Темный убийца

Меня не успокоили её слова. Мне не понравилась пустота в помещении внизу. Что-то было не так. Я чувствовала опасность…

Мы осторожно спустились на пол. Я взглянула на ближайший алтарь, где увидела изображение Гекаты, так называемой Королевы ведьм, хотя ни один из кланов Пендла не признавал её таковой. Она была изображена с царственной, властной улыбкой, но жёстким взглядом. Чёрные лилии были рассыпаны у её ног, заполняя котёл у основания постамента. Считалось, что этот котёл является источником её силы.

За ней стоял ещё один алтарь, на этот раз посвященный Ксанату, божеству змей и ядов; у него было тело человека, но голова змеи. Оглядываясь вокруг, я увидела, что здесь было более пятидесяти постаментов, каждый из которых был жертвенником тёмному богу. И там, вдалеке, прямо в центре помещения, находился пустой постамент, самый большой из них. Там раньше стояла статуя Дьявола, которая была удалена после его уничтожения.

Я снова задумалась об отсутствии верующих. Конечно, кто-нибудь должен быть здесь и молиться своему богу.

Помещение было примерно круглой формы, и дверные проёмы были равномерно распределены по его окружности — может быть, больше десятка. Все, кроме двух, были окутаны тьмой.

Я подвела Торн к первому из освещенных проёмов. Когда мы подошли, я услышала глухой ритмичный звук. Вынув один из своих длинных клинков, заглянула внутрь.

Там, в маленькой комнате, был демон Вельзевул, сидящий на высоком помосте спиной к стене. Только одна свеча мерцала желтым светом, но этого было достаточно, чтобы сразу прояснить ситуацию. Это объясняло ритмичный звук. Демон стучал затылком о каменную стену.

Его лицо было перекошено в агонии, но это было вызвано не только ударами. Вельзевул вытянул руки, а из ран, отсутствующих больших пальцев, капала кровь. Он испытывал ужасную боль и не мог быть угрозой для нас. Я взглянула на две большие кости на ожерелье Торн. Отрезав их, она довела его до такого жалкого состояния.

Я улыбнулась ей. — Ты хорошо справилась, дитя! — сказала я.

Но в этой комнате находилась вторая фигура — женщина, хотя она едва ли казалась человеком. Возможно, размером только в треть нормального взрослого, она была одета в покрытое слизью тёмное платье, а лицо было скручено и растянуто, как будто было расплавлено и переделано. Её язык торчал изо рта, а шея была невероятно вытянута, когда она бросалась то вправо, то влево, ловя каждую каплю крови, капающую из двух ран Вельзевула.

— Это старая Мамаша Малкин! — ахнула Торн.

Я знала историю Мамаши Малкин. Она когда-то была самой сильной из Малкин, терроризировала графство, всюду шаталась и редко появлялась в Пендле. Том Уорд столкнулся с ней в первые дни своего ученичества, сбив в реку своим посохом и утопив её. Но она была настолько сильной, что вернулась в редкой форме нежити, мягкая и податливая, способная просочиться через уши жертвы и завладеть её телом.

Есть два способа убедиться, что ведьма не сможет вернуться из мертвых: сжечь её или съесть сердце. Том ничего из этого не сделал. Пытаясь убежать, она укрылась в свинарнике на семейной ферме и огромные голодные свиньи сожрали её. Как следствие, она попала во тьму, где оказалась в ловушке на вечность.

Когда я наблюдала, кровь демона внезапно перестала капать — хотя он продолжал биться головой о стену. Теперь я слышала ещё два звука: стоны от боли и жужжание мух над ним. Теперь я вспомнила, что одним из титулов Вельзевула был «Повелитель мух».

Старая Мамаша Малкин подняла глаза, встревоженная высыханием крови. Она подняла длинное платье, которое было пропитано этим, и жадно присосалась к подолу. Ни она, ни Вельзевул, казалось, не знали о нашем присутствии.

Через несколько мгновений кровь снова начала капать, поэтому я положила руку на плечо Торн и увела её.

— Врата были здесь в прошлый раз, и этот демон контролировал их, — сказала она мне. — Не думаю, что они сейчас здесь. Я не чувствую их. Он даже не может контролировать себя, не так ли? — сказала она, кивая на Везевула.

— Тогда проверим следующую комнату, — сказал я, выходя из комнаты.

