Рецепт красивой смерти (сборник)

– Я это понял, – усмехнулся Лев и спросил: – Но ты же хотел сообщить что-то другое?

– Да, Лева. Только что по линии МИДа прислали информацию о том, что во Франции задержали гражданина России арабского происхождения, у которого в багаже нашли все те же синтетические алмазы в количестве сто двадцать каратов. Он уверяет, что алмазы ему подбросили. Но французская полиция ему не верит, считает, что он занимается контрабандой драгоценных камней. И привез он их именно из России. Кое-кто во Франции уже заговорил о намерении России пошатнуть их финансовую систему. Вроде того, контрабандный ввоз искусственных алмазов – это начало экономического терроризма.

Выслушав его, Гуров устало вздохнул:

– Это все то же, что и недавнее задержание в Белоруссии – попытка увести нас по ложному следу. Какой интересный «коктейль» для нас приготовили на этот раз: россиянин арабских кровей ввозит во Францию партию неизвестно где произведенных синтетических алмазов. А его маршрут до границ Франции тамошняя полиция отследила?

– Он ехал туда из Калининграда через Польшу и Германию…

– А Калининградская область граничит с Литвой… – многозначительно покачал головой Лев.

– Ты что-то придумал на этот счет? – насторожился Орлов. – По глазам вижу, что у тебя появилась какая-то задумка. Я прав?

– Прав, прав… Да, есть мыслишка, как эту криминальную «щуку» взять «на живца». Сейчас надо будет посоветоваться с Вольновым. Если Александр с моими доводами согласится, все тебе расскажу в деталях. Хорошо?

Выйдя в коридор, Лев набрал номер Вольнова и, услышав голос приятеля, сказал, что хотел бы с ним немедленно встретиться. Тот согласился, добавив:

– Давай в кафе «Параллакс»? Я как раз пообедать собирался.

– Да и я настроен чего-нибудь пожевать. Хорошо, еду!

Кафе с каким-то астрономическим названием «Параллакс», соответственно и построенное в каком-то иррационально-фантастическом стиле, стояло в глубине благоустроенного сквера с дорожками, вымощенными разноцветным камнем и фасонистыми фонарями вдоль бордюров. Припарковавшись на корпоративной автостоянке, Гуров сразу же увидел Вольнова, поджидавшего его у входа. Они прошли внутрь и, выбрав столик подальше от занятых другими посетителями, сделали официантке заказ.

– Ну, что там у тебя? – облокотившись о стол, поинтересовался Александр.

– Вариант того, как нам ускорить выход на группировку, которая где-то, я так думаю, в Прибалтике, стряпает алмазы, – приглушив голос, сообщил Гуров.

– Я тоже об этом думал, и тоже есть кое-какие варианты. Но первое слово – тебе!

– Хорошо… – Подождав, пока уйдет официантка, более чем оперативно доставившая заказ, Лев продолжил: – Помнишь еще советский фильм «Операция «Трест»? Это про то, как в двадцатые годы чекисты выманили в Россию лидера белого терроризма Бориса Савенкова.

– Помню… – принимаясь за обед, кивнул Александр. – То есть ты считаешь возможным повторить этот прием – заманить в Россию банду исламистов, чтобы здесь их взять? Интересная идея. Кстати, нечто подобное обдумывал и я. Но тут надо решить сразу несколько проблем. Первая: что для них может стать хорошей приманкой, которая сработает без осечки? Вторая: где взять информационные каналы, чтобы слить им нужную информацию? И самая главная: как сделать все это так, чтобы они нам поверили?

Неспешно орудуя ножом и вилкой, Гуров хитро улыбнулся:

– Значит, ты согласен с тем, что это – единственный способ покончить с этой бандой? Замечательно! Думаю, и Стас согласится. Теперь о деталях. Приманка… Я сначала думал, что им можно будет кинуть такого «живца», как возможность прямо здесь, на месте, реализовывать алмазную продукцию, минуя перевозки через границу, без риска нарваться на банальных уголовников…

– Я тоже об этом думал, – замер с поднятыми вилкой и ножом Вольнов. – Но… Похоже, для исламистов этот вариант был бы не самой желанной «заманухой».

