Капитаны небесных сфер

ИскИн беззвучно и стремительно канул в цифровое подпространство. Его можно было понять. Вряд ли он рассчитывал встретить на захолустной планете знатока творчества давно умершего исполнителя.

– Эх, – капитан обреченно махнула рукой. Порой надо собраться с духом, взглянуть правде в лицо и признать поражение. – Ладно, ваша взяла. Рут, я старалась, как могла…

– Н-ничего страшного, кэп, – обычно всегда такая ловкая и проворная, бортмех качнулась в сторону, неуклюже шлепнувшись на подвернувшийся табурет. Ткнулась лицом в сложенные ладони и застыла, обратившись истинным воплощением Скорби. Сайнжа потянулся было к ее плечу, но отдернул руку, не решившись дотронуться.

Между Рут Вебер и остальным экипажем «Феликса» рухнула тяжелая, непроницаемая переборка, намертво отрубившая любые эмоциональные всплески глейтера. Рут предпочла остаться одна, не желая ни сочувствия, ни разделенной печали об утраченном.

Квилл перехватил торжествующего Ракету, нацелившегося было гоголем подвалить к миз Вебер. Глянул в сторону Инге, сделал виноватый жест – мол, не сердись, такая карта вышла. Посетители кантины расползались по местам, кто-то требовал официантку. Ошеломленная, растерянная Инге запоздало осознавала масштаб того, что натворила. Единым махом лишила подругу и напарницу заветной мечты и драгоценной коллекции. А ведь она хотела, как лучше.

Фурри все-таки приблизился к Рут, но, выслушав строгое капитанское наставление, вел себя не столь нахально.

– Договорись с миз Далине, когда и где тебе удобно получить свой выигрыш, – Рут не отрывала ладоней от лица. Голос ее звучал сухо, ровно и сдержанно. – Извини, я сейчас не в форме.

– Угу, – енот топтался на месте, часто облизывал морду, как делают нервничающие животные. Сайнжа с высоты своего роста раздраженно покосился на него, намекая, что лучше бы фурри не гневить удачу и убраться поскорее. – Ты это… слушай, Рути-тутти… – он закатил глаза, – да твою ж яйцеклетку вперехлест! Рути, я не могу! Сколько лет мы друг друга знаем, а? Ты меня всегда выручала, я тебе помогал, а сейчас… бля буду, прикольнуться думал, а не чтоб вот так! Забирай свою треклятую штуковину, век ее не видать!

Енот с яростью грохнул перед Рут небольшой, облезший по углам металлический кейс.

– На, владей! Безвозмездно отдаю!

Трясущимися руками Рут откинула крышку. Изнутри кейс заполняла толстая мягкая подложка из вспененного эластика. В ней, синевато поблескивая отполированным старым металлом, удобно покоилось древнее оружие. Очертаниями оно походило на модель игольника скрытого ношения, но было напрочь лишено изящества и эргономичности последнего. «Фрейнд» был грубоват, нарочито брутален и исполнен потаенной смертоносности. Даже сейчас, спустя столько лет после того, как он сошел с конвейера и лег в человеческую руку, сделав свой первый выстрел. Он был воплощенной историей – и история человечества была им. Теперь Инге отчасти понимала и разделяла ту яростную страсть, с которой Рут хотела обладать этой вещью. «Миротворец» полковника Куртца стоил того, чтобы отдать за него любовно подобранную коллекцию бортмеханика. Он стоил любой запрошенной за него цены – и не стоил ровным счетом ничего, если вы равнодушны к артефактам давно минувших дней и в вашей груди не бьется пламенное сердце истинного искателя сокровищ.

…Гамора обучила их трехмерному тонку. Сайнжа заявил, что игра – вылитая имитация стратегического планирования, а значит, он просто обязан взять верх над умансоо.

Подошедший официант без лишних вопросов заменил пустые бутылки местного крепленого ликера на полные. Яут и Дракс только что выяснили, что оба в разное время побывали на смертельно опасной Пандоре (один – с миссией вразумления местных фанатиков, второй – со спасательной экспедицией) и дружно решили, что за это следует выпить. С Пандоры разговор перескочил на обнаглевших в последнее время Разрушителей и перспективе совместной охотничьей вылазки экипажей на Скулль. Умиротворённо помахивал веточками Грут – по доброте душевной Дракс плеснул в горшок дендроида немного ликера.

За соседним столиком устроились Рут и Ракета, заговорщицки сдвинув головы над планшеткой. В умах двух помешанных коллекционеров и технофилов наверняка зарождался гениальный план розыска, а то и похищения очередной старинной вундервафли. Кейс с «Фрейндом» стоял между ними, и то один, то другой трепетно оглаживал холодный металл самыми кончиками пальцев.

