За бортом 2

Свернутая в бесконечную, уходящую вглубь воды конструкцию, она совершенно непредсказуемо, то сжималась, то так же неожиданно выпрямлялась. Вкупе с плавными изгибами и легкой дрожью основной, внутренней части линии, все это движение создавало видимость некоего живого организма — словно бесконечная змея, начинавшаяся где-то в бездне и тянувшаяся до поверхности воды. К слову, «пружинка» оказалась зеленой: такой цвет присутствовал в его «снах», так что Гриша немедленно вернулся в рубку и начал погружение вдоль зеленовато-серебристой линии — парень чувствовал, что нашел очередной «винтик», который поможет ему открыть секрет древней портальной сети. Да и сама находка радовала своим расположением — до материка всего лишь шестнадцать суток пути в надводном режиме — это не три месяца тащиться от края бакенной зоны, поэтому с улыбкой внес координаты места в свою нейросеть, в памяти ВМ такую информацию не сохранял. Особенно теперь её следовало оберегать, учитывая факт того, что и здесь обнаружились местные хакеры, могущие влезть в его умника — а голова по любому оставалась самым надежным хранилищем личной информации.

Немного напрягала, правда, глубина залегания этой точки — согласно карте глубин, здесь почти шесть километров, а это максимум для его корабля с включенным щитом — но успокаивал себя тем, что производитель всегда страхуется и указывает заниженные данные, поэтому щит должен иметь запас мощности в пару процентов по глубине погружения. Пройдя отметку три километра, включил защиту, и ВМ стал время от времени присылать ему на нейросеть отчеты о ходе погружения и состоянии бортовых систем, дублируя информацию на один из боковых экранов рубки. Хоть логически это было излишним, но не отвлекало на просмотр сообщений, поэтому моряк специально не отключал данную опцию.

— Четыре тысячи двести, реактор на 56 % мощности, отдача эмиттеров 39 %,… четыре тысячи пятьсот…

Поздравил себя с тем, что нашел маячок ночью и принимал пищу относительно давно — тошнотная реакция его собственного организма на переносы злила моряка, но поделать с этим он ничего не мог — поэтому сейчас надеялся на более-менее безболезненное перемещение с полупустым желудком. После пяти с половиной тысяч метров ощутил мелкую вибрацию корпуса лодки, не говоря о температурных щелчках и потрескиванию обшивки — к ним уже давно привык, а вот вибрация… наверняка это связано с нагрузками на эмиттеры, которая постоянно растет. К отметке пять восемьсот подошел через два часа погружения — корпус вибрировал, но ВМ молчал — очевидно, ничего критичного не происходило, по его мнению, хотя сам факт такого дрожания моряка озадачивал. В базе не имелось точных данных по такому явлению, а сравнить ему было не с чем, понятное дело — это ведь его первый гибрид с силовой защитой. Точную отметку дна в этом месте его бортовой эхолот определил как четыре тысячи девятьсот сорок метров — в этот раз смог даже рассмотреть место расположения портала, когда спустился до контрольной глубины и там завис. Дно вокруг невидимой пока воронки портала оказалось покрыто странной растительностью высотой до десяти метров — в свете донных прожекторов он наблюдал нечто такое, что напоминало деревья зимой — гладкие стволы и куча голых ветвей на них без «листвы».

Присутствовала здесь донная живность, но особо обратил внимание на резкое разграничение зоны переноса и остального дна — явно прослеживалась окружность, внутри которой ничего не росло. Живые обитатели глубин плавали туда-сюда, это да — но растений в этом круге не росло никаких. От изучения дна отвлекла нейросеть, сообщив о внешнем подключении — почти уже на автомате согласился, получив диаграмму меню портала. На этот раз решил все-таки рискнуть и выбрать тот цветной лепесток, который ему так навязчиво предлагали в его снах. Диаграмма моргнула, получив мысленное подтверждение от разумного, выдала очередной набор нечитаемых символов и пропала, а Григорий стал спускать лодку на самое дно, ориентируясь на центр условной окружности, озабоченно наблюдая за параметрами работы бортовых систем «Зоноса», особенно за щитовой группой. И снова все повторилось:

— Неконтролируемое погружение,… внешнее воздействие на корпус, реактор на 89 % процентах мощности, отдача эмиттеров 93 %,… глубина… — столбцы информации бегали по экрану перед глазами моряка.

А затем Григ почувствовал, что в этот раз что-то идет не так: резко навалилась тошнота и слабость, в глазах моргнуло, а потом он выпал из кресла на пол и потерял сознание, не успев толком ничего подумать или приказать своему ВМ. И снова он в этом непонятном сне, снова общается с неким голосом, но в этот раз общение оказалось коротким: показали в очередной цветной сектор диаграммы портала, затем она неожиданно взорвалась в его голове тысячами разноцветных искорок, а голос на сей раз звучал с оттенками удовлетворения и довольства. Пробубнев на прощание пару непонятых ему фраз, неизвестная личность замолкла, а Григ тут же пришел в себя, что его, впрочем, не особо обрадовало. На этот раз его опять стошнило, хоть особо и было нечем — в ушах странное ощущение глухоты, сквозь которую пробивался голос его ВМ — обратил внимание, что зрение плывет, так как рассмотреть параметры работы «Зоноса» на экране не мог. Но все негативные моменты прошли в течение следующих пары минут — ВМ прислал к нему уборщиков, а моряк стал стаскивать с себя испорченные блевотой шорты и майку, думая параллельно о том, что таинственное нечто его надуло, затянув обманом в этот чертов переливающийся всеми цветами радуги сектор. Затем до сознания дошел бубнеж умника:

— Глубина восемьсот метров, реактор на 11 % мощности, эмиттеры отключены, корпус в норме, все системы в норме,… какие будут указания, капитан?

Не дав своему носителю осознать последнюю фразу бортового компьютера, неожиданно моряка отвлекла нейросеть, отправив человека в короткий ступор уже теперь своим сообщением:

— Загружена база знаний «ХХХ ХХХ ХХХХ ХХХ»,… загружена база знаний «ХХХХ ККК НННН»,… успешно. Начата распаковка приоритетных пакетов информации, очередь изучения приостановлена. Примерное время до усвоения пакетов приоритетной информации… один час,… 59 минут 59 секунд, 59 минут 58 секунд… — счетчик нейросети начал обратный отсчет не пойми чего.

— Не понял?! — замер человек, открывая каталог «Базы» в своем симбионте, где удивился в очередной раз — это что еще за фокусы…?

Судя по тому, что он видел, ему что-то закачали в нейросеть, пока он кратковременно был без сознания, и это что-то сейчас успешно загружалось ему в мозг — но хуже всего было тут то, что возле обоих пакетов с нечитаемыми названиями отсутствовали кнопки «Пауза». То есть нечто, что было ему неподвластно в собственной голове, успешно распаковывалось в его нейросети, не спрашивая носителя — а хочет ли он этого вообще? Потоптавшись на месте и поняв, что ничего в данный момент изменить не в силах, вспомнил, что надо идти в душ — от тела несло кислятиной, а рядом под ногами суетился мелкий дроид, утилизируя его исторгнутые продукты и загаженные шмотки заодно…Душ, стакан тоника — организм быстро пришел в себя, Григ оделся, и вскоре уже сидел в рулевом кресле, рассматривая панель состояния субмарины — лодка висела над самым дном, но взгляд упирался в показатель глубины — всего восемьсот метров, а ведь нырял на шести километрах!

— Всплывай! — приказал кораблю, а сам прикрыл глаза и огляделся, снова удивившись — в этот раз путеводная нить портала никуда не пропала, а продолжала медленно изгибаться в его внутреннем зрении, уходя ввысь к поверхности.

Вероятнее всего, именно этот «цветной» портал работал в другом режиме, и моряк надеялся, что непонятные две базы, которые он сейчас изучает против своей воли, смогут приоткрыть завесу над этим феноменом. Кроме того, обратил внимание на цветовое оформление нити: это был скорее жгут из множества разноцветных линий — они гнулись, изгибались, сжимались-разжимались, дрожали и так далее — все было красиво до жути и в этот раз интересно. Всплытие ничего не дало в смысле ориентации — ВМ сообщил, что навигационная сеть отсутствует, и Гриша полез наверх, захватив с собой приборы для ориентирования по светилу и сторонам света. По поверхности бежала легкая рябь, дул приятный ветерок, «Зонос» стоял без движения посреди мирного океана — солнце время от времени пряталось между быстро бегущих по небу облаков, но данные парень снял все же. Обработав через ВМ полученные замеры, понял, что находится диаметрально на противоположной стороне планеты, если брать за точку отсчета материк.

— Здесь я точно один, тут никто не плавает, слишком далеко для добычи, нет смысла так далеко гонять! — подумал Григорий, осматриваясь вокруг — зато те же широты, одеваться теплее не требуется!

Рядом прошел косяк большой рыбы, отдельные особи которого выпрыгивали из воды, показывая большое и мощное тело — рыбак же проводил этот табун равнодушным взглядом, отметив в глубине сознания почти автоматически, что мимо него только что проплыло несколько миллионов кредитов. Желания что-то ловить или делать, как и желания снова нырять не имелось совсем — следовало подождать немного, пока выучатся неизвестные чужие базы, а потом уже строить какие-то планы. Время убил за легким перекусом, ожидая окончания учебы, в какой-то момент ощутил в голове, будто бы там разошлась легкая волна, словно освежив мозг своей свежестью, и вслед за ней нейросеть прислала несколько сообщений, почти одинаковых по содержанию.

