Кошка Баскервиллей

Особенную гордость вызывало мое крайнее приобретение, похожая на мини-космический корабль, супер-пупер-навороченная кофеварка, которую я сама себе презентовала после одного довольно сложного и деликатного криминального приключения.

Не знаю, как вы, но утром, пока не выпью божественный напиток из полюбившейся кофеварки, я не могу считаться полноценным и приятным в общении человеком, поэтому, усадив милую соседушку на табуретку, я загрузила капсулы с кофе, нажала на нужные клавиши, и мой космический корабль уютно замурчал, издавая великолепный запах.

— Вам чай или кофе? — спросила я Лидию Степановну.

Разговаривать без чашки напитка я была не готова.

— Чай зеленый, если можно.

— Можно, — я кивнула, и разлила напиток по чашкам.

Устроившись со своим кофе на стуле, я сделала обжигающий глоток и сразу приступила к делу:

— Итак, Лидия Степановна, я вас слушаю. Что случилось?

— Горе, беда настоящая. Виолетта пропала.

Я поперхнулась кофе.

— Виолетта?

Старушка уставилась на меня с немым удивлением, типа, неужели я не знаю Виолетту?

— Это ваша родственница? Соседка? Она как-то связана с актрисой Таисией Дятловой? — поинтересовалась я.

— Нет, ты что. Виолетта, она у меня жила, — замялась бабулька.

— Внучка ваша?

— Да нет, — поражаясь моей недогадливости и что-то бормоча себе под нос, старушка полезла в свою облезлую сумочку и сунула мне в руки старую, немного помятую фотографию.

На фото была изображена сама Лидия Степановна, судя по интерьеру, у себя дома (хотя у нее в гостях я никогда не была!). Соседка сидела, развалясь на псевдокожаном диване, а на коленях у нее красовалось бело-рыжее НЕЧТО. Если бы мне кто-то рассказал, что кошки бывают таких размеров, я бы в жизни не поверила. Конечно, я слышала о породе мейн-кун, я даже знаю, что они довольно крупные котятки. Но Виолетта, а это, скорее всего, была именно она, была размером с некрупную, но овчарку. Маленькая и сухонькая старушка Лидия Степановна просто терялась на фоне этой крупной кошары, которая почти сравнялась с хозяйкой в размерах.

— Это моя Виолетточка, моя кровиночка, мое солнышко, — дальше пошли «сюсю-пусю», адресованные гигантской кошаре с наглым выражением на морде. — Танечка, ты же детектив, мне больше некуда пойти с моим горем. Она пропала, моя Виолетточка пропала. Она же потеряется в городе, на нее собаки нападут, замерзнет. Ее убьют преступники, эти злодеи.

Я подумала, что кошка с такой комплекцией сама может гонять и нападать на средних собак, а те, если у них есть чувство самосохранения, никогда по своей воле не полезут к такой Виолочке. А насчет злодеев — тоже вопрос довольно спорный.

— Лидия Степановна, но это же не мой профиль. Я частный детектив, я занимаюсь расследованием преступлений, а не поиском домашних животных, — я пыталась достучаться до разума соседки.

— Так это и есть самое настоящее преступление. Ее украли, — заплакала бабулька.

— Но я действительно такими делами не занимаюсь, — мне было жаль соседку, но у меня не было ни времени, ни желания, чтобы искать эту огромную кошку.

— Ее убьют, — запричитала Лидия Степановна.

— Да с чего вы взяли? — уже не выдержав, вскочила я. — Кто ее убьет?

— Вот с чего, — старушка снова принялась копаться в своей бездонной сумке и вытащила на свет божий еще одну помятую бумажку.

Записка, напечатанная на принтере:

«ТВОЯ КИСКА У НАС. ЕСЛИ ХОЧЕШЬ ЕЕ УВИДЕТЬ, ГОНИ 100 000 РУБЛЕЙ».

Я хмыкнула, это уже все меняет.

Одно дело, сама кошка сбежала, а другое — когда у пенсионерки деньги выманивают и угрожают.

