Тот, для кого живу

– Хочу знать, чем занимается, чем живет, чем дышит. В общем, все, – пригвоздив взглядом старлея к стулу, отрывисто ронял фразы Саша. – Даже сколько раз в день в туалет ходит, – видя, что у Козырева на этих словах вытянулось лицо, рассмеялся: – Да, шучу я, шучу. Хочу знать, не «наш» ли клиент, вот и все, – чуть подумав, добавил: – Говорят, что он наркотой барыжит, так что ты поаккуратнее с ним. Поводи пару дней, а там видно будет.

Разговор с женой по поводу Ксении Воронов решил пока отложить – нечего раньше времени воду мутить. Брякнет Юля девчонке, что он ее личной жизнью интересуется, та и насторожится. Не верил Саша в обычную дружбу между Ксю и Денисом этим, слишком разные они были. Не мог нащупать он вероятных точек соприкосновения между ними, лежащих в основе их дружбы. Еще и Дениска маленький наводил на определенные мысли.

Холодным рассудком Воронов понимал, что делать какие-либо выводы, опираясь только на то, что Ксюша беседует с ним по телефону, рановато. О презумпции невиновности забывать не следует. Не пойман – не вор. Сначала он соберет все факты, доказывающие что…

Что?

Что Ксения ведет нечестную игру с мужем? Водит за нос не только его, но и Воронова? Если он начинает закипать при мысли об этом, то можно только предположить, как будет взбешен Влад, если узнает. Ничего хорошего! И косвенно в этом будет вина его, Саши, что не уследил, не подсказал, не пресек.

Сунувшийся в кабинет дежурный с напоминанием о совещании в Главке отвлек Воронова от назойливых мыслей. И слава богу, а то неизвестно, до чего он мог додуматься раньше времени. Он знал себя. Когда дело касалось его близких, главное – вовремя остановиться, притормозить. Иначе беда. А насчет Ксении и парниши этого еще пока ничего не известно.

Ожидаемо результаты появились к вечеру. Сидя за ноутбуком Семена, Саша внимательно вчитывался в сообщения, пытаясь за строками уловить скрытый смысл, если он был, конечно.

На первый взгляд ничего подозрительного – никаких объяснений в любви, никаких «малыш», «зая», «солнце мое», всего того, что он боялся обнаружить. Все пристойно. Но, сопоставив даты звонков и сообщений, Воронов понял, что в последнее время «друзья» перешли, в основном, на телефонные беседы, и о чем они беседовали, сказать затруднительно. Однако маленькую зацепку Саша все-таки нашел. Сегодняшние сообщения гласили – они не только по телефону общаются, они еще и встречаются! А вот это уже хуже…

Воронов поморщился, сдвинул брови на переносице. Со стороны казалось, он внимательно изучает переписку, на деле же – ничего не видел на мониторе. Внешне – сама невозмутимость, а внутри – проснувшийся вулкан. Клокочет где-то в глубине душе, кипит, бурлит, но не рискует прорваться наружу. Лишь невидимый пар в виде мыслей, сомнений, сквозь микроскопические поры проникая вовне, вьется вокруг, снижая напряжение.

Пока нет повода для кардинальных действий, но тревогу уже бить пора. Оглянуться не успеешь, как будет поздно – «друзья» перестанут быть «просто друзьями». Может, конечно, и нет там ничего, но рисковать нельзя. Не только перед собой ответ держать придется в случае, если Ксю Владу «рога наставит». Но и ее обижать необоснованными подозрениями и упреками будет непростительно.

Придется действовать скрытно, чужими руками. Воронов даже знал как – две основные задачи встали перед ним. Во-первых, убрать пацана из поля зрения Ксю любой ценой, во-вторых, пока он будет решать проблемы с ним, отправить к мужу ее. Пусть съездит, отцу сына покажет. Влад только об этом и мечтает.

ГЛАВА 13

К вечеру Ксения вся извелась. Что там за разговор к ней у Воронова? Снова будет приставать с поездкой к Владу? Как не хочет человек понять, что не место ребенку в подобных учреждениях? Ну и что, что Денис пока еще мал и ничего не понимает, она против, чтобы он находился на территории тюрьмы. Такая жизнь не для него. Даже косвенно пусть не задевает. Даже по касательной. Пусть останется где-то там, по другую сторону телевизора, на страницах газет.