— База «Языковый пакет цивилизации Аурум» усвоена, база «Портальная схема внутрипланетной сети № 345-КК-220-45С» усвоена. Очередь изучения восстановлена.

Глава 6

— Вот это я отгрёб! — чуть не поперхнулся в этот момент наш герой куском мяса, который пережевывал — хм, а что это такое «аурум», мне кажется, это слово я откуда-то знаю… Если память мне не изменяет, то это вроде на Земле так хитро называли какой-то металл… серебро вроде,… или золото, а, неважно! Важно то, что я теперь, по идее, должен понимать все то, что мне пишет этот портал, да и схема должна сидеть в голове, ну-ка, ну-ка… ВМ, опустись обратно на шестьсот метров в ту точку, откуда всплыл, а я пока разберусь с этим подарком в своей голове. Кстати, вот еще один неразрешимый вопрос — как оно мне в голову пролезло без моего согласия, еще и этот странный статус получило «приоритетный пакет информации» — я с таким не встречался еще…

Гриша стал осваивать то, что называлось «Портальная схема…» — язык изложения ему теперь был понятен и чуждые ранее закорючки теперь складывались в понятные слова и фразы. Ничего в схеме о самой цивилизации Аурум не было, только то, что это детище создано именно ними и всё! Для каких целей, зачем и почему — об этом тоже ни слова, правда, был странный намек на контрольный монитор доступа стартового узла сети — под стартовым узлом сети понимался именно этот портал, возле которого сейчас находился «Зонос». Под понятием «стартовый» имелось в виду то, что это первый портал сети данной планеты, с него начиналась сама портальная сеть и, что самое главное и сногсшибательное: из этой точки можно было попасть на следующую планету, то есть в такой же стартовый портал уже другой звездной системы под номером № 345-КК-01-111С, что бы этот номер не означал. Григ несколько секунд осмысливал эту фразу, пока до него не дошел её сакральный смысл: он может покинуть Стор в любой момент, следует лишь разобраться с функционалом устройства переноса, хотя система обучения посредством нейросети и здесь сработала на отлично.

Непонятно как, но нейросеть, изготовленная в современном Содружестве, прекрасно отзывалась на запрос контакта со стороны древних портальных врат — наверняка таинственная цивилизация Аурум тоже пошла по пути вживления в свою голову (или что там у них вместо неё) нейросимбионтов — у Григория не существовало другого объяснения этому факту. Никаких описаний принципов работы, только перечисление опорных пунктов планетарной сети, порядок выбора и подтверждения пункта назначения, координатная сетка зон переходов, ограничения по массе и габаритам перемещаемых объектов — в общем, ничего особо важного и секретного. Отдельно шло описание всех тридцати шести точек переноса: глубина расположения, работоспособность — если с последним все было более-менее ясно, то по глубине залегания портальной арки — все они делились на пять зон безопасности. Связано это было с тем, что разумный (разумные) могли перемещаться как индивидуально, так и в технических средствах — как в его положении скутеры или его «Зонос», но не везде глубина могла быть безопасной для такого разумного. Что понял Григ из этого: серебристый (или серый) цвет лепестка — зона залегания портала находится на глубине до четырех километров, что уже подтверждалось его персональным опытом нескольких переносов — лишь стартовый лепесток, тот, что обозначался сменяемой цветовой гаммой, располагался так мелко.

Почему так, база ответа не давала, возможно, он найдет ответ в меню стартового узла, но это чуть позже, когда разберется с новой информацией в голове. Второй по глубине залегания точки переноса считался зеленый цвет — тут моряк вспомнил, что нырял он как раз там, где струна была с примесью зеленого цвета. База утверждала, что зеленый цвет предупреждает путешественника о том, что точка перехода расположена на глубине между четырьмя и шестью километрами. Соответственно, потом шел синий — до восьми километров, желтый — до десяти километров, и замыкал список красный цвет — более десяти километров, что в условиях Стора означало до двенадцати километров. Подсознательное чувство опасности, внушенное парню в тех снах, его не обмануло — если бы он выбрал красный сектор, или даже синий, то его «Зонос» раздавило бы, так как для этой техники шесть километров со щитами являлось пределом. Черный цвет, как и думалось ранее, означал неисправность или ремонтные работы, что для потенциального пассажира портала значило одно и то же.

— Ладно, с этим разобрались, удачное приобретение — улыбнулся Григ своим мыслям, развернув трехмерное изображение Стора с нанесенными на него отметками портальных врат — сейчас получу от данного узла меню и совместим карту с реальностью…

Стартовый узел послушно выдал секторальную диаграмму выбора — здесь также имелись различия с тем, что ему предлагали те узлы, где его «Зонос» уже побывал. Кроме тридцати шести лепестков схемы, узел предлагал портал для перехода на сеть с номером № 345-КК-01-111С, а также, что особо обрадовало парня, небольшой пакет информации о смежных портальных сетях — вышеупомянутой и сети планеты Стор, которая тоже имела длинный цифровой номер. Этот пакет он сразу же закачал и изучил вне очереди — по сути, там информации было как в базе третьего ранга Содружества, так как потратил на усвоение всего десять минут. Информационно, изученный материал давал краткую характеристику соседним планетам в межзвездной сети цивилизации Аурум — своего рода туристическая памятка путешественнику. Данные о планете Стор (или № 345-КК-220-45С) не принесли ему почти ничего нового о мокром мире — все это он уже давно знал из изученных ранее баз, выпущенных в Содружестве — добавилась лишь схема расположения порталов, что, по сути, дублировало базу «Портальная схема…».

Соседний мир (относительно, конечно же) описывался как холодный и мелководный, с площадью водных просторов до 43 % от общей площади поверхности планеты. Максимальная глубина залегания порталов там оценивалась всего в четыре километра, а стартовый узел располагался вообще на «детской» глубине в четыреста метров. Также в пакете шла странная информация-предупреждение, заставившая задуматься моряка: древние существа, а по-другому Григорий их не мог назвать, так как не ясно было, как они выглядели — возможно, это были водоплавающие ящеры, а возможно и обычные гуманоиды, похожие на него. Так вот, создатели сети предупреждали своих (и таких потенциальных счастливчиков, как наш Григ) путешественников о поддержании полного инкогнито точек сети, самого её существования и невмешательства в жизнь аборигенов планеты, где располагается портальная сеть. В общем, от «прыгуна» требовалось не светиться перед местными, не идти с ними на контакт, не помогать и вообще не вмешиваться в жизнь планеты ни при каких обстоятельствах — Григорий несколько раз прочел небольшой отрывок текста и подумал, что оно, по сути, очень правильное, это предупреждение. Ведь даже он, соберись перебраться по цепочке телепортов куда-то дальше, может вполне так себе напороться на цивилизацию уровня палки и колеса, или же попасть на более развитую планету с более высоким уровнем развития, чем современное Содружество, что будет для него иметь плохие последствия, вероятнее всего.

— Странно, на двух соседних планетах,… хм, соседних ли? Так вот: все порталы под водой, а между тем на этой вот с цифрой 111 в конце, суши больше чем воды — а почему так? Скорее всего, логика тут не связана с приоритетностью воды для создателей портальных сетей, этих аурумцев, нет — логика скорее в том, что под водой такой гигантский механизм легче спрятать от аборигенов, да и не каждому дано увидеть сигнальную нить портала! Хотя, думается мне, что эти аурумцы были все же ближе к воде, чем к суше по своей физиологии — это, конечно только мое предположение, но тенденция как бы намекает… Кстати, надо посмотреть, что у нас тут имеется — прыгать на соседнюю систему боязно, тем более, тут написано, что планета относится к разряду холодных, открытая вода есть только в экваториальных широтах,… успею еще, надо тут сначала разобраться!

Гриша развернул объемную схему сети Стора, полученную от механизма портала и задумался: три черных, то есть неработающих точки располагались возле Северного полюса, вблизи материка — что его крайне огорчило, ведь точка была очень близко к нему, не более двух суток хода. Третий неработающий портал располагался в районе подводного ущелья с глубиной в десять с половиной километров — в любом случае, для «Зоноса» там смерть, хоть бы точка и работала. Особо заинтересовали три узла, расположенные немного дальше от материка, чем неработающие черные — с одним местом он был уже знаком — оттуда он прыгнул на стартовый узел системы, две другие находились условно на юг и север от материка, десять и одиннадцать суток хода в надводном режиме соответственно. По глубинам: зеленый и синий лепестки — синий ему пока не подходил, а вот два зеленых открывали перед ним, фактически, метро — вместо нескольких месяцев утомительного однообразного плавания, он сможет теперь добираться до материка за десять, тире шестнадцать суток, если пользоваться тем порталом, откуда нырнул последний раз.