Сковырнув клыком очередную крышку очередной бутылки, Сайнжа окинул кантину взглядом – если и утратившим зоркость, то самую малость.

– Ин-кхе?.. Ин-кхе, ты где? Ступай сюда, послушай интересное… Ин-кхе?

– А она ушла, – доложил Ракета. – Давно уже.

– Куда ушла? – лязгнул клыками навигатор.

– Почем я знаю, – пожал плечами фурри, стряхивая с мордочки налипшую пивную пену. – Сгребла Квилла под ручку и утопала, пока вы в карты резались. Квилл – он такой. Подходящего момента никогда не упустит.

Сайнжа гневно зарычал и начал подниматься.

– В соседнем квартале есть данспол, – спокойно произнесла Гамора. – Они там. Да, Квилл любит женщин и порой не ведает меры в своих увлечениях. Но миз Далине не из тех, кого легко обольстить сладкими речами. Не торопись ее спасать, она в этом не нуждается. Ей и Квиллу просто хочется отдохнуть от своего звания.

– Я бы не смог командовать такими, как мы, – признался Дракс. – Мне все время хочется придушить Ракету и выбросить Гамору в шлюз.

– Громила, я тоже тебя люблю, – откликнулся фурри.

– Твой ход, – напомнила Гамора.

Яут грузно уселся на место. Утешало только одно: легкомысленная Рхут рядом. Невозможные матриархи умансоо. Сморгнешь – а они уже улизнули. И ладно бы смылась Рхут, от нее всего можно ожидать, но Ин-кхе!

Куда только катится этот мир.

Зарубка на приклад

Фем!версия, где два главных героя - женщины.

Кроссовер со "Стражами Галактики"

Ухмыльнувшись, Рут Вебер вбила новую строку в свою виртуальную табличку. Озаглавленную скромно, но гордо: «Представители разумных рас Второго блока Фузии, не устоявшие перед сексуальностью Р. А. Вебер».

Вопреки болтовне злых языков, в распечатанном виде список миз Вебер на порядок уступал протяженности спейсштрассе Денеб – Сириус. Бортмеханик МГРК «Феликс» отличалась изрядной придирчивостью в выборе партнеров.

«Сайнжа болтается по мирам и охотится, но ведь он не истребляет подряд все живое, – излагала она свою теорию напарнице и лучшей подруге Инге, подвыпив и убедившись, что навигатор не околачивается поблизости. – Он добывает ценнейшие трофеи, гордится ими и взахлеб спамит фотками в Скайнете. Я тоже выбираю лучших из лучших. Объединяю мир, познавая его. Секс – то, что ценят все без исключения разумные виды, разве не так?»

Этот крепкий орешек уступил ей не сразу. Четыре года виртуального знакомства, два – реального. Плюс тот факт, что Рут и ее приятель впервые столкнулись на дымящемся под ногами поле боя истинных знатоков и ценителей старинного оружия. Таульга и репсан триста лет ведут позиционную войну за обладание захудалой планеткой? Ха, сущая мелочь по сравнению с интригами коллекционеров, охотящихся на одну и ту же вещицу!

Несколько суток назад Рут Вебер и фурри Ракета едва не прикончили друг друга, выясняя, кто более достоин владеть револьвером «Миротворец». Этим истинным раритетом былых времен, выставленным на закрытый скайнет-аукцион Сельвы. От кровопролития бравых звездолетчиков удержало только своевременное вмешательство товарищей. В запальчивости спора Рут поставила на кон собственную коллекцию.

И проиграла.

Окончательно став законным и единоличным собственником «Миротворца», Ракета дрогнул перед скорбной печалью давней знакомой, бесслезно оплакивавшей разбитую мечту.

Подарив драгоценный «Фрейнд» миз Рут Вебер.

Просто так, безвозмездно и без всяких условий. Скрежеща мелкими клыками при мысли о сотнях мультиен, уплывших в карман продавца и не принесших Ракете ровным счетом никакой выгоды.

Осознав свалившееся ей прямо в руки счастье и малость придя в себя, Рут вспомнила поговорку о том, что долг платежом красен. Ходить в должницах Рут не любила.

К тому же подворачивался отличный случай закрыть наконец давний гештальт. Фурри в ее списке еще не значились. Подобные виды, прямоходящие звероподобные с высоким индексом разумности, встречались редко. В кодексе Второго Блока числились всего две системы, населенные фурри, и Ракета точно не относился к тамошним уроженцам. Обликом он смахивал на гигантского енота-ракоеда со Старой Земли. Бортмех ни разу не встречала созданий, которые могли бы сойти за его генетических сородичей.

