Сбежать от стального короля

— Леди, я с радостью приобрету ограниченную лицензию на применение ваших новаторских методов. И помогу с продвижением некоторых из них, если они встретят сопротивление в среде признанных мастеров. Это будет выгодное предприятие, соглашайтесь.

Глава 38

Да, это я лихо задвинул про финансирование и связи. Хорошо, что Фаи не знает, кто бездарно выбросил на ветер все свои накопления — ещё одно подтверждение правоты отца и моей никчёмности. Уверен, для отца самым страшным в этой истории будет даже не то, что я потратился впустую и опасно приблизился к банкротству, а то, что мне ни капельки не жаль. Попытки помешать леди — ошибка. Спасательная операция — нет. И слава предкам, что тревога оказалась ложной.

Фаи тем временем успела обдумать мои слова.

— Вы не собираетесь вернуться в город? — нахмурилась она.

Я пожал плечами:

— Зачем бы, когда поездка в вашем обществе обещает быть настолько захватывающей? Увидеть в деле новейший бур уже стоит потраченного времени.

Леди поджала губы. Бур ревнует или моему обществу настолько не рада? Стало неприятно. Только ведь я сам виноват. Ничего, главное, что принять леди меня рано или поздно сможет, я в этом убедился, когда она забылась во время лекции. Исправлю дурное впечатление, тем более правильную тактику я подобрал — будем говорить о геологии.

Внезапно выражение лица Фаины изменилось: то леди хмурилась, а тут её лицо озарила проказливо-хитрая улыбка:

— Разумеется, как мой, я надеюсь, добрый сосед, вы всегда можете рассчитывать на моё гостеприимство. Но. Остальные возвращаются в город. Если вы не отправитесь с ними, как выживать будете? Всё же, подозреваю, благородные нессы к одиночному заплыву по дикой природе плохо приспособлены.

Хм… Я трезво оценил свои возможности. Даже если награду пообещаю, ни военные, ни члены экипажа дальше не пойдут. Не в том они состоянии. Это меня лечебный артефакт худо-бедно подлатал, но слабость ещё вызывает противную дрожь и в руках, и в коленях. Самому? «Хвостом» за выдрами я далеко не уплыву, тут леди совершенно права. Где я тут пропитание сам себе добуду? Не приспособлены нессы, не приспособлены…

— То есть ваш ответ — завуалированное «нет»?

Фаина очаровательно улыбнулась и, как совсем недавно делал я, изобразила полнейшую невинность:

— Я бы и рада, несс, но я оплатила только свой проезд и не имею никакого права принимать новых пассажиров.

Вот как?

Хо-ро-шо. Даже удобно.

Внешне я нахмурился. Леди же выскользнула из шалаша, отсутствовала недолго и, вернувшись, сообщила, что к отплытию всё готово.

— Благодарю, леди.

Оставив ошарашенную моей сухостью Фаи таращиться мне вслед, я быстро вышел на край плотика, осмотрелся. Выдры по посёлку перемещались на совсем крошечных плотиках, но у меня своего нет, а отбирать Фаин… Да и не умею я с ним обращаться.

Я прыгнул в воду и поплыл прочь. Добрался до первого попавшегося мужчины:

— Добрый день, — вести разговоры из воды то ещё веселье, оказывается. — Подскажи, с кем можно обговорить проезд.

Выдр — после спасения называть аборигенов дикарями даже в мыслях не получалось — жестами показал, что ничего не понял.

Вспомнив то, что успел узнать у Фаины о наших хозяевах, спросил иначе:

— Ивасика?

Обрадованный, что может мне помочь, выдр жестами объяснил, где найти их старейшину, и я поплыл дальше. Горнюк, как же неудобно делать это в штанах и рубашке. Поневоле жалею, что выдры выловили на месте крушения все, что не утонуло, и мой чемодан в том числе. Если бы мне нечего было надеть… может, я свободнее чувствовал бы себя полуголым? А так — воспитание и привычка заставили натянуть на себя положенные тряпки. Хорошо, что ботинки утонули.

За этими мыслями сам не заметил, как доплыл куда надо. Пожилая женщина сидела на краю плота, беззаботно болтала ногами в воде и гладила пристроившуюся у неё под боком зверюгу.

— Ивасика?

Сначала мне показалось, что она не услышала, но всё же женщина посмотрела в мою сторону и после долгой паузы подтвердила:

— Я есть.

— Добрый день. Позволите?

Обычно дикарям «тыкают», но я… не смог. Эти люди нас спасли и показали себя гораздо более цивилизованными существами, чем многие мои соотечественники.

— Садись, белы, — женщина приглашающе похлопала по плоту.