— Хм, а если я попаду на цивилизованную планету одного из государств Содружества? — думал Григ, рассматривая схему — наверняка придется столкнуться с такими атрибутами государственности, как полиция, береговая охрана, военный флот… Мой «Зонос» даже маленькому вооруженному катеру на один зуб — это очень сложный момент, тут надо еще хорошенько подумать, как в таком случае надо просачиваться — а то догонят, поймают, вытрясут инфу и всё — прощай свобода! Эти длинные цифровые обозначения планет мне ни о чем не говорят: под любым набором цифр может оказаться как пустая, дикая планета, так и центральная планета одного из государств Содружества, или еще хуже — высокоразвитые чужие, которых я могу даже заинтересовать с точки зрения вкусовых качеств своего тела! Что-то я резко обрадовался этому приобретению — как бы в клетку не угодить на выходе… Думаю, следует поинтересоваться базами по обжитым планетам Содружества — если я ничего не путаю, там порядка трехсот шестидесяти миров, включая фронтир и протектораты — можно будет хоть по географическому описанию планет попробовать сравнить. Вот взять к примеру соседку, № 345-КК-01-111С, холодный мир, многовековые паковые льды на полюсах, открытой воды не более 25 % от всей океанской поверхности, да и то в, экваториальных широтах, как выдает портал инфу — наверняка таких немного в Содружестве, хоть примерно попробую предположить куда меня выбросит. Хотя, наверняка эта портальная сеть существует несколько тысяч лет, если не десятков — за это время планеты могли, как уйти вперед в развитии, так и регрессировать после каких-то катастроф. Эх,… не так случилось, как хотелось — секрет оказался с двойным дном,… а как все красиво начиналось… звезды, путешествия!

Размышляя таким образом, Григорий утверждался в мысли, что спешить с межпланетными переходами не стоит — неизвестность пугала, что ни говори, а кроме того, никакой информации о цикличности работы межзвездного портала или его полной или неполной функциональности не имелось у моряка. Он уже знал, что внутрипланетный портал заряжается в течение суток, а если он застрянет на другой планете — что тогда: где найти провизию, расходники для медкапсулы, если мир окажется диким или мертвым, например, или еще хуже — после глобальной катастрофы. Вот вынырнет на поверхность, а там радиация зашкаливает и состав атмосферы такой, что сидеть ему в таком случае только на глубине и ждать, когда портал снова перезарядится? В общем, Григ решил не покидать Стор, а для начала изучить информацию об обжитых планетах Содружества, и уж потом что-то думать — к тому же следовало провентилировать вопрос гибридных кораблей, как средств передвижения на планетах Содружества. В смысле: продают ли такие модели, как его «Зонос», к примеру, или это стандарт только для штормового Стора, и что будет, если он появится на таком корабле на одной из таких планет — ведь фактически, он сейчас должен сидеть на Сторе и не покидать его почти сорок лет — насколько такие перемещения будут безопасны для него в юридическом плане.

Хотя, анализируя изученные базы по юриспруденции, приходил к мнению, что если ты не преступник и к тебе никто не имеет серьезных претензий и не ищет активно, и никому ты по кредитам не должен, то особо твоя физиономия никому и не интересна. Кстати, о кредитах: в Содружестве к неплательщикам относились очень жестко, с деньгами тут лучше было не шутить. А еще Гриша думал над проблемой навигационной сети бакенов: наверняка через них мог вестись учет и отслеживание за перемещениями гибридов по поверхности планеты. Не возникнет ли как-то в один прекрасный момент у некоего гипотетического персонажа, имеющего доступ к таким данным, вопроса: а как этот «Зонос» появился в зоне действия конкретного буя, если на соседних бакенах его не зарегистрировала автоматика — он что, по воздуху летает? В этом вопросе Григорий надеялся, что никто на Сторе такой ерундой голову не морочит — вот за порчу имущества наверняка бы спросили, ведь тут все просто — засекли последнего, кто был возле буя до его внезапной поломки, и сразу возникает претензия в размере какой-то крупной суммы, чтоб на будущее было неповадно ломать! А следить за перемещениями — нет, увольте, это глупо! Маловероятно, тем более что в океане, по сути, законов нет, за порядком следят лишь кое-как на материке — вон корабли постоянно пропадают с регулярностью шторма и что? Конечно, часть пропадает по вполне естественным причинам: зазевался и тебя сожрали, или выпал за борт и тебя тоже сожрали, если сам утоп по пьянке и тебя опять же сожрали, или тебя протаранили и по концовке тоже сожрали,… ну и все такое.

Но всем плевать на то что делается за пределами рейдовых зон портов — хоть пиратствуй, главное, чтобы тебя с берега не засекли в этот момент — так что Гриша обдумал непонятный для себя момент и успокоился — вряд ли ему кто-то будет задавать лишние вопросы, не та тут цивилизация, чтобы приставать к колонисту на пустом месте, могут и неправильно отреагировать… Отсутствие в продаже оружейных модулей, личного ручного оружия, да даже и просто баз военной направленности — все это сдерживало негативные процессы в обществе Стора. Но, как показала даже его короткая годовая практика плаваний по океану, людей это не останавливало — находились энтузиасты и умельцы, превращавшие обычные предметы лова в нестандартное, но смертельное оружие. И даже сам Гриша думал, что применит без раздумий то, что прикопал себе в виде трофеев, ибо лучше кого-то убить, чем быть убитым самому! Потешив свое самолюбие собственной крутостью, моряк решил вернуться к океану и заняться своим прямым делом — теперь вопрос доставки свежего сырья не стоял,… ну, или стоял, но если не сильно отдаляться от портала, то вполне можно ловить в любом месте планеты. И здесь очень неплохо под его планы подходило конкретно это место: неглубоко, океан разной живности, тропический пояс — Григ принял решение дождаться ночи и устроить ловлю на свет, а в этом направлении наиболее интересной добычей виделись ему летучие рыбки, как хорошо оплачиваемый деликатес, кстати.

Проверил свое оснащение — для ловли летунов по методу земных туземцев требовалось: корабль с включенными прожекторами-приманками — имеется сейнер «Зонос». Сеть для растягивания вдоль оси корабля для предотвращения перелетов ценной живности через палубу — имеется. Ёмкость для сбора пойманной сетью добычи: два основных проточных контейнера по 162 кубометра каждый — имеется даже в избытке, так как Григ не думал, что сможет наловить так много, ведь это все-таки не косяк тралить. Не имеется: сама летучая рыба, но это пока, еще не вечер… разгар ночи застал моряка за сканером живых форм — он проверял пространство вокруг себя на предмет мокроногов — ведь придется много бегать по палубе, не хотелось бы, чтобы его оттуда утянуло к себе на обед подобное чудище. Однако к моменту, когда «Зонос» оказался рядом с косяком деликатеса, ничего подозрительного сканер не показывал.

Схема работы оказалась проста как леска: сейнер, включив несколько прожекторов на надстройке, медленно дрейфовал посреди расплавленного серебристого жидкого металла — именно так смотрелся океан в свете ночного светила. Волнение отсутствовало напрочь, что моряк посчитал хорошим знаком, поэтому поверхность спокойной глади выглядела именно так, как видел её наш герой своим обычным зрением. Ночной взгляд не работал: прожекторы оказались очень мощными вблизи — на экранах рубки всё это выглядело несколько иначе, чем в действительности. Для своих целей решил использовать одну из проточных камер — раскрыл внешние створки, а над всей передней частью натянул сеть — она начиналась в десяти сантиметрах над поверхностью камеры и тянулась вверх почти на три метра. Подумал, что выше летяга вряд ли подпрыгнет, ведь сюда следовало добавить высоту борта — это примерно полтора метра, да и ширина корпуса в двенадцать метров тоже должна серьезно осложнить жизнь вкусной летающей добыче. Но, даже если это и не так, у него все равно другой сети такой длины не имелось в запасе!

Если схема с открытым контейнером более-менее работала успешно и сама по себе: рыба влетала в натянутую сеть и летела вниз, то остальную часть носовой палубы постепенно заваливало трепыхающимися тушками летунов — Григу пришлось работать дворником, сгребая шевелящийся ковер серебристых летяг в открытый контейнер вручную. Попробовал использовать роботов и обломался: уборщики оценивали живые рыбины однозначно как мусор и пытались втянуть в себя, работая по своему алгоритму — что совсем не входило в планы моряка. Два ремонтных дроида в своем снаряжении не имели ничего похожего на лопаты или грабли, продвинутые механизмы тоже оказались для парня бесполезными в плане помощи. Работал по часу, затем делал перерыв, когда начинал чувствовать усталость от непривычной физической работы, возвращался внутрь и отдыхал, параллельно прикладываясь к сканеру жизненных форм, проверяя округу на предмет опасных для жизни организмов. Так прошла вся ночь, к концу которой валился с ног от усталости — не помог даже транквилизатор, принятый для борьбы с сонливостью — мышечную усталость он не снимал.

Уходить с мелководья не стал: рыба в замкнутом контейнере имела возможность питаться, так как сечение отверстий позволяло заплывать внутрь разной мелюзге, в неимоверных количествах сновавшей в этом месте, а сама же добыча не могла покинуть клетку. Вода постоянно циркулировала внутри емкости, позволяя рыбе свободно дышать, а не задыхаться в стоячем водоеме. Отоспавшись и попутно подкрепившись, морячок проверил затем размер и состояние добычи и крепко выругался: несмотря на хорошие закупочные цены на такой вид деликатеса, поймал всего двадцать тонн примерно, а это совсем мизер по его прикидкам — следовало поймать что-то еще, а лучше забить чем-то второй контейнер до отказа, тем более что местные воды явно были нетронутыми еще никем из людей. Солнце как раз добралось до зенита, пока он отсыпался после ночной смены, и Гриша снова выругался — отработать всю ночь и заработать всего триста с гаком тысяч — живого летуна брали примерно по пятнадцать тысяч за тонну,… вот уж не повезло, так не повезло. Однако тут же себя одернул: еще совсем недавно он за два-три месяца поднимал всего пятьдесят штук — не стоило так обижаться и хаять судьбу, она не любит очень жадных и может обидеться на неблагодарного моряка!