— У меня нет таких денег, пенсия небольшая и занять не у кого, — Лидия Степановна, закрыв лицо руками, зашаталась на стуле.

Я побежала в комнату, накапала в стакан воды валерьянку и заставила бабульку ее выпить.

Клацая зубами о стакан, она снова взмолилась:

— Танечка, по-соседски молю — помоги! На тебя одна надежда.

Мне очень не хотелось браться за это дело, но надо наказать придурков, которые издеваются над старушкой.

— Хорошо, я вам помогу. Когда пропала Виолетта? Как это произошло? Как вы получили эту записку, от кого?

Старушка немного повеселела, даже отпила свой чай. Видимо, валерьянка начала действовать.

— Виолетточка пропала третьего дня как, а записку я нашла в почтовом ящике сегодня с утра.

— Как кошка пропала? — снова спросила я.

— Я утром в понедельник вышла в магазин, вот в «Восьмерочку», — купить для Виолетточки рыбки, она лососика очень любит…

Я про себя хмыкнула. Однако… Интересные у кошки запросы, я «лососика» тоже очень люблю, но с ценами на него нечасто могу себе позволить. А тут, судя по размерам кошары, покушать она ой как любит.

— Я вернулась из магазина где-то через полчаса, а у меня дверь приоткрыта и кошки нет, — сокрушенно качая головой, промолвила соседка.

— Что-нибудь еще из дома пропало?

— Нет, все на месте. Даже деньги, тысяч десять под бельем на месте, и колечко мое золотое, обручальное в серванте — все на месте, а Виолетточку украли!

— Дверь была открыта?

— Да, приоткрыта.

— Вы ее перед уходом закрывали на ключ? — поинтересовалась я.

Лидия Степановна помедлила, принялась мяться, потом со вздохом сказала:

— Я, если честно, не помню, Танечка. Как собиралась в магазин, помню, как выходила, помню. А вот, как дверь закрывала, не помню. Я на лестнице Зинаиду Петровну встретила, она тоже в магазин шла, вот языками и зацепились с ней. Наверное, я все-таки закрыла дверь, я всегда ее закрываю на автопилоте. Но в этот раз не помню.

Она развела руками.

— Виолетта когда-нибудь раньше убегала на улицу?

— Нет, ты что, Танечка. Виолетточка — домашняя кошечка, она никогда на улице не была. Там блохи, инфекция и вообще.

— Кстати, про вообще. Извините за бестактность, но я должна спросить, для дела, конечно. Виолетта стерилизованная кошка? Как у нее в плане секса?

Лидия Степановна в мгновение ока покраснела до кончиков ушей, она замахала руками.

— Нет, нет. Ни в коем случае. Никакого секса у нас нет и никогда не было. Виолетточка — порядочная девочка.

«Так, все понятно, — про себя подумала я, — кошка не стерилизованная и вполне могла загулять. Любовь не по расписанию. Вот принесет она в подоле Лидии Степановне котят, вот интересно, что старушка потом скажет?»

— Кошка породы мейн-кун, это достаточно дорогие котики, откуда она у вас? — спросила я.

Лидия Степановна с громким вздохом отпила из своей чашки чая и ответила:

— Это мне Толя, мой внучок, подарил. Ему ее котенком кто-то пристраивал, а он мне принес. Я взяла, она еще крохой была, но уже крупной, думала, больше не вырастет. А она вон какая красавица стала.

Тень печали пробежала по лицу бабушки.

— Ты найди ее, Танюша, Христом Богом прошу.

— Я сделаю все от меня зависящее. — Я отпила снова кофе и спросила: — Следующий вопрос: кто бывает у вас в квартире, у кого есть ключи от нее?

— Ой, гости у меня редко бывают. Вот Толя иногда забегает, но редко, он студент, учится еще, да Зинаида Петровна на чай заходит. Сын мой Павлуша с женой в Канаде живут, здесь из родственников у меня только Толечка.

— Да, только Толька, — грамматически пошутила я.

Лидия Степановна мой экспромт не оценила, а снова принялась мять в руках носовой платочек.

