Больше не овца. Как защитить себя и близких от злоумышленников

Но теперь пришло время перейти к мышлению, которое вы будете использовать, когда действительно окажетесь в такой ситуации. Запись информации на бумаге эквивалентна получению знаний и понимания, необходимых для подготовки вашей защиты и стандартных операционных процедур (СОП), но вам еще нужен и опыт. Верите или нет, но изучение примеров и переключение на роли цели и жертвы на самом деле помогут вам развить это мышление, а также понять, что именно вы узнали.

Если вы когда-либо видели фильм Джимми Стюарта «Эта замечательная жизнь», вы помните похожий эпизод: главного героя берет его ангел-хранитель, чтобы показать ему всех людей, которым он бессознательно помог, что, в свою очередь, помогает герою фильма. Хотя это не совсем та же концепция, но вы действительно можете получить представление об эффективной тактике, прочитав, что сработало, а что нет у других людей в кризисных ситуациях. Еще один способ взглянуть на это — предположить, что примеры являются симуляторами, которые позволяют вам практиковать свою новую осведомленность путем представления поведения героев примеров, страдающих от страха и тревоги.

Итак, после того, как вы изучите последние несколько глав, поставьте себя на место тех людей, о которых вы прочитали, и примените полученные ранее знания и понимание. Спросите себя, что бы вы сделали по-другому. И во всех сценариях считайте себя победителями.

Если вы входите в плохую ситуацию, думая, как победитель, скорее всего, вы и станете победителем, когда все закончится.

Глава 8. Бегство

Вопреки тому, чему вас учили всю жизнь, крутые парни убегают. Когда я служил в «морских котиках», то больше всего мы тренировались в беге. В рамках начального курса подготовки «морских котиков» учащиеся пробегают в среднем от девяти до тринадцати миль в день. Конечно, в основном это делается для обеспечения того, чтобы наши тела и умы были доведены до нечеловеческих пределов, а как только мы начинаем ментально деградировать, мы тут же подвергаемся воздействию тумана войны.

«Морские котики» — это небольшая, обособленная сила, часто используемая в битве с гораздо большими силами. Поэтому мы должны быть в хорошей форме, чтобы быстро и агрессивно работать в грязной и опасной среде. Но мы также должны знать, когда именно нужно прекратить контакт с врагом и покинуть целевую зону после выполнения миссии или когда именно мы столкнемся с ситуацией, которую не собираемся преодолевать с помощью существующих ресурсов.

Знание того, когда нужно убегать, очень важно, когда вы попадаете в меняющуюся ситуацию, особенно если рядом свистят пули. Иногда вам будет лучше ходить быстрым шагом, а в других случаях вам лучше всего выползти из опасной зоны. Например, если вы находитесь на объекте и слышите стрельбу, вы должны оценить ситуацию перед тем, как бежать куда-либо. Звук перемещается таким образом, что он может быть очень непредсказуемым: на него могут влиять форма стен, полов и потолков, и может казаться, что он позади вас, когда на самом деле он идет от источника, расположенного прямо перед вами. Вы можете воспринимать звук иначе, чем человек, стоящий в трех футах от вас. Если произошел выстрел, и человек через комнату кричит «Бежим!», двигается влево, и вы следуете за ним, может оказаться так, что вы повторяете маневр человека, который слышал искаженную или отраженную звуковую волну. Да, я знаю, что это трудно оценить, когда вы слышите выстрелы и находитесь в опасной зоне, пытаясь мыслить критически. Я сомневаюсь в том, что если я услышу стрельбу, я буду в состоянии сделать полный спектральный анализ звука. Но очень важно, чтобы вы хотя бы поняли, что это переменные, с которыми вы можете столкнуться, когда окажетесь в жестокой схватке.

Итак, вы определили, откуда исходит звук, или, может быть, увидели саму атаку, но у вас может не хватить времени для того, чтобы сразу убежать. Вам нужно продолжать думать о том, как эффективно сбежать, чтобы не попасть в еще большие неприятности. Множество видеозаписей свидетельствуют, как несколько атакующих пользовались разными путями нападения, и люди, убегая от одного атакующего, попадали прямо на другого, потому что не оценивали ситуацию перед тем, как бежать. Помню, как 7 июля 2016 года я наблюдал за нападением на полицейских в городе Даллас, штат Техас, которое совершил террорист по имени Мика Ксавьер Джонсон во время протестного шествия, в котором участвовало 800 человек и которое охранялось сотней полицейских. На кадрах задокументированного этапа нападения Джонсон двигался, убивая офицеров, подбегающих по звуку прямо на место стрельбы.

Знание того, когда нужно убегать, очень важно, когда вы попадаете в меняющуюся ситуацию, особенно если рядом свистят пули. Иногда вам будет лучше ходить быстрым шагом, а в других случаях вам лучше всего выползти из опасной зоны.

Полиция не смогла добавить в уравнение проверенную тактику захвата высот для захвата контроля над атакующим, хотя это — стандартная операционная процедура (СОП) для реагирования на активных стрелков. Если бы полицейское управление Далласа разместило офицеров на гаражах или в зданиях вдоль маршрута протестующих, возможность офицера убить стрелка была бы намного выше, чем при попытке ликвидировать его, просто прибегая на звуки стрельбы.

Хотя и существует значительная разница между гражданским лицом, пытающимся убежать от насильственного действия, и полицейским, ведущим огонь, суть одна. Проанализируйте ситуацию, прежде чем принимать решение двигаться. Если вы этого не сделаете, вы можете столкнуться с перекрестной атакой. Однако, если вы застынете и переусердствуете в анализе ситуации, вы также можете обнаружить себя, уставившись на атакующего и не будучи в состоянии принять решение. Помните, что это было доказано много раз: действие бьет реакцию. Даже при наличии наиболее надежного плана вам нужно будет принимать осознанные решения и делать эффективные движения, когда вы попадаете в опасную и стрессовую ситуацию. Не застывайте!

Итак, требуется изменить свое мышление: вам нужно не просто бежать, но именно сбегать от того, на ком или чем вы должны сосредоточиться.

