергию, но бездушные джоули мало что скажут большинству читателей. Поэтому для наглядности я предположу, что мой корабль работает на биг-маках (510 килокалорий каждый), тогда для достижения Альфа Центавры при 100 % КПД двигателя ему потребуется 15,1 триллионов бигмаков. Если сложить их все в четырёхугольную пирамиду, она получится высотой в 2150 метров (для сравнения, пирамида Хеопса — жалких 140). Примерно это равно трети мирового энергопотребления за 2016 год. В общем, тут всё понятно.

А что насчёт топлива? Тут надо понимать, что даже в случае установки на корабль вечного двигателя обойтись без расходного материала не получится — в космос надо что-то выбрасывать, чтобы возникала реактивная сила. Вопрос упирается в удельный импульс, и когда дело касается численных характеристик гипотетических проектов, модель начинает буксовать — оценки эффективности того же ТЯРД есть самые разные. Какую из них брать — не очень-то понятно.

Ну да ладно, мы ведь всё равно фантазируем.

Какую тягу нужно сообщить кораблю? Для ответа достаточно вспомнить старый добрый второй закон Ньютона: F = ma. Масса корабля равна 2*10e5 кг, ускорение, соответственно, 9,8 м/с^2. Тяги нужно аж 1,96 меганьютонов. Округлим до двух.

Тяга ионника VASIMR, указанная на официальном сайте Ad Astra Rocket — 5 Н. Таким образом, для придания моему кораблю нужного ускорения потребуется 392000 таких двигателей. По-моему, многовато.

Окей, давайте натягивать сову на глобус — в конце концов, прогресс не стоит на месте, мало ли что в будущем придумают. Предположим, я использую ТЯРД, причём большой и хороший, или счетверённый, неважно. Короче, вся моя конструкция выдаёт тягу в 200 тонн, сообщая кораблю ускорение в 9,8 м/с^2. Удельный импульс — 25000 м/с, вдвое меньше, чем у VASIMR. Теперь у меня есть все нужные данные, но формулу Циолковского запускать рановато. Для начала давайте представим, что 200 тонн — это вся наша полезная нагрузка, а топливо ничего не весит и телепортируется на борт корабля прямиком из потустороннего измерения. Тогда можно будет прикинуть его количество в первом приближении. Вот оно:

Т. е. для разгона корабля массой 200 тонн до скорости, позволяющей достигнуть Альфа Центавры за 100 лет, при условии невесомости расходников, потребуется 103000 тонн рабочего тела. Пожалуй, комментарии тут излишни.

И хотя бессмысленность полёта к звёздам на релятивистских скоростях, наверное, уже очевидна, я кину ещё камней в огород романтиков. Если корабль летит к цели сто лет, очевидно, что его надо обслуживать и ремонтировать. В своей книге я деликатно обошёл этот вопрос — в конце концов, она вообще про другое (моя любимая отмазка). Но в реальности это стало бы непростой проблемой. Все помнят, что случилось с «Пасынками вселенной» Хайнлайна? То-то же. Можно погружать народ в анабиоз, оставляя бодрствующими лишь дежурные вахты или самоподдерживающуюся систему с роботами. Но всё равно потребуются запчасти, в том числе для электроники, потребуются методы, позволяющие провести ремонт в космосе и не поломать при этом всё к хренам собачьим, и так далее.

И да, анабиозные камеры тоже нужно обслуживать и ремонтировать.

Пусть галактика горит огнём!

Ну а что там с варп-двигателями? Материальное тело с действительной ненулевой массой не может двигаться в пространстве Минковского быстрее скорости света — иначе для него нарушается принцип причинности. Но если гора не идёт к космонавту, космонавт пойдёт к горе: раз не получается быстро двигаться в пространстве, надо срезать путь. То есть искривить пространство и лететь вроде бы с досветовой скоростью, но быстро.

