Сбежать от стального короля

— Ну? — нетерпеливо спросил я у него, стягивая перчатки и бросая их на соседнее кресло. — Сколько сэкономил при покупке, старый пройдоха? Купчую уже заверил, надеюсь? Чего молчишь?

Я с недоумением уставился на упитанного и обычно очень жизнерадостного толстяка-поверенного. Что-то он бледноват. Заболел, что ли? Вот уж некстати.

— Несс Маубенрой, — Вариус сглотнул, вздохнул и поднял на меня большие печальные глаза бездомного пса. — У меня для вас неприятные новости.

— Так, — я подобрался, чувствуя, как ледяной холод сковывает желудок и подбирается к солнечному сплетению. — Ну говори уже, не тяни горнюка за яйца!

— Несс Маубенрой, я действовал четко по вашим инструкциям, и сначала все шло хорошо. Но потом явился управляющий этой леди, и… у меня не было полномочий поднимать цену выше той, которую вы определили как предельную. Да и на расчетный счет вы положили только эту сумму, помните? И посыльный не смог вас найти! Я связался по шарофону с поместьем, но там сказали, что вы с утра уехали в город…

— Да говори ж ты толком, прах тебя побери! — рявкнул я, яростно дергая галстук, неожиданно сжавший горло, так, что ворот затрещал.

— Они перебили цену, несс, — совсем тихо сказал Вариус, — и купили оба участка.

— Кто?! — тоном, полным ледяного бешенства, переспросил я, сжимая подлокотники кресла и почти выламывая их.

— Поверенный от имени некой леди… сейчас… — толстяк полез в бумажки и прочитал: — от имени леди Фаины ат Леннистон.

Глава 8

Фаина:

Если бы этот, прости господи, гном в цилиндре не оказался таким настырным и бесцеремонным, его прекрасная борода осталась бы при нем.

Почему гном? Потому что все мы тут гномы. Я еще в тумане нежизни обратила внимание на то, что Фаи-отражение очень миниатюрная, но думала, что это ее личная особенность. А потом, чуть обжившись в новом теле и осмотревшись, покопавшись в памяти и сравнив два мира, поняла: здесь все такие. Не лилипуты, но по меркам земли двадцать первого века весьма приземистые. Я на фоне сестры, прислуги и поверенного могла считаться рослой девушкой, Раина и вовсе была почти на полголовы ниже меня.

Но разница в росте с прежним телом была очень заметна, особенно в саду. В доме нет — тут и мебель, и потолки были рассчитаны на среднего шибздика, а вот кусты и деревья ни под кого не подстраивались, и за спелой малиной на верхушке куста пришлось тянуться с табуретки.

Ну и, кстати, буквально через полдня я привыкла и перестала замечать низкорослость окружающих, масштаб восприятия изменился, и все стало казаться привычно-соразмерным. Люди как люди, ну и что, что гномы.

А еще у всех здешних мужчин были бороды. Длинные и короткие, окладистые и жидковато-козлиные, но без бороды, похоже, здешний сильный пол считал себя голым. Натурально гномы, короче, кто ж еще. А если учесть всеобщую любовь к ковырянию в недрах, сталеварению, ковке и магомеханике, на которой тут работало почти все, — сомнений не оставалось.

Кстати, здешняя мифология косвенно подтверждала мои предположения, потому что все аристократы вели свой род от неких «подгорных предков» и бережно лелеяли «огонь-в-крови» — какой-нибудь особый дар, передающийся по наследству. Не обязательно магический, но почти всегда связанный с чем-то железно-прикладным. Или каменно-практичным. Например, Леннистоны славились как рудознатцы, обладающие феноменальной «чуйкой» на полезные ископаемые. Фаи-отражение тоже увлекалась геологией, даже прослушала курс в Горной Академии — единственная из женщин в этом поколении. Я пока отложила вдумчивый анализ наших объединившихся знаний, но уже заранее предвкушала много интересного и нового и для меня, и для этого мира.

