Все - иллюзия. (Сборник)

— У нее хорошо развито чувство юмора. Надеюсь, вы не серьезно, Майк? Неужели мне предстоит впустую потратить с вами полчаса, рассуждая о логике? Я предпочитаю нелогичность. Это лучше успокаивает.

— Можно поговорить, о чем хотите, — проворчал Джерольд, взмахом подзывая официанта. — Я просто твердо убежден, что у вас тут на пятнадцатом этаже, прямо здесь, в Нью-Йорке, есть роботы.

— Все лучше, чем термиты, — ответил Вэйнемен и уткнулся в свой хайболл. — Какой может быть вред от роботов? Они должны быть явно полезны, насколько я понимаю.

— Может быть. Вреда нет от одного настоящего разумного робота. Но если... — Джерольд нахмурился. — Жаль, что я не знаю, кто создал этих роботов и зачем. Человеческий коллоидный мозг ограничен физически, Роб. Он не способен чисто, дисциплинированно мыслить, потому что находится в человеческом теле. Робот может создать матрицу мысли и работать над ней так, как ни вы, ни я не способны.

— И таким образом, они могут добиться невозможного, — поддакнул Вэйнемен. — Ну и пусть себе. Во-первых, я не думаю, что наверху есть роботы. Во-вторых, а если и есть, то что с того? И в третьих, я хочу еще выпить.

— Это уж ваше проклятое самодовольство, — вздохнул Джерольд. — Окружающая среда так отштамповала шаблон вашего мышления, что вы неявно уверены в нем. Вы допускаете существование невозможного, а потом начинаете рационализировать его до такой степени, что оно уже перестанет казаться возможным. Если бы Эмпайр-стейт[3] вдруг исчез за ночь, вы бы сказали, что его просто быстренько куда-то перевезли.

— Эмпайр-стейт не может исчезнуть так быстро.

— Достаточно верно. Это было бы слишком явно. Если бы супермены существовали, они бы не стали делать ничего настолько откровенного, что заставить исчезнуть небоскреб. Зачем им, например, опрокидывать небоскреб руками?

— Майк, — медленно проговорил Вэйнемен, — скажите мне: как может много живых роботов находиться на пятнадцатом этаже, чтобы никто не узнал об этом?

— А кто бы об этом узнал?

— Тысячи людей ежедневно ездят на лифтах...

— Ну, да, — кивнул Джерольд. — Они ездят на лифтах. Вверх и вниз. Но не на пятнадцатый этаж. Понимаете, Роб, когда вы находитесь в лифте, то ничего не видите, пока не доедете до нужного вам этажа. Действительно, множество людей каждый день ездят на лифтах мимо пятнадцатого этажа — мимо! Понимаете? Это же совершенная маскировка.

— Некоторые там выходят.

— Есть еще администратор в окошечке. Она заботится о случайных посетителях. О том, кто вышел на этом этаже по чистой рассеянности, а всяких торговых агентов вообще не пускают в это здание.

— Есть еще уборщицы.

— Верно. Но их тоже могут не пускать дальше внешнего офиса. Я встречусь сегодня вечером с этой девушкой, администратором.

Вэйнемен искоса посмотрел на него.

— Буду ждать продолжения вашей истории.

Но Джерольд не позаботился ответить. Он допил свой стакан, а где-то в глубине сознания зашевелились странные, тревожные, неприятные ощущения.

Он прибыл на час раньше назначенного и провел время, стоя в вестибюле и глядя на индикаторы лифтов. Световые сигналы мелькали по мере того, как лифт поднимался и спускался. Дверь скользила в сторону, открываясь, входили люди, дверь закрывалась. Джерольд следил за огоньками. Первый этаж. Второй. Третий. Лифт остановился на третьем этаже. Затем на четвертом. На пятом. Постоял на седьмом. Прошел на восьмой. На девятый. Миновал четырнадцатый, пятнадцатый и остановился на шестнадцатом. Потом остановился на четырнадцатом. Он останавливался на любом этаже, кроме пятнадцатого.

Никто за этот час не приезжал и не уезжал с пятнадцатого этажа.