Именно здесь вступает в действие ваше понимание укрытия и прикрытия. Укрытие может и скрывать, и защищать вас, в то время как прикрытие обычно только скрывает вас и, скорее всего, вряд ли защитит. Несмотря на то, что вы видите в фильмах, большинство материалов, из которых сделаны стены, не остановят даже пистолетную пулю, не говоря уже о выстреле из дробовика или винтовки.

Итак, требуется изменить свое мышление: вам нужно не просто бежать, но именно сбегать от того, на ком или чем вы должны сосредоточиться. Одна из причин, по которой я предпочитаю термин «сбежать», а не «бежать», заключается в том, что атака, с которой вы сталкиваетесь, может не исходить от активного стрелка. Например, автомобильные атаки становятся все более распространенными, потому что они относительно дешевы и легки в исполнении. Под большинство этих типов атак можно не попадать, применив технику Атаки и Защиты и определяя критические времена для критических зон, которые вы посещаете, и в итоге либо атака вас вообще не затрагивает, либо вы определяете наиболее вероятный путь нападения и остаетесь в стороне от него.

14 июля 2016 года в Ницце, сразу после 22.00, по окончании празднования Дня взятия Бастилии, большой грузовой автомобиль, управляемый атакующим-исламистом, проехал через толпу, убив восемьдесят шесть человек на протяжении маршрута атаки в 1,1 мили. Атака длилась около пяти минут и была изначально возможной, потому что правоохранительные органы не заблокировали надлежащим образом территорию, которая была закрыта для движения во время празднования.

Аналогичным образом 3 июня 2017 года в Лондоне фургон, также управляемый атакующими-исламистами, был нацелен на пешеходов, идущих через Лондонский мост. Когда фургон вскоре после начала атаки не смог продолжать движение, трое мужчин-атакующих побежали в Боро-маркет, район баров и ресторанов, и начали резать людей большими ножами. Восемь человек были убиты и 48 ранены. Из восьми смертельных случаев только трое погибли от наезда машины, а пятеро погибших были заколоты до смерти.

Давайте проанализируем эти сценарии реальной жизни и посмотрим, как можно от них сбежать. Прежде всего, учитывая сегодняшние реалии, вы должны признать, что плохие люди будут продолжать заниматься плохими делами подобного рода. Это не значит, что вам нужно жить в страхе, оставаться дома или волноваться каждый раз, когда вы идете в кафе или гуляете в общественном месте, а поблизости едет автомобиль. Напротив, как я объяснил в этой книге, вы можете получить точные знания атакующего о целевой зоне. Вы можете определить наиболее критическое время для атаки, как это делает атакующий. В обоих сценариях во Франции и Англии атакующие выбрали очень критические «слабые» зоны и времена, которые были исключительно важны. Они не проводили эти атаки в 3.00 утра, когда вокруг никого не было. Нападавшие сделали домашнее задание и определили, что празднование или известная туристическая зона, где существовали плотные пешеходные движения — идеальные места для простой атаки с помощью транспортного средства и, в случае нападения на Лондонском мосту, последующей кровавой резни.

Люди в Англии и во Франции тоже знали эту информацию; они просто смотрели на нее по-другому. В Ницце люди не шли праздновать День взятия Бастилии в три часа утра, когда на улицах никого не было. Напротив, они проводили свои исследования на компьютере (так же, как это делали атакующие) и определили дату и время начала развлекательных мероприятий. Так что если плохие парни могут посмотреть на ту же информацию, что и празднующие, и придумать план нападения, то и у празднующих есть возможность изучить эту информацию и определить, что вероятность атаки высока, особенно в Европе, и создать собственный план атаки, который будет соответствовать фактическому плану атакующего.

Если бы жители или полиция сделали это, нападение, вероятно, не было бы эффективным, и если атакующие смогли бы попасть на место гуляний, у людей там был бы выбор: сидеть или стоять за барьерами, если бы они были, или просто избегать попадания в центр толпы. Они могли бы также выработать план побега, если бы злоумышленники на транспортном средстве начали атаку. Я посмотрел на карту сцены нападения на Ниццу и на сто процентов уверен, что любой человек, рассмотревший возможность нападения с помощью автомобиля, имел бы возможность держаться ближе к обочине и/или быстро добежать до пляжа или здания на противоположной стороне. Поскольку я изучал эти типы атак, я знаком с типичными человеческими реакциями, и хотите — верьте, хотите — нет, но и застыть на месте, и бежать от автомобиля в том же направлении, в котором он едет, не смотря по сторонам в поисках укрытия, — это совершенно обычное поведение человека.

Итак, как вы можете видеть, «бежать» не обязательно значит «сбежать» от атаки. Я буду повторять это снова и снова: перед тем как вы двинетесь, придумайте план и посмотрите, как атакующий увидит его. Скорее всего вы примете правильное решение, если произойдет атака.

Когда мы смотрим на атаку Лондонского моста, то понимаем, что, скорее всего, люди, сбитые фургоном, оказались в неправильном месте в неподходящее время с низкой готовностью реагировать. Из короткого ролика, запечатлевшего второй этап атаки, когда преступники вышли из машины и начали резню, можно сделать вывод, что большинство застигнутых ими людей были настолько беспечны, что остановились выяснить, что происходит. В результате этой кратковременной паузы они были атакованы и впоследствии заколоты. Следуя принципу развития осведомленности, если вы рассмотрели возможность нападения и предусмотрели, какой тип атаки наиболее вероятен в данной области, ваша способность ощущать, что что-то происходит не так, скорее всего будет намного быстрее, и, в свою очередь, ваши действия будут гораздо более структурированными и агрессивными.

Самое важное действие (для большинства людей — реакция) — быстрое определение того, что им нужно бежать от опасности. Люди, которые не смогли действовать быстро, получили серьезные телесные повреждения или были убиты.

В случае атак на Лондонском мосту лучшим выбором было бежать с места атаки как можно быстрее. Но на самом деле более важно понимание того, что именно происходит. Самое важное действие (для большинства людей — реакция) — быстрое определение того, что им нужно бежать от опасности. Люди, которые не смогли действовать быстро, получили серьезные телесные повреждения или были убиты.

Проанализируйте ситуацию как можно быстрее, определите характер угрозы и направление угрозы, а затем выйдите из происходящего соответствующим образом. Это — шаги к выживанию в критической ситуации. Если вы рассмотрите эти шаги (и все остальные, которые я включил в эту книгу) задолго до того, как произойдет атака, вы скорее всего выживете, избегая начальных этапов нападения.