Осмотр округи посредством сканера показал отсутствие крупных косяков промышленного объема для ловли, а за мелкими гоняться на «Зоносе» можно было долго и безуспешно: как правило, многочасовая погоня заканчивалась для него тем, что перспективный косячок разбивался на несколько мелких и уходил в разные стороны, оставляя моряка ни с чем. По карте глубин совсем рядом находилась пропасть с отметками до двух километров — Григорий решил нырнуть туда в поисках донных членистоногих, которых мог вполне успешно тралить по дну, или даже был вариант накрыть неводом, если будет что накрывать.

— Неплохое поле работы — обрадовался капитан сейнера, когда спустился вниз и стал разглядывать дно, буквально усеянное сотнями шевелящихся толи крабов, толи их братьев по клешне — отличное место я нашел,… пожалуй, начнем!

Для начала прошелся вдоль дна на несколько десятков километров в одну сторону, записывая форму самого дна ущелья — не хотелось бы порвать трал о выступы донных пород или окаменелости местных моллюсков. Ущелье с двух сторон упиралось в более высокие по глубинам плато, чьи отметки колебались от четырехсот до восьмисот метров. На разведку потратил несколько часов, так как точной карты этого места не имелось в базах — пакет предоставлял лишь средний уровень глубин здешних вод, а тем более эта часть океана располагалась максимально далеко от материка и доверия в карте у моряка не имелось. Сам же процесс заполнения второго контейнера растянулся на трое суток: против донных жителей рыболовный трал работал вполсилы, как оказалось в ходе работ — приходилось часто останавливаться и выгружать добычу в приемник, а одно и то же место проходил дважды, так как не всё клешне-подобное братство попадало в сеть с первого раза. К тому же выяснил, что лучше всего получается работать не на ночном зрении, а на прожекторах — яркий свет донных фонарей погружал крабов в краткосрочный ступор, в течение которого моряк стремился затянуть в сеть добычу, пока она в замедленном от ослепления состоянии.

В азарте от такого богатого на ценных крабиков места, остановился лишь тогда, когда контейнер оказался забит до самого верха — тут в голову закралась неприятная мысль о том, что нижние слои крабов все это время находились практически без движения под весом своих собратьев — и в придавленном состоянии там уже могут быть мертвые особи. Поэтому быстро поднялся и направил сейнер в сторону портала — к тому моменту он давно перезарядился, и проблем с перемещением не последовало никаких — подход, зависание на контрольной глубине, определение точки прыжка и подтверждение. Вскоре «Зонос» материализовался в воронке портала, расположенного в одиннадцати сутках надводного пути от материка. Но Григорий всерьез озаботился состоянием добычи во втором проточном резервуаре и особенно нижних его слоев, поэтому идти своим ходом к порту не имело смысла, надо было вызывать транспортный флаер, иначе он потеряет половину своего заработка. Возле буя связался с транспортной службой.

— Хочу заказать удаленный вывоз добычи — у меня двадцать тонн летучей рыбы в отличном состоянии и донные крабы в разном состоянии, общее количество — семьдесят восемь тонн.

— Уточните, что значит «разное состояние»? — переспросили у него на той стороне.

— Сбор проводил почти троек суток, есть подозрение, что нижние слои камеры под давлением своих сородичей подохли — до порта боюсь потерять половину сырья!

— Хорошо, вижу ваши координаты — высылаю грузовой гидроплан, оплата по факту приемки, за вызов транспорта по данным координатам с вас двадцать тысяч кредов, высылаю контракт.

Вскоре связь разорвалась — Григ подписал договор — как оказалось, сумма услуг транспортного сервиса зависела не только от количества принимаемого сырья, но и от удаленности точки контакта по отношению к материку. В данной ситуации двадцать тысяч были копейками в сравнении со стоимостью товара у него в камерах. Чтобы подтвердить или опровергнуть возникшие плохие предчувствия, оделся в гидрокостюм и полез в скутер — следовало внешне осмотреть нижнюю часть проточных носовых контейнеров. Буй дрейфовал на глубине шестидесяти метров от поверхности, видимость отличная — «Зонос» висел на глубине пятидесяти метров, а на поверхности бушевал восьми-балльный шторм, здесь же все обстояло тихо и спокойно.

— Так, с летунами все прекрасно — рассматривал через кокпит скутера первый проточный контейнер капитан — рыба в тонусе, плавающих вверх брюхом не вижу, тут волноваться не о чем. С крабами я конкретно облажался — нижний слой псу под хвост, минимум 20 % добычи погибло… плохо для бизнеса.

Скутер завис напротив второго контейнера, и моряк с сожалением рассматривал неподвижный нижний слой клешне-подобной добычи — азарт и жадность погубили его в этот раз, что было очень обидно, ведь работал не покладая рук почти трое суток. По итогу, когда прилетел транспорт, Григ недосчитался почти 25 % навара от членистоногих.

— Григ Торес, поступила информация от перевозчика — связалась с ним женщина-оператор сервиса — двадцать две тонны летучей рыбы в активном состоянии — триста тридцать тысяч. Пятьдесят тонн донных крабов тоже в активном состоянии — один миллион кредитов, двадцать тонн мертвой органики во втором контейнере — это мы не берем, но можем предложить услугу очистки контейнера — она стоит всего двадцать две тысячи кредов, кроме того, ранее согласованный тариф на наши транспортные услуги — еще двадцать тысяч. Итого, без перегрузки мертвой органики мы вам должны миллион и триста десять тысяч.

Женщина вопросительно посмотрела на моряка, ожидая его решения — Григ согласился, раздумывая недолго — выгружать такой объем лично ему гораздо сложнее, чем загружать — в итоге, сумма выплат снизилась еще на двадцать кусков, а работники транспортного гидроплана принялись резво и умело освобождать его объем от мертвого и бесполезного груза,… все работы заняли два часа. Вскоре он снова остался один посреди океана, а счет пополнился новой суммой, достигнув величины в пятнадцать миллионов и девятьсот тысяч — полюбовавшись на цифру, взял курс на Юго-восточный порт, ведь у него еще есть жемчуг на почти семьсот тысяч кредитов — смысла таскать его с собой не имело. Через декаду он уже входил в портовую зону — снова платный сектор пирсов, так как реализовывать ценные шарики собирался с аукциона, в обход корпораций. Товар пошел тремя лотами: черные горошинки, белые и все остальные — продалось все в течение шести часов, сумма превысила его ожидания, прыгнув до семисот тысяч, обновив персональный счет до шестнадцати миллионов шестисот тысяч кредов.

— В принципе, жаловаться мне не на что — резюмировал моряк итоги короткого похода — за неполный месяц поднял почти два миллиона,… нормально плывем!

Сразу чтобы не забыть, направил свои стопы в нейрокорпорацию — однако вблизи офиса «ТСБ-нейро» изменил свой маршрут, так как, рассудив здраво, пришел к выводу, что покупать именно там новые базы глупо и недальновидно. Ведь всего месяц назад залил у них сорок баз по направленности судов пятого поколения — это почти на двести с копейками суток непрерывного изучения, а тут снова появился и опять начал покупать информацию. Тут могут возникнуть вопросы — зачем ему новое, если старое еще только-только начал учить. И хоть такой сценарий был маловероятен: мало ли, что человеку наедине с океаном могло прийти в голову, но, тем не менее, отправился к конкурентам бриларской конторы. Здесь его еще не знали, так как выбрал на этот раз «родную» по гражданству дивелийскую фирму «Нейроника-Лтд» — национальный монополист на рынке конфедерации Дивели — цены, в принципе, были те же. Контору нашел быстро: опция треккинга, вкупе с загруженной картой городка, вывели его на порог «Нейроники» спустя двадцать минут — девочки тут оказались так себе, если сравнивать с его знакомой подружкой из «ТСБ-нейро».

— Хочу приобрести комплект баз по обжитым мирам Содружества, а конкретно: география населенных планет, климат, общие сведения о подводной фауне и животном мире материков. Государственное устройство — это все интересует меня по всем планетам, в том числе протектораты и условно независимые миры в зоне фронтира, уровень развития цивилизаций,… но главное — это климат и география! Собираюсь после закрытия контракта эмигрировать, домой не тянет, хочу тщательно изучить варианты эмиграции и подготовиться к будущей планете проживания… что можете предложить мне в этом плане, красавица?

— Хм, странный запрос, обычно у нас учат прикладные пакеты, а тут,… но ничего неосуществимого тут я не вижу — девка-менеджер поспешно исправила свою фразу, увидев на лице клиента недовольное выражение. Единственно, хочу вас предупредить, что придется делать индивидуальный заказ — обычно всем хватает и общего курса по Содружеству, а тут потребуется делать подробную выборку. Вы согласны заплатить больше обычного, Григ Торес?

— Вопрос цены тоже имеет значение — кивнул моряк — если пакет окажется по цене выше пятого ранга, то я еще подумаю, надо оно мне или нет?