Концепт этот не противоречит современной физике, хотя и не подтверждается ею. Существует гипотеза о пузыре Алькубьерре, постулирующая возможность создания такого двигателя: он сжимает пространство впереди и расширяет позади, срезая, таким образом, путь к цели. На этом принципе летает огромное количество кораблей фантастики из тех, которые не используют чисто фантастические концепты вроде гиперпространства. Сам термин «варп-двигатель» переводится всего лишь как «двигатель искривления» и пришёл не из Вархаммера (где принцип сверхсветового перемещения абсолютно фантастичен), а из Стар Трека. В советской фантастике же предпочитали концепт нуль-проколов.

Что там в реальности? Пока ничего. В NASA потихоньку исследуют возможность создания чего-то подобного, но результатов пока нет. Улыбаемся и машем.

Другой популярный вариант — проход сквозь червоточину, она же кротовая нора. Смысл примерно тот же — две удалённые в обычном случае точки пространства связываются «туннелем», по которому и летит корабль. Этот же принцип лежит в концепте прыжкового двигателя, т. е. совершении прыжков «через гиперпространство». Как и пузырь Алькубьерре, современная физика допускает подобное (хотя и не подтверждает). Но даже если кротовые норы таки существуют, остаётся вопрос, как создавать их искусственно, а не пользоваться подручными, как в «Интерстелларе». Далеко не факт, что это окажется возможно.

В общем, всё тлен.

Как воевать

Человек — такая скотина, что найдёт повод для войны вообще везде, куда дотягивается. Смотрите сами: построили люди корабли — начали воевать на море. Сделали подводную лодку и акваланг — начали воевать под водой. Сделали самолёты — начали воевать в воздухе. В космосе сейчас не воюют только потому… хотя о чём это я. Воюют. Договор о космосе запрещает размещать там только оружие массового поражения, а обычное — сколько душе угодно. Спутниками-шпионами орбиты буквально засраны, pardon mon français, методы их уничтожения разрабатывались и разрабатываются, есть даже специальный лазерный пистолет для использования на орбите. Был, так-то это больше игрушка, чем оружие. Но обо всём по порядку.

War… war never changes.

Прежде чем с воплем «ЗА ИМПЕРАТОРА!» начать громить вражеские корабли и взрывать Звёзды смерти, стоит определиться, зачем и за что вообще стоит воевать в космосе. Учитывая сказанное в предыдущих главах, очевидно, что война за ресурсы тут не годится ну никак: затраты на войну по отношению к прибыли будут слишком велики. Единственная возможная причина космической войны — это демографическое давление. То есть когда народу на планете становится слишком много, и надо искать новые миры. А как мы уже убедились, таких миров, пригодных для хомо сапиенс, по идее, не так уж и много.

Есть, конечно, более мелкие поводы, вроде мести, превентивной войны для устранения угрозы и так далее, но это скорее исключение, чем правило.

Как правило, авторы космоопер этим вопросом не заморачиваются от слова «абсолютли» (и правильно делают, но лишь отчасти). Войны у них начинаются по тем же самым причинам, что и в XIX (я не ошибся) веке — политические и имперские амбиции, раздел сфер влияния, колонии, ресурсы. Первая Мировая война началась, как известно, вовсе не потому, что Гаврило Принцип застрелил Франца Фердинанда, а потому, что напряжение в мире достигло пика и конфликт между основными силами на мировой арене достиг тупиковой точки, когда единственным вариантом его разрешения была война.

Однако уже тогда появилось оружие массового поражения, а во Вторую Мировую его стало только больше — к химическому добавилось биологическое и ядерное. Соответственно, сегодня открытая война между сверхдержавами почти наверняка приведёт к апокалипсису. Все это понимают и только бряцают оружием, а войны ведут гибридным методом, поддерживая — официально или неофициально — армии более мелких держав и всяких повстанцев, которые разбираются между собой уже сами. Как самый простой пример — Сирия. Коалиция поддерживает повстанцев, бомбит ИГИЛ и правительственные войска, Россия поддерживает правительство, бомбит ИГИЛ и повстанцев, но между собой, в отличие от той же Корейской войны, они уже не дерутся. Потому что иначе будет большой бобо.