Влекомая любопытством, Рут выяснила, что Ракета вполне мог быть одним из подопытных объектов из лабораторий биоинженерии и генетики на планете Полночь. Комплекс и его сотрудники были ликвидированы в ходе операции миротворческих сил. С формулировкой «За злостное, преднамеренное и регулярное нарушение прав разумных существ и использование оных существ в экспериментах, противоречащих моральных нормам Фузии».

Темное вышло дельце с Полуночью. Даже всепроникающим журналистам не удалось ничего толком разузнать. Планета Полночь более не указывалась в звездных реестрах и атласах, а Ракета… Ракета просто жил.

Вызывая крайнюю степень заинтригованности у одной ксенофильски настроенной уроженки Берлина-3: каково оно, с фурри?

Упрямый объект совершенно не воспринимал человеческую самочку как вероятного сексуального партнера. Сколько Рут не делала ясных и недвусмысленных намеков, они со свистом пролетали мимо цели. У людей слишком мало волос на теле, хмыкал Ракета. Ее духи очень крепкие и мерзко пахнут, его аж аллергический насморк пробил. Она слишком долговязая. Да она просто чокнутая, как все людишки!

За несколько лет методом проб и ошибок Рут подобрала код к неприступному мохнатому сейфу.

Ракета втайне тащился от ее голоса. Особенно когда Рут Вебер в экстазе истинного собирателя вдумчиво перечисляла характеристики своего оружейного собрания. «Модульный мультикалиберный стрелковый комплекс «Блэкаут» с быстросменным адаптером 7.62x54 мм, 6.8х43 мм или 10 мм безгильзовый, материал корпуса – полифосфорный органопластик марки «драйзен-5», регулируемое усилие спуска, обвес по кругу планками Пикатинни, трехпозиционый ручной газовый регулятор, роликовый затвор…» Песня!

Оставалось сделать последний решающий ход: заманить Ракету в гости. В сдвоенную каюту бортмеха Вебер, закодированное и недоступное даже для экипажа «Феликса» царство оружейных сейфов, организованный хаос мастерской с шастающими по полу вспомогательными дроидами и приборами в разной стадии разобранности.

В качестве приманки Рут заявила, что чувствует себя обязанной компенсировать понесенные Ракетой убытки. Вот коллекция, шестьдесят восемь единиц с сертификатами и еще штук сорок-пятьдесят разнокалиберного самопального добра. Хватай, что уместится в лапах. Да не рычи, уж и пошутить нельзя! Вот, спецом гравитележку тебе подогнала. Разоряй, пока я не одумалась и не схватилась за лайтер. Зацени для начала эту прелесть. Массогабаритный макет «Масады» с тактическим компьютером и газовым двигателем автоматики под унитарный иглопатрон!..

Она стояла спиной к Ракете, обеими ладонями с нежностью поглаживая изящное ложе «Масады» из пластика «софт-тач», когда енот ткнулся ей острой мордой в спину промеж лопаток.

– Порочная и распутная самка, – грустно выдохнул фурри. – Обещай мне одну вещь. Твой чешуйчатый дружок из ада ничего не узнает. Я не желаю, чтобы он объявлял мне кровную месть в лучшем стиле яутжа. Глаз за глаз, клык за клык… член за член. Я не выживу, если он вздумает в отместку натянуть меня на свой алмазный. И не понимаю, как ты до сих пор остаешься в живых. Вы с ним действительно… э-э? Ну, того-этого, шпили-вили, вилка с розеткой, твоя ракушка, его мозолистый тентакль?..

– Мы с ним еще и брачный обряд заключили, – со смешком подтвердила Рут. – На троих – Инге, он и я. Но Сайнжа ничего не узнает. А то, о чем он не знает, его не обеспокоит.

Накануне Рут пустила в ход все свои дипломатические способности, уламывая ИскИн корабля держать ее глейтерное излучение под контролем. Дабы оно не металось из края в край диапазона эмоциональной шкалы и почуявший неладное разъяренный навигатор не начал ломиться в каюту в самый разгар процесса. Феликс чопорно заявил, что дурно изменять партнерам по союзу. Он ни за что не позволит себе обманывать навигатора и потакать извращенным пристрастиям бортмеха… ну, разве что за возможность приватной записи и подключения к глейтеру Рут.

– Сплошные вымогатели с двойной моралью, – возмущалась Рут. – Скверно, дурно, фу, какая ты распущенная, твои похождения дурно отразятся на калибровке синхрона – а дай хоть одним глазом приложиться? Ладно, твоя взяла, договорились. Только чур, без проколов!

– Ты отлично знаешь мои возможности, – отпарировал Феликс. – Я все держу под контролем.

– Вот и молодец, – одобрила бортмех.