Глава 9. Уклонение

Сознательно скрываться в такой ситуации, как сценарий с активным стрелком, как правило, означает находиться в одном шаге от того, чтобы отдать свою судьбу в руки человека, желающего убить вас. Я неоднократно говорил об этом на телевидении и радио, и я всегда повторяю: мне трудно поверить, что живые, умные существа — такие как люди — отвергают единственный возможный вариант для спасения.

Если вы определите, что скрываться — лучшее решение, то помните, что при выборе места нужно подумать об укрытии и прикрытии. Укрытие может предложить некоторую защиту от пуль, даже если это просто запертая комната, которая остановит нарушителя, в то время как прикрытие — это просто другое название маскировки, которое предлагает чуть больше защиты, чем просто исчезновение с чужих глаз. Зная это, вы должны понять, почему нужно сосредоточиться на уклонении от атакующего, а не на простом укрытии.

Если вы определите, что скрываться — лучшее решение, то помните, что при выборе места нужно подумать об укрытии и прикрытии.

Хотя укрытие может быть частью уравнения избегания, вы всегда должны быть готовы двигаться дальше, потому что почти сто процентов мест, в которых вы спрячетесь для «укрытия», будут обеспечивать небольшую защиту от выстрела 7,62-миллиметровым патроном, используемым в оружии типа «АК-47», который может пробивать стены из шлакобетона и поражать человека с фатальными результатами. В таком случае вы должны понимать, что деревянные двери, гипсокартон, штукатурка и стекло не дают никакой надежды на обеспечение адекватного прикрытия от прицельной стрельбы, даже если стрелок использует только пистолет меньшего калибра. Если вы не попали в безопасную комнату с пуленепробиваемыми стенами и дверью, вы должны предположить, что проникновение пули возможно через любой материал, которым вы пытаетесь защититься, поскольку вы, скорее всего, не сможете правильно оценить угрозу, которая находится снаружи вашего укрытия.

Если атакующий решит совершить ножевую атаку, тогда уравнение изменится, и если вы можете попасть в объект или комнату, которую можно заблокировать и нелегко взломать, то это может быть вашим лучшим выбором. Тем не менее я бы порекомендовал все же выбирать открытые варианты для уклонения, позволяющие вам убежать, независимо от того, какой тип насильственной атаки происходит.

21 сентября 2013 года несколько обученных боевиков (по меньшей мере четверо) вошли в торговый центр «Вестгейт» в кенийском Найроби и атаковали посетителей взрывчаткой, гранатами и «АК-47». Хотя детали немного поверхностны относительно того, что именно происходило внутри и как долго продолжалась настоящая атака, сообщения официальных лиц США гласили, что большинство смертельных случаев произошло в течение первых двух часов атаки. Всего были убиты 67 и ранены более 175 человек. Атака была совершена фундаменталистской исламской группировкой «Аль-Шабаб».

Мне не удалось найти информацию о погибших людях, убитых, когда они пытались покинуть место; зато я видел кадры, на которых люди изо всех сил старались ползти в слишком маленьких для своего тела пространствах, чтобы спрятаться и/или попытаться спрятаться за чем-то, что фактически не скрывало их вообще. Были сообщения о том, что некоторые люди укрылись в магазинах на втором этаже и что впоследствии они были спасены. Несмотря ни на что, каждый, кто получил смертельную рану, получил ее внутри объекта, а не снаружи. Таким образом, ваша цель при инцидентах такого типа — выбраться из здания и уйти от него как можно дальше, особенно в зарубежных странах, где силовые структуры могут быть так же склонны пристрелить вас, как и плохие парни, или, как это было в торговом центре «Вестгейт», наживаться добром, вместо того чтобы кого-то спасать.

Несколько повторяющихся ситуаций стали для меня очевидными в многочисленных инцидентах с активными стрелками, когда люди пытались спрятаться.

Во-первых, если вам посчастливилось найти место, которое полностью скрывает ваше тело от атакующих, вы легко можете застрять там на некоторое время. Например, в торговом центре «Вестгейт» некоторые люди провели несколько дней, прежде чем были спасены. Я сейчас не говорю вам, что вы должны оставить очень хорошее потайное место, но я не знаю, сколько времени вам придется там провести. Если вы не слышите шума или выстрелов в течение длительного периода времени, вы должны задуматься о том, чтобы покинуть свое укрытие. Кроме того, если вы провели надлежащий анализ макета объекта до того, как вы решили проводить там время, вы можете иметь в голове (или, если вы умны, на вашем телефоне) хорошую картину того, где расположен ближайший выход. Если вы находитесь в укрытии, которое не позволяет вам двигаться, быстрый побег может быть невозможен, потому что вы пробыли в таком положении так долго, что ваши конечности затекли, и бежать вы не сможете. Я знаю, все это выглядит маловероятно, но человек, который рассматривает все непредвиденные обстоятельства, будет более подготовлен к крошечным неурядицам, которые влекут за собой катастрофические последствия.

Второе, что повторяется постоянно при атаках активных стрелков или ножевых атаках — бесполезная тактика падения на землю. 6 января 2017 года в аэропорту города Форт-Лодердейл, штат Флорида, активный стрелок убил пять человек и шестерых ранил; еще тридцать шесть человек получили травмы от последовавшей паники. Вся атака продолжалась около минуты и двадцати секунд до того, как стрелок был обезврежен. На кадрах одной из камер безопасности возле зоны выдачи багажа можно увидеть, как стрелок вытаскивает пистолет и стреляет, прежде чем выйти из кадра. То, что происходит позади него — это не сцена смерти, а сцена недоумения и полное отсутствие действий со стороны гражданских лиц, которые стали свидетелями стрельбы. Многие люди не только ложились, некоторые буквально прыгали, распластавшись посреди пола, возможно, получив при этом травмы. Другие люди двигались по направлению к единственно возможному прикрытию или укрытию в помещении — конвейерному механизму. Однако конвейер не был тем местом, где они хотели спрятаться. Они выбрали тележку для багажа, сделанную из металлических трубок небольшого сечения, которая не могла служить ни прикрытием, ни маскировкой.