Задачка… Плот крошечный. Как бы не перевернуть. Вместе с домом и Ивасикой. Уцепился за край, подтянулся. Если не запрыгивать, а заползать, должно получиться, хотя со стороны я выгляжу… К горнюку! Только я сел, выдрёнок засвистел и перекочевал ко мне на колени. Я тяжело вздохнул, глядя на это наглое создание. Не знаю, чем я так привлек этих мокрых маленьких горнюковых детей, но они упорно не оставляли меня в покое все это время. И не прогонишь ведь. Если я плыву с племенем, придётся привыкать.

— Твоя утро идти город, — миниатюрная женщина, о возрасте которой я мог догадаться только по обильной седине в коротких, круто вьющихся волосах, махнула рукой в сторону большого плота, где грохотал бас капитана и вовсю суетились оклемавшиеся матросы.

— Нет, — я в свою очередь помотал головой. — Я хочу идти с вами, с леди Фаиной.

Старейшина осмотрела меня с головы до ног своими удивительными янтарными глазами и насмешливо фыркнула:

— Фаи платить.

Вот именно, горнюк побери. Было бы чем. Что нужно дикарям из того, что у меня есть? Мои мокрые штаны их точно не устроят.

— Я готов работать. Или заплатить, когда вернёмся в город.

— Плыть сейчас — платить потом? Нет, — Ивасика насмешливо прищурилась, а потом указала на лечебный артефакт, который я продолжал активированным носить на шее. — Дай.

А, ну да, я читал и слышал, что дикари любят всякую всячину, особенно стеклянные бусы. Но это не бусы, это артефакт, и как объяснить разницу неграмотной выдре — непонятно. Впрочем, если она захочет кристалл просто как красивую игрушку и за это позволит мне плыть с ними…

Но Ивасика только внимательно осмотрела снятый с шеи артефакт и, к моей досаде, вернула его мне. А ведь обрадовался уже. Как же трудно с этими неправильными леди…

— Ты учить твой язык все выдра. Ты учить нас делать такой штук, — она показала на артефакт. — Разный штук. Ты учить нас другой вещь. Ты плыть с нами.

Ничего себе… я аж рот приоткрыл от такого заявления. Учить дикарей родовой магии не то чтобы запрещено, просто ни одному потомку подгорных кланов такое и в голову бы не пришло. И откуда эта старая горнючка вообще догадалась, что я могу чему-то научить? Большинство моих соотечественников и сами не умеют ничего подобного, могут только купить готовый артефакт и использовать его. Это мне по материнской линии достались зачатки дара артефакторов, да и то отец не позволил наследнику их развивать, чтобы они не заглушили основной дар — чувствовать металл.

А ведь и у Фаи выдры попросили отнюдь не стекляшки. Умный выбор. Совсем не дикарский.

Ивасика все еще смотрела на меня, насмешливо щурилась и молчала. Она свою цену озвучила. Теперь ход за мной.

Горнюк побери, а почему нет?

— Согласен, но тогда я не только поплыву с вами: там, в верховьях, на земле буду вместо вашего мужчины работать с буром и своей женщиной.

— Хм… — Ивасика склонила голову к плечу и посмотрела туда, где за блестящим зеркалом водной глади виднелся плотик Фаины. — Женщина знать, что твой?

— Догадываться, — сам не понял, как перешел на упрощенно-дикарский диалект. Но упрямо выпятить челюсть в ответ на сомнение он мне не помешал. — Просто немного упрямый. Это не страшно. У вас с Фаи какой договор? Она говорит, что делать, а вы назначаете, кто будет делать, вы своих знаете хорошо, а Фаи — нет. Так ведь? На бур назначьте меня. Буду носить его за своей женщиной, она и привыкнет.

Ивасика звонко рассмеялась совсем не старушечьим смехом и протянула мне открытую ладонь. Догадавшись, чего от меня ждут, звонко, но не сильно шлёпнул своей ладонью сверху.

Вот и договорились. Я мысленно показал Фаи язык. Дурное мальчишество…

Отец… Я будто воочию увидел, как он брезгливо кривится и разочарованно вздыхает. Даже если отец не исключит меня из рода после всего, что было, сегодняшняя сделка станет последней каплей. Я плачу самой дорогой валютой — информацией — за то, чтобы мне разрешили побыть при леди чернорабочим. Докатился.

Но почему я, наконец, чувствую себя победителем?..

Глава 39

Ну что же, основной вопрос решен, теперь надо привести в порядок дела, и можно будет с чистой совестью отправляться хоть горнюку в пасть.

Я встряхнулся, оглядел тихую притоку большой реки, утыканную плотами и плотиками, как шелковая подушка булавками, и пошёл на тростниковое спасательное судно к капитану.