Так что вынесенная в заголовок цитата из Фоллаута, конечно, правдива лишь отчасти. Эмоционально война не меняется, это верно. А вот её методы меняются всегда.

Любопытно, что в подавляющем большинстве случаев войны в космооперах ведутся между планетами, а не странами. Фактически авторы описывают войну в архипелаге, заменив острова на планеты, а воду на космос. В остальном всё остаётся прежним. Пожалуй, можно на пальцах перечислить книги, где на планетах фигурировало больше одной страны (и вообще было понятие страны).

Причины этого элементарны: так тупо проще. Не нужно выдумывать новые концепты, прорабатывать тактику войны в космосе: взял, перенёс знакомые реалии в новый сеттинг, заменил мушкеты у пиратов на бластеры, а деревянную ногу на протез — и воюй. А вот книгу о более-менее реалистичой войне в космосе я лично пока что не видел.

Хоть сам садись и пиши, блин.

Но это всё лирика. Как ведётся война в современных условиях? Цель стратегии — получить преимущество над противной стороной. Основных методов по большей части два: уничтожение армии противника и захват ключевых точек. С первым всё ясно, а ключевые точки — это заводы, населённые пункты, аэродромы и так далее. Логика, думаю, очевидна.

Какие ключевые точки есть в космосе? Разумеется, в первую очередь это планеты. Но планета — слишком обширное понятие, на ней есть ещё куча объектов. Так что тут принцип прост — прилетел, сбросил десант, обустроил космодром и перебрасываешь войска до победного (или не очень) конца. Дальше война ведётся уже на земле, ну а в целом принцип пока по-прежнему сходен с нашим архипелагом. Приплыл, построил или захватил гавань — и транспортируешь войска. Всё просто.

Однако сам космос, увы, небогат на возможные цели захвата. Господствующих высот в космосе нет, аэродромов нет, городов нет, заводов нет, вообще ничего нет. То есть нет нужды воевать где-то посредине между Землёй и Марсом или на орбите необитаемого газового гиганта — это как сражаться в центре пустыни Сахары, где на тысячи километров вокруг нет ни одного поселения. Ну, если два дебила случайно там встретятся, ради бога, пусть дерутся. Их дело.

Единственное, что может заинтересовать потенциального противника — это станции. Обустроенные на астероиде или просто в космосе, неважно. Так или иначе это такая же ключевая точка, как завод или аэродром — за неё можно повоевать, хотя в целом её ценность ещё надо придумать.

Скучновато, но щито поделать.

Однако ключевые точки — это ещё не всё. Кроме них, есть связующие пути, которые также могут подвергаться атаке. На земле это дороги, в космосе дорог нет, но корабли всё-таки летают не как попало. Тут мы вторгаемся в область чистой фантастики, потому что неизвестно, как именно работает варп-двигатель и можно ли перехватить эскадру кораблей в середине пути (межпланетные полёты на релятивистских скоростях я даже не рассматриваю). Если можно, то возникает логичный вопрос, как? Тут есть три варианта:

1. Корабль соблюдает режим полного радиомолчания. Засечь его становится практически невозможно, а если он летит с варпом, то ещё невозможнее из-за искривления пространства. Так что если хотите избежать встречи с пиратами, молчите.

2. Корабль перманентно транслирует в эфир какую-нибудь фигню. Тогда его координаты приблизительно можно определить с помощью радиопеленгации — нужны две антенны, которые принимали бы сигнал в разных местах, после чего методом триангуляции вычисляются координаты объекта. Однако если он летит в варпе, это опять-таки становится затруднительным. Впрочем, если сюжет требует, почему бы и нет? Фактически задача всего лишь усложняется математически, принцип остаётся прежним.

3. Если корабль выходит на связь лишь в определённое время (что логичнее всего), то, соответственно, нужно посадить за пульт оператора, который слушал бы эфир и пытался засечь очередной всплеск излучения. В остальном всё аналогично второму пункту, разве что в межзвёздном пространстве вряд ли кто-то будет включать радио — там не с кем болтать.