Второе, что повторяется постоянно при атаках активных стрелков или ножевых атаках, — бесполезная тактика падения на землю.

Затем, что еще более тревожно, помимо многочисленных людей, которые просто стояли там, я увидел только одного человека, двигающегося к двери. Все остальные ринулись внутрь, к середине комнаты. Я был в этом аэропорту и как авиационный маршал, и как гражданский человек, путешествующий по своим делам, и я могу сказать вам, что помещение, где стоит конвейерная лента, можно покинуть, сделав из некоторых его точек всего несколько шагов, а из других точек — несколько быстрых шагов. Но только один человек двинулся к двери; остальные просто стояли, присели или легли, а некоторые, по-видимому, пытались летать. Да, немного черного юмора, но совершенно не смешно то, что все люди, запечатленные на этих кадрах, не могли действовать, потому что у них не было плана, и я могу гарантировать, что никто из них не проводил никакого анализа угрозы, который включал бы активного стрелка в аэропорту.

После того, как вы прочитаете эту книгу, в следующий раз, когда вы просмотрите съемки людей, реагирующих на террористический инцидент, вы спросите себя: «О чем они думали?» Ну, ответ заключается в том, что они вовсе не думали, а лишь инстинктивно реагировали на стимулы «дерись или беги» в своем мозге, без обучения или понимания того, как выжить.

Если вы когда-либо видели, что кто-то под алкогольным или наркотическим опьянением делал что-нибудь странное, то вы заметили, что он похож на человека, который реагирует на высокий уровень стресса, потому что мозг имеет дело с химическими веществами, которые нарушают способность мыслить ясно. Адреналин — очень мощный химикат, и когда он сочетается со страхом и неожиданностью, вы можете наблюдать реакции, похожие на действия человека, одурманенного алкоголем или наркотиками.

Адреналин — очень мощный химикат, и когда он сочетается со страхом и неожиданностью, вы можете наблюдать реакции, похожие на действия человека, одурманенного алкоголем или наркотиками.

Итак, теперь вы видите, что простая задача — преодолеть что-либо, защитить вас или замаскировать от атакующего — может стать сложнейшей, если вы не готовы к ее решению. Если вы не готовы, вы, скорее всего, станете жертвой. Представьте, что вы пытаетесь избежать атаки или убежать от атакующего. Вы должны подготовить свой ум; но самым сложным выбором в активной насильственной ситуации станет то, что мы должны обсудить дальше: бой!

Глава 10. Бой

Несколько лет назад у меня состоялись две уникальные встречи в фойе студии Fox News, пока я ждал выхода на шоу Шона Хэннити. Одна из этих встреч — с легендой бокса в супертяжелом весе Эвандером Холифилдом, а другая — с легендой смешанных боевых искусств Чаком Лидделлом. Между ними было поразительное сходство: оба очень спокойны, не слишком болтливы и не высокомерны.

Я немного занимался боксом в колледже, и я немного поучаствовал в боях, не связанных с каким-либо видом разрешенного спорта. Я привычно постоянно анализирую различные аспекты жизни, а также поведение окружающих, и поэтому могу однозначно сказать вам: когда большинство людей сталкивается с необходимостью боевых действий, они больше похожи на павлинов, участвующих в ритуале спаривания, чем на таких людей, как Холифилд или Лидделл на ринге. Люди не хотят сражаться и, как правило, желают, чтобы другой человек просто отступил. Это никак не может сравниться с ситуацией, в которой опытный боец сражается с другим опытным бойцом, когда им нужно идти вперед и не отступать. Когда борются обычные люди, их основная техника — это, как правило, пустая болтовня и выпячивание груди.

Опытный боец может выбрать вариант «отдать кошелек и не драться», но то, что у него есть опыт принятия решений при высоком уровне адреналина, а также опыт реагирования на человека, который хочет причинить ему боль, значительно повысит его способность оставаться эмоционально стабильным и ясно мыслить.

Давайте проведем эту аналогию еще дальше. Если представить себе обученного бойца смешанных боевых искусств, который стоит со своей девушкой у банкомата, и представить, что к ним подходит незнакомец с пистолетом и приказывает отдать ему деньги, вы согласитесь с тем, что реакция бойца будет отличаться от реакции человека, у которого нет никакой подготовки. Опытный боец может выбрать вариант «отдать кошелек и не драться», но то, что у него есть опыт принятия решений при высоком уровне адреналина, а также опыт реагирования на человека, который хочет причинить ему боль, значительно повысит его способность оставаться эмоционально стабильным и ясно мыслить.

Я не экстрасенс, но при некотором осмысленном анализе мог бы предсказать, что гражданский человек, который не обучен искусству сражаться и который, возможно, действительно никогда в своей жизни не был в настоящем бою, не будет реагировать с тем же уровнем эмоционального контроля и четкости мышления. Я видел, как некоторых из краснобаев валили с ног, потому что они увлеклись пустыми разговорами и по-настоящему полагали, что другой человек смягчится. Гордость часто сопутствует этим хвастливым маневрам, но представьте себе, что противник направляет на такого энергичного болтуна оружие. В большинстве случаев вы увидите полный разворот в поведении, потому что болтун знает, что чаша весов битвы теперь склонилась в пользу противника. А еще он почувствует такой комок в горле, что ему будет трудно дышать. Если страх не пройдет быстро, то человек, который изначально был лауреатом премии «Оскар» в номинации «Лучший трепач», испугается так, что и на ногах-то едва будет стоять.

При обсуждении подобного опыта с вами я нахожусь в более выигрышной позиции, потому что я сталкивался с пистолетом дважды — во времена моего детства и на агентской службе в ФБР. Однажды под дулом пистолета находился невинный, неподготовленный мальчишка, в другой раз — опытный атакующий, боевой специалист, полностью обученный тактический защитник, вооруженный до зубов и готовый сражаться.