Мужчина встретил меня хмурым недобрым взглядом из-под нависающих бровей. Хорошо еще, капитанская борода не пострадала, как у некоторых совсем молоденьких парней, чьих зарослей не хватило для защиты от мальков, но было достаточно, чтобы помешать лечению. Если бы это случилось с самим капитаном, старый речной волк пристрелил бы меня из своего массивного семизарядного огнестрела на месте.

Прекрасно его понимаю. Борода бородой, а если бы не выдры, из-за меня погибли бы десятки людей. Я вздохнул и посмотрел капитану прямо в глаза. Что бы ни думал этот могучий старик, а отвечать за свои поступки я умею. Уже прикинул, сколько у меня осталось свободных активов на банковском счету, и принял решение.

— Капитан, сообщите, пожалуйста, людям, что премия будет увеличена втрое.

— Откупиться думаете? — из-под сурово сдвинутых бровей на меня глянули два буравчика.

— Да нет. Людям действительно понадобятся деньги на проверку здоровья и, возможно, лечение.

Я вытащил из кошелька стальную пластинку. Обладатели огня-в-крови могут на таких пластинах оставлять распоряжения, сила которых приравнивается к силе документов, удостоверенных нотариусом. В повседневной жизни такие пластины не используют — дорого. В исключительных же случаях очень удобно. Где бы я на реке нотариуса нашёл?

На пластину я записал два распоряжения. Капитан будет знать об одном, а банковскому клерку придётся иметь дело с двумя. Первое, как я и обещал, касалось выплаты всем пострадавшим. Также я указал, что, если кто-то из получателей погибнет, деньги всё равно выплачиваются семье. Вторым моим распоряжением стало завещание. Если из экспедиции я не вернусь, всё моё личное имущество должно отойти леди Фаине.

Я отдал пластину капитану:

— Также я хочу сообщить, что не вернусь с вами в город: решил сопровождать свою невесту дальше к купленным нами землям у истоков реки. Свидетельство, что я еду абсолютно добровольно и что племя выдр отныне мои наёмные работники, я также оставил.

Капитан помолчал немного, продолжая просверливать меня глазами до самых пяток, и только потом коротко кивнул.

Разговор на этом был закончен. Я пожал руку подобревшему капитану, передал на словах благодарность господину губернатору, попрощался и прямо с края плота прыгнул в воду. Нда, такими темпами я и сам скоро стану выдрой. Горнюк бы побрал этот неудобный костюм…

Я вернулся на плот к Ивасике. Попадаться на глаза козе не хотелось. Мало ли, что она удумает, обнаружив, что я договорился о проезде. Нет уж, преподнесу сюрприз. Я даже зажмурился, предвкушая, какое у Фаины будет лицо, когда она обнаружит меня рядом со своим обожаемым буром.

— Как учить нас будешь, белы? — выдернул меня из грёз насмешливый голос старейшины.

Ивасика указывала пальцем на мой артефакт. За недолгое время использования камень уменьшился вдвое. Сколько же яда мне досталось? И каково остальным, у кого нет лечебных артефактов? Снова активизировалась совесть.

Наделал я дел. На волосок от настоящей трагедии прошли. Кутарамбе ещё спасибо сказать надо. Отделались потерей корабля. А если бы план удался? Могли погибнуть невиновные. Ивасика, Кав… та крошечная девочка, приходившая посмотреть на большого белого. Я аж передёрнулся.

А с другой стороны… Да, я запаниковал, не отрицаю. Но разве про похищение не тот шмель из таможни первым заговорил? И губернатор поддержал. Что им мешало разобраться? Фаина опять права: если бы потрудились провести полноценное расследование, а не пороли горячку, то узнали бы, что леди, не сумев зафрахтовать пароход, зафрахтовала выдр.

Но и отказываться от ответственности за ошибку я не собираюсь. Я, как никто другой, должен был знать, на что способна коза. Это для губернатора леди, ведомая дикарями, — однозначно похищенная, а я-то… Мне бы хоть на минуту задуматься, но я же за нее перепугался, мне не до размышлений было, я вперёд рвался.

— Хорошо учить, — пообещал я.

Ивасика насмешливо фыркнула и качнула головой:

— Чем учить? — и снова ткнула на артефакт. — Камень, верёвка-металл.

Точно! Нужен материал. И не абы какой. Артефакторика — наука непростая, это я лихо, конечно, пообещал… С другой стороны, глаза боятся, кирка гору дробит. Начнем с простейших амулетов для отпугивания мошкары, например.

— Камень, металл — хорошо, — я постарался говорить примитивней, чтобы Ивасика точно понимала. А как я буду учить, не зная языка?! — Но потом. Сначала будем резать и жечь дерево.