— Танечка, обещай мне, что ее не убьют, я не выдержу просто этого. Я телевизор смотрю, я знаю, что творится у нас в городе, вон и в лифте девок убивают.

Еще один обреченный вздох.

— Я сделаю все от меня зависящее, не волнуйтесь, Лидия Степановна. Я оставлю у себя эту записку и фотографию?

Старушка обреченно кивнула.

— Дайте мне контакты вашего внука, на всякий случай.

— Толечки? А он-то каким боком к этому замешан, он студент, у него экзамены, зачеты, не хотелось бы его отвлекать.

— Я не буду его отвлекать, но на всякий случай дайте его номер телефона. У него ключи от вашей квартиры есть?

— Да, — протянула соседка. — Есть, кажется, я когда-то еще давно ему на всякий случай оставляла. А то — мало ли чего.

— Ну да, мало ли чего, — я согласилась и записала мобильный внука Анатолия. — А он где живет?

— Он в обжещитии при вузе, — ответила старушка.

— А почему не у вас? — не подумав, ляпнула я.

Старушка снова замялась, покусала губы, но все-таки ответила:

— Понимаешь, у меня места не так много, он человек молодой, всякие там друзья, девушки, а ко мне нельзя. Да и нам с Виолеттой еле хватает места.

Про себя я подумала, что я бы на месте Толика ненавидела эту кошку, которую бабушка, по-видимому, любит больше, чем родного внука.

Я поблагодарила соседку, проводила ее к выходу, села на диван и задумалась.

Вот еще одно дело нашло меня прямо в родном доме. Соседям помогать надо, тем более что я ненавижу киднеппинг — похищение любимой домашней зверушки для многих сравнимо с похищением родного ребеночка.

Я взглянула на фото, оставленное соседкой.

Как мило и трогательно держала на коленях старушка свою «Кошку Баскервиллей», с какой нежностью и любовью смотрела она в эти желтые наглые глаза.

— Держись, Виолетта, я тебя найду, — пообещала я огромной кошаре и принялась готовить завтрак.

Глава 7

Утром после завтрака я наконец-то дозвонилась до Ашота. Первым делом убийством актрисы Дятловой нужно было заниматься, а не кошек искать.

Грубый заспанный голос, хотя на часах было уже пол-одиннадцатого, ответил после третьего гудка:

— Алло. Кто это?

— Доброе утро. Мне нужно на сегодня такси до аэропорта. Вас посоветовала моя соседка Лена, — озвучила я свою легенду.

— Да, конечно. Во сколько за вами заехать?

— К двенадцати часам на улицу Галушкина, дом шестнадцать. Успеете?

— Да, конечно. Ждите моего звонка.

До встречи с Ашотом оставалось около часа. Я привела себя в порядок, облачилась в удобные черные джинсы и ветровку, накрасила глаза плюс взяла оружие, помощнее туши для ресниц, — мою любимую миниатюрную беретту, спокойно помещающуюся в маленькой женской сумочке. Конечно, на нее у меня есть разрешение, в моей профессии без него никак.

Ровно без пяти двенадцать прозвенел звонок от таксиста.

Внизу возле подъезда, рядом с белым «Рено-Логаном» стоял взрослый мужчина «кавказской наружности».

Поздоровавшись, я села на переднее сиденье рядом с водителем.

— Вы без чемодана? Я думал, вы в аэропорт едете.

— В аэропорт, подругу встречаю. Она вчера должна была прилететь, да вот что-то разминулись. Вот боюсь, как бы с ней чего не случилось. Она такая красивая, на актрису известную похожа. Ей все время говорят: «Ты вылитая Дятлова». Это актриса такая. А подруга моя, Лена, уже устала отшучиваться да отнекиваться, что она не актриса никакая. Но вот прям очень похожа, — продолжала щебетать я.

— На актрису? На Дятлову? Хм… — в голове у Ашота забилась правильная мысль.

Я не хотела давить на него, но продолжила:

— Она такая рассеянная, прямо Маша-растеряша. Я ей говорила, приедешь по адресу Галушкина, дом шестнадцать, второй подъезд нужен, а она, скорее всего, все забыла.