— Сейчас я скалькулирую сумму,… подождите минутку — дамочка застыла с глупым выражением лица, что означало интенсивную работу с нейросетью — семьсот двадцать четыре тысячи кредитов!

— Ого! — удивился цифре наш герой, он рассчитывал на меньшую сумму — как-то дороговато будет…

— Это индивидуальный пакет — затараторила мадам, не желая упускать клиента — всего триста шестьдесят два изученных на данный момент мира, в готовом виде баз нет, но наша корпорация сделает выборку из разных научных источников, общедоступных образовательных баз и данных местных исследовательских институтов на планетах. Поверьте, это совсем недорого, если учесть объем информации,… знания того стоят! Будем оформлять договор намерений — нам потребуется несколько суток, чтобы свести материалы в один пакет?

Григорий размышлял: с одной стороны, он считал, что сведения о планетах — а никак более этот набор информации не мог быть классифицирован иначе, не мог стоить так дорого. А с другой стороны, информация ему нужна уже сегодня, грубо говоря и нигде более он её не найдет — в конце концов, семьсот тысяч… это не так и много, если подумать — и затем кивнул дамочке, соглашаясь подписать договор о намерениях, ведь эта информация сможет ему хорошо помочь в будущем.

— А вы в турнире будете участвовать? — внезапно задала неожиданный вопрос подруга, как только договор был подписан двумя сторонами — администрация материка решила снова провести соревнования для всех желающих, чтобы слегка выпустить пар из колонистов, там вроде и призы неплохие…

— Что за турнир? — удивился Григ и прикусил губу, ведь он тут уже старичок и должен бы знать такие вещи — я только вчера из рейса.

— А вы посмотрите в инфосети материка, чтоб я чего-то не попутала случайно — там несколько этапов, насколько я поняла идею, но призы мне понравились, хоть я и не владелица гибрида.

Григ решил ознакомиться с новостями в отеле — снял номер на пять суток, рассчитав таким образом: двое-трое суток уйдет на то, чтобы «Нейроника-Лтд» скомпоновала его заказ и еще двое суток уйдет на изучение пакета. По его прикидкам, ранг заказа не должен превышать третьего уровня, поэтому на усвоение должно уйти не более двенадцати часов, в крайнем случае, если потянет на четвертый, то продлит аренду еще — в океан его пока не тянуло, следовало разобраться со своими желаниями. Информация по обще-планетному турниру — смешно, но он так и назывался, хотя учитывая общее число поселенцев Стора, не превышающее семьдесят тысяч человек, слово обще-планетный… звучало несколько пафосно и громко. Суть турнира была в чем: чтобы дать возможность излить свои негативные эмоции в океане и не только, сделать некую отдушину для злых на свою судьбу колонистов, совместная администрация материка иногда проводила похожие турниры для поселенцев. Преследовались две цели: сбить накал взаимных претензий среди одиночек, чтобы люди не пытались как-то калечить или даже убивать соперников — не секрет, что в океане часть пропадающих время от времени кораблей пропадала не сама, а им помогали пропасть…

В общем, стремились дать возможность колонистам оттянуться, предлагая в качестве призов достаточно привлекательные вещи и деньги. Вторая цель, которую преследовали устроители шоу, это развернуть негативные эмоции людей в сторону такого своеобразного спорта: турнир представлял, по сути, троеборье. Ну и в-третьих, развлечь поселенцев, ведь развлечений на планете было маловато. Первым туром шли гонки на своих гибридах — допускались все желающие, участие в турнире бесплатно для всех типов кораблей, хоть плаваешь ты на морально устаревшем сборщике третьего поколения, хоть на модерновом гибриде шестого. Однако в то, что такие уникумы здесь есть, Григорий не верил — идиотов с такими высокими показателями КИ сюда и медом с маслом не загонишь, как ему казалось! Маршрут рассчитывался так, чтобы регата обошла по кругу материк и зацепила несколько бакенов — предполагалось, что время на покрытие всей дистанции должно составлять не менее двенадцати суток. Григ вначале лишь улыбнулся и хмыкнул — его сейнер относился к быстроходным судам, все же он не зря его взял — крейсерская надводная скорость 75 единиц, а это почти вдвое выше скорости любого корабля третьего поколения. Но потом его энтузиазм и ухмылка на физиономии угасли: во-первых, здесь имелись гибриды пятого поколения, о шестом же он ничего не знал — возможно, такая информация просто замалчивалась, но и пятое поколение могло вставить его «Зоносу» пистон по самые кингстоны.

Глава 7

Хотя опять же — выбранная им модель считалась самой быстроходной среди гибридов третьего и четвертого поколений: три проточных камеры, обычный набор жилых помещений, правда, улучшенной комфортности, но главное — две независимые турбины, крутившие два гребных винта. С другой стороны, вспоминая модернизированный своим покойным теперь хозяином «Дролл», могли найтись и такие сборщики, куда их владельцы вложили крупные суммы на модификации, и которые тоже вполне могут показать нестандартную скорость перемещения. В общем, все обстояло не так шоколадно, как думал поначалу моряк — старт своеобразной регаты планировался через месяц — до этого времени организаторы хотели набрать как можно больше участников, в то время как рекламная компания длилась уже третью неделю. Все это время Григорий находился в рейсе и не интересовался новостями — ему и своих новостей в этот раз хватало с головой — как считали в сети, два месяца, это оптимальный срок для всех желающих поучаствовать в мероприятии, ведь приблизительно раз в два-три месяца сборщик возвращался в порт. А сборщиков на Сторе было больше всего, и наверняка их в состязаниях будет больше всех.

Второй этап — гонки на штатных скутерах — чисто подводная часть мероприятий, которая будет проводиться в заливе Юго-восточного порта, имевшего самую удобную естественную гавань-залив длиной в несколько километров и шириной в несколько сотен метров. Если первое состязание считалось проверкой мореходных качеств судна, то второе ориентировалось на скоростные качества комплектного оборудования — длина гоночной подводной трассы рассчитывалась на два часа — не все скутеры смогут проплыть трассу до конца на своей максимальной скорости, ведь чем выше скорость гидроцикла, тем быстрее накопители уходят в ноль. А вот третьим раундом своеобразного троеборья были кулачные бои, хотя скорее они квалифицировались как рукопашные поединки — можно бить и ногами, и этот вид состязаний проводился в Южном порту. Этот городок основывался на планете первым, там имелось даже нечто вроде спортивной арены на четыре ринга в одном помещении, где и проводились похожие состязания. По условиям этого тура, всем участникам гарантировалась бесплатная медицинская помощь, если такая потребуется после боя или ее потребует участник.

— Хм, может вписаться в тему? — размышлял наш герой, оценивая призовой фонд состязаний — третье место, это пятьдесят штук и одна база четвертого уровня на выбор,… негусто. Второе место: двести пятьдесят тысяч и пакет баз четвертого или пятого ранга на выбор призера, но не более шести баз в пакете,… это уже что-то. А вот приз за первое место очень заманчив: медкапсула шестого поколения «Шабель-мед-6у», пакет баз пятого или шестого ранга на выбор призера, но не более двенадцати баз в нем. Тут одни базы могли потянуть на несколько миллионов!

Григ сразу пошуршал по сети: указанная модель тянула на восемьсот восемьдесят кусков и отсутствовала в свободной продаже, ценник гласил «Под заказ», что означало полную предоплату и последующую поставку на протяжении некоторого времени, причем точные сроки не указывались. Григорий прикинул, что он будет делать с этой приблудой в случае его теоретической победы в троеборье — ему шестое поколение недоступно по природному значению КИ — разве что продать. Но раз такой агрегат выставляется в качестве приза, значит есть те, кого он может заинтересовать — а значит, в числе участников есть или будут претенденты с гибридами шестого поколения! Подумав еще немного, решил зарегистрироваться, так как высоко оценивал свои шансы на вхождение в тройку призеров — особенно положительно расценивал свои шансы в третьем раунде состязаний — все же когда-то он занимался боксом, не все же здесь на Сторе бывшие спортсмены или силовики в ссылке? Поскольку до старта оставался почти целый месяц, то следовало себя чем-то занять — выходить на промысел на такой короткий срок не имело смысла — даже пользуясь порталом в одиннадцати сутках пути от материка, он потратит двадцать два дня только на одну дорогу до места ловли, а там совсем не факт, что за оставшихся семь-восемь дней сможет найти нечто крупное или ценное — скорее проваландается по океану впустую и вернется ни с чем.

В ходе следующих нескольких дней он почти бил баклуши: регулярно занимался сексом со своей знакомой подругой из бриларской нейроконторы, ходил в небольшой тренажерный зал поблизости отеля, вспоминая напротив зеркала уроки бокса, преподанные ему когда-то на Земле, да и общее укрепление и поддержания тела в тонусе виделось ему приоритетным на ближайший месяц. Во время такого своеобразного безделья в голову пришло пару мыслей: во-первых, следовало ускорить изучение загруженных в его нейросеть баз по гибридам пятого поколения — следовало оценить характеристики и возможности такой техники в свете предстоящей гонки. На данный момент он выучил всего несколько баз другого направления, имеющие во всем наборе второстепенное значение — когда ставил в очередь, вопрос времени не стоял, поэтому базы изучались не пакетно, а по алфавиту — эту тенденцию следовало изменить. Выходило, что следует воспользоваться услугой разгона — хоть и не планировал тратить деньги на такое сомнительное, с его точки зрения мероприятие, но тут надо изучить возможности соперников. В данный момент его нейросеть усваивала базу пятого ранга в среднем за пять-шесть суток, а поскольку пакеты «Общие сведения о гибридных судах» и частично пакет «Силовые установки и энергетика судов» содержали в себе 2+4=6 нужных для понятия основ баз, то это требовало от его головы двадцать-двадцать шесть суток.