Джерольд записывал передвижения лифта в блокнот, намереваясь позже проверить передвижение по названиям фирм на разных этажах. Но затем он понял, что это просто бессмысленно. Значение имел лишь факт, что лифт не останавливается на пятнадцатом этаже.

Швейцару он туманно намекнул, что делает общее обследование, но тот все равно продолжал коситься на него. В пять тридцать Джерольд встрепенулся, увидев, что впервые загорелась лампочка пятнадцатого этажа. Как он и ожидал, из лифта вышла Бетти Эндрюс. Джерольд убрал блокнот в карман.

— Привет, — увидев его, сказала девушка. — Долго ждали?

— Не очень. Так как насчет выпить?

— Превосходно. — Она проследовала в коктейль-бар. — Для меня тут так старомодно.

Позже, наблюдая за ней в полумраке бара, Джерольд пытался понять, что же скрывается за маской ее лица.

Бетти допила свой бокал, облизнула язычком губы и сказала:

— Ну, мистер Майк Джерольд?

— Что «ну»?

— У меня вопрос. Вы пытаетесь меня совратить?

Он воскликнул «нет» с обезоруживающей наивностью.

— Хорошо. Видите ли, мистер Майк Джерольд, я надеюсь, что вы отвезете меня домой на такси. Я живу в Бруклине. А вы когда-нибудь ездили в «Брайтон экспрессе» в час пик...

— Разумеется, на такси. Выпьем, поужинаем и я отвезу вас домой. Это подойдет?

— Ага!

В баре было прохладно и полутемно, Джерольд потягивал коктейль и чувствовал, как легонько покалывающее тепло растекается по его телу. У него редко выпадала возможность отстраниться от мирской суеты. Но время от времени такое все же случалось. Снаружи был шумный Нью-Йорк, а здесь тишина и покой. И, наслаждаясь таким моментом, Джерольд не чувствовал совершенно никакого сексуального возбуждения, скорее, у него было желание бросить весла, и пусть лодка дрейфует по волнам. На какое-то время движущая сила, которая и является жизнью, исчезла. И они сидели вдвоем, расслабившись, в сумраке.

Затем Джерольд заговорил. Он попытался сделать это небрежно, но тут же понял, что Бетти не обмануть. Она явно не хотела отвечать на его закамуфлированные вопросы. Как практикующий психиатр, Джерольд настропалился в такте и дипломатии, но это сейчас не помогло.

Сколько времени она живет в Нью-Йорке? О, примерно, пять лет. Ей удалось почти сразу же получить хорошую работу. Да, в «Уильям Скотт и Ко» на пятнадцатом этаже.

— Этот Уильям Скотт инженер, не так ли?

— Его вообще не существует. А как вы узнали, что там есть роботы?

— Я... Я просто вошел. Вас там не было...

— А-а...

— Они даже не заметили меня.

— Заметили, — коротко рассмеялась Бетти. — У них больше разума, чем у нас, но несколько иного плана. Они не знают, что происходит в их помещении, их это просто не заботит. Но они знают все, что происходит за пределами пятнадцатого этажа.

— Разумеется, мне просто интересно, — медленно проговорил Джерольд. — Если вы думаете, что я сую нос в секреты...

— Да нет там никаких секретов. Их не беспокоит, сколько людей узнают о них, потому что не так уж и много могут узнать.

— Дверь была даже не заперта. Я просто вошел. Бетти, вы понимаете, о чем мы говорим? Я не перехожу границу?..

Она покачала головой, зеленые глаза стали серьезными.

— Нет, нисколько. Нет никаких причин, почему я не должна рассказать вас все, что вы хотите знать. Их это не волнует.

— Роботов? А почему их это не волнует?

— Потому что вы ничего не сможете сделать с этой информацией.

— Я могу рассказать кому-то еще.

— И тот тоже ничего не сможет сделать.

— Он мог бы пойти к начальнику полиции.

— И начальник ничего не сможет сделать. Это как камень, брошенный в водоем. Я уже видела это прежде. Расходятся волны, а потом все затухает. У роботов вся власть в мире, мистер Майк Джерольд.

Неосознанный порыв заставил его поднять взгляд.

— Что?..