Коварный план отлично сработал. Сдирая друг с друга одежду, они рухнули в откидную койку. Рут немедля сунулась поближе изучить достоинство партнера – визуально и тактильно. Выяснив, что у енота-фурри член малость поменьше, чему у человека или альтеянца, и серо-свинцового оттенка с россыпью крапинок. Не гладкий, шершавый на ощупь, точно старинные изделия, обтянутые замшей.

Открытия сыпались одно за другим. Наилучшая позиция, в которой они могут с удобством приспособиться друг к другу – если Рут по-собачьи встанет на четвереньки. Ракете нравилось запускать лапу в ее спутанные волосы, но не дергать, а пропускать вьющиеся прядки между пальцев. Облизывать ее шею и уши, столь плотоядно чавкая при этом, что Рут начинала смеяться.

Все шло отлично. Замечательно. Превосходно. За одним маленьким исключением, накатившим под самый восхитительный финал.

– А-а-а-ыыы! – Рут пришлось извернуться и прикусить угол подушки, чтобы не заорать в голос. Создавалось впечатление, что член фурри внезапно увеличился в размерах раза в три и намертво застрял внутри, заполнив ее до отказа. Рут даже пошелохнуться боялась, так и застыла в нелепой позе, широко раскинув ноги и вжавшись грудью в скомканную простыню. В голове остро и резко пульсировало напряжение синхрона, на другом конце которого откровенно кайфовал разнежившийся Феликс. Сверху грузно навалился Ракета, щекоча спину жесткой шерстью и утробно порыкивая в ухо. – Твою мать, ай! Ракета, ты чего? Эй, друг, ты там не в отключке?

– Энциклоблогия, – в несколько приемов выдохнул Ракета. – Статья о копуляции собакообразных. Не доводилось читать?

– Не-ет! – простонала бортмех.

– А зря, – Ракета слегка двинул бедрами вперед-назад. Пришлось снова яростно грызть подушку. Дурное подозрение быстро превращалось в уверенность:

– Donnerwetter, у тебя при оргазме узел на конце разбухает?

– Ага, – самодовольно подтвердил фурри, капнув теплой слюной на плечо Рут. – Издержки эволюции. Сцепка как гарантия успешного оплодотворения.

– Я с тобой крошек-енотиков заводить не собираюсь! Не мог заранее предупредить?

– Кто мне пасть затыкал и целоваться лез? Терпи.

– Да что ж мне так везет-то с мужиками? – Рут велела себе расслабиться и лежать тихо. Она сумела приспособиться к яутской физиологии и способному изгибаться в трех измерениях ребристому члену навигатора. Что ей какой-то вязочный узел собаковидного фурри. Как набух, так и рассосется. – Ладно ты хоть в сознании и болтаешь. Сайнжу от секса вообще рубит наглухо.

– Прямиком в тебе? – ужаснулся Ракета. – А как же?..

– Тренировка и частая практика. Наловчилась спрыгивать заранее. Хотя порой все равно не успеваешь, – Рут вильнула чуть приподнятым задом. От вспышки удовольствия фурри быстро и прерывисто заклацал зубами. Охнул и подался назад, мучительно медленно извлекая разбухший от прилива крови член из влагалища Рут. Перекатился назад, расслабленно вытянувшись вдоль стенки каюты и часто дыша приоткрытой пастью, из которой вывалился длинный язык – розовый, как у людей. Протянув руку, Рут осторожно погладила его между торчащих ушей. Обычно Ракета не терпел чужих прикосновений, но на этот раз возражать не стал. Даже ухмыльнулся во все клыки:

– Довольна? Добилась своего?

– А как же, – Рут вытащила из-под подушки гигиенические салфетки и универсальный спрей-контрацептик. Ни одной расе сектора Фузии еще не удалось преодолеть барьер межвидового скрещивания и генетических различий, но, как говорится, nur wer umsichtig ist, ist vor Unf;llen. Наскоро приведя себя в порядок, бортмех натянула свежие шорты и топ, босиком прошлепала к мини-бару. Вернулась с бутылкой вейдеровского темного для себя и «Эйрикой-8» для Ракеты, немедля оживившегося при виде пива. – Ты прелесть. Смотри, не лопни от гордости.

– Главное, брачный союз не предлагай, – булькнул из горлышка енот. – А то я ж облысею от ужаса. И ставки мои на торгах не перебивай. «Масаду» подаришь или раздумала?

– Я ведь обещала, – с укоризной протянула Рут. Коллекционеры звонко чокнулись бутылками. На грани глейтерного восприятия довольно вздохнул Феликс. – Забирай. И «Блэкаут» тоже, раз приглянулся.

Она надолго приложилась к бутылке, прикидывая, как бы половчее заговорить на интересовавшую ее тему. Ничего толком не надумала и бухнула напрямик:

– Ты знал, что Куртц был амбидекстр?