— Разве мы не должны избавить их от страданий? — спросила Торн.

Я покачал головой. — Пусть страдают. Они это заслужили. Для них тьма действительно стала тем, что люди называют адом.

Я с осторожностью подошла ко второму освещенному дверному проему. Он может содержать реальную угрозу. Я заглянула в комнату и увидела одного человека — ведьму, которую я знала раньше.

Это была Костлявая Лиззи, мать Алисы. Она сидела скрестив ноги на полу, глядя в пространство.

Когда мы вошли, она подняла глаза, и в пустом выражении её лица мелькнула жизнь. Я ожидала увидеть страх, но вместо этого нашла надежду.

Между Лиззи и мной не было никакой привязанности, но, учитывая, что мы были из одного клана, возможно, она ожидала, что мы поможем ей. Ожидала ли она, что мы будем её новыми союзниками? Торн рассказала мне, что во тьме хищники часто объединяют силы, но оставшиеся спутники Лиззи, Вельзевул и Мамаша Малкин, теперь бесполезны для неё.

— Приятно видеть тебя, Грималкин, — сказала она, фальшиво улыбаясь. Она немного походила на Алису, и, без сомнения, когда-то была красивой, но годы проведённые злой ведьмой преобразили её лицо в лукавую карикатуру.

— Приятно ли тебе видеть меня? — Торн крикнула. — В прошлый раз, когда мы встретились, ты напала на меня и Алису. Без сомнения, ты бы уничтожила нас обоих, бессердечная мать. Но всё пошло не так, как ожидалось, не так ли? Я взяла большие пальцы Вельзевула и всё ещё ношу их на шее. Я также убила монстра Туска. Твои два оставшихся союзника не в состоянии прийти на помощь. Как низко ты пала! Здесь твоё место, поэтому не пытайся уверить нас в своей дружбе!

Лиззи сделала всё возможное, чтобы улыбнуться Торн, но вместо этого излучила злобу.

Я приготовилась, чтобы отразить нападение ведьмы. Торн говорила мне, что тёмная магия здесь не работает, но Лиззи всегда была сильной и быстрой, используя свои ногти, чтобы вырвать кому-нибудь глаза или разорвать горло.

— Мы должны держаться вместе и помогать друг другу, — сказала она хитро. — Мы трое из одного клана, а здесь опасное место. Разве мы не можем забыть прошлое? Что было, то было. Мы должны думать о будущем. Ради нашей взаимной выгоды.

Я не поверила ни единому слову из её перекошенного рта. Глаза Торн яростно вспыхнули, и она подступила к Лиззи с обнажёнными клинками, но я отдернула её. Она зашипела и попыталась отбиться, но затем остановилась, когда я положила руку ей на плечо и улыбнулась. Затем я спросила Костлявую Лиззи.

— Где молящиеся? Почему алтари брошены?

— Все боятся — и не без оснований, — ответила она, делая шаг назад и осторожно глядя на Торн. — Боги не отвечают на жертвоприношения, потому что идет большое сражение — оно всё решит. Некоторые говорят, что победит Талкус и установит свой алтарь на этом большом постаменте, который раньше принадлежал Дьяволу. Но боги продолжают менять свое мнение о том, на чьей стороне они находятся, поэтому мёртвые держатся подальше. Лучше быть отсутствующим, чем на стороне проигравших, разве не так?

— Но ты не ушла, Лиззи. Почему ты осталась здесь? — спросила я.

— Мне больше не куда идти. Снаружи не безопасно. Морвена однажды меня защитила, но она тоже ушла, убитая одним из этих проклятых скельтов, что служат Талкусу.

— Мы ищем врата, Лиззи — портал, чтобы уйти отсюда. Ты знаешь где они?

Я увидела, как в глазах Лиззи появился хитрый взгляд; она вскарабкалась на ноги и сделала шаг к нам. — Эти врата ведут в домен Дьявола. Опасное место, где многие сражаются друг с другом. Не то место где любой смог бы выжить. А что после этого? Если бы вы нашли врата, куда бы пошли?

Торн ответила за меня. — Я знаю где находятся вторые врата. Затем мы будем следовать узкому пути между доменами.

Я всё ещё держала руку на её плече и почувствовала напряжение в её теле. Она вся зуделась, чтобы положить конец Лиззи, но я этого не хотела; эта ведьма может быть нам полезна.