Надо понимать, однако, что даже Звёзда Смерти в масштабе космоса — это не то что иголка в стоге сена, это бактерия в Мировом океане. Кроме того, в определение координат вносится ошибка из-за конечной скорости распространения радиоизлучения — от нескольких минут до часов, и её надо учитывать. Всё это, разумеется, касается межпланетных перелётов или уже подлетающего к системе флота. Перехватить флот где-то посредине между Альфа Центаврой и Солнцем — это всё равно что найти ту самую иголку в стоге сена. Как крутой ход и мастерский профессионализм Дарта Вейдера с возгласами статистов «но как, Холмс?» — отлично, как массовое явление — уже не очень.

ЗА ИМПЕРАТОРА!

Со стратегией разобрались, время перейти к тактике.

Предположим, имперский флот таки прилетел к планете и высадил армию. Вы передаёте генералу Васисуалию Пупкину командование над наземными отрядами и приказываете во что бы то ни стало отстоять родной Мухосранск. Ну а сами поднимаетесь на орбиту. Десант, может, Пупкин и уничтожит, но флот-то останется. Ещё и сверху своих прикрывать будет, падла.

Вы связываетесь с адмиралом (или командором, или генералом, кому как нравится, имхо, для космического флота годятся и морские, и любые другие звания) Унтаринатрохом Таыщ’ын’кахр’бун’юком, эскадра которого пришла на помощь, и приказываете немедленно уничтожить врага. У адмирала в запасе есть Звёзда Смерти, эсминцы, катера, истребители… Чем и как вся эта бригада будет воевать?

Обычно писателями используются два основных варианта (и их комбинации).

Первый — это содранная опять-таки с XIX века концепция больших мощных кораблей, которые обмениваются залпами сверхтяжёлых орудий, периодически используя всякие хитрости, пока кто-то не взорвётся. Такое, например, присутствует у Лукьяненко в «Лорде с планеты Земля». Опционально сюда ещё включаются авианосцы с истребителями.

Второй — это, как в Звёздных войнах, маленькие истребители и кораблики побольше, но тоже не линкоры, которые активно маневрируют и мочат друг друга уже скорее по принципам воздушных боёв, причём тактику они могут применять самую разную. Например, в ЗВ это больше похоже на тактику поршневых самолётов Второй мировой войны: радиус поражения незначителен, управляемого ракетного оружия почти нет, лупят друг по другу бластерами — читай, неуправляемыми снарядами.

Всё зависит от того, что автор напихает в начинку. При желании можно даже линейную тактику описать, лишь бы это было красиво, а фантдопы не выглядели ляпами.

Джордж Лукас ведь не зря говорил (или не говорил, неважно), что если что-то на экране круто выглядит, то так и должно быть. Правда, он сказал (или не сказал) это в старые времена, сейчас формула работает с перебоями — спецэффектами все давно объелись и взрывом Звёзды Смерти уже никого не удивишь. В результате зрители обращают гораздо больше внимания на банальную логику, о которой, увы, режиссёры и сценаристы думают далеко не всегда.

Грубо говоря, нужно писать научно хотя бы в рамках школьной программы. Если у вас огромный корабль летает и маневрирует, как бумажный самолётик, почти наверняка зритель-читатель скажет «не верю». А вот бластеры он проглотит, тем более что они прочно засели в фантастике и воспринимаются уже как «свои».

Оружие.

Ну ладно. Флот адмирала Унтаринатроха Таыщ’ын’кахр’бун’юка приблизился к планете. Время громить эскадру подлого врага, ну или кто там прилетел воевать. Чем это можно делать?

1. Кинетическое оружие.

Обычная пушка, стреляющая обычными снарядами, ну, может, разрывными или ещё какими. Я встречал немало мнений, будто в космосе пушки окажутся бесполезными, но согласиться с этим не могу. Хрущёв тоже пытался перевести всё на ракеты, особенно после триумфа советских зенитчиков в 1960-м, однако авиационные пушки так и остались на вооружении. Причина проста — ситуации есть разные, в одних условиях нужно пользоваться ракетами, в других — только пушками. В нашем случае это тоже справедливо.