Главное было отбрыкаться от нежеланного замужества, получить свободу и самостоятельность, а дальше разберемся. Ну и что, что это мужской мир. Можно подумать… Плавали, знаем.

Короче, когда этот несс вперся в будуар, как медведь на ярмарку, и остался сидеть в кресле, как пришитый, он нам чуть весь план не поломал. Пришлось принимать меры, и кто ж ему доктор, что, кроме жидкости для эпиляции, мне ничего толкового под руку не попалось?

Как только раненый кабан с ополовиненной бородой вылетел за дверь, я торопливо принялась за дело: скинула траурное платье и помогла сестре. Девчонка запуталась в оборках, застряла и чуть не расплакалась.

— Реви-реви, это правильно, — подбодрила ее я. — Голос хорошо будет хрипеть. Неузнаваемо.

Раи и впрямь разревелась. Ее одновременно до чертиков пугала затеянная мной авантюра и еще больше ужасала перспектива остаться в восемнадцать лет старой девой без малейшей перспективы замужества.

Надо сказать, что нам несказанно повезло. Чокнутый папаша занес в «скрижали предков» довольно расплывчатую формулировку: одна дочь должна идти замуж, вторая под опеку. И все. А вот в «пояснительной записке», так сказать, адресованной лично нам с Раиной, он уже подробно расписал кого куда. Да только записку эту он мог засунуть себе в гроб и ею там прикрыться. Силу магии обретали только высеченные в камне слова. И нашему родовому алтарю в подвале совершенно наплевать, какую из дочерей замуж, а с какой клятву взять. Главное, чтобы счет сошелся.

Я даже вспомнила, за каким чертом нужны такие идиотские условия. Это здешним бородатым патриархат подгадил, плюс с генетикой они не знакомы. Короче. Раз не осталось наследника, женщины, как существа неполноценные, якобы не могут продлить род просто так. Грубо говоря, папаша наш решил обобрать одну из дочерей в пользу другой, чтобы в той, которая будет рожать наследников, собралось побольше правильной крови и передалось детям. Идиот.

Жаль, нельзя просто дождаться, пока гном наденет кольцо помолвки на Раину, и послать всех к горнюковой матери — прикольно они тут ругаются, кстати. Так вот, жаль, но нельзя. Во-первых, отказ от огня записан в скрижали, чтоб их. Без этого договор не выполнен и магия начнет всяко пакостить, как я поняла. Во-вторых, пока я под опекой — Маубенрой меня просто так не отпустит. Сначала надо оказаться вне его досягаемости, а уж потом можно и зубки показывать.

Переоделись мы в рекордные сроки. Сестренка посмотрела сначала в зеркало, потом на меня и широко раскрыла глаза. Не подозревала во мне талантов горничной и комедиантки, но убедилась в моей правоте: туфли на каблуках, шляпа с вуалью и правильная отделка на платье — и вот она уже превратилась в старшую дочь Леннистонов.

Ну, чего уж там, я полдня только и делаю, что удивляю всех вокруг. Чего стоит авантюра с подменой. По-моему, настоящая Фаи не отважилась бы на такое. Самое главное, она не отважилась жить самостоятельно. Попросту представить себе не могла, что это возможно. Ничего, научится. В моём мире у неё просто иного выхода нет, да и с патриархатом там полегче, никто не будет таращиться на одинокую леди в банке или просто на улице, как на привидение.

Мокрый, мрачный и наполовину облинявший Маубенрой явился как раз вовремя — мы успели убедиться в правдоподобности своих образов. И потащил нас в храм, пока мы ему еще чего-нибудь не растворили.

В домовом храме Раи, как и хотела, получила кольцо, а я… Давать магическую клятву, смысл которой не до конца понимаешь, та ещё глупость. Это как поставить подпись внизу чистого листа и отдать бумагу не очень чистоплотному человеку. Если бы у меня было время, я придумала бы другой выход, но… но.