Сказывалась на настроении и смутная тревога – а вдруг опер узнал про ее маленькую тайну? Но ведь она ничего плохого не делает? Да и Воронов не всевидящий и не всемогущий. Ой, все равно, пришел бы быстрее, сказал что хотел, и она бы успокоилась.

Пока же, расстелив на полу покрывало, высыпав туда все игрушки, какие были, Ксения пыталась отвлечься игрой с сыном. На спине Дениска лежать уже не хотел, все норовил перевернуться. Кряхтя, прилагая огромные усилия, наконец-то, не без помощи мамы, оказался на животе. Довольный приподнялся на ручках, радостно загулил. Но надолго силенок не хватило, и через минуту он снова лежал на животе, размахивая ручками в воздухе, ножками пытаясь оттолкнуться от невидимой опоры.

Внимание малыша привлек яркий резиновый слоник, и он снова попытался сдвинуться с места, доползти до желанной игрушки. Не получилось. Отдохнув еще немного, Денис предпринял третью попытку. И все это со спокойным упорством, временами натужно кряхтя, но даже и не думая сдаваться. Вот у кого нужно учиться умению не отчаиваться и бороться до конца!

Понаблюдав некоторое время с умилением на движения сына, Ксюша не выдержала. Схватила его в охапку, прижала к себе. Такой маленький, такой хорошенький!

– Сыночек мой, – поцеловала в прохладную щечку, в теплую складочку на шее. – Денисик мой. Мальчик мой, – приговаривала, крепко сжимая в объятиях, звонко нацеловывая.

Однако Денису такие потряхивания и заигрывания не понравились, он скривился, захныкал. Девушка тут же опустила его обратно на покрывало, сунула в руки слоника. Сын весь отдался игрушке, позабыв о маме. Пока еще плохо слушающими пальцами теребил мягкую резину, пытался засунуть его в рот.

Ксения вытянулась рядом, пододвинула поближе остальные игрушки. Наблюдая за ребенком, незаметно переключилась на другого Дениса. Сердце забилось в предвкушении – совсем скоро сын заснет, и позвонит Денис. Они сегодня не виделись, но он обещал позвонить. И, возможно, завтра они снова встретятся!

Ксюша надеялась, что Вера Григорьевна не откажет и на этот раз. Та обычно не спрашивала, куда девушка зачастила в последнее время, но каждый раз Ксю в душе готовила себе какую-нибудь «отмазку». Пока, слава богу, ни одна не пригодилась. Все-таки неприятно было осознавать, что она обманывает пожилую женщину.

А воспоминания о предыдущих днях уносили ее все дальше от этой квартиры. Она снова гуляла с парнем по аллеям парка, заглянула с ним в зоопарк. Он так интересно рассказывал ей про животных, что она, совершенно равнодушная к ним, заслушалась. Какой же он умный, начитанный! Его можно было просто слушать, изредка задавать вопросы, и, самое главное, умалчивать о себе. Импонировало то, что он не пытался лезть к ней в душу с расспросами.

Сыну надоело возиться с игрушками, перекатываясь, он забился к ней под бок, потребовал грудь. Забавно урча и сладко причмокивая, Денис насыщался, постепенно впадая в сон. Глядя на него и сама Ксюша, не заметив как, заснула.

Проснулась она от гулко-вибрирующего телефона, елозившего по ковру где-то под ухом. К комнате было темно, лишь белела рядом с ней светлая маечка сына. Сощурившись, Ксения пыталась на чересчур ярком дисплее разглядеть имя звонившего. Когда поняла, что это Денис, не Саша, вздохнула с облегчением.

– Алло, – ответила слегка хриплым со сна голосом. Приняла сидячее положение, провела рукой по волосам, сбившимся непонятно во что. – Привет.

– Спишь уже? – засмеялся самый лучший на свете парень. – Помешал?

– Нет, – с затаенной радостью негромко проговорила девушка и тут же почувствовала, как паника окатывает с головы до ног. Маленький Дениска, видно, тоже уловил вибрацию, а может, услышал ее голос, зашевелился, начал просыпаться. Губки его дрогнули, приготовились заплакать.