— Они неустанно работают. Они заставляют людей делать все, что хотят они. Они сделали это и со мной. Сначала, когда я узнала о них, то испугалась. Но они изменили меня. Совершенно безболезненно. .. — Она легонько улыбнулась. — Вы даже не поймете, что происходит. Вам кажется, что вы принимаете собственные решения. Но все ваши ценности и приоритеты просто смещаются. Я собиралась уволиться. Но они обработали меня. И я поняла, что это хорошая работа, здесь хорошо платят, здесь никто не причинит мне вред, и, что бы я ни сделала, это ничего не изменит. Вот так я и осталась работать здесь.

— И каковы они? — с трудом выдавил из себя Джерольд. — Я не могу вам поверить... — Он помолчал. — Нет, я же сам видел их. Они ведь разумны, не так ли?

— Конечно. И они существуют уже очень долго. История полна попыток создать роботов. Голем, гомункулусы... У меня хорошее гуманитарное воспитание. Целую вечность люди пытались создать разумных роботов. Но лишь не очень давно кто-то добился успеха. Или это был не один человек, а целая научная группа — не знаю, Но мир никогда не услышит об этом. Вы можете предположить, почему?

— Минутку... — Джерольд потер подбородок. — Вы намекаете на абсолютный растворитель?

— Конечно. Предположим, вы создали абсолютный растворитель. И что дальше? Он растворит все, куда бы вы его ни налили. Вы можете сделать его, но не можете удержать. Так же и разумные роботы. Если они вообще успешны, то лишь потому, что у них правильно мыслящий мозг. И он непременно будет неограничен в объеме. Так что роботы будут гарантированно умнее нас. Вот послушайте, — Бетти легонько постучала по столу. — Предположим, доктор Джонс построил робота. Робот может мыслить быстрее скорости света, гораздо быстрее. И от этого создание становится умнее своего создателя. И что дальше?

— Он бы не остался в лаборатории.

— Конечно же нет. Он бы обработал своего создателя таким образом, что доктор Джонс решил, что ничего не получилось, забросил бы бесполезного робота в такое место, откуда тот мог свободно уйти и скрыться. Роботу не мог понравиться наш несовершенный мир. Он захотел бы чего-то другого. Таким образом, он принялся бы изменять мир при помощи тех инструментов, что были у него под рукой.

— Инструментов? Людей...

— Ага. Думаю, сначала было создано много разумных роботов, а они стали делать других, чтобы те помогли им изменить мир. Наш офис на пятнадцатом этаже не единственный, знаете ли. Он обрабатывает лишь Нью-Йорк. Но есть и другие офисы роботов, в Вашингтоне, в Чикаго, в Бостоне, Лос-Анджелесе, в Европе и в Азии. А так же и в Африке. Повсюду, где существуют центры контроля над обществом, у роботов есть своя контора.

— Это безумие, — заявил Джерольд. — Как можно такое сохранить в секрете?

Глаза Бетти оставались очень серьезными.

— Послушайте меня, мистер Майк Джерольд. Роботы даже не пытаются сохранить свой секрет. Они не делают из этого секрета. Вы далеко не первый, заглянувший к ним в контору и увидевший роботов. В городе сейчас много людей, которым известно, что здесь на пятнадцатом этаже находятся роботы. Так же обстоят дела в Вашингтоне и Фриско[4] — повсюду.

— Но это же не целесообразно. Почему же все молчат?

— Потому что их обработали. Когда такой человек попадает в поле зрения роботов, они что-то делают с ним. Это совершенно не больно. Человек даже не знает, что произошло. Он по-прежнему понимает, что существуют разумные роботы, и нередко даже знает, чем именно они занимаются. Но все эти знания заблокированы в его разуме. Он никогда уже не сможет никому рассказать об этом или передать эти знания каким-то иным способом.

— Но вы же рассказываете мне об этом, — тут же нашел брешь в ее объяснении Джерольд.

— Говорю же вам, — устало махнула рукой девушка, — их это не волнует. Обо мне они вообще не беспокоятся. Для них не имеет значения, с кем я разговариваю. В конечном итоге, этот человек все равно попадет в их поле зрения и будет обработан. То же случится и с тем, с кем поговорит он — с любым, кого он мог бы убедить в своей правоте.