— Если вы возьмёте меня с собой, я покажу, где находится портал, — предложила Лиззи.

— Мы возьмём тебя с собой, Лиззи, ты не волнуйся. Просто покажи нам портал, согласилась я.

Торн удивлённо посмотрела на меня. Без сомнения, ей хотелось бы извлечь информацию, причинив боль Лиззи, но так было проще и быстрее. Если бы мы дали ведьме веревку, она бы повесилась. Все, что нам нужно было сделать, это быть бдительными для предательства и нанести удар в тот момент, когда она оступится.

— Следуйте за мной, сестры! — крикнула она и вышла из комнаты.

Торн плюнула ей вслед, но я улыбнулась и подмигнула ей.

ГЛАВА 6

ДЕМОН ТАНАКИ

ГРИМАЛКИН

КОСТЛЯВАЯ ЛИЗЗИ ПРОДОЛЖИЛА свой путь мимо тёмных дверных проёмов. Мы следовали по коридору более десяти минут, выбирая левый поворот на каждой развилке.

— Мы приближаемся! — сказала Торн, наморщив нос. — Я чувствую запах врат. Мы скоро увидим их.

Она была права. Впереди, в темноте, я могла разглядеть очень слабое тёмно-бордовое свечение. Затем, когда мы приблизились, я увидела два кольца, каждое из которых вращалось противосолонь — чёрное и тёмно-бордовое, тёмно-бордовое и чёрное, постоянно меняли цветами между собой. Я тоже почувствовала запах — отвратительную вонь тухлых яиц.

Это были врата. Внутри кругов был виден домен — тот, который когда-то принадлежал Дьяволу. Я могла видеть внутреннее помещение: плиты, каменные стены и то, что было похоже на котёл.

Кивнув нам, Лиззи прошла через портал. Я заметила, что, когда она нырнула, её ноги торчали под разными углами. Но несмотря на такое неудобство, она успешно прошла через врата.

— Я пойду следующей на случай, если Лиззи планирует какое-то предательство, — сказала я и бросилась во вращающийся круги. Приземлилась на жёсткие плиты, перед тем как встать на ноги перед Лиззи, которая стонала и потирала кожу на своих коленях. Торн появилась через секунду, и я начал осматриваться.

Мы были на большой кухне, полной котлов, кастрюль и кухонных принадлежностей. Которая казалась заброшенной.

— Это часть огромного замка, — сказала Торн. — Впереди нас ждёт долгая прогулка, но я знаю путь к следующим вратам — тем, которые выведут нас на путь между доменами.

И так мы отправились, Торн лидирует, а я замыкаю, чтобы следить за Лиззи. Торн, конечно, не преувеличивала расстояние, но знала, куда идти. После спуска через три лестничных пролёта мы вышли во внутренний двор, где столкнулись с выбором из трех проходов, но без колебаний она повела нас по центральному.

Через некоторое время мы подошли к краю огромного тёмно-серого озера и пошли по узкой тропинке, ограниченной изогнутой каменной стеной вдоль берега. Мы не вышли под открытое небо. Над нашими головами, не слишком высоко, снова был камень.

— Всё в этой области находится под землей, — сказала она, указывая вверх. — Здесь нет неба, и это заставляет меня чувствовать себя некомфортно, как будто большой вес сверху может упасть и раздавить. Здесь самая большая опасность, с которой мы можем столкнуться — это скельты — я обнаружила их, когда была с Алисой, — продолжила Торн. — Они, вероятно, всё ещё где-то в округе. Этот домен принадлежал Дьяволу, но не сомневаюсь, что теперь его занимают слуги Талкуса.

— Это будет хуже, чем скельты, — сказала Лиззи с гогочущим смехом. — Будем надеяться, что не встретим никого из них.

Я не прокомментировала. Мне показалось, что Торн была права. Скельты таились вблизи воды и вполне могли прятаться под поверхностью озера.

Пока мы шли, каменная крыша отступила, она стала намного выше, а слева от нас появилась огромная скала, внутри которой была тёмный вход в пещеру.

— Там есть тронный зал Дьявола, где мы убили Ракнида, демона-паука, — сказала Торн. — Нам ещё далеко идти. Последний раз мы искали несколько часов, но теперь я точно знаю, где врата.