Ксюша молниеносно кинулась к нему, задрав кофточку, сунула в рот грудь. Сын даже пискнуть не успел.

– Чем занимаешься? – «взрослый» Денис по обыкновению был настроен на долгую беседу, но «ее» Денис решил все по-своему. Отвернувшись, он высвободил ротик, захныкал еле слышно. Ксения снова заткнула ему рот грудью, надеясь, что парень ничего не понял.

– Я сейчас не могу говорить, Денис, – извиняющимся тоном прошептала в трубку.

– Окей, – быстро сообразил он. – Тогда до завтра, как договаривались, – и, прежде чем бросить трубку, заинтриговал: – У меня для тебя будет сюрприз.

Сюрприз, так сюрприз. Девушка не успела отреагировать, ни обрадоваться, ни расстроиться – ведь сюрпризы бывают и неприятные. Вот и сын преподнес ей свой сюрприз – одеяло под ними намокло, потеплело. Пришлось Ксении вставать, включать нижний свет, будить сына, чтобы переодеть его в сухое. Зато сразу же и переложила его в кроватку, а то от долгого лежания на жестком полу у нее самой разболелось тело.

Воронов так и не появился. Что ж, она переживать по этому поводу не будет. Значит, ничего серьезного. Можно пока расслабиться и, засыпая, подумать о предстоящем свидании «с сюрпризом». По телу пробегала приятная волна – интересно, ей сюрприз понравится?

***

Не понравились Ксюше сюрпризы следующего дня. Совсем.

Она напрасно прождала Дениса на их привычном месте встречи – у фонтана. Он не появился ни через двадцать минут, ни через полчаса, ни через час. Девушка уже не знала, что и думать. Долго не решалась набрать его, чтобы он не подумал, что она сама к нему навязывается. Позвонив, выслушала механический голос «абонент отключен», расстроилась.

– Наверное, какие-то дела возникли, – попыталась она оправдать парня. – Но почему он ее не предупредил? Неужели, нельзя было позвонить?

Опечаленная, Ксения медленно побрела в сторону дома. Вот тебе и сюрприз.

– А может, он смеется над ней? – промелькнула на мгновение жгучая, обидная до боли мысль, но девушка сразу же себя одернула: – Нет, Денис не такой. Возможно, у него батарея села, и он свяжется с ней, как только будет «в зоне». Или напишет. Скорее всего, уже написал, просто ей уведомление еще не пришло. Так бывает.

Ксюша полезла в интернет проверить входящие сообщения. Пусто. Хорошо, она сама напишет, что уже ушла. Если он опаздывает, то пусть не спешит. Однако почему-то сообщение не отправлялось, сайт выдавал ошибку.

Она попробовала отправить сообщение еще раз, та же самая история – ошибка. Чисто случайно нажала на аватарку Дениса и через секунду похолодела. Его страничка оказалась недоступна для нее. В глазах запрыгали слова – «Денис ограничил доступ к своему профилю». Потом надпись распалась на отдельные буквы, а затем окончательно расплылась.

***

Воронов был доволен. Несмотря на то что на подготовку всей операции ушло слишком мало времени, каждое действующее лицо «комедии» сыграло свою роль на «отлично».

Подставной барыга, якобы уходя от погони через оживленную станцию метро, якобы случайно столкнулся в дверях с Ксюхиным другом, спешащим на встречу к ней. Задержался на несколько секунд, чтобы извиниться за свою неловкость и продолжил путь дальше. Преследовавшим его оперативникам такой тесный контакт между молодыми людьми не понравился, и они быстро скрутили Соколова. При понятых попросили вывернуть карманы и обнаружили интересный пакетик с не менее интересным содержимым.

– Грамма два, – опытным взглядом оценил вес находки опер Дима, один из приближенных Воронова. – Нет, наверное, даже больше. Почти три. А это до трех лет, – уверенно заявил он ничего не понимающему, обездвиженному парню.

– Это не мое! – отчаянно замотал головой задержанный. – Не мое!

– Ну да. Все так говорят. Особенно когда «дурь» находят в их собственных карманах, – меланхолично согласился оперативник и дал знак «своим» грузить парня в машину. Сам же принялся за заполнение протокола личного досмотра.