— Тростник? — деловито уточнила Ивасика, ткнув пальцем в особо толстый стебель прямо под собой.

Я присмотрелся к плотику. Хм. Хм… ну только в качестве тренировки, чтобы ученики набили руку и потом не портили более ценные заготовки.

— Первый урок — можно. Дальше — нет. Надо будет искать упавшее дерево, сухое. Или упавшее в реку и пролежавшее там долго. Чтобы было крепкое. И научиться смогут не все, для этого надо иметь… — я запнулся, не зная, как объяснить дикарке про огонь-в-крови. Потом сообразил: — Силу в крови надо иметь. У кого-то меньше, у кого-то больше. Но хоть капелька должна быть, иначе не получится рабочий амулет.

Старушка что-то прикинула, осмотрела реку взглядом хозяйки, делающей ревизию своего поместья, и удовлетворённо кивнула. Потом посмотрела на меня долгим, проницательным взглядом.

— Твоя не обманывать. Хорошо. По-настоящему учить выдра, выдра быть хороший друг.

Так она знала ответ и просто проверяла меня? И про огонь, значит, в курсе? Наверняка ведь у выдр есть какие-то свои способности и… шаманы? Как это у них называется? Тогда зачем им учёба? Хотя… она могла просто знать, что для изготовления дешёвых артефактов в Фиакетте в ход идёт древесина, но не тростник, использование которого могло бы ещё больше снизить стоимость артефакта. Ну и про способности к магии догадаться не трудно.

— Дерево будет, любой, — деловито покивала пожилая женщина. — Ученик будет.

— Камень будет, — хоть в чём-то я козу обойду! — У вас наверняка есть много нужного белым, у меня — нужное вам. Лекарства, камни, металл. В город вернёмся — договоримся?

— Хм…

— Я предложу хороший товар, — и стану первым, кто заключит торговое соглашение с выдрами. Надо добиться эксклюзива. Чутьё подсказывает, что они могут предложить нечто уникальное.

Да и в любом случае… Раньше проблемы ауриканских дикарей меня не волновали, ведь дикари и есть дикари, а сейчас я задумался. Пока мы только укрепляемся на континенте, аборигенов никто не трогает. А дальше? Поняв, что отдали нам лучшие земли за безделушки, дикари могут спохватиться, но будет поздно. Стрелы против огнестрела не играют. Даже если обойдётся без кровопролития, что маловероятно, итог один: белые установят на чёрном континенте своё господство, и тогда выдрам придётся туго.

Надо придумать, как аккуратно «встроить» их в наше общество. Например, я мог бы открыть компанию «Аурика-торг» и принять их как внештатных сотрудников, а на старом континенте по-тихому оформить для них документы, узаконить их владение землями, и вот они уже не просто дикари, а дикари под защитой… Слабой защитой, надо признать. Почти все свои основные ресурсы я разбазарил, а доступ к семейным мне перекрыт. Впрочем, время есть. К тому моменту, как выдрам понадобится моё влияние, я твёрдо встану на ноги.

Но прямо сейчас я решил поделиться с Ивасикой своими размышлениями. Женщина, дикарка, а я разговариваю с ней как с равной. До чего я докатился — с ума сойти.

— Каждый год белые будут приходить всё больше и больше. Сегодня один город, завтра — много городов.

— Мы знать, что долго высоко в реке не спрятаться, белый для нас беда. Что ты хотеть дать для выдра? Твоя мысл выступить на лоб большой таракан, — Ивасика улыбнулась и вроде бы в шутку потукала тонким твердым пальцем мне между бровей.

— Договоримся, — хмыкнул я. — Вы помогаете нам с Фаи заработать много денег на наших землях, а мы поможем вам защититься от других белых поселенцев. Идет?

— Бежит, — недовольным голосом сказала Фаина, выныривая у самого плота и глядя на меня из-под мокрых кудряшек сердитым взглядом. — Какой вы шустрый, несс Маубенрой. На ходу подметки режете. А ничего, что это я уже застолбила право на эксклюзивную торговлю с племенем выдр?

Глава 40

Нет, ну до чего шустрый гном! Оглянуться не успела, а он уже своих спасателей спровадил куда подальше в город, а сам к Ивасике подлизывается. Захотел мою концессию перехватить, смотри на него!

Для начала мы с Маубенроем поцапались прямо там, на Ивасикином плоту, на глазах у старой хитрой выдры. Эта кикимора болотная мало того, что хихикала всю дорогу, как гиена, еще и подзуживала.

Нет, ее понять можно. Она о выживании своего племени заботится. А мне что делать?