Я присмотрелась, но ничего не сказала. Я увидела, нечто-то, что считала пещерой, на самом деле это было дверью в наружной стене какого-то огромного здания. Мы вошли и попали в узкий проход. Торн вела нас в быстром темпе. Она казалась уверенной, но я надеялась, что врата не переместились.

Мои страхи были необоснованными: скоро я увидела их впереди — такое же слабое тёмно-бордовое свечение, два вращающихся круга, и вонь тухлых яиц. Мы прошли, как и в прошлый раз, выйдя на белую тропу, которая уплывала во тьму. Сверху было небо без звёзд. Я посмотрела через край и увидела пропасть под нами.

Я махнула вперёд. — Это путь к домену Пана?

Торн пожала плечами. — Мы достигли пути и это самое важное. Не имеет значения куда мы пойдём, вперёд или назад. В конечном итоге мы всё равно придём, куда надо. Это может занять некоторое время и мы будем проходить через многие другие домены. Нет ничего определенного, потому что домены смещаются относительно друг друга. Если повезет, то домен Пана может оказаться первым, с которым мы столкнёмся.

Таким образом, мы отправились по белой дорожке вперёд, а Торн снова лидировала. Я снова шла за Лиззи, так как не доверяла ей. Разумеется, я подумала, что, учитывая риски, с которыми она столкнулась, она не хотела посещать область Пана. Куда она надеялась пойти? Имела ли она на примете какой-то другой домен, какое-то определённое убежище, что надеялась найти?

Часто путь проходил через туннель или пещеру, прежде чем снова появиться над пропастью, но доменов мы не видели. Я была благодарна: каждый мог бы быть домом для одного из Старых Богов или какого-то могущественного демона, который угрожал бы нам.

Когда ещё одна гигантская каменная плита появилась впереди, а мерцающий путь вёл в пещеру у её основания, я услышала далекий раскат грома. Торн остановилась и повернулся ко мне со страхом в глазах.

— Что с тобой? — спросила я.

Снова раздался грохот. На этот раз это громче и гораздо ближе.

— В прошлый раз этот звук предвещал появление демона под названием Танаки. Мы смогли убежать только потому, что Алиса ослепила его своей магией, сожгла ему глаза.

Я знала об этом демоне. Танаки породил тварь, похожую на волка, которая пыталась убить меня двумя годами раньше, когда я была в бегах, неся голову Дьявола в мешке, пытаясь удержать его от лап наших врагов.

— Беги! — закричала Торн, начиная бежать ко входу в пещеру.

Она едва сделала пару шагов, когда, с сильным ревом, Танаки встал между нами и безопасностью.

Демон был колоссом, ноги стояли на дорожке, а голова в пятидесяти футах над нами. Он имел некоторое сходство с сыном, которого я знала. Челюсть была вытянута и полна заострённых волчьих зубов, но волосатое тело по форме было человеческим, с огромными руками, которые заканчивались смертоносными когтями.

Но одна вещь давала мне надежду: я знала, что у этого демона была великая сила регенерации, но магия Алисы, должно быть, была чрезвычайно мощной.

Я видела, что его глазницы пусты. Он всё ещё был слеп.

Вдруг, к моему ужасу, Костлявая Лиззи побежала вперед, крича громким, пронзительным голосом: Вот они, прямо за мной! Вот твои враги. Их союзник, убийца Грималкин, убила твоего сына. Девушка Торн, была сообщницей ведьмы, которая ослепила тебя! Я привела их, потому что ты просил. Вот они. Возьми их и дай мою награду!

Случилось то, что я и ожидала: Лиззи планировала предать нас.

Не согласовывая, мы с Торн обошли Лиззи и, не обращая на неё внимания, пробежали мимо демона, когда он опустил на дорожку чудовищную когтистую руку. Это рука прошла прямо над моей головой. Я убила сына Танаки, кретча, а затем Торн убила его снова, здесь, во тьме, отправив в забвение. Теперь Танаки искал месть, но он был слеп и руководствовался только информацией, подаваемой Лиззи, его огромная рука направилась в сторону ведьмы.

Она закричала, когда слепой демон схватил ее и приблизил к лицу. Я подняла голову и увидела, как ее челюсть работает, когда она открывала рот, чтобы сказать Танаки о его ошибке.

Но она не произнесла ни слова: возможно, воздух из её легких был выдавлен. Какая бы ни была причина, момент был упущен, и теперь Лиззи никогда больше не будет говорить.