– Солидарен! – Лев покосился в сторону проходившей невдалеке официантки. – Но это ни кисло, ни пресно в тех местах, где они базируются, где тишь, да гладь, да божья благодать. Верно? А если взять этот же вариант, но подкрепленный начавшимися там, в местах их базирования, какими-то внезапно возникшими неудобствами? Например, излишне пристальным вниманием местной полиции, появлением какой-то непонятной, но однозначно враждебной агентуры… А?

– Да, это радикально меняет ситуацию, – задумчиво проговорил Вольнов. – Но, боюсь, тут тоже не без осложнений. Ту же местную, скажем, литовскую полицию активизировать будет очень трудно. Когда они узнают, что эта группировка несет угрозу России, они вряд ли ее тронут. А то ж! Прибалтика сегодня действует по принципу: чем хуже для России, тем лучше для них.

Покончив с отбивной, Гуров придвинул к себе чашку с кофе и блюдце с пирожным.

– Согласен, так и есть… Но как однажды сказал Генри Киссинджер: неважно, что на самом деле истина, важно то, что считают истиной. На эту банду не обязательно должна наехать настоящая полиция с дубинками, мигалками на машинах, в парадной форме… Зачем? Пусть это будут некие лица в гражданских костюмах, которых наши «подопечные» тем не менее должны принять за полицию. Причем свою «принадлежность к полиции» эти неизвестные всячески должны отрицать. Это ведь организовать не так уж и сложно, верно?

– Хм… Нормальный вариант! А что, если как-то простимулировать еще и международного алмазного спрута «Ворлд Дьямонд», который равнозначен пресловутой «Де Бирс»? Скажем, слить им информацию насчет этой группировки, чтобы и они впряглись в прессинг? Я думаю, конкурентов «ворлддьямондовцы» едва ли потерпят. Тогда уж точно этим исламистским «алмазоделам» жизнь медом не покажется. И они будут вынуждены начать поиски нового прибежища…

– Отлично! Только вот выходы на «Ворлд Дьямонд» у вас имеются? – уточнил Лев, отхлебывая кофе.

– Спрашиваешь! – Александр изобразил широкий жест. – Всякая нормальная спецслужба имеет целый набор самых разных каналов выхода на ведущие мировые фирмы и компании. Только, понятное дело, надо продумать эту каверзу таким образом, чтобы «ворлддьямондовцы» накинулись на них как оголодалые. Хреново будет, если они вдруг увидят в этой банде какой-то для себя интерес и возьмут их под свое крылышко.

– О-о-о! Такое запросто может случиться! И такой вариант развития событий надо бы не допустить. Технология производства алмазов по Захарову в руки Запада попасть не должна! – категорично определил Гуров.

– Само собой! Наше начальство этот пункт в числе приоритетов поставило на первое место. – Вольнов отодвинул от себя пустую посуду. – Идем на улицу? А то обсуждение таких вопросов на публике, как говорится, совсем не комильфо…

Они вышли в скверик и направились к лавочке, стоящей под кроной развесистой березы.

– Хорошо, – сев на гладко оструганные брусья сиденья, коротко огляделся по сторонам Александр, – будем считать, что вариант операции по типу «Треста» за основу мы взяли. Теперь нужно продумать, по какому каналу и какую именно информацию мы дадим исламистам-контрабандистам?

– Я думаю, можно было бы попробовать использовать для этой цели Лихарева. Правда, как я понял, он уже давненько с ними не общался. Но если контакт не утерян, то почему бы и не попробовать? Мне кажется, в обмен на возможность сократить срок своего заключения – а светит ему немало! – он пойдет на сотрудничество, – убежденно добавил Гуров.

– И что же мы им вбросим? Например, байку про некую подпольно-криминальную фирму, которая имеет по России много филиалов и поэтому способна «проглотить» все объемы их алмазов? – Вольнов откинулся к спинке скамейки и положил ногу на ногу.