Будучи родом из очень бедной семьи, живущей в горах Озарк на севере штата Арканзас, я воспитывался с тремя сестрами и без братьев. Излишне говорить, что чувство юмора у меня выработалось очень быстро, как и у всей моей семьи. Мне было около десяти лет, и одна из подруг моей старшей сестры собиралась переночевать в нашем доме. Было уже поздно, а ей еще нужна была одежда для следующего школьного дня. Моя сестра немного старше меня, поэтому она и ее подруга привыкли ложиться спать позже, чем я. Но меня они любили (когда не мутузили) и поэтому спросили, хочу ли я пойти с ними за одеждой. Конечно, я сказал «да». Полдесятого вечера, лето в Арканзасе, около 30 градусов, гулять — одно удовольствие.

Короче говоря, когда мы пришли в дом подруги моей сестры, все спали. Учитывая, что это был Арканзас где-то 1979 года, двери не были закрыты. Это был ее дом, мы спокойно вошли внутрь и поднялись наверх. Когда мы поднимались по лестнице, моя сестра с искрометным чувством юмора прошептала: «Так, сначала берем все ценное» — и хихикнула. Я увидел в коридоре у стены кресло и сел в него, так как помогать им выбирать одежду для школы мне было неинтересно.

Я сидел, спокойно размышляя о своих делах и думая о том, о чем думает десятилетний ребенок, а потом, подняв глаза, увидел дуло револьвера 38-го калибра в двух футах от моего лица. Отец подруги, к сожалению, услышал шутку моей сестры и, по-видимому, подумал, что в дом проникли грабители, что было действительно интересно, потому что за все мое детство в этом городе не было ни одного ограбления.

Два воспоминания об этом мгновении глубоко запечатлелись в моей голове. Я помню, что я застыл от страха, не мог двигаться или говорить. У меня буквально отключился мозг — я просто почувствовал ужас. И еще одно: по сей день, более тридцати семи лет спустя, я могу закрыть глаза и представить размер отверстия ствола стального монстра, который смотрел на меня невероятно строго; я даже как-то исхитрился увидеть внутри него нарезку, которая вилась до того места, откуда пуля отправляется в свой вояж.

Пока хозяин дома кричал на меня, я хотел объяснить ему, кто я такой, но буквально не мог говорить. Когда девчонки услышали суматоху и выбежали в коридор, я сидел, плакал и дрожал, задаваясь вопросом, что со мной будет. Но — ирония судьбы! — в дальнейшем я рос, обожая оружие.

Теперь я взрослый человек и действительно люблю оружие и предоставленную Богом свободу, которую отцы-основатели этой великой страны закрепили в нашей Конституции. Само собой разумеется, что к тому времени, когда я жил в Нью-Йорке и работал спецагентом ФБР, я был очень хорошо знаком с огнестрельным оружием всех размеров и калибров и их конкретным использованием. Мои тактические навыки были отработаны в течение многих лет занятий, обучения и оперативного использования огнестрельного оружия. В первый раз, когда я носил оружие как официальное лицо, я находился в городе Норт-Литл-Рок, штат Арканзас, в Робинсон-Кэмпе, на базе Национальной гвардии, куда я был назначен офицером полиции (а не простым солдатом). Лагерь «Робинсон» был и остается выдающимся подразделением, которое патрулирует базу Национальной гвардии на 33 тысячах акров, и это было отличное место для начала моей карьеры на службе нации.

Я помню, как впервые начал носить этот пистолет, и чувствовал себя гордым, уверенным и одновременно защищенным. С 1997 по 2009 год многое изменилось, я за долгих 12 лет прошел самую сложную в мире военную подготовку, сочетая ее с ежедневной практикой в стрельбе в Федеральном правоохранительном учебном центре в аномально жарком Артисе, штат Нью-Мексико, а затем в Академии ФБР в Квантико, штат Виргиния, где ты и твой пистолет становитесь ближайшими родственниками.

Был 2005 год, и в первый же день работы в ФБР наш главный инструктор по огнестрельному оружию (удивительный человек) бодро объявил нам, что мы отстрелим из «Глока-22» 3000 патронов в течение следующих восемнадцати недель. Студенты уставились друг на друга в изумлении, а некоторые в страхе — они никогда раньше не стреляли из пистолета. Я спокойно посмотрел на курсанта, стоящего рядом, и сказал, что, когда я был в «морских котиках», мы в Институте самообороны Джона Шоу в Мемфисе, штат Теннесси, отстреливали 3000 патронов каждый день в течение месяца. Это был хороший пример уровня подготовки «морских котиков» по сравнению с тренировками правоохранительных органов.

Суть этого долгого исторического отступления заключается в том, что в другую летнюю ночь в 2009 году, на этот раз — в Нью-Йорке, моя группа завершила наблюдение и вернулась в офис. Было около полпервого ночи, и мы выслеживали банду, которая хотела нанести какой-то ущерб конкурирующей группировке по причинам, которые мы здесь обсуждать не будем. Я был за рулем своего микроавтобуса «Форд», ожидал светофора на поворот, когда автомобиль передо мной начал двигаться назад и слегка уткнулся в мой. Затем он повернул налево под красный сигнал. Поскольку я был специальным агентом ФБР, моя работа заключалась не в том, чтобы штрафовать людей и следить за соблюдением правил дорожного движения, — это не было моей задачей. Но я смотрел, как машина разворачивается и быстро паркуется. Теперь она стояла передом ко мне, и, пока я ожидал зеленый свет, я наблюдал за двумя мужчинами, выходящими из автомобиля. Загорелся зеленый, я медленно повернул налево, не отрывая глаз от двух людей на тротуаре, которые кричали на третьего мужчину. Индивид под номером три ринулся бежать, как персонаж из видеоигры Grand Theft Auto, размахивая руками, крича, и именно тогда я заметил, что у одного из двух вышедших из машины был пистолет. Что было в руках у второго человека из машины, я разглядеть не мог.

Я пытался передать по рации, что происходит вооруженное нападение. Ответа не было. «Черт бы побрал это радио, — подумал я. — Когда мне надо — оно вечно не работает». Я снова вызвал коллег, никакого ответа. Позже я узнал, что по неизвестной причине все решили просто выключить свои рации, когда вернулись в офис. Не то чтобы это входило и в мои привычки, но оставим тактический разбор.