Демон откусил ей голову и проглотил, а тело затем бросил в пропасть. Теперь она была дважды мертва и предана забвению.

Мы пробежали под ногами демона и достигли безопасной пещеры. Оглянувшись назад, я увидела, что он всё ещё шарил вокруг руками, ища другую жертву.

Мы прошли через пещеру, надеясь добраться области Пана до того, как демон обнаружит наше местонахождение.

ГЛАВА 7

ДОМЕН ПАНА

ГРИМАЛКИН

МЫ ДВИГАЛИСЬ по светлой дорожке, пока вдали не появился маленький зеленый диск размером не более звезды. Он рос и рос — пока я не увидела перед собой огромный оазис с деревьями и травой, плывущий в темноте. Несомненно, это был домен Пана.

Я почувствовала дрожь, когда мы сошли с дорожки и начали идти между деревьев. Пан был нашим союзником в борьбе с кобалос и их богом Талкусом, но здесь мы были нарушителями, и он не оценил бы это вторжение.

Небо было тёмным и отсутствовала луна, но зелёный свет был везде. Его излучала земля, трава, папоротники и деревья. Зелёный был цветом Пана, цветом самой жизни.

Я надеялась, что мы столкнёмся с его доброжелательной формой мальчика; он будет играть на своей флейте, и мы сможем поговорить с ним. Его другая форма была настолько ужасной, что мы могли впасть в безумие или быть поглощены пламенем его гнева.

— Это будет очень опасно, — сказала Торн, повторяя мои собственные мысли. — Пан может запросить ужасную цену. Какова была цена для Алисы? Было ли настолько плохо, как она ожидала? Она очень боялась.

— Даже хуже, чем ожидала, — ответила я. — Пан потребовал, чтобы она работала с тёмным магом Лукрастом и присоединилась к нему, чтобы сразиться с кобалос. Это значит, что ей пришлось покинуть Томаса Уорда. Она повиновалась Пану, никому не объясняя свои действия, и между ней и Томасом возник разрыв. Истинную причину произошедшего, она раскрыла ему гораздо позже. Но Лукраст сейчас мёртв, убит магами кобалос, и они с Томасом помирились.

— Тогда что же он потребует от нас, чтобы войти в его домен без приглашения? — я действительно была обеспокоена этим.

Торн развернулась и попыталась успокоить меня. — Он союзник и должен приветствовать наше предложение помощи. Хотя боги, как известно, своенравные и непредсказуемые.

Я нахмурилась. Я знала, что мы находимся в большой опасности из-за нашей самонадеянности.

Когда глаза приспособились к зеленому свету, я начала замечать некоторые вещи. Листья на деревьях были коричневые и скрученные, как будто приближалась осень, некоторые уже упали на траву. Алиса когда-то рассказывала мне, что это был зелёный, роскошный домен Пана, но сейчас под ногами всё было засохшее и увядшее. Может это было результатом столкновения Пана с Голгофом, Владыкой Зимы? Был ли он действительно так сильно ранен, что его сила настолько уменьшилась?

Затем, вдалеке, я вдруг услышала звук флейты. Это была музыка Пана, находящегося в своей более дружественной форме. Я указала в направлении звука и пошла туда, сопровождаемая Торн. Я вспомнила, что уже слышала эту музыку когда-то, она была захватывающая и резонирующая энергией и силой. Теперь она звучала слабее и меланхоличнее.

Наконец я увидела бога: он всё ещё был одет в листья и кору, сидел на бревне, играя на тростниковой флейте — бледный мальчик с длинными зелёными скрученными ногтями на ногах, неопрятными светлыми волосами и острыми ушами. Однако, его лицо было худым, и вокруг глаз были темные круги. Рука с флейтой, казалось, дрожала.

Алиса рассказывала, что, когда Пан играл, птицы кружили вокруг его головы или сидели на плечах, в то время как животные играли в его ногах или смотрели на него, очарованные музыкой. Но единственным существом, присутствующим здесь, был большой чёрный ворон, расположившийся на ветке прямо над его головой. Бог выглядел тенью себя прежнего. Без сомнения, это было результатом столкновения с Голгофом.

Я ожидала, что он станет насмехаться над нами, возмущаться нашим присутствием, готовый перейти в другую, более ужасную форму, но он просто кивнул и опустил флейту.