– Неглупый вариант… – задумчиво оценил Лев, глядя на воробьев, скачущих по камням дорожки в поисках съестного. – Но фирма – предприятие коммерческое, пусть даже и подпольное. У нее свои шкурные интересы. А вот если учесть, что исламистам будет нужна безопасность их производства, то гарантированно ее им смогут обеспечить лишь некие идейные единомышленники. Скажем, никому не известная самодеятельная группа исламской молодежи, которая ищет себе настоящих вожаков и жаждет «настоящего дела». Таким можно спокойно довериться.

– Здорово! – Александр удовлетворенно улыбнулся. – Насчет липовой группировки я позабочусь. Человек пять ребят с восточной внешностью и знанием ислама я найду. Считай, что это у нас уже есть. Вот насчет организатора криминальной фирмы – надо подумать. Согласись, что человека из среды МВД, ФСБ исламисты вполне имеют шансы распознать. Нужен именно тип из криминальной или хотя бы полукриминальной среды.

– Возьмем за жабры Бунцагина. Он же кому-то свои алмазы сплавлял? Вот пусть и сыграет роль директора НИИ, который одновременно и главарь подпольной фирмы. Ему тоже светит – о-го-го! Пусть поработает над тем, чтобы отделаться, скажем, общим режимом. – Гуров изобразил энергичный жест крепко сжатым кулаком. – А вот Чачу надо будет как-то нейтрализовать, чтобы, как говорится, под ногами не путался. Как мне кажется, он крайне заинтересован в прямых контактах с производителями алмазов, и я допускаю даже то, что убийство Лобуха и Шашарина – его рук дело. Узнав, что у него появились конкуренты в лице Бунцагина, он наверняка предпримет какие-то неприемлемые для нас шаги.

– Да, похоже, ты прав… Хорошо! «Исламистская группировка», считай, у нас уже есть. – Вольнов загнул палец. – «Подпольная фирма» – есть. Но под каким «соусом» информацию о них подать тем «алмазоделам»? Тут ведь нужно сработать очень тонко: чуть какая-то фальшь или нестыковка – все, кирдык нашей операции, они тут же сорвутся с крючка.

– Да, работа потребуется ювелирная… – озабоченно согласился Лев, сцепив меж собой пальцы рук. – Нам придется ставить целые спектакли, давать в СМИ заведомую «дезу»… Но, как говорится, игра стоит свеч. Что касается информационного повода, то тут все проще простого: жадность, желание присосаться к чужому карману.

– Ну-ка, ну-ка!.. – заинтересовался Александр.

– Как ты, наверное, помнишь, Лихарев задолжал исламистам кучу денег. В счет этого он им сдал Захарова, и те ему долг списали. Предположим, он снова «погорел». И именно так, как «погорел» на самом деле – попал в Лефортово. Однако ему помогли откупиться от следствия некие граждане, взявшие огромную сумму из «общака». Но деньги-то теперь надо возвращать? И он звонит главарю группировки с предложением дать наводку на молодых исламистов и вдобавок подпольную фирму, но лишь при условии, если тот погасит его долг.

– Толково! – восхитился Вольнов. – Лева, в тебе умер великий интриган. Да, на это они клюнут – и к гадалке не ходи, как говорится. Самое главное здесь то, что Лихарев им как бы ставит условия, причем финансовые. Тут у них подозрений не возникнет ни на йоту. Хотя, я думаю, они будут и проверять, и перепроверять – нет ли для них западни? К тому же их обязательно заинтересует, как именно он вышел на «молодежную исламистскую группировку».

– Само собой разумеется! – усмехнулся Гуров. – Будут проверки, будут уточнения. Поэтому все то, Саша, что мы с тобой сейчас задумали, сможет стать реальностью только в том случае, если мы сумеем заранее предугадать все их контрольные ловушки и «растяжки».

В этот момент зазвонил его телефон. Голос Стаса был исполнен довольства и даже ликования:

– Лева, я их нашел! Обоих этих раздолбаев!