Вернемся к моей дилемме. Прямо передо мной двое мужчин-подозреваемых (один с пистолетом) преследовали третьего человека, который бежал так, как будто у него горели штаны, а в его ботинках были острые гвозди. Когда они приблизились к дальнему углу на большом перекрестке, двое подозреваемых схватили третьего человека и начали избивать его. Я нажал на газ моего безбашенного «Форда» и доехал до дерущихся так быстро, что просто не успел включить мигалки. Я должен был мгновенно принять решение и выбрал вариант связи с коллегами. Тщетно. Тогда я въехал на своем фургоне на газон, выпрыгнул из него и быстро вытащил не какой-то там компактный, а свой потрясающий полноразмерный пистолет «Глок-21» 45-го калибра.

Небольшое отступление: когда вы вытаскиваете свой полноразмерный «Глок-21» и вступаете в бой, это чувство сравнимо только с историей Самсона в Библии, когда он убил тысячу человек ослиной челюстью. Это чувство уверенности!

Я закричал: «Покажи мне свои руки» — и, как нас и учили, направил ствол «Глока-21» на того, у которого я заметил пистолет. Я схватил второго атакующего за рубашку и притянул его с такой силой, что он выгнулся назад ко мне, поэтому я ударил его сзади под колени, чтобы привести его в контролируемое положение. Я дополнил охват рукоятки моего «Глок-21» левой рукой, держал оружие твердо, положив палец на спусковой крючок. Ударом левой ноги я поставил парня на колени, сделал шаг назад и повторил свою команду: «Покажите мне свои руки и не двигайтесь!»

Теперь я видел обоих нападавших и их жертву, которая свернулась калачиком, как кровоточащий шар. Нападавший, который стоял на коленях, подчинился и расставил руки, но тот, у кого я видел пистолет, не сделал этого. Он был в четырех футах от меня (примерно на том же расстоянии, на котором находился отец подруги сестры со стволом 38-го калибра у моего лица, когда мне было десять лет). Я еще раз крикнул: «Покажи мне свои руки!» — и, кажется, добавил словцо-другое. Он медленно поднимал руки, а мой взгляд был сфокусирован на его талии и обеих ладонях. Он был в одном мгновении от нажатия мной спускового крючка, от ощущения могущественной силы пули 45-го калибра, размером с упитанного шмеля, который мог прилететь ему прямо между глаз. Я был очень внимателен, был полностью готов убить этого человека, если бы увидел малейший намек на блеск оружия в его руках или на поясе. У меня за плечами были все мои тренировки в лагере «Робинсон», подразделении «морских котиков», Федеральной службе авиационных маршалов и ФБР, и я знал, что, если бы он вытащил оружие, мой выстрел был бы полностью оправдан.

В эту минуту его руки были полностью открыты, а его рубашка поднялась выше его брючной линии, а когда его руки поднялись над его головой, я понял, что у него больше нет пистолета. Я уставился на него, а он уставился на меня, и я приказал: «На землю». Он этого не сделал. Я повторил это еще раз, но он просто уставился на меня. Тогда я заглянул ему очень глубоко в глаза, чтобы понять, о чем он думал, и изменил свою мантру, сказав: «Не беги», но было уже слишком поздно. Его разум уже повернулся и бежал, и поэтому его тело делало то же самое.

Вместо того чтобы в одиночку броситься в погоню, я спрятал свой могучий «Глок-21», поднял на ноги жертву плохого парня, и, поскольку жертва пыталась со мной бороться, я поставил ее лицом к лицу с моим другом, Мистером-На-Коленях. Он, должно быть, хорошо уяснил положение, потому что сделал все, что я ему приказал. В это время прибыла группа по борьбе с уличными преступлениями и помогла мне взять злоумышленника под стражу. Когда его обыскали, то в штанах у него нашли отвертку длиной в один фут с заостренным наконечником. Даже если вы думаете, что у вас все под контролем, может оказаться так, что вы находитесь в одном футе от колющего ранения.

Теперь, держа в вашем сознании все вышесказанное и эти две истории, подумайте, что большинство людей в этом мире подготовлены примерно так же, как и я во времена своего детства — я был просто парализован страхом, когда пистолет нашептывал мне свои ласковые последние прибаутки. Большинство неподготовленных людей будут так же потрясены и не смогут отреагировать на чрезвычайно напряженную ситуацию, в которой возможность смерти близка, как никогда.

Добавьте к этой ужасной ситуации паралича от страха то, что атакующий, систематически убивающий людей, скорее всего, будет куда более спокойно думать о том, чтобы взять человеческую жизнь, чем я в ту минуту, когда держал двух плохих парней под прицелом. У него, вероятно, не будет моего уровня подготовки, но его внимание будет носить животный характер, лишенный сострадания, что выходит за рамки моего мышления, даже если мне разрешают забрать у кого-то жизнь ради дела защиты нашей страны.

Итак, чтобы бороться с плохим парнем или с кем-то подобным, вы к нужной минуте должны иметь по крайней мере некоторый уровень умственной подготовки. Надеюсь, это также будет сочетаться с пониманием того, кто на вас нападает, почему они атакуют и где, когда и как они совершают свою атаку. Если вы привнесете это понимание в бой, вы, возможно, окажетесь победителем такого конфликта, в котором оружие — единственный вариант его разрешения.

Но вам не обязательно быть бойцом спецназа, чтобы использовать мощь насилия. Когда вы будете готовы к бою, вы сможете вступить в него с более ясным умом и лучше понимать все обстоятельства, которые могут сложиться. И если уж вы решили воевать, то действовать нужно сразу, а не как-нибудь потом.

Наконец, как я уже упоминал ранее, «насилие в действии» — это термин, часто используемый подразделениями специальных сил для анализа их психического, агрессивно-деятельного и общего состояний. Но вам не обязательно быть бойцом спецназа, чтобы использовать мощь насилия. Когда вы будете готовы к бою, вы сможете вступить в него с более ясным умом и лучше понимать все обстоятельства, которые могут сложиться. И если уж вы решили воевать, то действовать нужно сразу, а не как-нибудь потом. Анализом возможных сценариев нужно заниматься до боя.