— О, отлично, не надо нигде ничего разгонять! Пары суток вполне хватит для того, чтобы осознать возможности конкурентов — пробормотал наш герой, меняя очередность изучения материалов в своей башке — я и обычным способом могу освоить то, что требуется, тем более, там не весь пакет требуется учить.

В один из дней его пригласили в «Нейронику-Лтд» — оказалось, что индивидуальный заказ ему уже подготовили и ждут, чтобы клиент пришел и рассчитался согласно подписанному договору намерений.

— Как будете забирать свой товар? — спросили у него, когда его деньги покинули личный счет и перекочевали на счет корпорации — можем закачать прямо в нейросеть в капсуле — это бесплатно, конечно же. Или же запишем на одноразовые носители — это тоже бесплатно, хе-хе — в этот раз ему попался парень вместо привычных уже на таких должностях женщин.

— На носитель закатайте — убежденно ответил моряк, подумавший о том, что в будущем следует избегать случаев, когда ему предлагают лечь в медкапсулу, мало ли местные медики умеют на них делать, вдруг в процессе закачивания своей информации или даже обычного разгона они могут как-то снимать эту самую информацию уже с его мозга — после троеборья я себе сам закачаю.

И вообще, Григорий пришел к убеждению, что не стоит ни под каким предлогом больше ложиться в чужие медицинские девайсы, ему не подконтрольные — в этом плане гложила мысль о бесплатном медобслуживании в третьем раунде соревнований. Правда там писалось, что засунуть в капсулу пациента можно лишь по необходимости или по его желанию. В то, что его могут побить так, что он потеряет сознание, он не верил — скорее всего, до погружения в медицинскую капсулу дело не дойдет, но следует постараться, чтобы туда попал его соперник, а не он! Полученную коробочку с пластинками одноразового применения сразу отвез на «Зонос» — своему кораблю и его ВМ он доверял абсолютно, тот его в свое время приятно удивил своей устойчивостью к взлому, а тем более, корабль сейчас стоял в платной зоне, где охрана давала 100 % гарантию целостности его имущества. Пока был на гибриде, в голову пришла новая умная мысль о том, что пока никак не готов к переносу на другую планету — в этом смысле его беспокоила атмосфера — требовался блок газоанализатора, ведь такого оборудования в комплекте «Зоноса» не шло. Имелся простой анализатор забортной воды, которым руководил ВМ — а газоанализатор требовалось докупать отдельно — такая возможность имелась по описанию гибрида, ничего сложного, блок тоже подсоединялся к умнику при его наличии.

Пока мысль не ушла, сразу ею и занялся: выбор бортовых газоанализаторов не впечатлил, да и если разобраться, кому они тут нужны? Наличествовало два вида: стационарный бортовой набор и переносные анализаторы — и те и другие имели как плюсы, так и минусы, и минус носимых аппаратов был в том,… что их следовало носить! А если серьезно — минус таких агрегатов состоял в том, что Григу следовало изучить базу «Газоанализаторы» соответственно поколению приобретаемого набора. В случае стационарной метеостанции минус был в том, что для ее установки на борту «Зоноса» следовало провести монтажные работы и потратить на это некоторое личное время — просверлить корпус и загерметизировать место сверления, например — и теоретически, Григ мог и сам провести такие несложные работы. Самое трудное и ответственное здесь, это обеспечить герметичность трубки воздухозабора, а также водонепроницаемость места ее ввода в корпус — но дроиды у него имелись, порядок монтажа наверняка есть в комплекте поставки,… хотя вариант носимой станции тоже казался нормальным решением.

— Значит мне надо будет выходить наружу через верхний люк — только у него есть тамбур, выходить придется в гидрокостюме с аквалангом — думал моряк, не решаясь принять окончательное решение в пользу одного из вариантов. Шлем без полного гидрокостюма не прицепить к шлему, нет полной герметичности. В таком виде выходишь наружу, берешь пробы атмосферы, тут же проводишь их обработку, определяешь все сам… как-то неудобно и муторно — наверняка лучше все-таки взять стационарный вариант, пусть все ВМ делает, повожусь немного с дроидом, зато на верфи светиться не буду. Возьму с доставкой на пирс — хоть имя и идентификатор засвечу, зато рожу никто не запомнит, как в случае личного посещения магазина — онлайн заказ и оплату можно провести и без общения с сотрудниками сервиса.

Сказано-сделано: за набор юного химика-атмосферника по названием «Аэротест-4.40» просили всего пятьсот кредитов — устройство относилось к четвертому поколению, штатная зарядка реагентов позволяла провести до сорока полноценных анализов атмосферы или любой другой газовой смеси. Ну еще доставка до пирса, двадцать кредитов — заказы менее тысячи не содержали в себе услугу предоплаченной доставки клиенту купленного товара, пришлось доплатить. В комплекте шло несколько компактных приборов, которые подключались параллельно к шлангу подачи забортного воздуха — Григ недовольно рассматривал то, что купил — ему требовался всего один из приборов, тот, что определял химический состав воздуха, но тут была еще парочка аппаратов, теоретически ему не нужных. А именно: анализатор процессов горения, анализатор горючих газовых смесей, анализатор хладагентов, анализатор углекислого газа и датчик атмосферного давления в придачу — разве что последний еще можно бы было подключить. Содержимое покупки расстроило парня после его осмотра — наверняка единственный нужный ему приборчик стоит не более сотни, а он заплатил пять!

Но не выбрасывать же: в комплекте шел установочный пластиковый ящик, в котором монтировалось все хозяйство и подключался шланг воздухозаборника — монтаж внутренних деталей вопросов не вызывал, трудность заключалась лишь в пробитии корпуса и протягивании внутрь самого шланга. В коробке нашел базу по использованию набора, которую сразу же поставил на изучение — нейросеть выделила всего три часа на ее усвоение, наверняка урезанный вариант сугубо по данному девайсу, ведь полноценную базу четвертого ранга его симбионт изучал от восьми до двенадцати часов. В комплекте шел патрубок воздухозаборника сложной конструкции с впаянным гидроклапаном, держащим давление в шестьсот атмосфер — именно столько, сколько мог выдержать его «Зонос» под щитами. Стандартизация, вещь нужная и полезная — так отметил про себя наш герой, разглядывая ТТХ клапана, который можно было купить отдельно, в случае поломки штатного. Кроме того, в набор поставки входил сегментированный, или гофрированный металлом шланг длиной три метра для подключения воздухозабора к самому газоанализатору. Вероятно, производитель сего набора считал, что трех метров для этого должно хватить, но Григ оказался иного мнения по данному вопросу: устанавливать патрубок он планировал на боковой стенке палубной надстройки, затем просверлить отверстие для шланга внутрь корпуса, где и установить устройство в рубке.

К ВМ коробка газоанализатора подключалась тонким жгутом из нескольких проводов тоже трехметровой длины — здесь к длине комплектной запчасти у капитана претензий не возникало, ее вполне хватало. А вот сам шланг-воздуховод требовалось увеличить вдвое, поэтому следовало подумать, где достать аналогичный штатному, выдерживающий такие давления — но и здесь опять помогла стандартизация всего, что только можно, принятая в Содружестве. Считал длинный цифро-буквенный код на изделии, быстро нашел данный тип товара и заказал с доставкой на причал — еще сотня кредов в минус, но не бросать же дело на полпути? Потом принялся за работу: взял одного ремонтника «Крукс-4.2» под контроль и стал «ваять»: приварил патрубок с клапаном на верхней части задней стенки надстройки, протянул наращенный шланг вдоль вертикальной опоры, прихватив кое-где паяльником — материал, рассчитанный на такие нагрузки, легко перенес паяльник робота. Работа по протягиванию воздухозабора внутрь корпуса растянулась на два часа — много времени потратил на сверление обшивки, которая упорно сопротивлялась сверлу дроида. Работы по герметизации заняли еще час, внутренние работы по креплению воздуховода, установке всех приборов и подключения устройств к ВМ тоже забрали час личного времени у человека, но теперь он был готов к появлению на других планетах.

Некоторое время с сожалением рассматривал ненужные ему комплектующие — будь у него старый «Яус» с его ДВС, можно было бы подключить еще парочку анализаторов, но у него АСУ (атомная силовая установка), а там гореть, в принципе, нечему, да и никаких газов не выделяется,… а жаль. По итогу, подключил только два прибора к своему ВМ: анализатор состава атмосферы и датчик атмосферного давления — умник сразу интегрировал оборудование в свой контур и вывел несколько табличек на боковой экран рубки — Григорий окинул взглядом цифры и почти тут же забыл о покупке — она понадобится еще не скоро. Через три недели он изучил выбранные шесть баз по гибридам пятого поколения и задумчиво размышлял над новой информацией, сидя в снятом номере отеля, в котором находился уже почти месяц — через пару дней стартовал первый тур состязаний, и сейчас моряк думал о возможных соперниках. Темной лошадкой оставались возможные индивидуумы на гибридах шестого поколения, но тут у него имелась изрядная доля скепсиса по наличию таких на просторах планеты. Хотя… главный приз явно рассчитан на разумного с высоким показателем КИ — Григорий еще мимолетно прикинул, сколько может стоить такое судно, если медкапсула шестого поколения тянула на восемь восемьсот сотен тысяч кредитов.