Тут еще один момент сыграл — в том небытии, где я встретила свое отражение, в мозг просочилось и некоторое количество информации. Короче, не все так просто у меня теперь с клятвами, потому что я и Фаи Леннистон, и НЕ Фаи Леннистон одновременно. А это значит, что во время принесения клятвы я могу чуть-чуть подкорректировать ее значение.

На что я подписалась? «Огонь-в-крови» — это дар рудознатца. Когда можешь видеть и чувствовать жилу сквозь несколько десятков метров земли и камня. Жалко лишаться, но я и знаниями прекрасно обойдусь, не велика потеря. Но что значит «не распылять кровь»? Если это означает не иметь детей совсем — то фигвам, как говорится. Не то чтобы я хотела ребенка до обморока и прямо сейчас, но и отказываться от возможности завести его в будущем не собираюсь. А значит, все просто: во время произнесения клятвы надо было четко сформулировать про себя, от чего именно я отказываюсь. От того, что в моих детей перейдет хоть капля родовой силы и наследия. Мои дети никогда не будут рудознатцами, они не будут Леннистонами даже по крови. Вся сила «перейдет» в детей Раины. Ну и пусть! Можно подумать, свет клином сошелся на этом огне-в-крови. У меня его отродясь не было, и ничего. Ладно, разберусь со временем. Какова бы ни была цена, свою свободу я купила честно. Ну а если все претенденты вокруг будут уверены, что я негодная баба без наследия и фертильности, — оно и лучше. Не будут досаждать всяческие искатели приданого. Если мне понадобится муж — я его сама выберу среди обычных, неэлитных мужиков, зато умного, сильного, доброго… ну и так далее. Вот уеду на другой материк, там и осмотрюсь. А прежний круг знакомств Фаины Леннистон меня что-то совсем не привлекает.

Идея с эпиляцией принесла неожиданный, но приятный бонус, помимо того, что мы с Раи поменялись платьями. Несс умчался в цирюльню, а я получила время собрать документы, записки, личные дневники Фаи, выгребла из тайника кошель с деньгами, а заодно прибрала к рукам несколько банковских векселей на предъявителя. Очень кстати они там оказались. Вообще с деньгами у меня было не так чтобы очень хорошо, но терпимо.

Во-первых, рудник. Он достался мне в наследство от рано умершей матери, и отец мог им распоряжаться только как опекун, а после моего совершеннолетия — по доверенности. Насколько я смогла понять из кратких пояснений моего отражения и найденных документов, последние десять лет папаша не вкладывался в оборудование и занимался чистой эксплуатацией. Поэтому, чтобы прибыль снова стала стабильной, нужны финансы и хорошее управление.

Это плавно переводило мое внимание к «во-вторых»: от матери Раине досталась весьма скромная по меркам остального приданого сумма. Для двух леди, регулярно выходящих в свет и следящих за модой, — это так, на булавки, просто чтобы не клянчить у отца, а потом и у мужа деньги на каждую мелочь. А вот если сложить обе части материнского наследства вместе — я имею в виду доходы с рудника и деньги в банке, — а потом не тратить их на дорогие глупости, этого хватит надолго.

Глава 9

Моя «жертва» у алтаря не была такой уж бескорыстной. Можно сказать, Оуэна Маубенроя я Раине продала. За ее долю материнского наследства. Мы честь по чести составили с ней договор и даже успели съездить в банк, прямо там заверить наше соглашение и перевести средства на мой счет, пока гном почти три часа чинил бороду.

Раи отдала свою долю без возражений — она прекрасно понимала, что, будучи женой второго наследника стальных королей, никогда не будет экономить на шляпках, шпильках и прочих булавках. Ее вообще охватил какой-то полумистический восторженный ужас, и она смотрела на меня то ли как на героиню, то ли как на сумасшедшую.

План у меня был простой: сбежать, отказаться от опеки и… последовать совету Фаи, положившей глаз на разработку полезных ископаемых аж на соседнем континенте. Она сама только мечтала и никогда не осмелилась бы на такую авантюру, но мне-то терять нечего.