Если бы вы оказались в районе рынка Боро в Лондоне 3 июня 2017 года, когда началась резня и нельзя было убежать, борьба была бы вашей единственной возможностью выжить. Подумайте об этом и спросите себя: готовы ли вы сражаться? Вы — профессор колледжа, читаете лекцию, и вдруг открывается дверь и входит студент, но вместо того, чтобы сесть на место, он кладет сумку на пол и начинает ее раскрывать. Будете ли вы наблюдать за этим, чтобы узнать, яблоко ли у него там для вас или полностью заряженный дробовик, выстрел из которого может снести вам голову? Если вы решите действовать и наброситься на него, то будет ли к этой минуте ваш разум готовым к бою? Поймите, что если вы готовы, но при этом будете ждать удобного случая для вступления в противостояние, ваше преимущество сократится до реакционного ответа, и вы наверняка проиграете эту битву. Однако, если вы сейчас заявляете себе: я хорошо знаю помещение своей аудитории, чтобы понять, что опоздавший студент, остановившийся на пороге, сбросивший с плеча большую сумку и наклонившийся, чтобы расстегнуть ее, делает угрожающий маневр. Я буду бить, хватать, топтать, кусать, выталкивать его, пока угроза не будет устранена. Я буду двигаться без суеты и колебаний, потому что я знаю, что прав в своем анализе. Если вы репетируете это в своем уме, скорее всего, вы полностью нарушите планы злоумышленника в начале его атаки и, надеюсь, подадите пример другим, чтобы они помогли вам. Помните, что большинство массовых расстрелов, которые не связаны с терроризмом, длились примерно три-семь минут, прежде чем правоохранительные органы прибывали на место атаки. Однако, пусть это время и коротко, статистика и вовсе показывает, что большинство жертв становятся таковыми в течение всего лишь первых 90 секунд. Это меньше, чем нужно, чтобы заказать еду в ресторане быстрого питания, но многие люди ежедневно уделяют больше времени и сил тому, чтобы определиться, что они будут заказывать на обед, чем тому, что они будут делать, если следующие 90 секунд окажутся определяющими в вопросе их жизни и смерти.

Победа в бою — это на 25 процентов умственная подготовка, на 25 процентов — предварительная подготовка решения и на 50 процентов — техника.

Победа в бою — это на 25 процентов умственная подготовка, на 25 процентов — предварительная подготовка решения и на 50 процентов — техника. Если у вас есть половина этого уравнения, вы готовы к сражению на 50 процентов лучше, чем большинство людей, которые ходят по этой планете.

Словом, сражайтесь так, как будто ваша жизнь зависит от этого, потому что в ситуации с безжалостным нападающим это, вероятно, так и будет!

Глава 11. Страх — это не подарок

Несмотря на то, что говорят некоторые «эксперты по безопасности», страх — это не подарок. Страх — это эмоция, единственная цель которой — заставить вас сражаться или бежать в минуты сильного стресса и опасности. Неконтролируемый страх может просто заморозить вас, нанося ущерб вашему решению в ситуации «бей или беги». В некоторых случаях страх может заставить вас принимать иррациональные решения, которые приводят к ситуациям столь же плохим, как и исходная, с которой вы столкнулись. Страх — это основное препятствие, которое вам нужно преодолеть, если вы когда-нибудь окажетесь в ситуации нападения. Преодоление страха в стрессовой ситуации — это не то, что сможете сделать легко, это умение, которое вы развиваете задолго до того, как ваш Судный день настигнет вас.

Вот упражнение, которое вы можете попробовать, если хотите. Заполните миску или ведро льдом наполовину, затем заполните ее холодной водой и дайте ей постоять в течение нескольких минут, чтобы вода стала приятно прохладной. Одну вашу руку полностью погрузите в воду и подождите. Настанет мгновение, когда вам нужно будет выбрать: либо терпеть сильную боль, либо вынуть руку из воды. Это точка «бей или беги», и это мгновение может быть очень страшным. Большинство людей убегут или, если говорить об эксперименте, немедленно вытащат свою руку из воды, когда боль от холода начнет подавать сигналы через нервы.

Теперь — тест. Возьмите другую руку и сделайте то же самое, но на этот раз держите руку на шестьдесят секунд дольше, чем вы делали раньше. За эти шестьдесят секунд вы должны попытаться сосредоточиться на том, чтобы громко произнести таблицу умножения, т. е. «два на один равно двум, два на два равно четырем» и т. д. Если вы сможете делать это шестьдесят секунд, вы отчасти испытаете то, на что похоже принятие решения в постоянно меняющейся и страшной ситуации. В сущности, это упражнение демонстрирует испытание усилия воли в стрессовой ситуации, ментальную панику, которую испытывают люди, когда разумом управляет инстинкт «бей или беги».

Преодоление страха в стрессовой ситуации — это не то, что сможете сделать легко, это умение, которое вы развиваете задолго до того, как ваш Судный день настигнет вас.

Теперь представьте, что я постучался в вашу дверь, и когда вы ответили, я взял обе руки и заставил вас опустить их в такое же ведро с ледяной водой, пока я задаю вам ряд вопросов, требующих ответа. Вы будете сражаться со мной, чтобы вытащить руки? Будете ли вы оставаться спокойными и отвечать на вопросы в меру своих способностей? Или вы собираетесь смириться с длительной болью? Скорее всего, вы собираетесь сражаться, чтобы вытащить свои руки или вообще избежать встречи, предвидя ее и не отвечая на звонок в дверь. Однако, если это неизбежно и вам приходится ответить на звонок, вы должны отрепетировать эту ситуацию за несколько дней до того, как это произойдет, чтобы вы, даже испытывая боль, могли спокойно сосредоточиться на задачах, которые вас просят выполнить.

Итак, как вы видите, понимание страха и того, как вы реагируете в стрессовых ситуациях, поможет вам более эффективно и целенаправленно выполнять действия в случае принуждения. Это — планы на случай непредвиденных обстоятельств: все, что вы предвидите, а затем планируете, поможет вам визуализировать ваши движения, чтобы вы были менее склонны к панике, когда придет время действовать. Репетиция этих планов на случай непредвиденных обстоятельств ускорит время реакции и эффективность и поможет вам адаптироваться даже в более сложных ситуациях. Вот о чем эта книга, вот из чего состоит техника Атаки и Защиты.