— Но это же не способ хранить тайну... Черт побери! Это... мне кажется, эти черти так уверены в себе, что даже не потрудились...

Бетти осушила свой бокал.

— Еще один, пожалуйста, — бросила она бармену. — Спасибо. К чему вообще эти разговоры, Майк? Это лишь будет расстраивать вас до тех пор, пока вас не обработают.

— Меня они не обработают, — мрачно заявил Джерольд.

— Гм-м... — Бетти это явно не убедило. — Я говорила вам, что они могут управлять людьми на расстоянии.

— Телепатия? Но это просто невозможно! Люди слишком различные...

— Это не телепатия. Они используют специальное устройство. Вот предположим, вы хотели бы контролировать массу людей. Что бы вы сделали? Только без всяких там агентов.

— Подслушивающее устройство?

— Можете назвать его так. И предположим, вы также хотите отдавать им приказы. Обычные голосовые приказы — ограничимся ими для примера.

— Двусторонняя радиосвязь?

— И еще предположим, что вы не хотите, чтобы люди узнали об этом. Вы бы спрятали такое радио, так ведь?

— Ну, да.

— И где бы вы его спрятали?

Джерольд начал было отвечать, но тут же остановился и пристально поглядел на девушку. Та кивнула.

— Скрытое устройство. Что-то, с виду обычное, но замаскированное. Замаскированное таким образом, что никто не может обнаружить, что это радио.

— Что?

Бетти криво улыбнулась.

— Если вы достаточно умны, то замаскировали бы его под обычную радиолампу и вставили ее в обычный радиоприемник. И продавали бы ее открыто — как радиолампу. Люди покупали бы ее для одной цели, но попутно она служила бы и для другой.

— Но это же не радио...

— Нет, не радио, — покачала головой девушка. — Но это то, чем пользуются все, причем очень часто. Встроенное в него устройство, кажется, предназначено для естественной механической цели. И оно действительно служит ей. Но также держит открытым связь с роботами. Оно связывает роботов мысленно с любым, кто использует это устройство.

— Что же это за устройство?

— Телефон, — ответила Бетти. — Не так уж давно была проведена модернизация телефонов, и теперь устройство роботов стоит почти во всех аппаратах. Разумеется, это устройство производят люди и знают о его механической цели. Но никто не знает, что кое-что, встроенное в схему этого устройства, делает его инструментом роботов. Все верно, Майк. Все в мире контролируется офисами, которыми управляют роботы. Они подслушивают телефонные разговоры, причем слушают не только речь, но и мысли собеседников. И по телефону же отдают приказы. Так они обрабатывают человеческие умы. Заставляют людей делать все, что захотят. Они управляют ресурсами, бизнесом, начинают и прекращают войны. Они правят всей Землей, мистер Майк Джерольд. Теперь вы узнали о них, но их это не беспокоит, потому что вы не сможете их остановить.

— Что же они планируют сделать? — спросил Джерольд.

— Не знаю, — ответила Бетти. — Я не могу это понять. Они мыслят не так, как мы. Они хотят создать совершенно иной мир, но я не знаю, какой. Однако, они всегда добиваются того, что хотят. Это может быть шикарный мир для людей, но может и не быть. Но ведь не важно, какая адская судьба ждет людей, если они все равно не могут ничего изменить.

Джерольд не ответил. В душе у него вскипела ярость при мысли о безвозвратно утраченном будущем, от которого люди отказались по доброй воле. Вот так же, вероятно, ведут себя попавшие в капкан животные. Некоторые откусывают себе лапу, стремясь на свободу, некоторые смиряются, а есть такие, кто продолжает бороться. Но, в конце концов, ловцы всегда получают то, что хотят. Это некий рассчитанный суммарный итог, и Джерольд уже понял, что телепатическое управление в нужных местах и точках вполне сможет повлиять на все Человечество.

Он снова взглянул на Бетти. Кожа ее в полумраке легонько светилась, как жемчуг, а глаза были темными, странными. Во всем этом чудилась какая-то несовместимость.