Дело у нас происходит в околоземном пространстве, скорее всего на высотах от 400 км (орбита МКС) до 40000 км (несколько дальше, чем геостационарная, на которой, скорее всего, и висит флот злодеев). Для Земли стационарка — около 36000 км, для нашей гипотетической планеты значение будет приблизительно таким же. Если, что логично, привязать систему координат к поверхности планеты, то скорость флота злодеев относительно неё будет равняться нулю — орбита-то стационарная. А вот истребители уже будут носиться вокруг, обстреливая вражеский дредноут из пушек. Тот, конечно, маневрирует, но размеры у этой махины немаленькие, а значит, и масса тоже. А второй закон Ньютона никто не отменял. И относительно корабля (и друг друга) скорости истребителей будут вполне сопоставимы со скоростями современных самолётов.

Другими словами, бой в таких условиях будет приблизительно именно таким, каким вы его видели во всё тех же Звёздных войнах, в четвёртом эпизоде, когда громили Звезду Смерти. Только стрелять будут из нормальных пушек, а не бластеров. Даже в случае обычных пороховых орудий сила снаряда будет достаточно велика, чтобы нанести серьёзные повреждения, а учитывая враждебную среду, они вдвойне серьёзны.

Есть, однако, небольшая поправка: космический истребитель по манёвренности ближе к вертолёту, чем к самолёту, в том плане, что у него нет скорости сваливания и нет необходимости выравнивать аппарат по траектории движения. Такой истребитель вполне может облетать Звезду Смерти боком, поливая её свинцом из пушек (и получая лучи ненависти в ответ, так что надо поосторожней с этим делом).

На низких же орбитах вести военные действия вообще затруднительно. Во-первых, эти орбиты прикрыты радиационным поясом — МКС летает на самой границе и даже пересекает пояс в районе Южно-Атлантической магнитной аномалии, где он проседает вниз. Чтобы не зажариться, пролетать через него надо очень быстро, как это делали американские «Аполлоны» — это не фунт изюму. Во-вторых, на таких высотах начинает сказываться трение об атмосферу и прочие радости, тогда как до линии Кармана, ниже которой возможна аэродинамика, всё ещё далеко. То есть, грубо говоря, воевать там можно, но это очень неудобно.

Насколько реально сделать многосредовый истребитель, то есть такой, который воевал бы и в воздухе, и в космосе? Сложно сказать. С моей точки зрения это как пытаться сделать гибрид танка и корабля, чтобы он воевал и на море, и на земле. В общем-то, сделать можно, но толку от такого мутанта будет не очень много — слишком уж разные принципы у таких конструкций. Тот же шаттл летал не намного лучше утюга.

2. Ракетное оружие.

Как и пушки, оно было, есть и останется одним из основных. Ракете плевать, атмосфера вокруг или космос, она летит быстро, ускоряется тоже быстро и может легко сбить вражеский истребитель, особенно если вы атакуете из задней полусферы и вектора ваших скоростей приблизительно коллинеарны. Кто-то может сказать, мол, но подождите, в космосе же нет ударной волны! Ну, положим, есть: взрывчатое вещество имеет такую характеристику, как фугасность, суть которой — объём образующихся при взрыве газов. Однако в случае ракет класса «земля-воздух» или «воздух-воздух», ну или «космос-космос» в нашем случае, основной поражающий фактор — вовсе не ударная волна, а осколки или поражающие элементы, которыми начинена боеголовка. Такая ракета просто взрывается рядом с целью, после чего та обычно превращается в решето. А уж есть вокруг атмосфера или нет — абсолютно пофиг.

Другое дело с ядерными ракетами, принципы применения которых сильно отличаются от наземного оружия.

Во-вторых, основной поражающий фактор атмосферного взрыва — ударная волна — в космосе почти полностью отсутствует, и на первый план выходят электромагнитный импульс и радиация, в первую очередь рентгеновское излучение. Близкий взрыв может поразить экипаж кораблей, и хотя сразу те, конечно, не погибнут, но участь их будет решена. Естественно, никуда не девается и световое излучение, но при хорошей теплозащите его роль сильно снижена.