Но так как ничего о таких участниках так и не смог найти в сети, то продолжил изучать модельный ряд субмарин пятого поколения. Тут нашел много для себя интересного о своем потенциальном следующем корабле, но сейчас его интересовали лишь скоростные показатели пятого поколения — в гонке решала масса корабля и максимально развиваемая скорость. По его мнению, профессионализм всех моряков на Сторе был примерно одинаков: мало кто лично постоянно сидел в рулевом кресле и непосредственно управлял кораблем, и он тут тоже не исключение — все, как правило, ограничивалось отдачей приказов бортовому ВМ и их периодическим контролем. По сути, аналогом его скоростного «Зонса» было всего пять типов кораблей в модельном в ряду — все подавались, как корабли-конструкторы, так как пятый уровень техники позволял заказывать нестандартную комплектацию, отличающуюся гибкостью — базовые варианты существовали лишь в качестве основы под заказ, а каждое пожелание увеличивало конечную стоимость корабля. Скорость в 80 единиц немного смутила парня, ведь его крейсерские 75 единиц оказались меньше — но чувствительной разницы здесь не наблюдалось, очевидно, имелся некий предел скорости для судов, ориентированных на переменную массу и перевозку живой органики.

Именно таким считался его «Зонос» и еще пяток моделей в ряду субмарин пятого поколения — более массивные траулеры и плавучие морозильники стояли по скорости заметно ниже. Лишь чисто рыболовные суда небольших габаритов отличались повышенными скоростными характеристиками, и это нормально: часто возникали ситуации, когда требовалось догнать косяк, с тем чтобы накинуть на него невод или уловить в створ трала. В предстоящей регате имелось одно непонятное место в правилах: нигде не писалось о запрете грязных приёмчиков, которые потенциальные кандидаты в призеры могут пустить в ход против соседей — исходя из последнего, Григ решил, что гонка будет с сюрпризами, в числе которых он видел и таранные удары. Но в любом случае, следовало сначала посмотреть на всё со стороны — может случиться так, что негласные правила таких состязаний ставят под запрет всякие грязные штучки, и его сразу же занесут в черный список.

Через пару суток его «Зонос» уже качался на мелкой волне рейдовой зоны Юго-восточного порта, откуда стартовала регата — в данный момент капитан изучал схему рейда, где набралось почти полторы тысячи кораблей-участников заплыва. К его удивлению, большая часть колонистов не соизволила подать заявку на участие в празднике, и с одной стороны он их понимал — более двух третей гибридов, зарегистрированных на планете, приходилась на сборщиков фитомассы, а они заведомо не имеют шансов против кораблей другой специализации. Все сборщики медлительны, габаритны и обладают высокой инертностью массы, не позволяющей им делать резкие маневры — обогнать его «Зонос» ни у одного из них нет ни единого шанса, даже сборщикам четвертого поколения, имеющихся в модельном ряду кораблей данного уровня. Вот и сейчас Григ сортировал для себя состав участников заплыва, хмурясь от того, что получалось в итоге: скоростных моделей насчитал три десятка примерно, причем два десятка оказались кораблями пятого поколения и имели изначальное опережение в крейсерской скорости, которое он планировал нивелировать нестандартным «пилотированием» своего гибрида. А вот наличие в списке двух субмарин шестого поколения его сильно озадачило: он совсем не ожидал, если честно, таких соперников, и никаких данных об этих моделях у него нет, лишь названия, почти одинаковые, но, наверняка имеющие какие-то серьезные отличия в конструкции. Модельный ряд «Гидра»: Гидра-6.ГП2500 и Гидра -6.МТ3000 — обозначение было тайной для моряка и неприятным сюрпризом, ведь за цифрами могло стоять все что угодно — от вместимости до автономности или производительности бортового промышленного комплекса.

— Западло — подвел итог Григорий, читая имена двух счастливчиков-обладателей суден шестого поколения — некто Энт Вортуро и Зиг Трюссо. И что бы я тут делал, имея такие КИ, явно больше моего? Как они сюда попали и зачем?

То, что произошло затем после команды «Старт», порядком изумило нашего героя — даже его самые смелые фантазии оказались затемнены происходившим рядом с ним бардаком — капитаны кинули свои гибриды на соседей, как будто только и ждали момента, когда смогут навалять своему ближнему прямо на старте. Получилось, как в поговорке: человек предполагает, а бог располагает, но тут вышло немного не так, и сказание видоизменилось — организаторы предполагают, а участники располагают! Если следовать ненормальной логике таких людей, то сегодня у них появилась отличная возможность выпустить пар: зачем гоняться по океану за «клиентом», тратя топливо и свое время на долгую погоню, если именно тут и сейчас вокруг тебя сотни потенциальных кандидатов получить от тебя в борт — все равно, что в морду! Тем более, правилами это не запрещалось, а вероятно на это имелся некий подсознательный расчет — Григ заметил в воздухе несколько флаеров и небольших треугольных аппаратов — наверняка следящие камеры, передающие в сеть Стора происходящее здесь, черт знает что! Из раздумий об идиотизме происходившего вокруг него бардака, его вывел несильный толчок в правый борт — некий организм на сборщике решил попробовать его «Зонос» на прочность — слава богу, тараном он не обзавелся для таких маневров, иначе для сейнера регата тут же и закончилась бы.

— Дебил! — охарактеризовал Гриша невольного соседа по волне и стал наращивать скорость в сторону первой контрольной точки на схеме регаты — читай номер, лузер!

Правила гонки требовали поочередного посещения серии бакенов, которые образовывали почти правильный круг на карте вокруг материка — следовало пройти в зоне покрытия таких бакенов, чтобы механизм зафиксировал твой идентификатор и бортовой номер. Пропуск хотя бы одного буя автоматически обнулял твой результат — из троеборья ты не вылетал, но даже за один пропущенный чекпойнт ты не получал баллы, по сумме которых за три этапа соревнований вычислялся победитель и два призера. Еще до начала соревнований моряк ознакомился со статистикой прошлогодних результатов — тогда сильно удивился факту колоссального отсева на первом этапе — ко второму туру было допущена всего треть от первоначального числа участников. Указывалось, что претенденты сами снимали свои кандидатуры во время прохождения регаты — основной причиной считались поломки гибридов на трассе, имелось даже несколько зафиксированных случаев, когда корабль шел на дно, а незадачливых спортсменов снимали с навигационных буев, бесплатно, но, тем не менее… Часть участников сразу ушла под воду, где наверняка тоже гонялись друг за другом, но и на поверхности творился сущий бедлам и дурдом — Григ успел получить еще несколько скользящих ударов в корпус, пока покинул ядро регаты — приходилось вертеть головой по всем обзорным экранам и усиленно маневрировать, уходя из-под атак всяких озабоченных придурков.

Времени не оставалось даже на запоминание имен капитанов, которые хотели сделать больно его «Зоносу» — спасала лишь высокая скорость корабля и его малые габариты, позволяющие сейнеру проскальзывать там, где более крупное судно обязательно бы застряло между корпусов. И что характерно, в эфире тоже творился ад: моряки в азарте сражения не особо фильтровали свой базар и изливали друг на друга тонны словесной грязи. «Зонос» выбрался на оперативный простор спустя три часа — сам капитан упорно уклонялся от попыток навязать ему драку. Он же наоборот считал, что надо максимально выжимать из двигателей все возможное, а любое столкновение — это сползание вниз по рейтингу и потеря скорости — не для того он подписался на этот цирк, чтобы бодаться с кем-то корпусами. В процессе начала гонки пришел к выводу, что стоит по максимуму использовать свой бонус от производителя: каждые пол суток он мог кратковременно задействовать скоростной режим, дающий плюс десять единиц к крейсерской скорости — всего на три часа, а затем турбины следовало переводить на двенадцать часов в обычный режим работы. Казалось бы мелочь, но задействование бонуса позволило сейнеру покинуть зону «боевых» действий в районе Юго-восточного порта — постепенно, к концу первых суток определился и авангард гонки.

Кроме него, еще два десятка гибридов четвертого и пятого поколений вели себя мирно, отрабатывая схему контрольных точек по маршруту, а возглавляли гонку два гибрида шестого поколения типа «Гидра» — Григ нервно кусал губы, обдумывая, как бы замедлить, или даже убрать этих двоих из списка претендентов, но ничего путного в голову не лезло. К вечеру первых суток количество гонщиков уменьшилось еще на одного — зазевался и получил удар в корму — как понял Гриша, в данной ситуации это самый удачный маневр по устранению соперников, ведь вероятность попасть в борт крайне невелика, учитывая осторожность участников, наверняка это у них не первые гонки в жизни. Ночь провел в рулевом кресле, спал урывками — вручную устанавливал курс на следующий контрольный бакен, затем передавал управление ВМ, а сам дремал, откинувшись на спинку кресла. Умник получил задание постоянно отслеживать позиции соседей, а в случае, если в его сторону начнут менять курс, ВМ сразу должен будить хозяина, ведь каким бы умным он не был, такие маневры не для его искусственных мозгов. По мере движения, Григорий приходил к мнению, что первый этап не столько профессиональный с точки зрения судовождения, сколько психологический, направленный на умение человека выдерживать этот психологический прессинг, быть все время на взводе, ожидая нападения. Одни только ночи, проведенные в рулевом кресле, выматывали физически и морально, сама же гонка пока шла не совсем культурно, по крайней мере, среди авангарда, где плыл и Григорий.