Собственно, география здешнего мира почти в точности повторяла географию Земли. Альянс Подгорных Лордов занимал почти весь материк, который на Земле назывался Евразия. Про Америку тут знали, но добраться почему-то не могли, Австралию считали пустым пропащим местом, а вот Африка…

По здешнему — материк Аурика. Почти неисследованный континент, богатый природными ископаемыми, но неразвитый и полный всяческих чудищ, мешающих порядочным гномам его выпотрошить.

Бегло просматривая бумаги моей предшественницы, я наткнулась на интересные заметки о скором аукционе. Так-так-так… Южная Аурика. Хм… речные россыпи? Алмазов?

Ах да, когда-то и на Земле считали, что эти драгоценные камни зарождаются на песчаных плесах и вымываются водой во время половодья. А потом в горах выше по течению нашли кимберлитовые трубки, древние жерла давно потухших вулканов.

Вниз по течению участки стоят как крыло от «Боинга». А вот выше… это становится интересным!

Так-так-так, делаем ноги, и дальше…

В карете у меня случился очередной приступ воспаления хитрости, я специально подгадала, чтобы произошел он неподалёку от придорожной гостиницы с репутацией дорогого, но приличного заведения. Облинявший гном, который без зарослей на лице, кстати, выглядел вполне симпатичным мужиком, снова ничего не понял, и у меня закралось подозрение, что у него вместе с бородой часть мозгов смыло. Слишком легко получается… хотя меры предосторожности я предприняла нешуточные — поскольку мужчина не ехал с нами в карете, а слегка рассеянно посматривал со специального места впереди кареты (не знаю. как это называется, сразу позади кучера), то мы ему продемонстрировали, как две леди идут к дверце экипажа, а потом под прикрытием той самой открытой двери я присела и шмыгнула в сторону, в густую тень крыльца. А Маубенрой остался в полной уверенности, что увез обеих дам.

Несс увёз Раи к жизни, о которой она мечтала. Надеюсь, она не пожалеет и будет счастлива с Оуэном. А я… Я наняла другой экипаж и через два часа быстрой езды получила номер в другой гостинице. Оплатила кучеру суточный наем его кареты, чтобы он пока не возвращался на свою прежнюю стоянку и не мог привести за мной погоню и, наконец, завалилась спать. Завтра будет трудный день… но этот день будет, и я собираюсь взять его под уздцы и проехаться с ветерком!

Горничная, как я и заказала, разбудила меня на рассвете, принесла простой, но сытный завтрак и отличный крепкий кофе без молока и сахара. Когда я спустилась в общий зал, до приезда дилижанса оставались каких-то пять-семь минут. Еще бы! Чтобы напялить на себя весь комплект пыточных инструментов настоящей леди, пришлось потратить почти сорок минут, и это при том что я совершила совершенно скандальную и неприличную вещь: вчера, после того, как мы с Раи посетили банк, я заскочила в лавку подержанного платья и продала все свои корсеты. Йех-ху! Хозяйка лавки была шокирована моим умением торговаться и даже бухтела о том, что леди это не положено.

Ну да, сестра чуть не хлопнулась в обморок, наблюдая эту картину, а я выручила почти пятьдесят золотых. Между прочим, на эти деньги можно жить в недорогой гостинице на полном пансионе месяцев пять! Так что идут они со своими приличиями. Фаи-отражение все одно была глиста в обмороке, и, если не цепляться за приличия, никто и не заметит, есть ли у меня эта приблуда под платьем.

Семейный поверенный, тот самый, который вчера зачитывал нам с сестрой завещание, получив мою записку через секретаря, сразу же выскочил, чтобы встретить и проводить в свой кабинет лично. Но при этом вытаращился на меня с искренним изумлением.

— Леди Фаина? Что произошло? Я получил ваше послание, но, признаться, ничего не понял.