Когда все бумажки были наконец-то заполнены, с понятых взяты объяснительные, служебная машина рванула в сторону ОМВД «Хорошево».

– Мне нужно позвонить, – срывающимся голосом попросил Денис, не особо надеясь на сочувствие ментов. С трудом, но пока ему удавалось держаться с достоинством, не скатиться в панику. Это все ошибка. Даже сцепленные за спиной наручниками руки казались ошибкой. Нелепой, глупейшей ошибкой!

– Куда? Адвокату? – с переднего сидения насмешливо отозвался один из оперов, тот самый, кто озвучил ему грозящий срок. – У тебя же есть телефон, звони.

Издеваются, понял парень. Чувствуют свою безнаказанность и власть. Стало тоскливо, муторно на душе. Страх холодными, противными пальцами коснулся сердца, проник в желудок. Что родители скажут, если узнают?

– Позвонил? – насмешливый голос вывел Дениса из оцепенения. Подняв голову, он исподлобья окинул взглядом ухмыляющегося мента, ничего не сказал. Криво усмехнувшись еще раз, тот отвернулся.

Позвони… У тебя же есть телефон…

Да они же сами вытащили все у него из карманов, только вот чтобы там был смартфон, этого Денис не помнил. Бумажник, ключи и пакетик, так заинтересовавший оперативников. Телефона не было.

– У меня сотовый украли, – догадался он.

– И кто же? – скептически хмыкнули на переднем сидении. Опер даже не соизволил оглянуться.

– Не знаю, – задумался задержанный на мгновение, но тут же вспомнил: – Это тот человек, который со мной столкнулся, – затараторил он пылко, как будто его горячность могла убедить хладнокровных оперов. – Это он мне и подкинул… наркотики.

На последнем слове Денис сник. Напрасно все это. Сидящим вместе с ним в машине мужчинам было все равно. Им лишь бы «закрыть» кого-нибудь, выполнить план, а на остальное плевать.

– Разберемся, – зевая, пообещал «главный» на переднем сидении. Прозвучало это снисходительно, как будто он хотел, чтобы парень от него попросту отстал и не зудел над ухом как надоедливая мошка.

Не думал никогда Денис, что окажется когда-либо в отделении полиции, да еще и в качестве задержанного. И главное, ни за что! Мозг лихорадочно работал, пытаясь найти ответы на рой бесконечных вопросов. Как вести себя? Что можно говорить, что – нельзя? Право на звонок – это пустые слова или реальная возможность дать знать о себе близким? Сколько его здесь продержат? Как быстро удастся разобраться, что все произошедшее просто нелепое стечение обстоятельств? Он и наркотики?! Любой, знающий его человек, подтвердит, что он никогда таким не баловался!

Блин, Ксения… Она же ждет его!

Надо же, чтобы это случилось именно сегодня! Именно тогда, когда он хотел признаться ей, что она для него больше чем просто «друг». Когда хотел предложить ей начать встречаться «официально». Год прошел, а он так и не выкинул ее из головы. И последние несколько встреч еще больше убедили его в том, что именно она его влечет. Своей серьезностью, неизбалованностью, отсутствием замашек «принцессы», наконец, неким ореолом таинственности и загадочности. Ему никогда не нравились девушки, сами вешающиеся на шею парню, а большинство его знакомых, девчонок из их компании, бывших одноклассниц, нынешних сокурсниц, были почему-то именно такими.

Дежурка постепенно наполнялась людьми, усиливающийся гомон не давал зациклиться на внутренних переживаниях. Незаметно для себя Денис стал наблюдать за тем, что происходило перед глазами.

Один из задержавших его ментов, тот самый, которого он мысленно окрестил «главным», вывернул откуда-то из-за угла и, вновь криво усмехнувшись, остановился напротив окошка дежурного.

– Следак наш где? – спросил он, лениво поигрывая ключами. – «Клиент» на допрос хочет.

– Томилин у Воронова, допросная свободна, – глядя на экран смартфона и увлеченно тыкая пальцами в стекло, невозмутимо отозвался дежурный.

– Ясно, – опер расслабленно оперся плечом о стену. – Тогда подождем.

Но тут что-то произошло. Дежурный выронил из рук телефон, выпрямился на стуле. И опер больше не подпирал собой стену дежурки.