Как он рассказал далее, два этих «джентельмена удачи», как видно сочтя себя необычайно хитроумными и креативными, не стали утруждаться какими-то особыми мерами безопасности, чтобы не оказаться в поле зрения угрозыска. Обзаведясь машинами и оформив их на подставных лиц, «хитроумцы» этим и ограничились, скорее всего решив, что опера вряд ли их станут искать. А зря! Крячко их нашел и даже «раскрутил» на весьма полезную оперативную информацию. Что интересно, псевдохозяин «бэхи» жил по соседству с «хозяином» «Нивы-Шевроле».

– Того, на котором числится «БМВ», зовут Степаном, он одинокий хронический алкаш, живущий в полуразрушенном доме, доставшемся ему от родителей. Второй – уроженец Башкирии, зовут Айюбом, у него есть семья, но живет в бедности, поскольку филон не хуже Степки-алкаша, разве что пьет чуточку меньше. Они и рассказали, что настоящего хозяина «БМВ» зовут Вадим Коряжный, кличка – Багаж. Состоит в какой-то криминальной группировке. Настоящий хозяин «Нивы-Шевроле» – уроженец Узбекистана с российским гражданством, зовут Юсуф Темиров, кличка – Юань. Тоже член криминальной группировки. Той ли самой или какой-то другой – они не знают.

– Ну, так ты бы подключил информационщиков… – начал Гуров, однако Стас его тут же перебил:

– Что я и сделал! Они пробили обоих по базам данных и выяснили много интересного… О! Ешкин кот! Лева, подробности – потом, в «конторе». У меня почти сел аккумулятор телефона, так что…

Договорить он не успел, так как связь прервалась. Сунув телефон в карман, Гуров поднялся со скамейки. Поднялся и Александр. Договорившись созвониться не позже завтрашнего утра, они расстались.

Минут через двадцать Лев прибыл в Главк. Вскоре подъехал и Стас. Как оказалось, он тоже успел перекусить в придорожном кафе. Хлопнув дверцей «мерина», Крячко подошел к поджидавшему его приятелю и тут же продолжил недавно прервавшийся телефонный разговор:

– Так вот, Лева, Жаворонков выяснил, что Багаж отбывал срок в средневолжской колонии номер тридцать три. Причем вышел оттуда всего полтора года назад. Представляешь? Он может располагать информацией о Захарове!

– Стас, давай сейчас зайдем к Петру, обсудим там некоторые текущие вопросы. Я, кстати, у него недавно был – ему дали информацию, что во Франции задержали российского араба с синтетическими алмазами.

– Опять пробуют пустить по ложному следу? – понимающе рассмеялся Станислав.

– Похоже на то! – кивнул Лев, направляясь к входу в «контору». – Кстати, информация насчет колонии очень интересна! Но где сейчас находятся Багаж и Юань – установить пока не удалось?

– Я полагаю, оба в пределах Москвы… – уверенно резюмировал Стас. – Найдем – куда они денутся? Мне вот что интересно… Эти двое имели хоть какое-то отношение к нападению на Лобуха и Шашарина?

– Узнаем, когда поймаем! – открывая дверь приемной Орлова, бросил через плечо Гуров.

Генерал встретил их долгим, многозначительным взглядом, как бы желая спросить: «Ну, и что у вас там интересного?» – но вслух скучновато поинтересовался:

– Ну, и?

– Выяснил, кто они – «братья» Лобуха… – ответил Станислав и вкратце изложил все то, о чем недавно рассказывал Льву.

Орлова весьма заинтересовало, можно даже сказать, заинтриговало сообщение о месте отбывания срока Коряжного.

– Их нужно срочно найти! И Багажа и Юаня! – хлопнул он ладонью по столу.

– Информотделовцы проверяли их по базам данных ФМС, но они нигде не числятся. Как будто их вообще нет в природе! – пожал плечами Стас. – Скорее всего они живут по чужим паспортам.

– Тогда их немедленно надо объявить в федеральный розыск!

– Так я с этим и пришел! – изобразил правой рукой эффектный жест Станислав.