— Все просто, мэстр. Я отказалась от замужества и намерена отказаться от опеки семьи Маубенрой. Мне понадобится ваша помощь, чтобы оформить это побыстрее.

— Отказались от замужества?! — пожилой дядька, из-за своего пузика и бороды похожий на настоящего гнома, как их рисуют в детских книжках, смешно хлопнул себя руками по бокам и даже чуть подпрыгнул от избытка чувств. — Но как?! Подгорные предки, леди, вы здоровы?! Вы не можете отказаться от договора, заключенного вашим отцом, огонь-в-крови просто не позволит!

— Успокойтесь, мэстр Коруол, — я даже успокаивающе похлопала гномика веером по руке, чем повергла его в шок. — Конечно, договор надо соблюдать. Поэтому вчера вечером Раина приняла обручальное кольцо второго наследника рода Маубенрой и засвидетельствовала это перед предками. В договоре ведь не было указано, какая именно дочь рода Леннистон выйдет замуж, верно?

— Подгорные предки… — поверенный вдруг без сил рухнул в кресло и уставился на меня глазами, полными жалости и благоговения. — Леди Фаи… как же… и вы… ради сестры… вы всегда ее защищали, конечно… Но как?!

— Пришлось немного схитрить, — я пожала плечами. — Надеюсь, первый наследник Маубенроев простит нам наши маленькие девичьи хитрости, на которые мы пошли исключительно от отчаяния.

— Но вы… дали клятву и отказались от огня? — тихо переспросил гном.

— Да, — я коротко кивнула и по какому-то наитию добавила: — Но мне не хотелось бы об этом… вы понимаете… — не рассказывать же ему, что я немного смухлевала.

— Бедная девочка, — старик покачал головой. — Вы всегда были такой доброй и благородной, леди Фаина. Я восхищаюсь вами. Чем я могу вам помочь?

Вот, другое дело. Конечно, нехорошо манипулировать людьми, и гномиками тоже не хорошо, но сейчас мне очень нужно, чтобы этот бородатый гриб помогал мне добровольно и от души.

— Вы же понимаете, мэстр, что лорд Маубенрой на правах опекуна вас уволит. У него хватает своих поверенных. Вам придется искать другого клиента. Не хотите ли стать управляющим моими делами на материке?

— Леди?

Примерно через два часа все было кончено. Нотариус, вызванный мэстром, флегматичный тощий дед, вооружённый моноклем и двадцатью тремя томами Горного Кодекса, выслушал мои пожелания, уточнил, что я понимаю последствия отказа и невозможность вернуться под опеку рода Маубенрой, дал подписать целую кипу документов.

Увидев эту гору, я даже испугалась, что быстро дело не решить. Вспомнилось, что дома загранпаспорт, даже срочно, оформляют не один день и не два, а гораздо дольше. Обошлось. Нотариус выдал мне гербовую бумагу, в которой ясно утверждалось моё право на самостоятельность.

— Всё оформлено, леди, — качнул головой он, когда понял, что я не спешу выпускать документы из рук и внимательно перечитываю каждый пункт. Но, кстати, если сначала в его кивках и голосе было заметно скучающее неудовольствие — мол, ну чего она время тянет, словно что-то может понимать в таких тонкостях, то после пары моих уточняющих вопросов канцелярский сморчок подобрался и смотрел уже с заметным уважением. Особенно когда я прицепилась к последнему пункту, напечатанному супермелким шрифтом в самом низу. И не успокоилась, пока мне не разъяснили, что мою невменяемость и недееспособность можно законно установить только после трех фактов антиобщественного поведения с зафиксированным вредом имуществу или здоровью других граждан Альянса. И для этого нужны свидетели. И комиссия из независимых врачей и одного говорящего с предками.

Уф… Короче, захапать меня обратно под опеку под предлогом того, что крыша потекла, будет не просто даже стальным королям. Но лучше поводов не давать и вообще убраться подальше.

— Это не всё, уважаемый, — остановила я нотариуса, когда он начал было собирать свои бумаги. — Я хочу назначить управляющего своими делами, потому что не намерена задерживаться в городе.