– Что у нас тут? – загораживая Денису вид, перед ним вырос мужчина в форменном кителе. Судя по тому, как моментально подтянулись все присутствующие, парень сделал вывод, что это один из начальствующих чинов. И голос у него был соответствующий – хорошо поставленный, командный. Все внимание явно начальника было направлено на подчиненных, в сторону «клетки» он даже не взглянул. За его спиной маячил еще один сотрудник в форме.

– Да вот, товарища одного задержали, с «дурью». Впервые. Говорит, не его, подкинули, – отчитался опер.

– Близким сообщили? – осведомился мужчина, и в душе у Дениса возродилась надежда. Сейчас обязательно во всем разберутся и его отпустят.

– Еще нет.

– Пусть звонит, – последовало отрывистое распоряжение, а затем резко-недовольное: – А это еще что?

– Цветок, – растерялся дежурный. – Роза.

Денис даже чуть привстал со скамейки. Роза, которую он купил для Ксении, и которую у него бесцеремонно вырвали из рук там, у метро. Спасибо, что хоть не растоптали.

– Я вижу, что роза. Откуда?

– Вон с ним притащили, – речь, видимо, шла о нем и сопровождалась кивком в его сторону.

– Выкини этот гербарий! – через секундную задержку приказал мужчина и скрылся с поля зрения Дениса, так и не позволив себя увидеть.

ГЛАВА 14

– Романтик хренов, ****! – Воронов весь кипел. – И придурки эти! Приперли цветок в отдел! Нет бы, сразу выкинуть его там!

В глазах прямо-таки отпечаталась одиноко лежащая, задвинутая в угол стола роза, хрупкое создание в прозрачной обертке, неизвестно как попавшее в грубый мир полицейского участка. Края нежных лепестков потемнели, пожухли, и сам бутон казался каким-то скукоженным, ненастоящим, как и темно-зеленые листья. Одни лишь шипы, слишком длинные, слишком колючие, хищно топорщились в разные стороны, готовясь защищать сердцевину цветка.

Прилично уже времени прошло с того момента, как, наведавшись в дежурку, он вернулся в кабинет. Минут сорок, если не больше. И до сих пор в голове мысли об одном и том же – о цветке этом гребанном и ухажере Ксюхином. Теперь-то его точно можно так называть, не зря же он с собой розу тащил. Сегодня – цветок, завтра – встречи под луной, признания в любви, и дальше по нарастающей. А нельзя! Чужая она. Жена. Мать.

«Голубкам» однозначно нужно мозги на место ставить. Но делать это аккуратно, так, чтобы никто ничего не понял. Приняли все за каверзы судьбы и, пусть погрустив немного, пошли каждый по своей дорожке. Рано или поздно пацан переключится на новую подружку – помимо Ксении вокруг куча других молоденьких дурочек, которым он своим смазливым лицом и мажористым видом может забивать голову сколько угодно. Так что за него Воронов даже не переживал. Злился, как на не вовремя возникшую досадность, и все. Скоро его не будет.

Иное дело – Ксю. Злиться на нее он не мог. Хотя, стоило ему только представить, что его бы жена переписывалась с кем-то, бегала на встречи, принимала цветы от постороннего мужчины, как в голове начинало шуметь и глаза застилал бордовый туман. Будь женой Влада другая девушка, не Ксю, даже Лена, такие выкрутасы в отсутствие мужа не сошли бы ей с рук. А Ксю… Скорее всего, этот молодчик просто завлек ее, по сути, еще подростка, красивыми словечками и вскружил голову. Нет, пусть-ка она едет к Владу, вспомнит наконец, что у нее есть муж.

Для исполнения намеченного работа уже велась. Отзвонился Семен – умельцы с руками «откуда надо», взломав аккаунты парочки в соцсетях, забросили обоих к друг другу в «черный список», Ксюшке еще и настройки поменяли, чтобы не появилось соблазна у ее «Ромео» писать ей с другого аккаунта – принимать сообщения она теперь может только от друзей. И над «украденным» айфоном Соколова трудились в поте лица. К сожалению, подобрать пароль к «эппл айди» не так-то быстро, но Воронову позарез нужен был доступ к аппарату парня – чтобы удалить из контактов номер Ксю. Чтобы навсегда перерезать между ними нить.