Когда я писал сценарии к следующим нескольким главам, я не использовал выдуманное имя, потому что хочу, чтобы вы видели в персонаже себя. Представьте себя на месте человека, столкнувшегося с этой предвиденной ситуацией и решившего действовать в соответствии с планом. Смотрите на себя как на кого-то, кто сталкивается с последствиями неготовности. Понимаете, это мой безумный метод. Если я смогу убедить вас представить себя в этих ситуациях, вы будете лучше применять технику Атаки и Защиты при создании своих собственных комплексов цели.

Рассмотрите страх как нечто, что вы можете смягчить, как известную угрозу конкретной цели. Страх — это ваше первое препятствие во время кризиса, следовательно, будучи защищающимся, вы должны потратить как можно больше времени на разработку планов на случай непредвиденных обстоятельств; эти планы зададут вам вектор действий, когда возникнут предсказанные ситуации.

Представьте, что вы боитесь публичных выступлений, но вы настроены сделать важную презентацию на работе. Очевидно, что вы почувствуете беспокойство и стресс, когда увидите множество людей, смотрящих на вас. Чтобы контролировать свой страх, вы должны заранее столкнуться с реальностью и разработать план действий, а не реагировать. Первое, что вам нужно сделать, — разработать схему презентации. Затем вы соберете необходимое оборудование и протестируете его. Далее вы прорепетируете все снова и снова, пока речь не станет идеальной, практикуя дыхательные техники и устраняя нервность в вашей речи.

Вот как вы контролируете страх: действиями, а не реакцией. Вы описываете ситуацию, приобретаете то, что вам нужно, учитываете критические аспекты, а затем репетируете.

В нужный день вы приедете пораньше, настроите оборудование и сделаете еще одно обстоятельное прочтение. Как только аудитория соберется перед вами, вы будете полностью подготовлены, что породит в вас уверенность. Вы протестировали свое оборудование и подготовили резервные раздаточные материалы на случай его отказа, смягчив все возможные непредвиденные обстоятельства во время выступления. Поскольку ваша подготовка была очень тщательной, вы без труда доберетесь в своей презентации к заключению. Вот как вы контролируете страх: действиями, а не реакцией. Вы описываете ситуацию, приобретаете то, что вам нужно, учитываете критические аспекты, а затем репетируете.

Напротив, если вы отложите подготовку к речи, потому что вы слишком заняты или потому, что боитесь столкнуться с необходимостью говорить перед большим количеством людей, этот день будет на сто процентов реакционным. Скорее всего, у вас возникнут сложности с оборудованием. «Плана Б» у вас не окажется, и вы так сильно занервничаете, что не сможете дышать. И лучше бы вашей работе не зависеть от этой презентации, ведь вы ярко продемонстрировали, что происходит, когда вы не можете контролировать свой страх, создавая полностью реакционную ситуацию.

Теперь рассмотрим другой набор обстоятельств, но с тем же потенциалом для подготовки и той же возможностью дать маху, только вместо потери работы вы можете потерять свою жизнь, если не будете подготовлены.

Через месяц вы отправляете свою семью в круиз на Багамы. Это была долгая зима, и весна прийти ей на смену что-то не слишком торопится. Каждую ночь вы смотрите новости и, как и многие, знаете о всплеске террористических атак по всему миру. Большинство нападений случились за пределами континентальных Соединенных Штатов, хотя несколько атак произошли и в США.

Даже если вы осознаете вероятность того, что вы и ваша семья могут быть подвержены нападению во время поездки, вы решаете, что если так оно и случится, то вы будете подготовлены настолько, насколько это возможно.

Как только вы заполните комплекс цели, описанный в этой книге, определив, кто может напасть на вас и вашу семью и каковы их мотивы, вы начинаете фокусироваться на применении своей новой осведомленности к мышлению атакующего. Вы делаете сдвиг, переключаясь в режим защищающегося, предоставляя ответы (планы на случай непредвиденных обстоятельств) на каждую возможную атаку, которую вы обнаружили в критических зонах и в критические времена, которые определили заранее.

Один из секторов, которые вы считаете критическими, — это аэропорты. Вы изучаете историю недавних террористических атак и то, что аэропорты являются одной из новых предпочтительных целей атакующих из-за объяснимого скопления людей, предсказуемых уязвимостей и незащищенных возможных путей нападения. Посмотрев на тактику, используемую в многочисленных атаках в аэропорту, вы заметили, что почти все из них были стрельбой, которая происходила на пункте досмотра пассажиров и вблизи него. Поскольку вы часто путешествуете, вы точно знаете, где размещаются пункты досмотра, и хорошо помните порядок прохода через них.

Таким образом, используя точку зрения защищающегося, чтобы рассмотреть способы уменьшения времени вашего пребывания в критической зоне в аэропорту, вы определяете эти критические зоны: пункт сдачи багажа в зоне вылета и пункт досмотра пассажиров с той стороны, где вы кладете свою обувь и ремень от брюк на ленту конвейера.

С помощью этой информации вы разрабатываете следующие шаги в завершение комплекса цели, который вы распечатываете для всей своей семьи с условием обязательного прочтения.

Тактический план аэропорта для всей семьи

Шаг 1 — Мы надеваем одежду, которая не требует ремней.

Шаг 2 — Все надевают обувь, которую можно быстро снять.

Шаг 3 — Один член семьи несет всю электронику и ценные вещи (кошельки, портмоне и т. д.). Сотовые телефоны у всех остаются.

Шаг 4 — Тот, кто несет электронику, будет первым в очереди, чтобы все важные предметы оказались в безопасной зоне, если возникнет опасная ситуация. Кроме того, это предотвращает разброд наших важных и ценных вещей на конвейерной ленте. Этот человек будет держать свой телефон вместе с другим электронным оборудованием, но все остальные в группе положат свои телефоны в свои корзины, когда они будут готовы пройти. Последний человек в группе будет держать свой телефон в руках как можно дольше, пока другие не пройдут досмотр. Таким образом, по крайней мере один телефон будет находиться по обе стороны от пункта досмотра по мере прохождения семьи. Если группа будут разделена, то возможность связаться останется.

Шаг 5 — Все будут в обуви до тех пор, пока не понадобится ставить ее на конвейерную ленту. Когда все будут готовы, они снимают обувь и помещают ее в один ящик, с которым пойдет человек номер два из группы.