Глава 10

Пришлось подписать ещё две кипы бумаг и даже поторговаться за гонорар, который будет получать управляющий. Гномский мэстр Коруол при всем своем благостном ко мне расположении денежки считать умел. Только почему-то решил, что, раз работы будет меньше, вознаграждение должно быть больше. Хо, не на ту напал.

Впрочем, кажется, гномик получил искреннее удовольствие от торга и даже похвалил меня настоящей хозяюшкой, мол, не в обиду высокородной леди будет сказано, а хватка у меня как у хорошей практичной девочки из приличной семьи.

Я тоже не пожалела для мэстра пары комплиментов, и, вполне довольные друг другом, мы перешли к главному: принесению обоюдных клятв честного сотрудничества. Все же в магии есть свои положительные стороны: я могу быть уверена, что мэстр Коруол не предаст меня, даже если захочет. Огонь-в-крови и честь предков, которыми он клялся, ему не позволят.

Мы быстро разобрались с клятвами, отпустили нотариуса и занялись непосредственно хозяйственными делами.

— Дом, леди Фаина, переходит под управление старших Маубенроев, пока не наступит совершеннолетие лорда Леннистона, сына вашей сестры. Но, даже несмотря на отказ от опеки, вы имеете право жить в доме предков.

— Учту, — я кивнула. — Но сейчас важнее рудник. Мэстр Коруол, вы же в курсе, что добыча за последний год упала почти на пятнадцать процентов? И все потому, что ремонтом и модернизацией оборудования никто не занимался без малого десять лет. Это никуда не годится. Я выделю определенную сумму на самые срочные нужды и хочу, чтобы все деньги со следующего контракта на поставку руды пошли на переоборудование и закупку всего необходимого.

— Так договора-то старые почти все уже исполнены, — вздохнул поверенный, неторопливо доставая из сейфа кипу бумаг. — А покупатели, они, знаете… свой интерес блюдут. Так и норовят цену сбросить.

— А вы обратитесь к лорду Маубенрою, — хитро улыбнулась я. — По-родственному. Уверяю вас, если мы заключим эксклюзивный контракт со стальными королями… ну хотя бы на ближайшие лет пять, они дадут хорошую цену и даже не будут торговаться.

— Леди? — гном вопросительно приподнял бровь. — Вам известно что-то, о чем я не знаю?

— Мэстр, если вспомнить, что Маубенрои согласились на помолвку ради хромового рудника моей матери, я думаю, вы сами сделаете правильные выводы, — усмехнулась я. — И если мы будем продавать руду только им, это будет в каком-то смысле компенсацией за мой отказ выйти замуж за Оуэна.

— Кхм, — мэстр откашлялся и спрятал одобрительную ухмылку в бороде. — И цену, я так полагаю, вы рекомендуете поставить процентов на десять выше той, по которой мы поставляли концентрат раньше?

— Зато эксклюзивно, и мы даже допустим их инженеров к наблюдению за добычей, — я пожала плечами. — И им выгодно, и нам будет на что закупать оборудование.

— Отлично, леди, отлично. Уж я постараюсь выбить самые выгодные условия, не сомневайтесь. Что-то еще?

— Хм… да. Я хотела бы узнать кое-что о предстоящих торгах в Горной Палате. В частности, меня интересует концессия на разработку недр в южной Аурике, в бассейне реки Шиары.

— Хм… леди, — кашлянул гном. — Участки в среднем течении стоят очень дорого и…

— Меня интересуют другие территории, в горах, у истока.

— Эм… но что там может быть полезного? — поразился мэстр Коруол. — Впрочем, сильно вы не потратитесь, а недра — это всегда хорошее вложение, так что даже не стану отговаривать. Торги пройдут сегодня в пять часов пополудни. Мы еще успеем пообедать, приглашаю вас в свой дом, леди, мэстрисс Коруол будет ужасно рада и даже приготовит вам свой фирменный торт с грибами. А потом я сам отвезу вас в Горную Палату и выступлю от вашего имени на торгах.