На пятый день от него решили избавиться: два кораблика пятого поколения стали пытаться зажать его, пользуясь небольшим преимуществом в скорости — моряк к тому времени уже был зол из-за постоянных недосыпаний и попыток тарана его кормы. Но от редких одиночных забияк парень успешно уворачивался, а тут, похоже, два кандидата спелись и решили убрать остальных претендентов на призы — на пятые сутки на плаву в авангарде оставалось уже пятнадцать гибридов, основная масса регаты отстала почти на сутки, и двойка «Гидр» болталась где-то впереди на расстоянии шести часов хода. Нападавшая пара использовала нехитрый прием, оказавшийся весьма действенным — сейчас в списке пятнадцати лидеров было два гибрида шестого поколения и двенадцать пятого, а Григ на своем «Зоносе» оказался единственным представителем четвертого модельного ряда. Эти двое пристраивались в кильватер, и, используя слабый перевес в скорости, пытались ударить в его гребные винты — у его сейнера их имелось два. Игра в догонялки-обгонялки длилась почти весь световой день — но Гриша оказался тоже не пальцем деланный, подставлять бок тоже не имел желания, так как за это время успел через внешние камеры рассмотреть у двоих нагибаторов приделанные бивни. Данное наблюдение ему не понравилось, конечно же, но с этим он не мог ничего поделать — он и сам такой неординарный.

Использовал комбинацию двух простых маневров: аварийное погружение или аварийное всплытие — это когда действие погони перемещалось под воду. А еще капитан «Зоноса» использовал свой секретный скоростной бонус от производителя — он включал теперь ускорение не более чем на пятнадцать минут — не на три часа, как писал производитель, а только на четверть. Это давало ему возможность маневрировать почти без ограничений — ВМ молчал о перегрузках на турбины, поэтому постепенно атаки в корму стали все реже и реже, пока в один подвернувшийся момент парень сам не атаковал. Вероятно, оба преследователя сделали для себя вывод, что дичь успешно уклоняется, но шансов на ответный таран у нее нет — оба гибрида проскакивали мимо сменяющего глубину «Зоноса» на более высокой скорости, или же отставали, когда Григорий использовал пятнадцатиминутное ускорение. Делал он это хаотично, без системы, просчитать его следующий маневр не представлялось возможным — он и сам не знал, что сделает в следующий момент. Но тут представился случай — оба преследователя в очередной раз проскочили мимо его корпуса, а парень как раз задумал прибавить газку — в кровь плеснул адреналин от чисто спортивного азарта и накопившейся злости. Ведь по сути, эти двое его гнали как зайца уже целый день, исключая прошедшую ночь — по какому-то наитию, что ли, но по ночам все гибриды шли на автопилоте, а спортсмены спали все это время, отдыхая перед дневным маневрированием.

Вот и в этот раз две тушки преследователей прошли мимо и выше его сейнера — маневр аварийного погружения в который раз удался Григу на отлично, а затем он задействовал режим ускорения и направил сейнер в корму левого по курсу гибрида — у этого имелся только один гребной винт, в отличие от правого по курсу — у того тоже крутилась пара. Наверняка на этот раз ему помог случай: на его ускорение не обратили должного внимания, или обратили, но поздно, когда бивень «Зоноса» уверенно догонял уже корму одного из преследователей.

— Бумм! — капитан даже в рулевом кресле ощутил слабый удар в задницу, хоть сейнер и погасил своей массой силу удара, а капитан тут же в азарте закричал — полный назад, лево на борт… полный вперед, попался, сучёнок — посмотрим, как теперь твой напарник будет в одиночку меня догонять!

Проплывая мимо замедляющегося соперника, с удовольствием рассмотрел то, что осталось от его винта — жалкое зрелище, все-таки неплохую ему приклепали на носу нашлепку, вот и пригодилась, а количество участников лидер-группы сократилось еще на одного человека.

— Сволочь, скотина, я тебя… — Григ ради интереса связался с отдыхающим теперь гонщиком без винта — выслушав несколько фраз не самого приятного содержания в свой адрес, он встал, стянул шорты и показал собеседнику голую жопу на камеру, а затем разорвал связь, когда потерпевший бедствие чуть не захлебнулся от увиденного в бессильной вспышке злобы и разочарования.

Следующие трое суток его никто не трогал — бывший напарник отставшего лузера крутился рядом, но атаковать не пробовал, хотя смог в одиночку вывести из гонки еще одного участника, и количество лидеров сократилось до чертовой дюжины. За два дня до предполагаемого финиша Григорий отправил в аутсайдеры еще одного зазевавшегося клиента — все же десять дней гонки давали о себе знать, не все гонщики выдерживали накал страстей и общую стрессовость обстановки, чем пользовались их более устойчивые соперники, такие как Григ. Кстати, тот тип, преследовавший его ранее, тоже оказался охотником, сократив авангард еще на один корабль — к моменту, когда зону расположения авангарда регаты накрыл шторм, число участников сократилось до десяти. Две «Гидры» к тому времени разорвали дистанцию почти на двенадцать часов хода (это, не считая отставшего «отряда» кораблей, болтавшегося от десятки лидеров в сутках пути). Шторм медленно набирал обороты, начавшись как обычно, с затянутого тучами неба и сильного порывистого ветра, гнавшего волну и срывавшего с нее белую океанскую пену.

Когда волнение дошло до четырех баллов, ВМ сообщил, что с поверхности пропало три отметки соседей — здесь сыграла свою роль привычка моряков уходить вглубь при сильном волнении, а не тупо бороться с волной — к концу предпоследних перед финишем суток шторм разошелся до шести баллов, и «Зонос» остался на поверхности один. Григ рассчитывал оторваться от группы, поступив нестандартно, он думал так: при сопротивлении шторма в шесть баллов он сможет идти со скоростью в шестьдесят единиц — расход топлива тут не имел значения, АСУ шторм не волновал, а при попутном ветре он сможет нарастить скорость аж до семидесяти единиц, если ветер, конечно, изменится. Конечно, двух лидеров шестого поколения ему уже не догнать ни при каких раскладах — двенадцать часов форы, это приговор, но ведь есть возможность занять третье место, а это хорошие призовые баллы, как ни крути! Как только «Зонос» остался наверху один со стихией, капитан задействовал ускорение на полные три часа, но на смотровую башню не решился подняться — то, что он наблюдал через камеры корабля, его слегка тормозило от таких действий.

Сейнер, словно одинокий океанский хищник вздымал свой форштевень над очередной волной и с миллиардом брызг погружался в нее мгновением спустя — сплошной поток воды витал над полузатопленным в океан судном, упорно пробивающимся вперед. Скорость удерживалась в районе запланированных шестидесяти единиц, а на следующем бакене он снял прогноз погоды на ближайшие сутки. Предполагалась смена направления ветра, что могло как улучшить его скорость, так и ухудшить, если ветер сменится на боковой — боковая качка заставит его рано или поздно нырять, тут без вариантов — болтаться, словно поплавок на поверхности он не станет. Но природа решила помочь моряку, сменив гнев на милость — через двенадцать часов ветер стал попутным — Григ захихикал, так как теперь его сейнер резал попутную волну уже под семьдесят единиц, а локатор по-прежнему показывал отсутствие засветок от конкурентов на поверхности — все шли под водой. Парень даже по такому поводу собрался и вылез на смотровую башню, чтобы оценить свой «полет» и помогающий ему океан. Волны теперь стали для него ниже, так как он их догонял, а не встречал в лоб — «Зонос» почти не выбирался из воды, лишь надстройка с башней, где сейчас стоял парень, держались над сплошным потоком пены, которая покрывала видимую океанскую гладь.

Добавлял сюда драйва и форштевень, время от времени взламывающий очередную волну, взметая в воздух тонны соленой воды, которая долетала до капитана, рассматривавшего пространство вокруг себя. Долго так не смог выстоять: за десять минут вымок до нитки и стал дрожать, несмотря на то, что гонка проходила в теплых широтах, в которых располагался материк Стора. Принял транквилизатор, когда спустился вниз и сменил одежду — стоило быть в полном сознании, до конца гонки оставалось меньше суток, следовало постоянно контролировать корабль, не полагаясь в такой ситуации на ВМ. Внутри рубки внешняя свистопляска теряла свою остроту — «Зонос» внушал ему спокойствие и уверенность в своих силах, а сама цель находилась рядом. Лишь постоянный гул от ударов волн о корпус сейнера и приглушенный звук от работающих турбин, которые крутились сейчас почти на максимуме своих возможностей, толкая субмарину вперед. Эти звуки уже долгое время сопровождали капитана, они давили на сознание, не давали успокоиться, а вкупе с принятым препаратом гнали из его головы мысли об отдыхе и сне — еще немного осталось до финиша, он почти у цели…

Глава 8

— Итак, дорогие зрители, жители Стора и его гости, в этом году планета нас не разочаровала и преподнесла очередной сюрприз, на сей раз для участников гонки.