– Хорошо! Объявим! – кивнул Орлов. – Так, Лева… Что ты мне там хотел рассказать перед тем, как сбежал к Вольнову?

И Гуров сообщил об их с Александром плане операции, который условно можно было назвать «Трест-два». Очень внимательно его выслушав, Петр издал неопределенное «Хм-м-м-м…», после чего одобрительно улыбнулся:

– А что? Очень даже толково придумано! Если все это разыграть без фальши, то результат будет великолепный.

– Результат будет великолепный, если об этом кроме нас никто не будет знать! – нейтрально, как будто даже скучающе обронил Лев. – Да, Петро! Мы с Сашей договорились, что и в его «конторе» об операции знать будут лишь единицы. Ведь если произойдет срыв, второй попытки у нас уже не будет. Тогда последствия нашего провала могут оказаться катастрофическими.

Напряженно задумавшись, Орлов молча кивнул в ответ, а потом добавил:

– Да, ты прав. Секретность должна быть высочайшей… У тебя сейчас в планах что?

– Созвониться с Вольновым, и если его начальство план одобрило, то начнем практическую подготовку операции.

– Ну, а я, наверное, продолжу поиски Багажа и Юаня. А попутно буду Леве с Сашей помогать в подготовке, – потянулся Стас.

– Сколько времени может занять эта операция?

– Да уж никак не меньше недели… – потерев лоб кончиками пальцев, коротко рассмеялся Лев. – И это хорошо, если всего в одну неделю мы уложимся!

Сокрушенно вздохнув, Орлов отметил без намека на оптимизм:

– Да-а-а… Пока не закончится эта операция, на другие дела я вас перебросить не смогу, хотя у нас чуть ли не через день – «глухари» за «глухарями»… Но деваться некуда. Это дело особой важности, поэтому придется мириться с такими издержками… Ладно, идите!

Выйдя от Орлова, Лев первым делом связался с Вольновым. Тот сообщил, что только что переговорил со своим руководством и ему было дано «добро» на проведение операции, которую уже на всех уровнях стали именовать «Трест-два».

– Так что, други мои, уже сегодня буду формировать «секту исламистов» и продумывать программу их деятельности. Завтра, думаю, надо будет организовать звонок главарю группировки «Свет веры».

– Хорошо, мы сейчас доедем до Лефортово, поработаем с нашими задержанными – Лихаревым и Бунцагиным, – пообещал Лев, взглянув на часы. – Кстати! В момент звонка нашим спецам надо будет определить место, где находится собеседник Лихарева.

– Да, да, я об этом уже позаботился! – сообщил Александр. – Поручил своим помощникам установить это место достаточно точно, и в данный момент уже готовится «тургруппа», чтобы завтра же выехать в Литву. Я проверил некоторые источники и выяснил, что в районе поселка Эртиоро осуществляется некая непонятная, причем подозрительная деятельность группы лиц, въехавших в Прибалтику из других стран Евросоюза. Что интересно, местные власти их как будто не замечают. Похоже на то, что кто-то их очень плотно опекает. Но те ли это, кто нас интересует, – надеюсь, узнаем завтра.

– Ну, тогда до связи! – Лев нажал на кнопку отбоя. – Ну, все. Стас, едем в Лефортово.

Вскоре они уже входили в ворота лефортовского СИЗО. Первым в кабинет дознания вызвали Лихарева. За минувшие сутки он сильно изменился – стал как будто ниже ростом, осунулся, постарел… На оперов смотрел чуть встревоженно и как-то тоскливо. Было понятно, что он успел передумать очень многое и теперь со страхом ждал своего будущего.

– Гражданин Лихарев, как вы смотрите на то, что у вас может появиться возможность смягчить оценки следствия вашим действиям и, соответственно, смягчить судебный приговор? – Гуров вопросительно взглянул на подследственного.