Следом и Димон подтянулся с первым отчетом о проделанной работе в допросной. Коротко постучав, он ступил на порог, плотно притворил за собой дверь и, не успев дойти до стола, начал отчитываться. Знал, что начальник не любит ждать.

– А пацан ничего. Молодец. Держится, – в голосе сквозило одобрение. – Не хамит, не ноет. Волнуется, конечно, но… – вспомнив кое-что, опер усмехнулся беззлобно: – Поначалу, правда, пытался слишком умного включать. Что-то про отпечатки пальцев заикался, но мы его быстро в чувство привели.

Воронов нахмурился, вопросительно глянул на подчиненного.

– Нет-нет, ничего лишнего, – сразу понял тот. – На словах, – он резанул ладонью воздух, как будто подводя черту реплике, ставя ее на невидимое основание. – Забыл парнишка, что в карманы к нему мы не лазили. Не имеем права, – Димон откинулся на спинку стула, довольно хмыкнул. – Он сам, лично, достал содержимое брюк. При свидетелях. Забыл, видимо. От неожиданности.

Саша кивнул. Пока все шло как по маслу.

– Там потожировых следов хватит, – посерьезнел лицом опер. – Еще и смыв рук сейчас «сделаем» и пальчики «откатаем», чтобы жизнь совсем уж медом не казалась. Пусть проникнется…

– Давайте, пока родня не набежала, – согласился Воронов. – Он им звонил?

– Едут уже, – кинув взгляд на запястье с часами, опер поднялся. – Но сейчас пробки везде, так что успеем.

– Свидетели?

– Все под контролем.

Воронов задумался. Если его расчет верен, то для родителей парня самое главное – любым способом вытащить сына из этого дерьма и «замять» дело, пока оно не стало достоянием общественности. Все-таки, фамилия у них в определенных кругах довольно-таки известная, и стоит ее только запятнать неблаговидными делами сына, как уже не отмоешься. Нет, конечно, не исключен и вариант того, что они притащат с собой адвоката, который усиленно будет доказывать факт подброса наркотиков или провокацию сбыта. Но даже и в этом случае, всегда можно организовать небольшую «утечку» информации в жаждущие до сенсаций СМИ. И адвокат не помеха. В общем, дешевле будет, и не только в финансовом смысле, «разрулить» это дело сразу же прямо на месте. Осталось правильно донести эту мысль до семьи задержанного.

Воронов надеялся, что Димон справится, как надеялся и на то, что здравомыслящие родители едва ли не первым рейсом отправят сына от греха подальше куда-нибудь из России, например, по месту учебы. Он бы на месте родителей так и сделал. Пусть там обживается, заводит себе подружек среди чопорных англичанок, их же и трахает. А к Ксю пусть даже на пушечный выстрел не приближается. Ромео,***!

Прошел еще примерно час, прежде чем позвонил дежурный и сообщил, что приехала мать Соколова. Воронов выждал еще минут десять и пошел курить на улицу. Черт его знает, за сколько управится Димон. И управится ли вообще.

Отойдя в тень, Саша спрятался за доской объявлений на длинных ножках, врытых в землю по левую руку от входа, метрах в десяти от крыльца. Любой человек, покидающий отделение, неизменно пройдет здесь. Неспешно покуривая, он усиленно делал вид, что просто вышел подышать свежим воздухом, заодно и изучить на стенде лица людей, которых «разыскивает полиция».

Ждать пришлось довольно долго. Воронов даже успел занервничать: а вдруг не получилось? Наконец они появились из двери. Мать и сын. Похожие друг на друга, как могут походить ближайшие родственники разного пола и возраста. В них угадывалась порода. Сразу бросалась в глаза ухоженность женщины. Ну да, профессор в юбке. Только не тот, кто в очках и типичный заучка, а профессор, знакомством с которым гордится весь интеллектуальный мир. Или эдакая успешная бизнесвумен, знающая себе цену и цену деньгам. А может, и то и другое, вместе взятое. Все-таки, учеба сыновей в престижных заведениях не пять копеек стоила. Так даже еще лучше – такие обычно умеют «договариваться».