Все прошло как по маслу. Правда, я еле отбилась от мэстрисс Аххаты, жены моего поверенного, во что бы то ни стало пытавшейся сначала закормить меня до состояния нестояния, а потом заманить пожить в их доме. Потому что не дело юной девушке жить в гостиницах без компаньонки, не дело и не дело!

К счастью, мэстр Коруол пришел мне на помощь и утихомирил супругу, заявив, что я взрослая леди и, кроме того, Маубенрои будут искать меня прежде всего именно в его доме.

Последний аргумент со скрипом подействовал, и нас с гномом отпустили в Горную Палату.

Рассказывать, как прошел вечер, нет смысла, все закончилось очень быстро, только почему-то, когда мэстр пришел с торгов в небольшое кафе, где я его ждала, под его бородой явно угадывалась хитрая усмешка, а густые мохнатые брови сосредоточенно шевелились, словно две толстенькие деловитые гусеницы на кленовом листе.

— Нет-нет, леди, беспокоиться не о чем, — заверил он, встретив мой вопросительный взгляд. — Участки ваши. Кажется, вы не прогадали. Конечно, не сейчас, но через двадцать-двадцать пять лет эта земля будет кое-что стоить. По реке туда не добраться, но в тот район собираются прокладывать железную дорогу, да и вообще… У вас хорошее чутье.

— Спасибо, мэстр, — я знаком подозвала официантку и отодвинула третью за сегодняшний вечер чашку кофе. — Теперь у меня к вам еще несколько просьб: во-первых, не могли бы вы порекомендовать мне приличный, но не слишком дорогой пансион? Не хочу транжирить деньги, но обстановку предпочла бы спокойную и респектабельную.

Мэстр посмотрел на меня из-под поднявшихся на лоб гусениц и одобрительно кивнул. Я приободрилась.

— Во-вторых, мне нужен надежный мастер-ювелир, умеющий работать быстро и молча, а также чтобы вы подготовили, скажем… ммм… три заявки в патентное бюро на мое имя, потом доверенность на управление ими на ваше имя и нашли агента, который будет готов рекламировать продукцию для инвесторов.

— О как! — крякнул гном и уставился на меня с неподдельным интересом. — Леди Фаина, похоже, я многого о вас не знал раньше.

Я только многозначительно кивнула. Да, не знал, не знал, конечно. Зато теперь познакомится близко. Я собираюсь выжать из своего иномирного происхождения максимум выгоды, а поскольку времени совсем мало, презентую Альянсу чего попроще для начала. Канцелярскую кнопку, скрепку и замок-молнию.

Я специально смотрела внимательно в конторе управляющего — ничего подобного у здешней бюрократии и в помине не было. А если вспомнить историю XIX века и кучу прочитанных мною книг о попаданцах-парнях, это прямо азбука читерства — внедрять копеечные прибамбасы, которые легко сделать при здешнем уровне техники, и зарабатывать на них состояния.

То, что я задумала, требовало много денег в будущем и много беготни сейчас. Но почему-то вместо испуга я чувствовала странный азарт. И даже патриархальный мир меня не пугал — я уже усвоила правила игры. Главное, самой не светиться, выставлять впереди себя мужчину-поверенного, и все бородатые бабоненавистники и угнетатели будут довольны. Особенно, если предложить им выгодное дельце.

Гном повел меня не к простому ювелиру, а к своему другу, который больше работал с магомеханикой, изготовляя самые тонкие запчасти для приборов из золота и серебра. Поначалу при виде меня мастер скептически скривился, но, поняв, что клиентка денежная, принял весьма радушно, даже лавку свою ради меня закрыл. И со вздохом согласился дать стандартную клятву о неразглашении, такую требовали многие заказчики, чтобы их придумки просто не скопировали внаглую.

— Что будет угодно, леди?

Глава 11