Тот некоторое время глядел в пустоту, словно не понимая, о чем его спрашивают, но потом, качнувшись, утвердительно кивнул и сдавленно произнес:

– Да, я хотел бы…

– В таком случае, – заговорил Станислав, – вам надо будет по своему телефону передать главарю исламистов из «Света веры» определенную информацию. Его номер, надеюсь, сохранился?

– Да, сохранился… А какую информацию? Надо понимать, дезинформацию? – все так же сдавленно спросил Лихарев, изобразив некое подобие улыбки. – Если это мне и в самом деле зачтется, то я согласен. А что я должен ему сказать?

– Я сейчас объясню… – деловито произнес Лев, мысленно отметив, что согласие Лихарева сотрудничать – это, конечно, здорово, но не таким же заунывным, похоронным тоном!

Он вкратце объяснил тему предстоящего вброса информации, а также то, как себя держать и что говорить. Выслушав его, бывший помминистра закивал в ответ: все понял. Когда конвойный его увел, Стас с сомнением пожал плечами:

– Слушай, Лева, а ты уверен, что из этого хоть что-то получится? Если он будет столь же горемычно стонать в телефон, исламисты сразу же заподозрят что-то неладное. Может, его кем-то заменить? Например, попросить пообщаться вместо него каких-нибудь пранкеров, типа Вована и Лексуса? А?

– А что, если у того исламиста абсолютный музыкальный слух? А что, если он надумает для проверки спросить пранкера о том, что могут знать только они с Лихаревым? Тогда можем погореть в момент. А горестный тон… Да и хрен с ним! Лихарев же звонит этому главарьку не из каких-то высоких побуждений, а чтобы срубить бабла, потому что у него очень хреновая жизненная ситуация. Так что этот вариант – с нытьем Лихарева, хоть и не слишком гладко смотрится, зато вполне объясним.

– Да-а-а… – протянул Стас. – С такой железобетонной логикой не поспоришь. Ну, что, приглашаем Бунцагина?

В отличие от своего родственника, экс-директор НИИ выглядел хоть и не сияющим, но и не горем убитым. Сев на стул для задержанных, он выжидающе воззрился на оперов. По его лицу было видно, что он в СИЗО вполне освоился и теперь чувствует себя здесь достаточно уверенно. На предложение Гурова сыграть роль главаря группировки, занимающейся нелегальным оборотом синтетических алмазов, он немедленно ответил согласием.

– Да я и с чертом соглашусь плясать польку-бабочку, лишь бы сбавили срок.

Разъяснив ему то, что, по мнению оперов, ему предстояло выполнять, его отправили снова в камеру и засобирались домой.

– Слушай, Лева… – шагая по коридору к КПП, изобразил мефистофельскую улыбочку Стас. – Операция по выманиванию исламистов-контрабандистов из Литвы… ну, или где они там находятся, будет длиться минимум неделю. Так? Вот и хорошо! А мы тем временем получаем шанс хотя бы пару раз сгонять на рыбалку! Как смотришь на такую перспективу?

Окинув приятеля насмешливым взглядом, Лев покачал головой:

– Наивный балканский парень! Он надеется, что Петро нас не нагрузит дополнительной поклажей. Нет, дорогой, это нам и не светит, и не маячит. Фи-гуш-ки! Ты думаешь, он случайно упоминал насчет обилия «глухарей»? А-а-а… Гарантирую, чуть выдастся «окно» в работе, он нам тут же еще подкинет работенку из непыльных…

– О-о-ой! Даже помечтать не даст! – исторг душевный стон Станислав. – Кстати! А почему именно «балканский парень»?

– А потому, что, когда Греция и некоторые другие балканские страны вступили в ЕС, будучи уверенными, что попали в общество хронических счастливчиков, они охотно загубили всю свою промышленность и сельское хозяйство, набрали уйму потребительских кредитов… Это называлось «греческое чудо». А им – бац! – краник перекрыли, и они оказались без штанов, с огромными долгами. Только тогда и поняли, что их нежно гладили и обхаживали, как мясник животину перед тем, как ее зарезать. Вот тогда и пошло такое выражение. Ладно, давай по домам. Ты сегодня опять к Ритуле Дукатовой?